CyberPunk Russian Edition 2007
Материал подготовлен для портала www.webplanet.ru

В отношении литературного течения "киберпанк" у русскоязычных любителей фантастики есть два противоречащих друг другу вопроса, на которые никак не могут сформулировать ответы.

Вопрос №1: Жив ли киберпанк?
Вопрос №2: Есть ли русский киберпанк?

Их мусолят уже давно, но однозначных ответов найти не могут - так же, как и на вопрос "в чем смысл жизни?". По этому вопросу высказывались Александр Тюрин, Андрей Чертков, Владимир Васильев, да и все кому не лень. Но воз и ныне там. На форумах до сих пор трут эту тему, просвещая нуберов относительно того, что есть и чего нет.

Начнем с первого вопроса, ибо ответ "нет" автоматом свел бы к бессмысленности второй.

Жив ли киберпанк?
В определенном смысле киберпанк мертв. Начавшись с бунта, он успешно миновал фазу становления и роста, сформировался и занял свое место в ряду фантастических жанров – научная фантастика, фэнтези, альтернативная история и т.д. и т.п. Надо отдать должное Большой Шестерке американских киберпанков - они сумели создать новый жанр литературы и дать ему путевку в жизнь.

Эстетика и философия жанра вполне узнаваемы. Большие корпорации и волки-одиночки, которые якобы им противостоят (а на самом деле работают на них). Компьютеры и хакеры, которые их ломают. Сине-зеленый неон на черном фоне футуристических контуров еще продолжает жить на сайтах хардкорных поклонников Движения и в компьютерных играх, эксплуатирующих хлесткий антураж. Есть еще и те, кто упорно продолжает подражать классикам, но тексты, которые получаются в результате этих попыток, вторичны по умолчанию. Они похожи на старательных учеников, копирующих классические образы в музеях.

О том, что такое КП, написаны десятки статей. Баянить на эту тему не хочется, потому если вам не лень пробейте в поисковике пару ключевых слов и получите гору ссылок. Читайте первые штук двадцать и поймете что к чему.
Но на самом деле, все уже в прошлом. Темы, поднятые киберпанками, были свежи в начале 80-х, когда компьютеры еще только начинали появляться в офисах и, когда о глобализации никто не говорил на каждом углу. Большая Шестерка во главе с «Председателем» Стерлингом и Гибсоном отработали на славу, создали каноны жанра и тихо прикрыли лавку. Киберпанк закончился на трилогии «Киберспейс» и «Схизматрице» с роем рассказов-спутников. Именно там было все – и жестокость антиутопии и новые технологии и дрейф старой человеческой морали в сторону чего-то совсем другого, нежели размышления о Жизни и Смерти. Трилогия «Моста» и «Священный огонь» это вещи другого порядка, другого заряда, хотя в них тоже есть компьютеры и разношерстный пучок технологий. Про «Распознавание образов» Гибсона можно сказать просто – это уже практически мэйнстрим.

Киберпанк мертв. Как литературное течение, рассматривающее актуальные для настоящего момента темы. Его тематика исчерпана. Все темы, которые можно было развернуть в рамках этого течения, уже развернуты, осталось только жонглировать стереотипами и штампами, перетасовывать старую колоду карт.
Состояние киберпанка хорошо характеризуют рунетовские сайты по этой тематике. Полтора десятка мертвых, давно не обновлявшихся сайтов - и несколько не слишком активных площадок, по контенту как близнецы похожих друг на друга. КП-тусовка немногочисленна и люди, общающиеся там, давно знают друг друга в лицо.

А с другой стороны, киберпанк жив. Жив в тех текстах, которые написаны, пишутся и которые еще будут написаны про «плохие» корпорации и «хороших» хакеров. Подобно космоопере или фэнтези, он дрейфует в сторону чтива, которым убивают время в метро. Собственно, ничего страшного в этом нет. Рано или поздно авангардные течения становятся достоянием индустрии развлечений, хорошо узнаваемыми брэндами, в принципе, вполне адекватно следующими канонам жанра. Хорошие примеры тому - крепко сработаные тексты Панова и сляпанный на коленке романчик Чубарьяна.

