Пьер закончил править статью  и  заказал  второй  стаканчик  вина,  когда

неожиданно заметил Жозефа Пеладана, направляющегося к его столику. Несколько

секунд  Пьер  смотрел  на  приближавшегося  Жозефа,  невольно  любуясь   его

эксцентричным видом.

   Поверх черного сюртука странного покроя на груди Пеладана была  массивная

золотая цепь с брелоком, украшенным магическими эмблемами, крестами,  розами

и крылатыми ассирийскими быками.

   - Жозеф! Вот приятная неожиданность! - воскликнул Пьер.

   - Я так и думал, что встречу здесь либо тебя, либо Дешана, - сказал Жозеф

Пеладан. - Со мной Лео Таксиль.

   - Давно, давно мы не встречались, - заметил Пьер.

   Он знал, что Лео Таксиль  изобретательный,  но  не  очень  добросовестный

издатель, публицист с огромным опытом, и его настоящее  имя  Габриэль-Антуан

Жогар Паж. Во Франции Таксиль стал известен как  обличитель  оккультизма.  У

него был необычный талант распространять самые нелепые истории,  и  в  своей

работе он придерживался принципа: чем больше лжи, тем  охотнее  читатели  ее

проглотят.

   Пьер его не уважал,  но  должен  был  признать,  что  Лео  сумел  внушить

огромному кругу людей, в  том  числе  и  церковникам  во  Франции  и  за  ее

пределами, что черная магия и масонство неотделимы друг от друга.

   Лео Таксиль опубликовал огромное количество своих  произведений,  и,  как

говорят, именно они убедили папу римского издать энциклику против масонства.

   В  предыдущем  году  Таксиль  выпустил  имевшую   большой   успех   серию

псевдооткровений, последняя книга этой серии называлась "Есть ли  женщины  в

масонстве?".

   Беседуя с ним за столом, Пьер окончательно  убедился,  что  если  Таксиль

прибег к помощи Жозефа Пеладана, значит, у него созрел какой-то новый  план,

несомненно для него выгодный.

   - Что я могу для вас сделать? - спросил Пьер после того, как они заказали

вино, и добавил:

   - Для нас, Жозеф, несомненно большая честь, что ты снова  посетил  "Солей

д'Ор" после долгого отсутствия.

   - Тебе хорошо известно, что я не могу  забыть  о  символистах,  -  сказал

Жозеф Пеладан, - но в последнее время я увлекся и другими идеями.

   - Я знаю, - улыбнулся Пьер.

   Он  смолк  и  посмотрел  на  Пеладана,  который  через  некоторое   время

продолжил:

   - Лео убедил меня, что я должен заняться более широким кругом проблем. Он

говорит, что тайные оргии, которые происходят в  масонских  ложах,  достигли

такого размаха, что только люди моего положения и влияния в  обществе  могут

бороться с этим злом.

   - Разве сейчас приверженцев культа сатаны и черной  магии  стало  больше,

чем прежде? - спросил Пьер с некоторым сарказмом.

   - Намного больше! - ответил ему Лео Таксиль. - Служение сатане  захватило

всю Францию. В последнее  время  очень  распространились  колдовство,  культ

дьявола и богохульные масонские обряды, но главное  -  приношение  в  жертву

людей. Все это набирает такую силу, что  в  конце  концов  рано  или  поздно

погубит страну.

   И хотя Пьер знал манеру Лео Таксиля всегда  все  преувеличивать,  тем  не

менее в его словах, безусловно, была большая доля истины.

   Пьер слышал, что многих церковных иерархов и  ученых  серьезно  беспокоят

модные  увлечения  всем  сверхъестественным   -   одновременно   с   широким

распространением во Франции антиклерикализма. Колдовство и  мистика  владели

воображением многих художников  и  одаренных  молодых  людей,  а  поголовное

увлечение таинственными, потусторонними силами снискало Парижу дурную  славу

центра черной магии.

   Парижская  пресса  регулярно  рассказывала  о   заклинаниях,   колдовских

действах и таинственных ритуалах; один из парижских журналистов даже описал,

как его с завязанными глазами привезли в какой-то парижский дом, где он стал

свидетелем сатанинской мессы и оргии, которая за ней последовала.

  Барбара КАРТЛЕНД
    НЕУЛОВИМЫЙ ГРАФ
 отсюда