Воинская элита Одина - берсерки


При взгляде на то, что нынешние политики сотворили с нашим жизненным пространством, Германией, холодная ярость возникает внутри и требует освобождения. "Он бушевал как берсерк", так говорили бы в СМИ, если бы мы дали выход ей. Что это должно значить, и кем собственно были берсерки?

Более тысячи лет назад Харальд Прекрасноволосый основал Королевство Норвегия. Это было далеко не мирным предприятием, так как знатные роды не желали лишаться своих земель. Ему потребовалась армия. На передние боевые порядки он выбирал особенно сильных, решительных и молодых мужчин, тех самых берсерков. Те посвящали свою жизнь Одину, Богу Войны, и в решающей битве при Боксфьорде, одетые в медвежьи шкуры стояли на носу корабля, "кусали в ярости край своего щита и бросались на своих врагов. Они были одержимы и не чувствовали боли, даже если их поражало копьё. Когда битва была выиграна, воины падали без сил и погружались в глубокий сон". Так говорил один из участников той битвы - Торбьёрн Хорнклофи; в подтверждение тому также строки норвежских и исландских саг.

Они появляются в Саге об Инглингах известного исландского поэта Снорри Стурлуссона: "Мужи Одина шли в бой без кольчуг, и были они дики подобно волкам. Они кусали свои щиты и были сильны как медведи или быки. Они убивали врагов, когда их самих не брал ни огонь, ни меч; это была ярость свирепых воинов".

Вероятно, что старые песни были несколько приукрашены. Тем не менее, бросается в глаза, что все описания изображают свирепых воинов, которые боролись с дикой, прямо-таки магической страстью. В 31 главе "Германии" римский писатель Тацит пишет: "Как только они достигали зрелого возраста, им позволялось отращивать волосы и бороду, и только после убийства первого врага, они могли их укладывать... Трусы и прочие ходили с распущенными волосами. Кроме того, самые смелые носили железное кольцо, и лишь смерть врага освобождала их от его ношения. Их задачей было предварять каждую битву; они всегда образовывали переднюю линию". Лишь подобные воины могли продолжить традицию берсерков.

Буйство берсерков вошло в поговорку. Народная речь восприняла неоднократное свидетельство "кусания верхушки щита". Животные скалят зубы перед нападением. Так же и мы "показываем кому-то зубы", если хотим совершить нечто подобное. Умелые бойцы преследовали цель "ожесточиться", но мы также знаем об их медвежьих шкурах. И это даёт повод для всяких толков. Были ли они полудикими молодыми воинами, которые чтобы доказать своё мужество, шли в бой с незащищённым телом? Идёт ли речь о сакральных мужских союзах, посвящённых Богу Мёртвых Одину, и как воинах ему служивших? Были ли они просто сумасшедшими, бившимися насмерть фанатиками? Владели ли они сверхъестественными силами, которые защищали от ранений? Или это был наркотический эффект? Страдали ли они наследственными болезнями?

Спрашивая специалиста и руководителя скандинавской филологии университета города Мюнхена профессора Курт Шиер: "В принципе всё возможно но, однако нельзя доказывать всё лишь письменными источниками. Они датируются не временами Харальда Прекрасноволосого, а записывались гораздо позже. Устное свидетельство очевидца Торбьёрна Хорнклофи стало первым, в котором употребляется слово "берсерк", в 12 веке, только через 300 лет после битве при Боксфьорде. Исторические источники редки, да и не надёжны стопроцентно. Нельзя даже точно сказать и насчёт происхождения этого слова. "Serkr" значит "рубашка" на древнескандинавском языке, из которого позже развились шведский, норвежский и исландский. Слог "Ber" может происходить от "Bersi" (медведь), либо от "berr" (неприкрытый). В зависимости от того, как рассматривать слово berserk, его значение окажется либо "одетый в медвежью шкуру", либо "идущий в бой раздетым". Это маленькое различие, но очень важное. Если бы они действительно ходили в бой раздетые, то ничего бы странного в этом не было. Тацит даже так и сообщает, что воины германских вспомогательных подразделений традиционно сражались с неприкрытой верхней частью туловища. Если же берсерки одевались в звериные шкуры, что наибольшее количество исследователей и предполагает, то это уже было особенностью, типичной лишь для Норвегии и Исландии".

