Что-то вроде рецензии на фильм «Бен Х», со своими мыслями, психологической статьей и философией =_=
На самом деле я ужасно давно еще хотел посмотреть этот фильм. Когда я читаю про аутизм или СА (Синдром Аспергера), я часто ищу разных людей, у которых есть такой симптом. Поэтому, среди большого списка таких личностей (где фигурировал даже Рюзаки), я часто видел имя Бена.
Мне нравится изучать психические болезни и отклонения, но еще интереснее сравнивать. Ведь без споров и сравнения никогда не бывает истины.
Например, даже в мире медицины все бывает относительно. Когда я говорил с психиатрами из разных больниц, они называли и мою психику по-разному. Один говорил, что проблема только в магии и творчестве, другой говорил, что у меня граница между неврастенией и шизофренией, третий сказал, что у меня аутизм, четвертый полностью описал мне Синдром Аспергера, но даже не знал такого названия, а пятый и вовсе развел руками и послал меня домой делать уроки.
То же самое происходит и в фильмах, книгах и медицинских справочниках. Многие, например, пишут, что аутизм – это столь серьезное заболевание, что человек становится потерянным для общества. Но вспомнить хотя бы того же Ниара – у него был классический аутизм, но он был гениальным ребенком. С другой стороны это не стыкуется, т.к. аутизм – чаще болезнь недоразвитых детей, а болезнь гениев называют Синдром Аспергера. Но тогда снова выходит нестыковка, потому что СА считается «легкой» формой аутизма. Он описывается по-разному, но чаще всего именно так, будто человек просто «недосоциален». Обычно, в таких статьях пишут – «человек с СА может спокойно заводить отношения, быть организованным, учиться общаться в коллективе, а во взрослом возрасте уже практически избавляется от всех симптомов». А что, если это не так? Кто ты тогда? К сожалению, психические болезни до сих пор еще мало изучены, чтобы задавать врачам такой вопрос.
Иногда ты думаешь – плохо, что я не могу понимать нормальных людей. Ведь это правда. Они странно говорят, делают непонятные вещи, у них есть «косвенная речь», у них есть много лжи и ненужных жестов, но ты должен молчать о том, что не понимаешь этого. Просто ты – за стеклом. А они с другой его стороны, и уже не важно, кто там – враги или соседи, одногруппники или товарищи. Ты все равно никогда их не поймешь. А видя тебя, люди думают двояко – вот есть ты и твой личный мир. А есть они и мир человеческий. Люди никогда не замечают, что среди этого всего у меня есть еще и стекло, через которое я вижу их мир…
Часто от этого становится грустно. Не из-за людей, а из-за проблем, которые это приносит. Но порой иногда думаешь, если аутисты всегда так одиноки, если шизофреники и социофобы остаются до конца жизни своей непоняты – разве это не здорово, понимать их, а не нормальных людей? Разве это не дар?
Обычно говорят, то, что случилось с тобой, не только дар, а еще и проклятье. Но раз уж ты итак это знаешь, почему бы не сказать иначе? То, что с тобой случается – не только проклятье, это еще и дар.
Просто ты не всегда можешь понять, для чего именно тебе его дали.
Ведь, например, бывает и так, что ты можешь читать зеркально. Многие дети-аутисты умеют в детстве читать только так. А что, если ты и пишешь тоже зеркально? Ты можешь писать и двумя руками сразу, разве это не дар? Ведь люди, которые даже презрительно к тебе относились, могут однажды увидеть это и сказать «Вау, а ты прикольный» и это будет здорово. Но может случиться и так, что из-за этого самого дара ты так же зеркально будешь видеть рентгеновский снимок. Ты поставишь неправильный диагноз и убьешь пациента. В таком случае это будет даром?
Я очень много раньше писал про аутизм. Еще больше я изучал его, но ни разу я не писал о нем так, как сам его знаю.
Одна из причин этого та, что я не раскрываю плохих сторон чего-либо, а у аутизма есть и такие, о которых среди людей не принято говорить вслух. К тому же, я бы не хотел, чтобы люди знали, что и у меня бывает такое, как показывают в фильмах.
С другой стороны все дело в том, что большинство людей меня попросту не поймут. Я это знаю потому что они уже не раз вот так не могли меня понять. Многие говорили мне «эй, чувак, не парься, ты так заумно пишешь!» или «ты нормально общаешься в сети, не выдумывай себе проблем, ты нормальный!»
А что для людей «нормальный»? У врачей «ненормальность» диагноза бывает лишь тогда, когда что-то мешает человеку жить. Поэтому я не могу сказать, что я нормальный. Люди, говоря о том, что я такой, подразумевают, что мне можно с этим жить, что проблемы нет. А это не так.
С другой стороны, что для людей мир? Разве мир – это Интернет? Разве здесь они видят то, что творится со мной, как я разговариваю или живу? Разве немой не может писать гениальные стихи? Но вы ведь не скажете ему «не прикидывайся немым, ты же так круто пишешь!». Правильно?
Есть еще и третья сторона. Когда люди читают то, что я пишу, они совсем забывают про мое стекло, через которое я это делаю. Они думают, что полностью меня понимают, что правильно сделали выводы, что я понимаю их. Они забывают, что это стекло кривое…
Рассказывая о себе Бен упоминал о некоторых важных вещах, которые поначалу кажутся глупыми.
