Офисный планктон и не только

Автор gorra

Мы, как и все, занимаемся производством кое-чего для кое-кого. Суетимся, бегаем... а я у же несколько лет записываю и даже публиковал пару раз то, что набалтывают наши сотрудники, не задумываясь о том, что они говорят.
Например, из прошлого:

- А у вас отверстия с каким квадратным диаметром?

- Как работает Стрип-клип?
- Э-э-э…если в двух словах, то там есть папа и есть мама. Папа через резинку давит на маму, мама сопротивляется, но папа напирает и входит в маму, проталкивая в нее картонку. Затем папа выходит, оставляя картонку в маме за резинкой, которая резко идет обратно, догоняя папу. Затем цикл повторяется.


- По-моему, я забыла хвост выпустить!


- Кружки должны быть с круглым диаметром.


- Мне больше не нравится, что у Вас кружочек круглый.


- А у Миши ребра вылезают….


- Я сегодня что, плохо выгляжу? Только попробуйте мне об этом сказать!


- Там жопа врезается, а кончик раком торчит


- Как почувствовать тонкую грань между «засунуть» и «любить заказчика»?


-Когда это я говорила, что вы укладываетесь на Машу?


- Хочу девушку из фанеры 10 миллиметров.


- Мы вам еще ничего не сделали, как вы хотели, но нельзя ли по-другому?


- Он сказал, что это простой станок, на нем может резать даже обезьяна.
- А где он сейчас?
- У станка. Теперь его оттуда не вытащить.


И уже не помню, с какого места ставить новое-)
Пожалуй, отсюда:


- А у Александра Васильевича пластины прыгают!


- Когда заказчик банку рисовал, у него рука дребезжала…


- Я ваш женский записала на тринадцатое…


-И где заказ Радиуса?
-Он думает. Мы ему сказали, что ему пальчики отрежем.


- Маша, примерно так:
Вырезаем, а там посмотрим, что и куда.


- Игорь! К тебе идет девушка. Или женщина… я не знаю…


- Дайте мне Андрея Валерьевича, я буду жаловаться на Александра Васильевича!


- Ты когда-нибудь складывала квадратные метры со штуками?


- Не люблю пузатых мужчин. Подойдет сзади, прижмется и кроме пуза ничего не чувствуется…


- Заменить все внутренние ножи, согнув их плохим пальцем Изи. Переставить палец туда-сюда. То есть, сделать плохо. Но, так надо.


- Мы казанского мальчика уже делали и девочку делали. А вот русского мальчика не делали.
- У вас не фирма, а роддом какой-то…


- Пришел файл. Называется «Ногти с ножами»


- Кто-то пообещал заказчику квадратные прямоугольники сделать.


- Ой! Уже полседьмого, а я все сижу!
- Ты не сидишь, ты работаешь. Вот Александр Васильевич – он сидит.


- Если цена, то она от чего-то отскакивает?


-Ну что, мальчики? Что вы делаете в мои выходные?


- По моим грубым подсчиткам это будет стоить 65 тысяч рублей


- Добрый день!
Высылаю очень горящий штампик, который по каким то причинам не отправили к Вам еще на прошлой недели. Он нам очень нужен, очень просила Александра Васильевича войти в положение молодой матери только что выписавшейся из роддома, пойти нам на встречу и сделать этот проклятущий штамп к завтрашнему вечеру.
Спасибо огромное, с уважением,
М.


Разговор с заказчиком по телефону:
- Представьте, что будет, если мы начнём бить по вашему лицу? Представили?
У вас же проблемы будут!


При починке и откачивании остатков чернил из картриджа принтера шприцом… тот, кто чинит, обращается к входящему:
- Хочешь поработать пипеткой? А то я устал уже сосать.


А после починки….
- Вы меня достали.
- И вообще я своё хозяйство ещё не убрал


- Я не замужем и мне не нужен никакой вектор!


- Штамп на мобайл - поправленный. Большая просьба, приложить пробойники и отстойники на тираж 5500 ударов.


Так и живём. И не спрашивайте, что я произвожу и с кем-) Нет, я отвечу, что штампы там, гиперболоид помогает, но туман останется, как на него не дуй и не крути.

