Если даже это не болезнь, то это аномалия: в начале 90-х я слушал лекцию одного петербургского сексопатолога, который говорил, что такими рождаются 4% мужчин и 3% женщин ежегодно. Это очень мало и невидимо глазу.

В Древнем мире гомосексуализм был распространен и не вызывал отторжения у людей. Я читал: в Древнем Риме мальчиков 8-10 лет отдавали в другие семьи, где их использовали мужчины до их полового созревания. И только потом (еще позже) этому юноше или молодому человеку можно было спать с женщинами. Представляете?

Лично у меня мужеложество вызывает отвращение, лесбианство - нет. И в моем окружении нет таких людей, а если бы и были, то я бы с ними общался вариантом типа "здрасте - до свидания".

И их желание на Западе добиваться признания или каких-то прав для себя я воспринимаю спокойно до того места, когда они начинают в какой-то любой форме рекламировать себя и свою сущность (гей-парады, например). Кроме того, как объяснял американист Николай Злобин, однополые браки на Западе заключаются, в основном, для решения каких-то имущественных вопросов или проблем брачующихся. И когда говорят, что нельзя им давать детей на воспитание, еще не значит, что гомосексуалисты воспитают нового человека хуже, чем в сегодняшних гетеросексуальных семьях.

В России уже зафиксирован случай обычного секса 9-летней девочки (самый ранний случай), рождение ребенка 11-летней девочкой, не счесть учтенных случаев педофилии, принуждений к сексу, изнасилований, детской проституции и порнографии. И мне совсем не кажется, что от воспитания детей в однополых браках (семьях) все это в разы увеличится.

Так что же делать? Рожденных аномально больных - не излечить, нормальных людей, ставших гомосексуалистами поневоле или же осознанно, - не изменить. Замалчивать проблему, бороться с ней, когда большая часть мира думает совсем по-другому - глупо. Остается одно: выработка таких правовых норм, которые, защищая права всех граждан общества, удовлетворили бы и объединяли бы всех, не делая меньшинство изгоями.