Киберпанк жив еще и потому, что по сути что он неплохо срабатывает как альтернативная жизненная идеология для молодежи, которая только начинает адаптироваться в общество. Противостояние "хакер-корпорация" проецируется на повседневную жизнь выпускников в виде противостояния "я-большой мир вокруг". Достаточно сказать, что тема шанса на лучшую жизнь у того же Гибсона сквозит во всех ранних текстах. Еще и по этой причине «Сожжение Хром» и «Нейроманта» будут читать также, как продолжают слушать песни умершего Виктора Цоя.

Теперь, когда мы определились с тем, в чем же еще жив КП, рассмотрим второй вопрос.

Есть ли русский киберпанк?
Ответ на второй вопрос звучит следующим образом: его просто завались. Рассуждения о существовании русскоязычного киберпанка тем более идиотичны, если вспомнить, что сам «Председатель» Стерлинг, посетивший Москву с дружественным визитом в 90-х, характеризовал ситуацию весьма положительно.
Вопрос в другом: а какой он, этот русск(оязычны)ий киберпанк?
История киберпанка в русскоязычном пространстве стара и ведет отсчет не от тупых виртуалок Лукьяненко и даже не от спорных опытов Тюрина. Почти в тоже самое время, когда Гибсон выстрелил своим "Нейромантом", в журнале "Знание-сила" вышла небольшая повесть Владимира Пирожникова «На пажитях небесных». Текст менее изысканный стилистически и менее жесткий в описаниях нашего возможного будущего, но ничем не хуже по смысловой нагрузке и сюжетной интриге. Там есть все атрибуты, присущие американскому киберпанку 80-х - компьютеры, сети, искусственный интеллект, размышления о власти и системе.
Текст прошел незамеченным, его помнят разве что старожилы фэндома. Вместо того, чтобы развить успех вновь обнаруженного пласта идей, наши фантасты продолжали работать в давно наезженном русле. А потом пришли 90-е и с ними сюда хлынул поток переводной фантастики, а с ним сюда просочились и тексты киберпанков.
Традиция копирования Запада - для нас вполне нормальна. Мы отстаем во всем и редко стремимся к тому, чтобы сделать что-то свое, вместо повторов западного пути. Киберпанк здесь не исключение. Его каноны и штампы воспроизводили все кому не лень - начиная от "мэтров" и заканчивая "начинающими". Спектр КП-текстов, выпущенных нашими авторами широк - от попсовых поделок раскрученных Лукьяненко/Зорича и до интересных и оригинальных вещей малоизвестных авторов Константина Рогова ("Собирая реальность") и Сергея Воробьева «Дорога на Таодушань». Рассуждения относительно того, есть ли киберпанк в родном отечестве, смешны до коликов. Для тех, кто в танке - читает список ниже.

«Башня Ангелов» Татьяны Матвеевой - хорошая повесть. В лучших традициях, так сказать. Романтическая история о хакерше, попавшей в оборот. Весь набор стандартных штампов присутствует и весьма хорошо выписан.

«Московский клуб» и «Поводыри на распутье» Вадима Панова - из оперы по коммерциализации КП, выполненный качественно, за который не жаль потраченных денег. Очищенный от всяческой романтики киберпанк, война всех против всех, мир, который катиться в бездну всеобщего хаоса. Кровь и грязь. И лубочный славянский антураж.


«Падшие ангелы Мультиверсума» Леонида Алехина - тоже неплохой закос под классику. Но в отличие от «Московского клуба» мягковат и только претендует на жесткость. Некоторые детали вызывают улыбку. Зачем называть именем популярного японского писателя эксперта по хакерам? Воспоминания о фильме «Матрица» и «тонкие» ассоциации с Гибсоном (отель «Новый Азор») – лучшие свидетельства того, что в нас крепко засели штампы, разработанные Большой Шестеркой. Тем не менее текст однозначно стоит читать.

«Алмазные нервы» (и другие «алмазные» тексты) Виктора Бурцева, «Кремниевое небо» Игоря Шапошникова из той же оперы крепеньких середнячков, не претендующих на отход от канонов.

«Полный рут» Саши Чубарьяна - результат потуг в отношении создания коммерческого продукта со всеми сопутствующими атрибутами раскрутки - сайт с отзывами виртуалов и бродившие слухи о том, что по мотивам собираются снимать фильм. Вещь не только вторичная, но и откровенно слабая.

