***

ВСЕГДА НАЙДЕТСЯ ЖЕНСКАЯ РУКА
ЧТОБЫ ОНА ,ПРОХЛАДНА И ЛЕГКА,
ЖАЛЕЯ И НЕМНОЖЕЧКО ЛЮБЯ,
КАК БРАТА ,УСПОКОИЛА ТЕБЯ,
ВСЕГДА НАЙДЕТСЯ ЖЕНСКОЕ ПЛЕЧО,
ЧТОБЫ В НЕГО ДЫШАЛ ТЫ ГОРЯЧО,
ПРИПАВ К НЕМУ БЕСПУТНОЙ ГОЛОВОЙ,
ЕМУ ДОВЕРИВ СОН МЯТЕЖНЫЙ СВОЙ,
ВСЕГДА НАЙДУТСЯ ЖЕНСКИЕ ГЛАЗА,
ЧТОБЫ ОНИ,ВСЮ БОЛЬ ТВОЮ ГЛУША,
А ЕСЛИ И НЕ ВСЮ,ТО ЧАСТЬ ЕЕ,
УВИДЕЛИ СТРАДАНИЕ ТВОЕ.
НО ЕСТЬ ТАКАЯ ЖЕНСКАЯ РУКА,
КОТОРАЯ ОСОБЕННО СЛАДКА,
КОГДА ОНА ИЗМУЧЕННОГО ЛБА
КАСАЕТСЯ,КАК ВЕЧНОСТЬ И СУДЬБА,
НО ЕСТЬ ТАКОЕ ЖЕНСКОЕ ПЛЕЧО,
КОТОРОЕ НЕВЕДОМО ЗА ЧТО,
НЕ НА НОЧЬ,А НА ВЕК ТЕБЕ ДАНО,
И ЭТО ПОНЯЛ ТЫ ДАВНЫМ -ДАВНО.
НО ЕСТЬ ТАКИЕ ЖЕНСКИЕ ГЛАЗА,
КОТОРЫЕ ГЛЯДЯТ ВСЕГДА ГРУСТЯ,
И ЭТО ДО ПОСЛЕДНИХ ТВОИХ ДНЕЙ
ГЛАЗА ЛЮБВИ И СОВЕСТИ ТВОЕЙ.
А ТЫ ЖИВЕШЬ СЕБЕ ЖЕ ВОПРЕКИ,
И МАЛО ТЕБЕ ТОЛЬКО ТОЙ РУКИ,
ТОГО ПЛЕЧА И ТЕХ ПЕЧАЛЬНЫХ ГЛАЗ....
ТЫ ПРЕДАВАЛ ИХ В ЖИЗНИ СТОЛЬКО РАЗ...
И ВОТ ОНО ВОЗМЕЗДЬЕ НАСТАЕТ,
"ПРЕДАТЕЛЬ!"-дождь тебя наотмашь бьет.
"ПРЕДАТЕЛЬ!"-ветки хлещут по лицу.
"ПРЕДАТЕЛЬ !"-это слышится в лесу.
ТЫ МЕЧЕШЬСЯ,ТЫ МУЧИШЬСЯ,ГРУСТИШЬ.
ТЫ САМ СЕБЕ ВСЕ ЭТО НЕ ПРОСТИШЬ.
И ТОЛЬКО ТА ПРОЗРАЧНАЯ РУКА
ПРОСТИТ,ХОТЯ ОБИДА И ТЯЖКА.
И ТОЛЬКО,ТО УСТАЛОЕ ПЛЕЧО,
ПРОСТИТ СЕЙЧАС,ДА И ПРОСТИТ ЕЩЕ,
И ТОЛЬКО ТЕ ПЕЧАЛЬНЫЕ ГЛАЗА ПРОСТЯТ

ВСЕ ТО ,ЧЕГО ПРОСТИТЬ НЕЛЬЗЯ.....

***

Не исчезай... Исчезнув из меня,
развоплотясь, ты из себя исчезнешь,
себе самой навеки изменя,
и это будет низшая нечестность.
Не исчезай... Исчезнуть — так легко.
Воскреснуть друг для друга невозможно.
Смерть втягивает слишком глубоко.
Стать мертвым хоть на миг — неосторожно.
Не исчезай... Забудь про третью тень.
В любви есть только двое. Третьих нету.
Чисты мы будем оба в Судный день,
когда нас трубы призовут к ответу.
Не исчезай... Мы искупили грех.
Мы оба неподсудны, невозбранны.
Достойны мы с тобой прощенья тех,
кому невольно причинили раны.
Не исчезай. Исчезнуть можно вмиг,
но как нам после встретиться в столетьях?
Возможен ли на свете твой двойник
и мой двойник? Лишь только в наших детях.
Не исчезай. Дай мне свою ладонь.
На ней написан я — я в это верю.
Тем и страшна последняя любовь,
что это не любовь, а страх потери.


***
Ты большая в любви.
Ты смелая.
Я - робею на каждом шагу.
Я плохого тебе не сделаю,
а хорошее вряд ли смогу.
Все мне кажется,
будто бы по лесу
без тропинки ведешь меня ты.
Мы в дремучих цветах до пояса.
Не пойму я -
что за цветы.
Не годятся все прежние навыки.
Я не знаю,
что делать и как.
Ты устала.
Ты просишься на руки.
Ты уже у меня на руках.
"Видишь,
небо какое синее?
Слышишь,
птицы какие в лесу?
Ну так что же ты?
Ну?
Неси меня!
А куда я тебя понесу?..


***

Я разлюбил тебя... Банальная развязка.
Банальная, как жизнь, банальная, как смерть.
Я оборву струну жестокого романса,
гитару пополам — к чему ломать комедь!

Лишь не понять щенку — лохматому уродцу,
чего ты так мудришь, чего я так мудрю.
Его впущу к себе — он в дверь твою скребется,
а впустишь ты его — скребется в дверь мою.

Пожалуй, можно так с ума сойти, метаясь...
Сентиментальный пес, ты попросту юнец.
Но не позволю я себе сентиментальность.
Как пытку продолжать — затягивать конец.

Сентиментальным быть не слабость — преступленье,
когда размякнешь вновь, наобещаешь вновь
и пробуешь, кряхтя, поставить представленье
с названием тупым «Спасенная любовь».

Спасать любовь пора уже в самом начале
от пылких «никогда!», от детских «навсегда!».
«Не надо обещать!» — нам поезда кричали,
«Не надо обещать!» — мычали провода.

Надломленность ветвей и неба задымленность
предупреждали нас, зазнавшихся невежд,
что полный оптимизм — есть неосведомленность,
что без больших надежд — надежней для надежд.

Гуманней трезвым быть и трезво взвесить звенья,
допрежь чем их надеть,— таков закон вериг.
Не обещать небес, но дать хотя бы землю.
До гроба не сулить, но дать хотя бы миг.

Гуманней не твердить «люблю...», когда ты любишь.
Как тяжело потом из этих самых уст
услышать звук пустой, вранье, насмешку, грубость,
и ложно полный мир предстанет ложно пуст.

Не надо обещать... Любовь — неисполнимость.
Зачем же под обман вести, как под венец?
Виденье хорошо, пока не испарилось.
Гуманней не любить, когда потом — конец.

Скулит наш бедный пес до умопомраченья,
то лапой в дверь мою, то в дверь твою скребя.
За то, что разлюбил, я не прошу прощенья.
Прости меня за то, что я любил тебя.