В колонках играет - Placebo - A Million Little Pieces
Я болею всю осень, и вот, кажется, у тела кончились силы. У меня нет сил заставлять его бороться, двигаться.
Я хочу свернуться в клубочек и лежать так, пока все это не закончится

В колонках играет - Placebo - I know

Мне нечего писать сюда. Для этого есть тлог. Я просто скидываю стихи, чтобы их было удобнее учить с телефона. Это мой способ убить время и стать ближе к тем, кто уже умер.
Мне пару дней назад снился до жути странный сон. Я хотела помочь девушке,которой стало плохо, а она уже была мертва. И вот я сидела рядом с ней и перебирала ее волосы пальцами, думая о том, какой же она была. Когда у нее был пульс. Она была такой красивой, а все задевали ее и я так хотела ее защитить. То, что осталось от нее.
Я слушаю I know, ищу лучший лайв. У меня уже волосы на голове встали дыбом. Я так люблю то, что он делает.

В колонках играет - Placebo - Begin the end

Я без ума от того, что они сделали в этот раз. 

Сильнее всего на свете

Непостижимо нашему уму,
что мы поведать можем об уходе
тех долгих полдней детства, близких вроде,
но не вернуть их больше. Почему?

О них напомнить может дождь осенний,
но чем так славны эти времена?
Не повторить тех встреч и потрясений,
которыми так жизнь была полна

там, в детстве, где случалось только лишь
бывающее с вещью или зверем,
когда, как в человеческое, верим
мы в обликами обжитую тишь.

И, как пастух, там каждый одинок
и так охвачен глубиной вселенной,
как будто нить, которую челнок
влечет дорогой дальней и степенной
туда, где этих обликов исток.
Вот там бы ты и длился, если б мог.

Разве ты объяснишь мне - откуда
Эти странные образы дум?
Отвлеки мою волю от чуда,
Обреки на бездействие ум.

Я боюсь, что наступит мгновенье,
И, не зная дороги к словам,
Мысль, возникшая в муках творенья,
Разорвет мою грудь пополам.

Промышляя искусством на свете,
Услаждая слепые умы,
Словно малые глупые дети,
Веселимся над пропастью мы.

Но лишь только черед наступает,
Обожженные крылья влача,
Мотылек у свечи умирает,
Чтобы вечно пылала свеча!

Читали "Вино из одуванчиков" Рэя Бредбери?
Мне даже сказать нечего. Я влюблена

Февраль. Достать чернил и плакать!
Писать о феврале навзрыд,
Пока грохочущая слякоть
Весною черною горит.

Достать пролетку. За шесть гривен,
Чрез благовест, чрез клик колес,
Перенестись туда, где ливень
Еще шумней чернил и слез.

Где, как обугленные груши,
С деревьев тысячи грачей
Сорвутся в лужи и обрушат
Сухую грусть на дно очей.

Под ней проталины чернеют,
И ветер криками изрыт,
И чем случайней, тем вернее
Слагаются стихи навзрыд.

Умом я понимаю, что с 29.03 начиная натворила кучу глупостей. Но я так рада.

Мело, мело по всей земле
Во все пределы.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.

Как летом роем мошкара
Летит на пламя,
Слетались хлопья со двора
К оконной раме.

Метель лепила на стекле
Кружки и стрелы.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.

На озаренный потолок
Ложились тени,
Скрещенья рук, скрещенья ног,
Судьбы скрещенья.

И падали два башмачка
Со стуком на пол.
И воск слезами с ночника
На платье капал.

И все терялось в снежной мгле
Седой и белой.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.

На свечку дуло из угла,
И жар соблазна
Вздымал, как ангел, два крыла
Крестообразно.

Мело весь месяц в феврале,
И то и дело
Свеча горела на столе,
Свеча горела.