Конечно, исландцы и норвежцы не изобрели подобное переодевание. "Ранее медвежий культ был распространён более широко", - объясняет мюнхенский этнолог профессор Ханс-Иоахим Папрот. "Уже на рисунках скал каменного века, например, пещеры Труа-Фрере (Trois-Freres) в Южной Франции, мы находим изображения танцоров в медвежьих шкурах. И шведские и норвежские лапландцы праздновали свой медвежий праздник до прошлого столетия". Старый венский германист профессор Отто Хёфлер говорит: "Кое-что таинственное есть в этом зверином переодевании. Оно понималось как превращение, не только зрителями, но и самим переодевающимся. Если танцор или воин одевался в медвежью шкуру, то сила дикого животного, конечно, в переносном смысле, переходила в него. Он действовал и чувствовал себя как медведь. Подобное можно воспринимать как особенное северное развитие обычая, который коренится в древнейшем культе звериных личин". В медвежьих шапках английских гвардейцев, охраняющих Тауэр, можно видеть остатки этого культа.

Переодевание в медвежьи шкуры, возможно, стало причиной того, почему воины считались в этих шкурах дикими и неуязвимыми. Но почему они приходили в ярость и бушевали, как берсерки? Возможно, что они попадали во власть нечто подобного магическому экстазу и чувствовали, что они одержимы яростным звериным духом. Это предположение подкрепляется описанием ярости берсерка из саги об Инглингах. Там дикие воины зовутся "Мужами Одина". Один (у южных германцев Вотан) во многом схож с этими воинами. Один из его аспектов - Бог Войны, "Господин Ярости". Он будит в германских бойцах воинское мужество, смелость, выносливость, следит за тем, чтобы самые лучше воины были в его дружине в решающем бое конца света. Как Вотан он руководит дикой охотой (wilde Jagd), которая шумит ночными штормами и которую никто не в силах задержать. Другой его аспект - он самый мудрый из Богов, одарён такими силами, в которые никто не посвящён и не смеет владеть так же искусно как он. Шаман, хранитель знаний, религиозных и тайных мистерий. Мастер магии, которой служат звериные духи, хозяин волков и воронов - животных полей сражений. Если он восседает в Асгарде, то близ его ног сидят волки Гери и Фреки, вороны Хугин и Мунин, которые сообщают ему все происшествия мира.

Предполагаемая вера берсерков в одержимость животными, "звериным духом", вполне обычна. Этнографы подтвердили, что и в других странах случалось подобное. Если "дух" овладевает человеком, то он не чувствует ни боли, ни усталости. Но когда это состояние оканчивается, то одержимый погружается в глубокий сон.