Кроме вышеперечисленных по жанру потоптались "мэтры" вроде Александра Тюрина или Владимира "Вохи" Васильева, также фантасты калибром поменьше – Проскурин, Шведов, Кудрявцев, Ливадный и многие другие. Для тех, кто хочет знать больше - сходите на сайты любителей киберпанка и обрящете там желанный контент.

К жанру относят еще «Принца Госплана» Пелевина - но по-моему, у критиков просто не нашлось нужного термина для определения этого текста.

Нечто подобное с «Паутиной» и «2048» Мерси Шелли (Алексея Андреева). Первый текст - это роман про Сеть, а не киберпанк. Сам автор даже попытался отделаться от киберпанковского ярлыка, но в сознании нашего читателя крепко засел штамп, что если в тексте есть компьютер и хакер, то это киберпанк. В отношении второго романа определение тоже можно применить с большой натяжкой: "2048" поднимает темы, соотносимые с более поздними течениями (нанопанк, например).

Короче говоря, русскоязычного киберпанка, так или иначе следующего канонам американского образца восьмидесятых - навалом. Просто надо уметь искать, а не читать куцую статью на русскоязычной Wiki. Посему, считая тему раскрытой, перейдем к следующему разделу.

Что дальше?
После киберпанка 80-х и немного начала 90-x за большим бугром взошли настоящие звезды. Нил Стивенсон, Грег Бир, Вернон Виндж, Йен Бэнкс, «Дэн Симмонс». При всей спорности и неоднозначности Джеф Нун с нимфомацией тоже серьезный шаг в сторону. Экстремалы типа Кендзи Сиратори пишут книги, пока еще трудно определимые с точки зрения здравомыслящих критиков. Запад опять впереди. Будем ли мы опять тянуться в фарватере за этими ледоколами или все-таки у нас есть шанс сделать шаг в сторону и создать что-то свое?

Семь лет назад статья Шелли «Дети Стекольщика», вызвавшая в свое время нешуточный шум в русскоязычном фэндоме, произвела на меня двойственное впечатление. Стиль изложения и мало прикрытая агрессия резко не понравились. По сути я не скандалист и такие методы "работы с клиентом" мне мало импонируют. Лучше пойти и написать что-то художественное в противовес, чем пытаться поставить "на место" (плохо для пиара, но что делать).

По сути Андреев, поднял вопрос не только о том, почему мы принимаем за киберпанк тексты Лукьяненко и почему гранды калибра АБС не смотрят в сторону нового течения. Это была еще и попытка обозначить новую тематику - отсылы к Стивенсону и его "Букварю" звучали как призыв к новому. Андреев старался. Сильно старался, но весь этот шум так и остался гласом вопиющего в пустыне.

За прошедшие семь лет мало что изменилось. Хорошим примером этому может быть статья писателя-фантаста Ильи Новака «Проекты будущего в фантастике: банальное и новаторское» . Подробно пересказывать ее не буду, но скажу лишь, что там говориться 1) об убогости современной фантастики в отношении описания будущего, 2) краткий некролог по киберпанку с описанием его более поздних ответвлений, 3) круг возможной тематики, уже затронутой в текстах современных западных авторов и на которые стоит обратить внимание, 4) некоторые русскоязычные тексты, выбивающиеся из круга массовой фэнтезийно-космически-боевой ерунды. Почитайте, хороший анализ ситуации и обзор того круга тем, за которые следовало бы взяться.

Помимо теоретических статей Новак еще и делает то, о чем пишет. Почитайте его недавно вышедшую «Демосферу». Текст тяжеловат и суховат, как по мне, но в нем достаточно много новых идей, не отдающих нафталином. Тем не менее, роман номинирован на «Букера»-2007 и «Русский бестселлер», что само по себе не может не радовать.

В свою очередь, автор этой статьи также попробовал обозначить некий круг возможных тем, на которые стоило бы обратить внимание авторам, пробующим писать прозу, близкую к тому, что когда-то называлось "научно-фантастической". Перечень не полный, но чем рассуждать о том, что можно было бы написать, лучше пойти и сделать это.

Будут ли развиты эти темы и то, что обрисовано Новаком в его статье? Возможно, но верится с трудом. И дело не в том, что нет авторов, способных на прорыв. Как показывает история тех же киберпанков достаточно пять-шесть талантливых людей, чтобы перевернуть ситуацию и открыть нечто новое. Пессимизм вызывают следующие факторы.