Б.Пастернак

Вчера мы отмечали  День Рождения одноклассника. Ну как отмечали. Бухали на съемной хате. Удивительно, что матушка меня отпустила на сие мероприятие. Еще более удивительно, что мне не прилетело за то, что домой я пришла пьяная в говнище. И это мама еще не знает, что вообще то я не пришла, а меня привезли, и в принципе меня больше носили на руках, потому что никто не был уверен, что я стою на ногах.

Я подарила Сашеньке на др солнышко вот такое дурацкое.

А он мне тюльпанчики на 8 марта

Вот такие милости.  Вот так вот и живем

 5 марта в мой захолустный городок приезжал молодой украинский поэт Евгений Соя. Это его первый и последний визит, поэтому я решила, что пропустить это событие ну никак нельзя, тем более что моя подруга без ума от его творчества. Так я оказалась на его поэтическом вечере в маленьком и уютном баре "Червячок". Поскольку я решила, что для лучшего восприятия стихов необходимо попробовать какой-нибудь коктейль, вечер мой прошел радостно и чудесно. На самом деле все было волшебно.

летом чувствуешь себя
частью какого-то странного и неудачного сплава

проезжают мимо
такие нужные поезда на варшаву

теряют значение такие слова, как
смысл, кофе и контркультура
и даже у листьев на деревьях
повышается температура

от этого всего спасает только одно

вечером,
когда в комнату не проникает ни одна солнечная иголка
ты трепетно и колко
шепчешь на ухо мне
все песни брайна молко.

 

P.S. девушка на фото не та-самая-подруга

Помолись о нищей, о потерянной,
О моей живой душе,
Ты в своих путях всегда уверенный,
Свет узревший в шалаше.

И тебе, печально-благодарная,
Я за это расскажу потом,
Как меня томила ночь угарная,
Как дышало утро льдом.

В этой жизни я немного видела,
Только пела и ждала.
Знаю: брата я не ненавидела
И сестры не предала.

Отчего же Бог меня наказывал
Каждый день и каждый час?
Или это ангел мне указывал
Свет, невидимый для нас?

Зачем вы отравили воду
И с грязью мой смешали хлеб?
Зачем последнюю свободу
Вы превращаете в вертеп?
За то, что я не издевалась
Над горькой гибелью друзей?
За то, что я верна осталась
Печальной родине моей?
Пусть так. Без палача и плахи
Поэту на земле не быть.
Нам покаянные рубахи,
Нам со свечой идти и выть.

1935

"Пускай другая поможет, поддержит тебя, напоит и накормит - это я, твоя Катя."
Два Капитана

Идя домой из больницы, я увидела лежащего на льду мужчину. Подойдя ближе, я установила, что он спит. На секунду в голове мелькнула мысль: "А вдруг мой отец будет лежать вот так же на льду, и никто ему не поможет?" Этим же руководствовались женщины, которые ухаживали за немецкими солдатами, я думаю. В общем, мой секундный порыв привел к тому, что я чуть ли не на себе тащила до дома пьяного в стельку мужика. Как маленький ребенок он восхищенно слушал щебет воробьев. В какой-то момент он посмотрел на меня своими мутными глазами и сказал: "Ты так прекрасна. Чья ты дочь?" Я решила, что папа наверняка известен среди местных алкашей, поэтому назвала его имя. Судя по несвязному мычанию моего, с позволения сказать, спутника, папа не так уж известен. К счастью. Он представился Романом. Надеюсь, завтра он уже не вспомнит меня. Почему-то хочется оставаться для него нереальной.

После этого случая в голове крутится молитва Кати Татариновой из "Двух Капитанов"

 

По вечерам над ресторанами
Горячий воздух дик и глух,
И правит окриками пьяными
Весенний и тлетворный дух.

Вдали над пылью переулочной,
Над скукой загородных дач,
Чуть золотится крендель булочной,
И раздается детский плач.

И каждый вечер, за шлагбаумами,
Заламывая котелки,
Среди канав гуляют с дамами
Испытанные остряки.

Над озером скрипят уключины
И раздается женский визг,
А в небе, ко всему приученный
Бессмысленно кривится диск.

