...Хочу рассказать тебе о мимолетном переживании, которое я испытал сегодня утром. Я, как проснусь, сразу варю кофе и усаживаюсь за чашкой с сигаретой, выкуриваю две-три штуки, а потом уж начинается день. И вот сегодня я встал с постели, водрузил на плиту чайник и попытался понять, как себя чувствую. Меня что-то тревожило, было нехорошо... Ты знаешь почему, но сейчас мы говорить об этом не будем, да... А потом я закурил сигарету и кое-что пережил. Одна затяжка, глоток саднящего терпкого тепла - и вдруг мне становится ясно: надо выкурить не две-три сигареты - неторопливо, со вкусом - а только одну, и быстро. Потому что из-под двери несет ледяным холодом, и внутри меня - такая же холодная сила, жесткая и резкая, и что я сейчас сделаю еще несколько судорожных затяжек и выйду из этого незнакомого помещения. Я быстро встану, прошагаю по обширным пустым залам, запахнет ваксой, хлоркой, где-то за стенами раздастся резкий металлический удар, шум заводящегося мотора, а на мне обтягивающая грудь грязноватая тельняшка, и я зол, и я бью ногой в дверь, и она распахивается, и порыв ледяного ветра ударяет в голову, и я придерживаю на голове шапку, и вышагиваю на утоптанный снег, и тут же, сходу, начинаю на кого-то орать... Я знаю: у меня какая-то бригада в подчинении, и впереди у нас целый день тяжелой, напряженной работы, и ее надо сделать, и я ее, блядь, эту совершенно ненужную мне работу, во что бы то ни стало сделаю!..
А потом все прошло. И я, уже спокойно покуривая, думал: "А ведь все в моей жизни всегда так и было. Только труд, а вне его - ветреная пустота, в которой непонятно куда идти". Я был так создан: никогда не знал, куда идти, что делать, что говорить. Это удивительно: я создавал убедительнейшую иллюзию того, что у меня все нормально, - институт, карьера, семья, - а на самом деле все было очень и очень не нормально, и этого никто не видел. Даже я сам... Поэтому - ты знаешь! - у меня мало что получалось - и вот, результат налицо: я ничего не могу в этой жизни сделать, кроме как написать еще одну книгу. Единственное мое достоинство - я умею работать. И поэтому всегда для меня была одна только работа, тяжелая. Писать тяжело, это факт. "Литературу делают волы", - сказал Флобер. Ну, утверждать, что я делаю литературу, было бы нелепостью. Но... Я занимаюсь этим делом. И писательство (я уж не говорю о том, что было до него) никогда ничего не меняло к лучшему, ничего не решало, а значит, было не нужно. Пусть так! Но я научился это делать хорошо, и я научился так жить!..