«Улыбаться без причины» - это сложно. Когда мне говорят «я улыбаюсь, потому что лицо стало маской», но как лицо может быть маской? Как может быть маской, например, забег на 200 метров? Или, к примеру, вам нужно стоять на руках. если вы будете долго на них стоять, разве вы потом будете на них ходить?
Улыбаться без причины – это тяжело и физически сложно. Даже если ты пытаешься, улыбка быстро сползает с лица, не только потому что ты спрашиваешь себя, «зачем надо стоять на руках?», но еще и потому что ты не можешь этого сделать.
«Заглушать шум другим шумом» - одна из все тех же проблем. Ты не можешь куда-то уходить, ты никогда в жизни не гуляешь, просто потому что не можешь. И чтобы выйти куда-то, тебе нужна музыка. Если у меня ее нет, я не могу никуда выйти.
Бывают и другие неприятные вещи. К примеру, если вы идете другой дорогой, многие люди ходят разными дорогами. Но будет очень плохо, если я выберу не ту, которой ходил раньше. Будет еще хуже, если при мне поставят большой список той музыки, которую я еще не слышал по многу (даже сотен) раз. Плохо бывает и так, что ты можешь задохнуться. Можешь заплакать, можешь разбить голову о стену, тут, наверное, как повезет.
Ты делаешь много таких жестов, какие не хочешь показывать. Ты сидишь и двигаешься так, как не делают другие. Но ты стараешься спрятать самого себя как можно больше, чтобы выглядеть нормальным.
Только в обществе это никогда не получается.
Часто я думаю – как люди могут так много говорить? Как они вообще разговаривают? Как завязывают общение, почему они все такие ухоженные и ловкие? Неужели они не такие же неуклюжие, как ты сам?
А еще люди делают много разных вещей. Таких, как улыбка, только проще. А у тебя всегда будет список, план на день, который никогда никем не контролируется, а потому и не выполняется правильно. Но это не такой план, как у богатых бизнесменов. Там никогда не будет чего-то вроде «съездить в центр города на встречу» или «купить сегодня чернила для принтера». В списке обычно бывает другое. Там написано о том, что каждый день нужно чистить зубы, что нужно завязывать шнурки, что нужно хоть иногда купаться, мыть голову или даже причесываться. Что в неопрятной одежде ходить нехорошо и вещи, которые уже испачкались, нужно класть в стирку. Еще там бывает написано, что если ты научился все это делать, дальше можно учиться и более сложному. Заправлять кровать, стелить ее нормально, раздеваться вовремя, убирать со стола, класть вещи на место и мыть за собой посуду. А еще бывает трудно правильно держать в руках столовые приборы. Ты всегда думаешь, «как люди могут так их держать», особенно когда в детстве очень больно бьют за это по рукам.
Это все куда сложнее, чем стоять на руках. Это как ходить по канату. Очень тонкому и шаткому. Поэтому, список не выполняется. Даже писать и следить за ним – слишком тяжело. Все это тяжело запомнить и выполнять. И ты никогда никому не объяснишь, почему это так трудно.
Ты не объяснишь тем, кто живет в твоем доме, почему раньше ты прибегал домой, кричал на всех, отбрыкиваясь и залазил под кровать до ночи. А потом, через много лет, в той же комнате ты проводил один целые сутки, и мог просто смотреть на свою шкатулку, слушая одно и то же, пока на тебя не накричат.
Люди делают выводы, что ты просто ненормальный, а ты – и многие такие же, как ты, всегда будут молчать в ответ. Потому что, в отличие от других, ты каждый раз думаешь «а зачем вообще нужно что-то говорить?».
Люди думают, что выражать чувства легко. Люди думают, что если ты сказал «перестань, мне больно» - ты не чувствуешь и хочешь их позлить. А если ты делаешь так – «АААА, ПУСТИ, БОЛЬНО ЖЕ!!!!!» - только тогда ты что-то испытываешь…
Люди думают, что если человек молчит – он не думает или ему не хочется быть рядом.
Если не рассказывает о себе – значит, в его жизни ничего не происходит.
Люди думают, что если я перечислил что-то, это все, что я мог перечислить. Это самое главное, что я мог перечислить. А еще люди всегда думают, что понимают тебя. Что они настолько умны, что могут понять смысл всего. Раз за разом забывая про зеркало.
А если ты не умеешь смеяться и говорить громко – они обижаются и злятся. Они даже не знают, как это трудно и больно, пытаться выдавить из себя что-то. У людей это на поверхности, им легче выловить такое, но они не знают, что бывает и иначе.
Так можно продолжать и дальше, но опять же, не сказать ничего. Когда я думаю о людях и о жизни – понимаю, как и говорили в фильме, что это не моя проблема. Это люди создают из этого проблему. И тогда я понимаю, что общество мне не нужно. Я хочу только любить, и, если бы я мог, то жил бы со своей любовью вместе где-нибудь подальше отсюда. Потому что я думаю – если у нас есть свой мир, зачем тогда нам нужен этот, закрытый для нас и чужой.