Российский фэндом (популярные авторы и их фанатичные поклонники) давно уже представляют собой жесткую иерархическую структуру, где «молодому талантливому автору» отводится роль внимающего и взывающего к лику авторитетов. Он мало отличается от потребляющей братии. На верхушке этой пирамиды восседают выжившие динозавры из «раньшего времени» (60-80 г.г.) - уже почти не пишущие, но, тем не менее поучающие. Вторая категория - «продуктивные» в плане количества авторских листов в час. Последние поднялись в 90-е, заняли свое место в президиуме и мало настроены на то, чтобы подвинуться. Я посещал пару «авторских вечеров ведущих фантастов». За последние пять-шесть лет состав президиума не менялся. Я с уважением и интересом отношусь к творчеству некоторых из них. Но господа, все, что вы делаете, утратило актуальность полтора десятка лет назад!
Этому президиуму внимает толпа фэнов, представление о которой можно получить, побывав на любом из ежегодных "конвентов". Это весьма закрытая для всего нового тусовка, живущая на конвентах под лозунгом: «бухай и братайся». Нет, не скажу, что там так все запущено, и нет трезвых во всех смыслах людей, с которыми есть о чем пообщаться и кого послушать. Но общее впечатление от этих сборов – люди приехали просто потрепаться и постоять рядом с телом любимого фантаста. Я был на Росконе в 2006-ом и мне не хочется опять ехать туда. Четырьмя годами ранее Андреева-Шелли изгнали со скандалом с конвента "Странник", а на Роскон-2003 приглашали с медицинской страховкой.

Впрочем, авторы и примкнувшие к ним фэны не делают главной погоды. На все том же "Росконе" мне довелось побывать на двух полезных с точки зрения информативности семинарах. Первый – мастер-класс Перумова. Там он очень доходчиво за пятнадцать минут рассказал о том, что количество тех, кто потребляет фантастику составляет около полумиллиона человек, и что с 90-х годов объем потребительского рынка не изменился. Второй факт касался роста количества писателей-фантастов. Их число возросло на порядок. Другими словами, конкуренция за головы и кошельки ужесточилась и пробиться к более-менее широкой аудитории «молодому талантливому автору» очень трудно.

Вторая лекция о состоянии рынка российской фантастики прошла на семинаре, который вел Н.А.Науменко, главный редактор направления фантастики издательства АСТ. По его словам система распространения печатной продукции и информирования читателей про новинки находится на уровне плинтуса. Серьезных периодических изданий, которые могут давать более-менее подробные рецензии по выходящим новинкам почти нет (разве что «Мир фантастики» дает массу этой информации, прим. автора). Раскрутке подвергаются только 1) именитые авторы, 2) те, у кого есть спонсоры, способные дать на раскрутку деньги. Судьба книги молодого талантливого автора подобна судьбе беспризорника. Его родили и выбросили на улицу. Выживай сам. Вкупе с цифрами, озвученными Перумовым, это дает не слишком оптимистичную картинку. Даже если книга выходит из ряда вон, то узнать о ней читателю будет весьма трудно.

Потенциально бунт в русскоязычной фантастике осуществим. Но только потенциально, поскольку реально никто не будет вкладывать деньги в «культурный проект», хотя «молодых талантливых авторов» у нас полно. Земля русская всегда была богата на таланты.

В это ситуации «молодому-зеленому-талантливому» остается несколько выходов. Первый – строчить коммерческие романы по три штуки в месяц и обивать пороги издательств. Второй – скандалить и поливать грязью «мэтров», в надежде что тебя заметят. Третий – искать жирного и дурного спонсора, который вложит в тебя бабки. Что еще? Какие-то возможности по использованию блогосферы для раскрутки собственного имени есть, но для того, чтобы подняться с нуля в этой области надо весьма и весьма потрудиться.

Резюмируем. Прорыва в русскоязычной фантастике с новым пакетом идей, хоть в чем-то похожего на взрыв, произведенный Движением в начале 80-х, маловероятен. Посему предлагаю расслабиться и получать удовольствие от того, что написали отцы-основатели КП-80 и побольше интересоваться новинками западных авторов. Кстати, говорят Spook Country уже на подходе.

P.S. Я никогда не считал себя киберпанком. Это скорее анти-киберпанк. Впрочем, доказывать это с пеной я не собираюсь. Ярлык пристал прочно, и если читателям так удобнее - пусть будет так.