Каннибализм как часть европейской традиции

http://ttolk.ru/?p=15107

(Людоеды в Литве и Московии, гравюра 1571 года)

Большинству нынешних этических норм европейской цивилизации – всего около 200 лет. Вещи, на которые сегодня наложено чрезвычайное табу, к примеру каннибализм, ещё в XVIII веке были обыденностью. Священники пили детскую кровь, жиром казнённых лечили эпилепсию, а производство мумий, которых поедали как лекарство, было поставлено на поток.

Об этой части истории Европы нужно помнить как мракобесам, так и либералам. Первые уверяют, что их действия – будь то законы о кощунстве или религиозном образовании – есть возвращение к традиции, духовности и святости. Вторые же, либералы должны осознавать, как можно легко свалиться в деградацию, ратуя за педофилию или потребление тяжёлых наркотиков. Всё, к чему призывают и чего добиваются оба этих лагеря, Европа за 2500 лет своего существования уже прошла (а то и несколько раз по кругу) – женское священничество, педофилию, рабовладение, анархические и коммунистические общины, и т.д. Надо лишь заглянуть в прошлое, экстраполировать тот опыт в настоящее, чтобы понять, как эта штука будет работать сейчас.

Также европейский опыт показывает, что незыблемых этических норм нет. То, что вчера считалось патологией, сегодня становится нормой. И наоборот, и так несколько раз по кругу. Взять одно из самых главных табу нашей цивилизации – каннибализм. Он однозначно осуждается всеми слоями общества – религиозными, политическими, законодательными, общественными, и т.п. В ХХ веке для оправдания каннибализма недостаточно и форс-мажорных ситуаций, таких как голод (как это было при голоде в Поволжье и при блокаде Ленинграда) – для общества это не может служить оправданием.

Но ещё несколько столетий назад – когда уже были открыты университеты и жили величайшие гуманисты – каннибализм был обыденным явлением.

Человеческая плоть считалась одним из лучших лекарств. В дело шло всё – от макушки до пальцев ног.

К примеру, английский король Карл II регулярно пил настойку из человеческих черепов. Особенно целебными почему-то считались черепа из Ирландии, и королю привозили их оттуда.

В местах публичной казни всегда толпились эпилептики. Считалось, что кровь, брызнувшая при обезглавливании, вылечивает их от этой болезни.

Кровью вообще тогда лечили многие болезни. Так, Папа Иннокентий VIII регулярно пил кровь, сцеживаемую от трёх мальчиков.

С умерших до конца XVIII века разрешалось брать жир – его втирали при различных кожных заболеваниях.

(Немецкая карта территорий, где проживали племена людоедов, конец XIX века)

Но особенно масштабным было потребление плоти мумий. На этом рынке в позднем Средневековье работали целые корпорации.

Один «средневековый продукт» дошёл до наших дней, который до сих пор продолжает цениться почти на вес золота – это мумиё. Оптовая цена 1 гр. этого вещества сейчас составляет 250-300 руб. ($10-12, или $10.000-12.000 за 1 кг). Миллионы людей по всему миру продолжают свято верить в чудодейственную силу мумиё, даже не подозревая, что поедают трупы.

Как лекарство, мумиё стало использоваться примерно с Х века. Мумиё представляет собой густой черный состав, которым египтяне с начала III тыс. до н. э. бальзамировали тела умерших. Поскольку спрос на это средство был очень велик, затвердевшую массу в поздние времена стали счищать с черепов и остатков костей, выскабливать из полостей тела и перерабатывать.

Этим промыслом мумиё начался чудовищный грабеж египетских усыпальниц. Однако игра стоила свеч – согласно сообщению лекаря Абд-эль-Лятифа, датируемому примерно 1200 г., мумиё, полученное из трех человеческих черепов, продавалось за 50 дирхемов (дирхем — серебряная монета весом 1,5 грамма).