Были предприняты и другие попытки объяснения "ярости берсерка", где источник подобной мощи не трансцендентные силы. Состояние опьянения, приступы бешенства, галлюцинации и последующая усталость могли быть вызваны химическими субстанциями, а именно мускарином, ядом мухомора. Сегодня мы знаем, что люди при отравлении мухомором дико бьются вокруг себя, они возбуждены, их посещают бредовые мысли. В окружающих и врачах, они видят сказочных существ, богов, духов. Токсичное действие прекращается спустя 20 часов, а затем люди, погружаются в глубокий сон, из которого они в большинстве случаев просыпаются лишь спустя 30 часов. Исследователи знают, почему люди после употребления мухоморов становятся такими: химические процессы возникают из-за галлюциногенов схожих с LSD, мускарин - один из них, изменяет скорость импульсов нервных окончаний, вызывает чувство эйфории. Но может быть и противоположный эффект, из-за большого его количества, bad trip (дословно "плохое путешествие"), который может окончиться смертью. Однако удивительны наступающие изменения, обусловленные этим веществом, которые возникают изначально только у одного человека, а потом распространяются на всех. На любой техно-вечеринке можно наблюдать схожий эффект. Поведение человека, принявшего галлюциноген, ритмичная музыка, монотонные хлопки, притопывания приводят в это же состояние и других. Эта "синхронизация" осуществляется активизацией свойственной телу нейротрансовой системы, действие которой схоже с действиями наркотиков. Таким образом, возникает динамика, которую можно назвать "коллективный экстаз". Предполагают, что берсерки знали это и только несколько предводителей "подбадривали себя допингом" из мухомора. Определённо, что они знали какое действие, он оказывает на человека. Геттингенский профессор психиатрии Ханскарл Лойнер: "Мухомор играет с первоначальных времён исключительную роль мифологического средства на субарктических и арктических пространствах. Он использовался живущими здесь племенами для экстатических практик". Однако всё же нет точных доказательств подобной теории. Ни в каких источниках нет упоминай о подобном поднятии сил. Но это не мешает некоторым историкам. Они считают: "Именно потому, что только северные воины знали действие мухомора, они скрывали это знание, храня бесстрашие и неуязвимость Богов". Но так ли это?

Некоторые этнографы предполагают, что берсерки принадлежали к определённым тайным союзам или семьям, в которых знания таинственных сил или "растений силы" передавались из поколения в поколение. Другие полагают, что существовали объединения берсерков "мужские союзы", и что проявление ярости берсерка было испытанием на смелость, которое требовалось каждому молодому мужчине при вступлении во взрослый союз. У многих первобытных народов можно было наблюдать такие ритуалы с танцами в масках и экстатическими состояниями. Необъяснимым, однако, в этой теории остаётся то, что ни в каком из скандинавских источников ничего подобного не существует.

Медики тоже внесли свою лепту в вопрос берсерков: "Легендарная сила берсерков не имеет ничего общего ни с духами, ни с наркотиками, ни с магическими ритуалами, а была болезнью, передающейся по наследству", думает профессор Джессе Л. Байок. Исландский поэт Эгиль был вспыльчив, зол, непобедим также как его отец и дед. Упрямый характер, а голова его была такая массивная, что и после смерти Эгиля нельзя было расколоть её топором. Так написано в саге об Эгиле. Описания там указанные позволили Байоку узнать то, что семья Эгиля страдала от синдрома Пагета, наследственной болезни, при которой происходит неконтролируемое увеличение кости. Профессор Байок: "Человеческие кости обновляют себя постепенно и обычно структура кости за 8 лет обновляется. Однако болезнь повышает темп разрушения и новообразования так сильно, что слишком сильно, уродливо меняет структуру кости, и те становятся значительно больше, чем прежде". Особенно заметны последствия синдрома Пагета на голове, кости её становятся более толстыми. В Англии от 3 до 5 % мужчин старше 40 лет подвержены этой болезни. Но можно ли приписывать миф вокруг берсерков только наследственной болезни?