И каждый вечер друг единственный
В моем стакане отражен
И влагой терпкой и таинственной
Как я, смирен и оглушен.

А рядом у соседних столиков
Лакеи сонные торчат,
И пьяницы с глазами кроликов
«In vino veritas!» кричат.

И каждый вечер, в час назначенный
(Иль это только снится мне?),
Девичий стан, шелками схваченный,
В туманном движется окне.

И медленно, пройдя меж пьяными,
Всегда без спутников, одна
Дыша духами и туманами,
Она садится у окна.

И веют древними поверьями
Ее упругие шелка,
И шляпа с траурными перьями,
И в кольцах узкая рука.

И странной близостью закованный,
Смотрю за темную вуаль,
И вижу берег очарованный
И очарованную даль.

Глухие тайны мне поручены,
Мне чье-то солнце вручено,
И все души моей излучины
Пронзило терпкое вино.

И перья страуса склоненные
В моем качаются мозгу,
И очи синие бездонные
Цветут на дальнем берегу.

В моей душе лежит сокровище,
И ключ поручен только мне!
Ты право, пьяное чудовище!
Я знаю: истина в вине.

24 апреля 1906
_________________________________

1. In vino veritas! — Истина — в вине! (лат.)

А.А.

Я научилась просто, мудро жить,
Смотреть на небо и молиться Богу,
И долго перед вечером бродить,
Чтоб утомить ненужную тревогу.

Когда шуршат в овраге лопухи
И никнет гроздь рябины желто-красной,
Слагаю я веселые стихи
О жизни тленной, тленной и прекрасной.

Я возвращаюсь. Лижет мне ладонь
Пушистый кот, мурлыкает умильней,
И яркий загорается огонь
На башенке озерной лесопильни.

Лишь изредка прорезывает тишь
Крик аиста, слетевшего на крышу.
И если в дверь мою ты постучишь,
Мне кажется, я даже не услышу.

А.А.

В колонках играет - земфира - кофевино

Часто я ощущаю себя сосудом. И вот сейчас я совершенно пуста. Я заболеваю, у меня мутная голова, я устала, я не хочу больше читать, я не могу найти в себе сил на что-либо.
Я ничего
ничего
ничего

Обними меня. Я соскучилась.

"Лучше сгореть, чем угаснуть" , я совершенно согласна, но не перестаю вязнуть в буднях, словах, сказках. В какой-то слезливой слизи - остаточный продукт рефлексии. Недосып, беспросветная усталость - не лучшее, что мне досталось. Я разучилась определять время: часы, календарь - отныне просто сигнал: "просыпайся, пора в школу", "засыпай. лето еще не скоро". Папа пьет, на часах 19.20, а значит, это будет продолжаться еще дней 5-10-15. Я сумасшедшая, у меня чума. Горячий лоб и холодные пальцы - это тоже симптом. Всем советую от меня спасаться. Дети,вернитесь в дом.

Влюбленный в меня Герой, и тебе советую возвращаться в замок к принцессе. Во мне есть нечто, намного страшнее, чем самый опасный Дракон

Давай разрежем твое тело.
Мальчик, ты должен быть смелым.
Хочу видеть себя в твоих венах. "В крови и воде"
Это будет красиво.
Чтобы меня любить, нужно быть сильным.

Есть люди,которые очень напоминают собак. Это может быть и хорошо, они такие искренне восторженные. Я не могу долго находиться в их обществе. Я могу подбросить им случайно какую-нибудь идею, типа "смотри какой крутой мужик" и забить, а они все заваливают и заваливают меня его фотками, новостями какими-то,фактами. Он мне нравился минут 15, а потом я забыла. Из-за вас он мне опротивел уже тысячу раз. Я не бываю долго кем-то или чем-то захвачена. Если вспомню, ну может быть это вернется, но опять минут на 15. Вы занимаете так много места с этим своим восторгом, шумом. Я смотрю в ваши щенячьи глаза и понимаю, что выкопала могилу сама себе, сказав, что мне с вами интересно. Вас слишком много.