Спрос вызвал громадное оживление торговли этим «весьма целебным снадобьем». Предприимчивые купцы Каира и Александрии позаботились о том, чтобы мумиё сделалось важной статьей экспорта в Европу. Они нанимали целые толпы египетских крестьян для раскопок некрополей. Корпорации торгашей экспортировали размолотые человеческие кости во все концы света. В XIV—XV вв. мумиё сделалось обычным средством, продаваемым в аптеках и лавках лекарственных трав. Когда сырья снова стало не хватать, начали использовать трупы казненных преступников, тела умерших в богадельнях или погибших христиан, высушивая их на солнце. Так изготовлялись «настоящие мумии».

Но поскольку и этот способ снабжения рынка не покрывал спроса, методы изготовления мумие приняли другие формы. Грабители похищали из могил только что похороненные тела, расчленяли их и вываривали в котлах до тех пор, пока мышцы не отделялись от костей; маслянистая жидкость капала из котла и, разлитая в склянки, сбывалась за бешеные деньги итальянским купцам. Например, в 1564 г. французский врач Ги де ла Фонтен из Наварры на складе одного из торговцев в Александрии обнаружил груды тел нескольких сотен рабов, которые предназначались для переработки в мумиё.

Вскоре к торговле переработанными трупами подключились и европейцы.

В частности, Джон Сандерсон, александрийский агент Турецкой торговой компании, в 1585 г. получил приказ правления включиться в торговлю мумиё. Примерно 600 фунтов мумифицированной и высушенной мертвечины отправил он морем в Англию.

Однако более рентабельно стало получать мумиё прямо на месте, в Европе.

Уже в XIV веке для приготовления мумиё стали использовать трупы недавно умерших людей и казненных преступников. Случалось, что палачи прямо с эшафота продавали свежую кровь и «человеческий жир». О том, каким образом это делалось, рассказывается в книге О. Кролла, изданной в 1609 году в Германии:

«Возьмите неповреждённый чистый труп рыжеволосого мужчины 24 лет, казнённого не ранее одного дня тому назад, предпочтительно через повешение, колесование или посажение на кол… Подержите его один день и одну ночь под солнцем и луной, затем разрежьте на крупные куски и посыпьте порошком мирры и алоэ, чтобы он не был слишком горьким…»

Был и другой способ:

«Плоть нужно подержать несколько дней в винном спирте, затем подвесить в тенёчке и высушить на ветерке. После этого вам опять понадобится винный спирт для восстановления у плоти красного оттенка. Поскольку внешний вид трупа неотвратно вызывает позывы тошноты, хорошо бы месяц вымачивать эту мумию в оливковом масле. Масло вбирает в себя микроэлементы мумии, и его тоже можно применять в качестве лекарственного средства, особенно как противоядие от укусов змеи».

Ещё один рецепт предлагал известный фармацевт Николае Лефевр в своей «Полной книге о химии», изданной в Лондоне в 1664 году. Прежде всего, писал он, нужно отрезать мышцы от тела здорового и молодого мужчины, вымочить их в винном спирте, после чего повесить в сухом прохладном месте. Если воздух очень влажный или идет дождь, то «эти мышцы надо повесить в трубе и каждый день сушить их на несильном огне из можжевельника, с иголками и шишечками, до состояния солонины, которую моряки берут в дальние плавания».

Постепенно технология изготовления лекарств из человеческих тел стала еще более изощрённой. Лекари провозгласили, что его целительная сила увеличится, если использовать труп пожертвовавшего собой человека.

Например, на Аравийском полуострове мужчины в возрасте от 70 до 80 лет отдавали свои тела ради спасения других. Они ничего не ели, только пили мед и принимали ванны из него. Через месяц они сами начинали источать этот мед в виде урины и фекалий. После того как «сладкие старики» умирали, их тела помещали в каменный саркофаг, наполненный тем же мёдом. Спустя 100 лет останки вынимались. Так получали лекарственное вещество – «конфекцию», которое, как считали, могло моментально излечить человека от всех болезней.

А в Персии для того, чтобы приготовить такой препарат, нужен был молодой человек до 30 лет. В качестве компенсации за смерть его некоторое время хорошо кормили и всячески ублажали. Он жил как принц, а потом его топили в смеси мёда, гашиша и лекарственных трав, тело запечатывали в гробу и вскрывали только через 150 лет.

