У каждого из нас есть места, связанные нестираемыми из памяти воспоминаниями. Это разные страны, города, просто улицы...
А я хотел бы рассказать про свой район.
Это спальная окраина столицы. Самая простая. Но...
Но времена не властны над воспоминаниями. А каждое из них отзывается одной струной в сердце или целым аккордом...
Вот, проезд Шокальского... Что сказать? Здесь я вырос, здесь живу до сих пор... Вот там, чуть выше по карте, мы с ребятами брали в палатке пиво, то самое, "Жигулевское", в бутылки из-под "Фанты" :)) Потом шли на стадион Суворовского училища знакомиться с девушками... Ах, какие там были тогда девушки...
А вот мой двор. Он утопает в зелени... Я и моя сестра, гуляем. Мне семь, ей пять лет. Знойное лето, мужики из общаги играют в домино и волейбол. Вот сетка... Один подает... Бам!!!! Подача не взята...
Движемся намного дальше, на запад... Декабристов... Вот школа, а рядом - гаражи... Здесь я впервые поцеловался, по-настоящему... Моя первая любовь, Катюша... Это... Это было невероятно...
Это моя школа. Игра в слона, февраль... Я стою первым, на меня прыгают, я смеюсь... Потом падаю, снег во рту, но весело...
А это - Амундсена... Баба Клава и баба Леля стоят у школьных турников, я с мамой идем им навстречу... Я не хочу идти, ведь у бабушек меня ждет жареная картошка :) Но я верчусь на турнике, смеюсь, мне 8 лет...
Это наш парк на Ленской... Первые свидания... Первый алкоголь, черт возьми!!! Рома Курдачев, Илюха Русаков... Рябина на коньяке - пробовали? Вещь!!! Первая сигарета, как сейчас помню - Ротманс... Убил бы Керззза за это :)
Тарзанка... Разговоры о сломанных руках... Полеты к Яузе... Эх!!!!!!!!!
А вот и моя школа. Между проездом Шокальского и улицей Полярной... Папа, немного взволнованный, ведь я читаю стихи, я, первоклашка :) ...
А около школы, среди пятиэтажек - навес, стол и две скамьи. Здесь - пиво, девушки, споры, песни...
А это - наш дом. За ним - здоровое дерево. И наш кот Кузька, залезший сюда, метров на 15... И папа, с блюдцем и ложкой, изображающий зовущую Кузю на обед маму, чтобы он спустился...
А это - пес, веселый и задорный. Смешной, у него уши болтаются... Я его никогда не боялся, я подбегаю и глажу его...
Опять мой двор... Вернее, за домом... Петя Цаер, еврей... Кто тогда думал, что он еврей?... Мы запускаем змея. Петя маленький, он смеется, наши мамы говорят о своем...
Время летит слишком быстро, все меняется... Я этого не хочу, но город меняется тоже... Вместо родных пятиэтажек вырастают новые дома, с хорошей планировкой...
Так тому и быть...
Меняется все, и я стараюсь меняться вместе со всем. Я слушаю новую музыку, одеваюсь в соответствии с модой... И, проходя мимо еще не снесенных старых домов, я чувствую, как мой родной город прощается со мной. И я прощаюсь с ним. Ведь надо же (хотя и глупо, елки-палки!!!) идти куда-то вперед...
Давно уже все по-другому. Умерла баба Клава, нет больше кота Кузьмы, давно сгинул тот пес, пятиэтажки снесли ради новостроек...
Но... Каждый раз, говоря моему любимому району "Прощай", я чувствую что-то необычное. Где-то в душе, и совсем не глубоко, я остаюсь с ним, с МОИМ городом. В глубине души я остаюсь тем же жизнерадостным мальчишкой, в шортах выбегающим из подъезда во двор...
И именно поэтому я верю, что, прожив отведенный мне срок, однажды, после кратковременной тьмя в глазах, я вдруг проснусь в своей детской кровати. Голос папы разбудит меня. Я слопаю быстро приготовленный завтрак и помчусь на улицу. Я вижу это, словно наяву. Я выбегаю из подъезда, а мне навстречу бежит, весело лая, мой любимый смешной пес. Я глажу его за ушами, даю ему кусок колбасы...
Потом я сажусь на автобус и еду на Свиблово. Там, в глубине зеленых старых домов, стоят баба Клава с бабой Лелей, они машут мне руками...
А, нагулявшись, я прихожу домой... И здесь бабушка Катя вместе с мамой лепят пельмени, а я не могу дождаться и залезаю в холодильник, чтобы схватить кусок вкусного сыра...
Я становлюсь старше, а эта картина - все желаннее и ближе... И я не знаю, как мне быть... Но я все равно возвращаюсь в те времена...
И есть еще песня Олега Митяева.
Жизнь замечательных людей
Жизнь замечательных людей
Не замечательней нисколько
Собственной жизни или дней,
Памятных нам самим, и только.
И где бы ни выпало нам жить,
Но в сонном полете невесомом
Нам предназначено парить
Над нашим городом и домом.
Где мы знаем всех соседей,
И по улице соседней
Мы впервые на велосипеде едем
И пьем у желтой бочки квас.
Где из фантиков секреты,
Первомайские портреты,
Ленина и Сталина заветы,
Их пока обманывать нельзя.
Далеко до школьных тягот,
Красных галстуков и стягов,
И лишь от бузины и волчьих ягод
Иногда не очень важный стул.
Майский жук и колорадский,
И костюм лисы дурацкий,
И наш хоккей сильнее, чем канадский,
И вообще, вообще, вообще...
Жизнь замечательных людей
Нашего дома и района
Проистекала как у всей
Этой страны неразделенной.
Строго смотрел Марат Казей,
Как допивали мы какао
В свете решений и идей
В мире джульбарсов и скакалок.
С книжкой Робинзона Крузо
И с вареной кукурузой
Под виниловый пока еще Карузо
И шипящий патефон.
Запах елки и карбида,
Ни Иисуса, ни Давида,
Лишь высотки МГУ и МИДа
На цветных открытках из Москвы.
Был театр у микрофона,
Автомат с одеколоном,
Телевизор у кого-то дома был один,
И все мы шли к нему.
Жизнь замечательных людей
Скрыта была от взоров наших
Длинным забором лагерей
И немотой все понимавших.
От нас, не видавших ни войны,
От не слыхавших, кроме "Зорьки"
Утром для школьников страны,
Каких-то откровений горьких.
Чист эфир от катаклизмов,
И двадцать лет до коммунизма,
А для молодого организма есть еще
И нормы ГТО.
И "Аврора" на монете,
И куренье в туалете,
И счастливый номер на билете синем,
И Наталия Варлей.
Жизнь замечательных людей
От незатейливых раскрасок
До окаянных наших дней -
Она лишь собственная наша.
И сколько бы ни падали на снег,
И как бы ни напрягали жилы,
Вот уж и ХХI век,
И, слава Господу, мы живы!
Извините меня... На глаза наворачиваются слезы...
