ну, мой невидимый и неведомый, теперь я могу сколько угодно пить коктейли, ходить в кино, выдумывать детские имена, ждать папу, перестать язвить и вымещать все на других, скучать, молчать, никому не отвечать и все это без отрыва от производства. список литературы на лето еще не составлен, ноги еще не загорели, утром в пять видно меньше тайн, чем в прошлом году; тайн вообще стало меньше; ну, мой невидимый и неведомый, что значит просыпаться ночью со стоном "дура", отрывая лицо от подушки, и чувствовать, как ввинчивается в основание позвоночника острая, занозистая фамилия; я никогда в жизни так не скучала по своим сестрам, как сейчас; ...всего мечтать, как мы пойдем куда-нибудь втроем до самого утра, хотя бы в тот же пресловутый "че", где риск встретить знакомых так велик и так сладок; и в то же время мы все те же, которых не пускали дальше леса в одну сторону улицы и дальше проулка в другую, чтоб всегда были в поле видимости взрослых. будем избегать непростых удовольствий - что приятного в том, чтоб прятаться от солнца, или быть жестокой; не будет больше писем на обоях, не будет больше исландских карт и "ты будешь жить здесь, а вот я на воздушном шаре" - и это не детство, которое заканчивается; это про то, как наливаются усталостью пальцы и веки, но потом ты вздрагиваешь и, не поверив и не осознав, идешь.