Такое увлечение поеданием мумий сначала привело к тому, что в Египте примерно к 1600 году было разграблено 95% гробниц, а в Европе к концу XVII века кладбища приходилось охранять вооружённым отрядам.

Лишь в середине XVIII века в Европе одно государство за другим стали принимать законы либо существенно ограничивающие поедание плоти трупов, либо вовсе запрещавшие делать это. Окончательно массовый каннибализм на континенте прекратился только к концу первой трети XIX века, хотя в каких-то дальних углах Европы он практиковался до конца этого века – в Ирландии и на Сицилии не возбранялось съесть умершего ребёнка до его крещения.

(Работа скульптора Leonhard Kern (1588–1662))

Но и в ХХ веке сохранялись отголоски той практики – изготовление лекарственных препаратов с использованием человеческой плоти. Вот, например:

«Наружному применению при ожогах препарата, полученного из трупов людей,- кадаверолю (када – означает труп) посвящена диссертация А.М.Худаза, выполненная в 1951 г. в Азербайджанском медицинском институте. Препарат готовили из внутреннего жира, вытапливая его на водяной бане. Использование его при ожогах позволило, по утверждению автора, сократить срок лечения почти в два раза. Впервые человеческий жир под названием «гуманоль» с лечебной целью был использован в хирургической практике врачом Годлендером в 1909 г. В СССР его применял также Л.Д.Кортавов в 1938 г.»

Или вот ещё:

«Вещество, получаемое после длительного кипячения мертвых тел, вполне может быть целебным. Конечно, это пока только гипотеза. Но на одном из научно практических семинаров специалисты из исследовательской лаборатории Н. Макарова показывали искусственно полученное ими мумиё (ученые называют это вещество МОС — минералоорганический субстрат). Протоколы исследований свидетельствовали: МОС способен повышать работоспособность людей, сокращать период реабилитации после радиационного поражения, увеличивать мужскую потенцию».

Немецкая практика переработки во время ВОВ узников концлагерей на мыло, кожу, удобрения и т.п., таким образом, не была для Европы каким-то новшеством – лет за 150-200 до нацистов всё это ещё было нормой (эта практика, в том числе подтверждает, что германский нацизм был резким откатом назад, в архаику).

Но и сегодня, в XXI века западная цивилизация всё ещё легально потребляет человеческую плоть – это плацента. Причём мода на поедание плаценты растёт год от года, и во многих западных роддомах даже существует порядок её использования – либо отдать роженицы, либо сдать в лаборатории, производящие на её основе гормональные препараты. Подробнее об этом можно почитать здесь. Можно ли признать моду на поедание человеческой плаценты одним из признаков отката западной цивилизации в архаику? Скорее всего, да.

+++

Это совсем не страшно!

В первый раз меня посадили лет в пять..

Меня привели в какое-то странное место, где неприятно пахло, а в очереди сидели плачущие дети, но в больших стеклянных шкафах были разложены красивые игрушки. Игрушки мне очень понравились, но мне сказали, что шкафы закрыты и трогать игрушки нельзя! Можно просто полюбоваться на них издалека. Как ни странно - это меня успокоило. В похожем месте я уже был - в магазине игрушек. Там тоже нельзя было потрогать игрушку, а только посмотреть на нее. И  там тоже дети иногда плакали, если у мамы не было денег, или просто если мама - сволочь и не хочет купить мне такую зашибательскую вещь!

Но пахло в новом месте все-таки плохо, а из-за закрытой двери, куда мы хотели попасть - раздавались страшные крики.

Меня начали морально готовить - "Там совсем не страшно!! Там тебя просто укусит пчелка!"

Меня это не очень успокоило. Пчелка меня уже разок кусала,  я еще помнил, как бегал вокруг дома и плакал, а мой дед сказал, что надо быть мужиком.  Тогда я понял, что становиться мужиком - это что-то страшное.

В этом месте, как мне показалось тоже делали мужиков даже из маленьких девочек. Время от времени из двери выходили какие-то дети в крови, громко крича, и их рыдающие мамы. Часа через два подошла и наша очередь. Доктор долго выбирал какое-то страшное орудие. У него их там было много - все такие страшные и блестящие. Что-то наподобие клещей.

