Двадцать пять сигарет расплылись облаками
В мойке посуда, в комнате грязь, и муха в стакане.
Двадцать шестая до боли ужалила руку,
Мыслей нет, тебя тоже нет. Невыносимая скука.

В кухне гулко и важно капает кран,
С батареи молча и грустно свисают носки.
Они ненавидят важного крана обман,
Ему незнакомо, как нам, это чувство тоски.

Нам безразличен пафос и ложь пустоты,
Так же, как кран, мне безразлична и ты.
Остался лишь шарфик забытый и ощущение боли
Тупой, как и я. Напиться, блядь, что ли?