Цитарщица с нотным листом к "Маршу принца-регента"

«Удачное письмо»

«Куклы — это не игрушки, а воплощение Бога», – эти слова принадлежат Комао Хаяси (1936-2014), мастеру из Киото, получившему в 2002 году звание – Национальное живое сокровище Японии.

После окончания средней школы в 1955 году Комао Хаяси стал учеником мастера кукол кёнингё (киотская кукла) – Мэнья Сёдзо XII. Следующим его учителем был создатель масок театра Но – Китадзава Нёи.

Хаяси создавал кукол, которые используются для праздника Хинамацури (Праздник девочек или Праздник кукол, один из главных праздников в Японии, который отмечается 3 марта), во время которого декоративные куклы выставляются на всеобщее обозрение. Его творчество подкреплено глубокими знаниями театра Но и других древних исполнительских искусств, таких как кёген, кабуки и танец в стиле Киото. Он черпал вдохновение для своих уникальных кукол из классической японской литературы, используя тосо – пластичный материал, похожий по консистенции на глину, из муки древесины павловнии (кири) и натурального клея из пшеничной муки.

Древняя техника кукол тосо восходит к эпохе Эдо. Этот материал податлив и его легко формировать. При правильной сушке форма модели не трескается и не деформируется. После высыхания тосо затвердевает и его можно обрабатывать как дерево, что делает материал идеальным для достижения сложных художественных замыслов. Тосо часто называют «японским папье-маше», но в руках мастера уровня Хаяси это ремесло превращается в высокое искусство.

Одежду для кукол тосо создают из шелка, но чаще всего – из японской бумаги васи. Эта техника называется камибари (оклеивание бумагой). Готовую фигурку из тосо аккуратно оклеивают кусочками окрашенной васи с изысканными узорами, что придает работе невероятную детализацию и художественную ценность.

Тело куклы покрывают пигментом из измельченных раковин (гофун), а для волос используют шелковые нити.

На солнечной набережной Лунгарно Корсини во Флоренции XIX века стоял особый, ни с чем не сравнимый шум. Здесь, в тени старинных палаццо, не умолкала звонкая симфония ударов молотка по хрупкому камню. Каждое утро двери местной студии распахивались, и на мостовую облаком вылетала белоснежная пыль — визитная карточка места, где глыбы карарского мрамора превращались в дышащую жизнь.

Внутри этого здания происходит настоящее чудо. На ваших глазах под руками резчиков холодная, твёрдая глыба карарского мрамора теряет свою тяжесть: она превращается в прозрачную вуаль, тончайшие оборки кружевного платья, мягкие складки кожи и живой, трепетный человеческий взгляд.

Это — Galleria Pietro Bazzanti e Figlio, самое знаменитое скульптурное ателье Флоренции, чей хозяин, Пьетро Баццанти (1825–1895), научил весь мир заново влюбляться в итальянскую скульптуру.

Знаменитый художник Виктор Михайлович Васнецов (1848–1926 гг.), автор таких известных картин, как «Три богатыря», «Витязь на распутье», «После побоища Игоря Святославича с половцами», «Иван Грозный» 49 лет прожил в счастливом браке с врачом Александрой Рязанцевой, которая родила ему 5 детей: дочь Татьяну, сыновей Бориса, Алексея, Михаила и Владимира. Как сложились их судьбы?

Скромная художница

У детей было счастливое детство. Родители жили душа в душу и никогда не ссорились. Несмотря на огромную занятость, Виктор Михайлович всегда находил время для детей. Его письма полны трогательной заботой о них.

«Прежде я думал, что ближе братьев у меня никого не может быть, а теперь вижу, есть ближе и роднее сердцу – это ты с милыми моими детишками – болит мое сердце по вас, моя милая, дорогая Шурочка», – писал художник жене.

Татьяна (1879–1961 гг.) была его любимицей, потому что одна из его 5 детей профессионально занималась рисованием. Тихая, скромная девушка окончила Московское училище живописи, ваяния и зодчества и специализировалась, в основном, на пейзажах и портретах, была ученицей своего дяди, талантливого художника Аполлинария Васнецова.

Она сделала несколько прекрасных иллюстраций к произведениям Пушкина, изготовила картоны для мозаик храма Спаса на Водах в Петербурге.

В годы Первой мировой войны Татьяна трудилась медсестрой, а также занималась благотворительностью. Виктор Михайлович запечатлел свою любимицу на портрете, подчеркнув ее скромность и внутреннюю сосредоточенность.