Поэтому все последующие годы своей жизни я сразу понимал как выглядят застенки гестапо, где вечно пытали наших разведчиков.

Кроме того мне сразу стали понятны все фильмы о средневековой инквизиции - я понял, что это тоже самое, только в те давние годы у палачей еще не все было доведено до совершенства. И поэтому у них клещи были еще не блестящие, а какие-то покрытые копотью от нагревания на костре. Мне даже показалось, что сжигание еретиков на кострах - в этом было что-то уютное и домашнее. Поджигающий ведьму палач горько плакал  и размазывал грязные слезы по щекам. Зубной врач советских времен не плакал никогда.

Да, так об чем это я?

Когда я учился в школе и пошел в секцию гимнастики, то мой тренер как-то раз тоже успел сказать - "Не бойся! Это совсем не страшно!"

И я как-то все понял и сбежал из этой секции. Можете обвинять меня в трусости, но история многих гимнастов доказывает, что я был прав.

Через много лет меня зазывали в армию - "здесь из вас сделают настоящих мужчин!"

И я понял, что армия - это не для меня. Пчелка меня уже кусала много лет назад, и я представлял целый рой пчелок, которые будут из меня что-то делать себе на обед.

А еще немного позже я руководил участком на заводе и какой-то проверяющий ласково просил меня подписать акты проверки.

И я уже почти пописал, когда он ВДРУГ сказал - "Вот тут акт о недостаче у тебя драгметаллов. Там сущая ерунда! Подписывай - это совсем не страшно!" Я почему то испугался и не подписывал. Мне даже директор завода лично сказал - что это совсем не страшно, но я не сдавался. Пока мне не принесли откуда-то нехватающие 150грамм серебра и не сказали, что - я сволочь и никогда не буду настоящим мужиком! Это меня успокоило. Как только я узнал, что не стану мужиком - я подписал.

 

Иногда моя супруга говорит мне разные фразы.

Ну, вы знаете - "Это совсем не страшно! Ты не будешь мужиком!"

Я их разбиваю на части. Если не буду мужиком - значит я прав.

А если "Это не страшно!" - то я уже обьяснил...

Чемодан без ручки. Записки дурака.Ля минор.

Чемодан ко мне приехал вместе с супругой на поезде. Ручка и колесики отвалились где-то по дороге. Весил чемодан каких тридцать килограмм.

Это неудобная вещь.

Хотя, если подумать, многие из нас точно такие же. Нас и тащить неудобно и бросить жалко.

И трудно понять - мы любим тех кто рядом и поэтому их тащим, или наоборот, не любим, но тащим по привычке?

И многие думают, что кого-то тащат.

-  "Вот твой приятель А. - порядочный человек! Он не напивается как ты! И он всегда аккуратно пострижен. И еще, он не ругается матом. Ну, по крайней мере он не ругается матом при мне! Что?! Он изменяет своей жене?!  Вот ты и показал, какое ты ничтожество! Вот смотри. Во-первых ты сам придумал, что он изменяет своей жене. Во-вторых, даже, если это и так, то откуда ты мог узнать?! Ах это он сам тебе говорил???

Ну и что тогда получается? Ты воспользовался его доверчивостью, чтобы вывалить это первому встречному! Ах я - не первый встречный, а твоя любимая жена?! Значит ты это вывалил уже не мне одной, а еще кому-то?! Не вываливал?

Тогда зачем ты мне это сказал? Ты хотел испортить мне настроение? Не хотел? Ну, правильно. Ты портишь людям настроение и даже сам этого не замечаешь! Вот смотри - ты обгадил своего друга. И еще и мне испортил настроение. Ты хотел выглядеть лучше, чем он?! Ну ведь это смешно. Я то знаю, что у тебя уже были любовницы. И ты хочешь обгадить хорошего человека, чтобы казаться лучше?! Ты жалеешь, что мне это сказал? Ну, сказал и сказал. Я всегда знала, что твои друзья такие же, как и ты сам... А выглядите порядочными людьми...