История по-прежнему таинственно и упрямо сопротивляется разгадке. Обдумайте всё вышесказанное и представьте себя на месте конунга Хаарльда Прекрасноволосого: вы хотите покорить Норвегию, основать королевство, значительное количество кораблей находится у вас в распоряжении, много хороших, смелых и испытанных в борьбе воинов, но и противники имеют такие же возможности. Вы можете улучшить свои шансы лишь только тогда, когда противники не будут в состоянии противопоставить вам что-либо. Это могут быть элитные подразделения, берсерки. Они занимают особенные места на корабле, там где произойдут первые столкновения. И теперь подумайте, какой должна быть эта элита. Истерически одержимые? Неопытные юноши-наркоманы? Накаченные допингом из мухоморов? Вероятно, скорее всего, именно члены "мужского союза", которые посвятили себя Одину. Самых лучших ставили на носовую часть судна, и они были обучены не только прекрасному владению оружием, но и были подготовлены психологически к таковой роли. И элитные воины знали, как запугать врага рычанием, агрессивным поведением и как защититься от рубящих ударов плотной медвежьей шкурой, и только высшим напряжением, не ослабевающем "ожесточением" они могли в большинстве случаев одержать победу. Эта элита была убеждена в величии решаемого ими задания, они были мотивированы, их естество было согласно с поставленной целью. И личная преданность этих воинов находит параллели с нашим недавним прошлым. И возможно, поэтому французский исследователь Ж. Дюмезиль не обратил внимания, и совершенно напрасно, на немецкие военизированные организации до 1945 года, такие, как SA и SS, в качестве социальных и психологических явлений.

В литературе берсерки часто появляются парами, неоднократно их сразу двенадцать. Они считались личной охраной древнескандинавских конунгов. Это указывает на элитарный характер этой касты воинов. Разве властители стали бы себя окружать сумасшедшими, невменяемыми воинами? Определённо нет, здесь были лишь только самые умелые. Непреложная верность своему властителю встречается в нескольких местах старых саг. В одной из саг у короля датчан Хрольфа Краке было 12 берсерков, которые были личной его охраной: Бёдвар Бьярки, Хьялти Хохгемут, Цвитсерк Кюн, Вёрт, Весети, Байгуд и братья Свипдаг.

Но берсерки не могли быть только у конунга Харальда Прекрасноволосого. Тацит упоминает особенную касту воинов, которую он называет "Harier" и которые несут все признаки берсерков, это было 800 лет до битвы при Боксфьорде: "... они упрямые воины. Им свойственна природная дикость. Чёрные щиты, раскрашенные тела, выбирают тёмные ночи для сражения и селят страх в противниках. Никто не устоит перед необычным и словно адским обликом их". "Harier" значит "Воин" и Один звался средь них "Herjan", "Господин Воинов". Никто из них не имел своего дома или поля, какую-то заботу. Они приходили к кому угодно, их угощали, они пользовались чужим, они были беспечны в своих делах, и лишь слабость старости делала их непригодными к воинской жизни. Они считали стыдом умирать в собственных кроватях от дряхлости и при близкой смерти они закалывались копьём.

Вероятно, что идея борющегося воина против превосходящих сил противника происходит из ещё более раннего индоевропейского времени. Рисунок на греческой вазе из Кэре (Care) показывает нам европейца в борьбе с множеством иных, но сильных противников. Некоторые исследователи объясняют картинку из-за находящегося там алтаря так: "Определённый на жертву ариец освобождается от своих пленителей". Но речь по большей части идёт о "нормальной" борьбе нордического человека с "привычным" перевесом его врагов.

Можем ли мы возродить берсерков для нашего времени, времени поражения свободы, собственной религии, первоначальной идентичности и форм этого всего? Несколько вещей должны: неустрашимость, смелость, настойчивость, верность целям. "Тевтонская ярость" пагубна в современном использовании, сопряжена с большими потерями. Современность производит новый тип борца, который отличается абсолютной скрытностью, незаметностью со средой. Он планирует акцию, действие с крайней тщательностью, не говорит ни с кем об этом, выполняет проект и становится прежним, "безвредным соседом", как раньше. Он неизвестный, безымянный подпольный боец.

Вернёмся к берсеркам. Через 200 лет после битвы при Боксфьорде на Скандинавию обрушились христианские миссионеры. Старые языческие обычаи и образ жизни запрещались, в частности, борцы в звериных шкурах. Изданный в Исландии закон 1123 года гласит: "Замеченный в бешенстве берсерка будет заключён 3 годами ссылки". С тех пор воины в медвежьих шкурах бесследно исчезли.

Доктор Вилант Хофнер
Перевод: Белослав - WTS