Рациональное, спокойное восприятие мира мне ближе.
Катитесь к черту.

Мои глаза в тебя не влюблены, -
Они твои пороки видят ясно.
А сердце ни одной твоей вины
Не видит и с глазами не согласно.
Ушей твоя не услаждает речь.
Твой голос, взор и рук твоих касанье,
Прельщая, не могли меня увлечь
На праздник слуха, зренья, осязанья.
И все же внешним чувствам не дано -
Ни всем пяти, ни каждому отдельно -
Уверить сердце бедное одно,
Что это рабство для него смертельно.

В своем несчастье одному я рад,
Что ты - мой грех и ты - мой вечный ад.

Мешать соединенью двух сердец
Я не намерен. Может ли измена
Любви безмерной положить конец?
Любовь не знает убыли и тлена.

Любовь - над бурей поднятый маяк,
Не меркнущий во мраке и тумане.
Любовь - звезда, которою моряк
Определяет место в океане.

Любовь - не кукла жалкая в руках
У времени, стирающего розы
На пламенных устах и на щеках,
И не страшны ей времени угрозы.

А если я не прав и лжет мой стих,
То нет любви - и нет стихов моих!

Сегодня я чудесно провела время с ребятами из содра. Мы сходили в боулинг, я сломала все ногти. 

Это было чертовски весело

Идешь, на меня похожий,
Глаза устремляя вниз.
Я их опускала – тоже!
Прохожий, остановись!

Прочти – слепоты куриной
И маков набрав букет,
Что звали меня Мариной
И сколько мне было лет.

Не думай, что здесь – могила,
Что я появлюсь, грозя…
Я слишком сама любила
Смеяться, когда нельзя!

И кровь приливала к коже,
И кудри мои вились…
Я тоже была, прохожий!
Прохожий, остановись!

Сорви себе стебель дикий
И ягоду ему вслед:
Кладбищенской земляники
Крупнее и слаще нет.

Но только не стой угрюмо,
Главу опустив на грудь.
Легко обо мне подумай,
Легко обо мне забудь.

Как луч тебя освещает!
Ты весь в золотой пыли…
- И пусть тебя не смущает
Мой голос из-под земли.

Коктебель, 3 мая 1913

Евгению Рейну, с любовью

Плывет в тоске необьяснимой
среди кирпичного надсада
ночной кораблик негасимый
из Александровского сада,
ночной фонарик нелюдимый,
на розу желтую похожий,
над головой своих любимых,
у ног прохожих.

Плывет в тоске необьяснимой
пчелиный ход сомнамбул, пьяниц.
В ночной столице фотоснимок
печально сделал иностранец,
и выезжает на Ордынку
такси с больными седоками,
и мертвецы стоят в обнимку
с особняками.

Плывет в тоске необьяснимой
певец печальный по столице,
стоит у лавки керосинной
печальный дворник круглолицый,
спешит по улице невзрачной
любовник старый и красивый.
Полночный поезд новобрачный
плывет в тоске необьяснимой.

Плывет во мгле замоскворецкой,
плывет в несчастие случайный,
блуждает выговор еврейский
на желтой лестнице печальной,
и от любви до невеселья
под Новый год, под воскресенье,
плывет красотка записная,
своей тоски не обьясняя.

Плывет в глазах холодный вечер,
дрожат снежинки на вагоне,
морозный ветер, бледный ветер
обтянет красные ладони,
и льется мед огней вечерних
и пахнет сладкою халвою,
ночной пирог несет сочельник
над головою.

Твой Новый год по темно-синей
волне средь моря городского
плывет в тоске необьяснимой,
как будто жизнь начнется снова,
как будто будет свет и слава,
удачный день и вдоволь хлеба,
как будто жизнь качнется вправо,
качнувшись влево.

И.А.