Вот моя подруга Ленка уже пять лет ни с одним мужчиной не спала. Хотя и живет одна. Потому, что она высокоморальный человек. Что?! Ну, да, она хотела бы мужика. Но ей не попадается пока. Что? У нее хищный взгляд и все сразу видно?! Ну я так и знала. Что ты еще можешь подумать с твоими низменными привычками!

Да ей уже сто раз предлагали переспать, но она не соглашалась!! Откуда Я знаю?! Да я просто знаю. Ну.... ну я сама видела один раз, как к ней на улице приставал какой-то пьяница! А она отказалась!!! И она мне сама говорила раз сто. Приставали ко мне пьяницы на улице или нет?! Да, приставали. Два раза!! Но я тоже отказалась. Почему тебе не отказала????

Откуда же я знала, что ты такой же пьяница, как те, которые приставали... Лучше бы я им не отказала!! Ну, почему сразу двоим.. Я бы выбрала того, который не совсем пьяница и порядочный человек!

Ах ты не совсем пьяница и порядочный?! Так зачем ты мне рассказываешь гадости про своего друга?? Ах он тебе уже и не друг, а просто знакомый? Ах ты ко мне приставал только потому, что на мне были черные колготки и облегающее платье?!

Я всегда знала, что ты неумный человек. И к тому же немного маньяк!

А что, мне правда так идут черные колготки и то, облегающее платье ?

Хм.м.м. А я бы никогда не подумала...

Да нет, я всегда знала, что у тебя есть вкус к красивым женщинам и вещам...

Так что - в этом платье я еще ничего?!

Нет, ну, ты специально так говоришь...

Ну, только не надо СЕЙЧАС меня тащить в постель!! Я сейчас очень занята! Я правда занята!! Ну я... за.а.а.а. нята...."

 

 

Застенчивость. Записки снайпера.

Автор

EL Pelado

Чортова Дюжина представляет нового автора

 

Котов никогда в жизни не дрался. Нет, по лицу он, конечно, получал, по почкам, там и по печени. Но, драться и быть побитым – это согласитесь разные вещи. Никогда он не сбивал костяшки пальцев в кровь, не ощупывал языком шатающиеся зубы, не рассекал брови, из которых кровь хлещет так, словно она идет непосредственно из самого сердца. Надо же, когда нож в живот запихают – крови меньше льется, а когда врежут в глаз – льет, как из ведра.

Читать далее...

Бормашина

Однажды, меня научили смотреть в глаза другим людям. Это сделал не сенсей, который пятьдесят лет, высоко в горах, разрабатывал тайные приемы восточных единоборств, а попутно с ними, своеобразную философию. Это не был, жесткий, словно вода из-под крана, преподаватель рукопашного боя, челюстью которого можно колоть орехи, а пальцами – сверлит дыры в бетоне. Также это не был.… Хотя какая разница, кто это не был? Важно, кто это был! Это была моя Бабушка. Она постоянно так и говорила – всегда смотри в глаза! Хорошие люди – ответят тебе встречным взглядом, плохие – отведут его, а враги – потеряют самообладание.
С тех пор, с самого детства, я всегда смотрю людям в глаза. Уже позже, меня научили, как по глазам распознавать ложь. Ведь всем известно, что глаза – это зеркало души.… Но, это совсем другая история.

Ну, вот как бывает? Идешь, никого не трогаешь, на своей волне, так сказать.… И, ситуация, классическая! Либо хулиганы, вечно страдающие от никотиновой недостаточности, либо красивая девчонка, на которую, вечно, смотришь, расстраиваешься.… И все.
Да, все! Редко кто подойдет, по крайней мере, девяносто человек из ста. И еще заметил, что, чем старше становлюсь, все более иным становится мое отношение к женщине.
Раньше как было? Чуть что, сразу затащишь кого-то в постель. Трахнешь, если проще говорить. Теперь.… Как говорит один мой хороший друг, женщину – нужно ценить, как вино, смаковать ее и наслаждаться. Каждым глотком. Каждым прикосновением.
Вот и я, чем старше становлюсь, в мой пакет необходимых действий и услуг, постепенно затесалось не банальное: потрахаться, но и: «А поговорить?»

Так получилось, что первые пять лет в розыске я работал без единого отпуска и, практически, без единого выходного. Конечно, многие так работают, но когда работа, реально, достает до самой печени… Каждый день ты доказываешь начальству, что ты не верблюд, а оно усиленно лепит тебе на второй – еще и третий горб. Когда каждый день ты рыскаешь по территории, словно акула, которая мечется в море в поисках крови. И когда каждый день ты должен решать судьбы людей.…
Это начинает угнетать.
О том, что бухали по-черному – повторяться не буду.
Но всегда, в жизни каждого человека, наступает такой момент, когда у него появляется свободное время. Вот так вот, не было, не было и… Словно детскими граблями по яйцам! Настает время, которое можно использовать по своему личному усмотрению!
Что я делал первое время? А ничего! Тупо сидел дома! На тот момент, я был уже одинок в личной жизни, поэтому семьей заниматься не было возможности. А посещать имеющихся любовниц, как ни странно, было гораздо удобнее, когда совмещаешь это увлекательное действо с работой.
Бухать тоже как-то сразу стало скучно. Факт! На работе, а иногда и после, бухается гораздо интереснее. Дома – словно закодировался волшебным образом. В первый день навел порядок. Во второй день – поддержал его. Телевизор смотреть абсолютно неинтересно, хотя недавно жаловался на то, что не успеваю смотреть даже ночные новости. Собаки у меня не было, кота еще не завел. Цветы? Ах, да цветы! Из семи цветочных горшков вытряс окаменевшую землю с мумифицированными растениями, который невозможно было идентифицировать…
Стал гулять по вечерам.
И вот, однажды, это произошло! В смысле, хулиганы! В самый первый раз в моей взрослой жизни, которая наступила после Армии. Раньше, все, как-то, я сам попадался, а теперь они попались мне!
В общем, не буду нагнетать интригу! Ничего, эдакого, не случилось. Хулиганы приставали к симпатичной женщине, вяло, правда. На моё замечание пойти на хрен, среагировали правильно – пошли в указанном направлении. Без слов и угроз. Даже обидно. Когда я не мог защитить себя, то сразу получал по чайнику. А теперь, когда столкновение с потенциальным противником я планирую заранее, лишь бы у меня было секунд пять, разобраться что к чему, мне крайне редко попадается возможность начистить кому-то физиономию.
Даму я проводил домой. На чай даже не пришлось напрашиваться. Меня без проблем пригласили и так. Действительно, чего не пригласить, если дома меня встретили двое очаровательных детишек и энергичная Маман, с пронзительным, прожигающим душу, взглядом.
Чаю я выпил. Маман, даже, распила со мной бутылочку коньячку. Затем, слегка во хмелю, я поменял несколько лампочек, поковырялся в утюге и… Охренеть! Починил его! Пошебуршал в сливном бачке, и теперь вся семья могла спокойно посещать гальюн.
Секса, мне, конечно, не обломилось. Чего врать-то. И даже после того, как мне намекнули, что могут запросто поехать ко мне в гости, я сослался на однокомнатную квартиру, мрачную маму, а до кучи, на приехавшую из Новосибирска племянницу, окотившуюся кошку и собаку, за компанию.

Пока мы говорили, я смотрел ей в глаза. Конечно, никакой любви с первого взгляда, я там не видел. Не видел я и никакой заинтересованности. Её глаза – это глаза уставшей женщины, уставшей от одиночества и неустроенности в жизни. Глаза, которыми тоскливо смотрят на чужое счастье, а своего рассмотреть не смогут, даже если оно и появится. Я не люблю такие глаза. Эти глаза так же равнодушно будут смотреть, как на меня, так и на собственных детей, потому-что эти глаза уже проиграли. Они просто проиграли жизни.
И неважно, что со мной общались и смеялись над моими, в принципе, неудачными шутками. Неважно, что мне дышали в шею, неважно, что держали меня за руку…

Однажды я видел такие глаза, которые не смогу забыть никогда. До них было очень далеко. И видел я их сквозь оптику прицела. И, пускай, я не видел их своими глазами, но я чувствовал взгляд.… И все равно, что это был взгляд непримиримого, ненавистного до ломоты в груди, врага, так же далекого от меня ментально, как я от жителя Сириуса, но.… Это был взгляд, которым смело смотрят в глаза опасности, взгляд, которым нужно смотреть на жизнь. Сильно, дерзко, неукротимо, а, иногда, и жестко…

С дамой мы больше не встречались. Совсем не потому, что у нее были двое детей, и Маман, с пронзительным, словно бормашина, взглядом. Нет, не поэтому. Так получилось, что я, иногда такой слабый и беспомощный, хочу находиться рядом с таким человеком, на которого всегда можно будет положиться, и который сможет положиться на меня. А это, всегда, можно определить по глазам человека. Мужчины, или женщины. Не зря, мы знаем, что глаза – это зеркало души. Но знать мало, нужно всегда понимать это и уметь видеть. И совсем неважно, кем будет этот человек, и кого он приведет за собой.

Ну и самое основное, конечно. Можно быть кем угодно, жить где получится, делать любое дело…. Но, истина одна: неважно, где ты живешь, важно – кто находится рядом с тобой.

Однажды меня научили смотреть в глаза другим людям.

Монитор.

Автор-

 

Как хорошо бывает ночью
Ты ждешь невиданных чудес
И звезды манят словно речью
Тебя подняться до небес


Не бывает маленьких или больших решений. Что чувствует человек, сидя за монитором, с другой стороны от того, кому он пишет?
Жизнь через стекло, к нему можно прикоснуться кончиками пальцев, провести по буквам,
составляющим такие дорогие и значимые для тебя слова. Слова, которых ты очень ждал, надеялся,
ты можешь представить себе лицо человека, когда он тебе писал эти строчки, возможно его улыбку или грусть,
монитор так же хрупок как и интернет соединение, которое в любой момент может оборваться как и ваша связь.
Через монитор очень просто расстаться, встретиться, полюбить, забыть, ненавидеть, встречаться.
Он тебе может показать душу и чувства, а может только ложь и лицемерие. Но он упрощает жизнь, делает ее доступной, эмоциональной.

Знаешь Он похож на хрустальный шар, один из нас внутри, другой снаружи, мы можем в один миг прикоснуться к нему с двух сторон,
возможно, что-то почувствовать. Он хрупок и в тоже время так притягателен, он заставляет нас выходить в сеть, сколько мы проводим за ним,
гораздо дольше, чем за зеркалом, в зеркале мы видим себя самого, со своими недостатками, обидами, слезами, ущербностью.

А за Ним, мы прекрасны, мы пишем, радуемся, чувствуем. Кто он, помощник или обман? За ним мы хотим верить и доверять.
Если бы умел рисовать, я написал бы Шар, со звездами и снежинками, внутри Она, удаляющаяся от стекла в центр, в пальто, которое дрожит от ветра и шарф,
который развивается от шеи обратно к стеклу, к нему, который стоит с другой стороны стекла, с гримасой страдания, и серым лицом,
только в глазах маленькая искорка надежды, отражение звезд и шарфа, который дает сердцу возможность биться, одна рука на холодном стекле, другая на груди,
как будто сжимает невидимую рану. В ее глазах слезы, такие капельки, которые переливаясь отражают свет звезд, она их не смахивает, нет сил, в них можно увидеть снежинки....

Снежинки, которые падают на ее длинные ресницы, которые он так любил и все время пытался поймать губами, но она так пристально на него всегда смотрела,
что ресницы порхали как крылья бабочки, ему было не угнаться за ними. Он и за ней не смог угнаться.

А она его ждала, все эти встречи, когда он шептал ей Слова, которые теперь только видит на экране своего серого и
теплого монитора, только он для нее уже холодный, как и слова, которые разбросало время и ветер. -Привет милая- раздался голос,
искаженный помехами на телефонной линии.
- Я уже еду, буду через пол часа.
-Да, мой хороший, я тебя жду. Целую.

Пора закрывать ноутбук, скоро приедет милый. А Он, с другой стороны монитора, почему-то молчит, Он не приедет...

 

 

Афганистан. Скромная война.

Автор

Маркус

 

Заметки ООНовца.

Лучше гор может быть..только море. На котором давно не бывал.

 

Читать далее...