Фарида  В память о Караганде, городе детства с фотографиями из семейного альбома.

Петушок.

Томный, вязкий, город моего детства - Караганда. Город маленький (в смысле площади)–  а дома хоть и 2-3 этажные но добротные в стиле сталинского ампира ( Желтые с белыми столбами крыльца и каменных балконов), собранные по шесть в квадратные дворы, низкие кусты акации вдоль улиц.  Солнце,Солнце,Солнце.  Окраин нет. Дома закончились - началась  степь  

и полынь, полынь из всех щелей… много полыни. Полынь это запах моего детства.  Всю жизнь я, разотру  в пальцах полынь и припадаю к этому запаху, как к маминому молоку… Может быть поэтому такая  ментальная любовь к Цветаевской полыни:  «С  хлебом ем, с водой глотаю  Горечь-горе, горечь грусть, Есть одна трава такая…»

В степи  ранней весной - редко сидящие  на лысой земле лютики, но и эти жалкенькие цветочки собирались в маленькие букетики с радостью - других и вовсе нет.                                                                                                                    Тетя Света из соседнего дома, молодая, красивая, праздничная узбечка, в юбке солнце-клеш, собирала ватагу своих и соседских детей и вела в степь за цветами, как только почувствует запах весны, (« один не разберет, как пахнут розы, другой из горьких трав, добудет мед…»).                                                                                                         Цветочная волна сходила моментально, и степь (вот тут, сразу за соседним домом) – пыльная, твердая с комками и трещинами, клубками колючего «перекати-поле», редкими белесыми ковылинками и сусликами, стоящими столбиками то там, то здесь. А город, как тортик на огромном неприбранном столе- солнечный, бело желтый, пыльный и душистый.

Пыль со всей степи собирается на улицы города и после редкого, но с огромным количеством воды, дождя из этой пыли образовывается такая приятная теплая грязь - как тесто для оладий. Грязь-тесто можно месить ногами.  Ни с чем несравнимое ощущение. Этим и занималась вся детвора - стояли десятками среди улицы по щиколотку в сером месиве и с блаженными лицами топтались до изнеможения.                                                                                           А зимой, также со всей степи, сносило к домам снег. Сугробы почти до 2-го этажа, В них можно прыгать с балкона, и рыть в них пещеры-дома

  И иногда приезжал Петушок!  Старьевщик, старый казах на арбе.

С утра в солнечном горячем дворе раздавался его протяжный зов: «Пи-и-ту-шооок! Пииитуушоок!» И все дети бежали со старым тряпьем, бутылками, банками, с веселым гвалтом «Петушок, Петушок приехал!». И в обмен на тряпье и бутылки получали разноцветных карамельных петушков на палочке, пахнущих жженым сахаром. А еще  - какие то длинные мятные конфеты , бело- желтые в цветных полосатых обертках. А еще мячики на длинной тонкой резинке из цветной гофрированной бумаги набитой опилками и перевязанной нитками и сверху со шляпкой в виде серебряного и цветного кружочка…. И это было счастье!

Взрослые понимали, что во вкусностях, произведенных невесть где, невесть кем, и невесть из чего, таится некоторая опасность, но сдержать чумазую счастливую лавину не представлялось возможным. Тем более, что ничего из сладостей больше в моем городе не было. Вернее еще было одно лакомство - оно продавалось в магазине, стоило 10 копеек (около прилавка вечно топталась на цыпочках босоногая детвора и протягивала свою монетку продавцу). Это был брикетик какао с сахаром и сухим молоком, типа сухого киселя, его полагалось разводить в стакане горячей воды, но мы грызли сухим. Очень вкусно. Но очень мало. И очень скучно. Разве можно сравнить со всем действом Петушка.

КАРАГАНДА ( Мама,папа,я)

Так получилось, что я ,коренная москвичка, первые 10 лет своей жизни провела в Караганде. Мама слетала в Москву, родила, и с месячной дочкой, приехала обратно. И образовался в моей жизни «город тихий, как сон, пылью тягучей по грудь занесен»

 Родители закончили Московский Медицинский. Мама Сангиг- санитарно- гигиенический, папа –лечебный (факультеты), и были распределены на работу в Караганду . Это было в 49-ом. Сейчас уже трудно представить себе, что по окончании института можно оказаться у черта на рогах по распределению. Современная Караганда занимает территорию в пол Москвы,а тогда это был маленький городишко в огромной степи,как разу  черта на рогах

 К моменту получения моими родителями дипломов, в Караганду перевели два учебных института- медицинский и педагогический? Не то – политехнический, (кажется из Казани) и туда стали отправлять молодых специалистов , притом казанских педагогов перевели вместе с институтами.                                                                                             Родители не были знакомы. Во-первых, эти два факультета не пересекаются в принципе, вроде Питера и Москвы, каждый со своим превосходством и пренебрежением к сопернику. Во-вторых, они (родители) были как - бы из разных миров. Мама росла в подмосковье, в совхозе «Коммунарка», правда у них в школе подобрались учителя «из бывших», какая-то невероятная интеллигенция и, в результате, хорошее образование. Папа же -сынок известнейшего частного врача-гомеопата (что в те времена само по себе редкость). Семья жила на Самотеке, квартира круговой анфиладой из семи комнат вокруг приемной, с гостиной, с роялем, с выходом из огромной кухни во двор. А с фасада, с Троицкой улицы - вход с 2-мя сбитыми каменными ступенями, с острым запахом старой Москвы и дверь с медной табличкой «Доктор Яшкуль Константин Станиславович» (Деедаа!). Летом - дача у Северянинского моста, в поселке «Красная Сосна» (дорогая, дорогая, дорогая моему сердцу Лосинка!) Быть бы моему папе при  всех этих условиях мажором, если бы дед не растил своих мальчиков ( отец с братом близнецы абсолютные) в невероятной аскезе. Это было принципом, не в коем случае  не от жадности, или бережливости, дед был в деньгах скорее бесшабашным. К тому же в 17 лет мальчики попали на фронт, дядя Костя прошел длинный путь войны, включая концлагерь, а отец почти сразу подорвался отбрасывая гранаты, был демобилизован и окончив мед, отправился в Караганду. Из вещей- то, что на нем и мешок с книгами. Кстати приехав в мою родную Караганду, в первый же день попал в тот самый редкий в тех местах дождь, а значит, в ту самую приятнейшую грязь из пыли, и оставил в ней подошвы единственных ботинок. Пришлось на последние деньги купить калоши (на большее не хватило), и ходил он в них по безумной жаре до первой зарплаты. Но мамусю за это время умудрился довести до загса.                                         

Они ехали из Москвы к месту распределения в одном купе, причем мама со своим женихом. Папа озадачил себя победой сразу. И как только жених сошел с поезда, не то в Актюбинске, не то в Акмолинске (Астане по-нынешнему), он, втихаря, надорвал свой мешок с книгами и попросил девушку зашить…  далее по схеме.

  Караганда, Караганда… город мой волшебный! Даже сейчас, когда читаю о ней, сердце щемит. Но, что-бы рассказывать дальше, нужно разъяснить - что же в этом городе такого, что имеется даже сайт о нем с девизом «Карагандинцы всех стран объединяйтесь!». Меня поймут ташкентцы -  историческая похожесть этих городов несомненна, оба они стали пристанищем для многих и многих страдальцев , выкормили чужих, подкинутых, разлетевшихся позже птенцов. Но драма Караганды гораздо весомее. Караганда- это квинтэссенция истории страны с терпким запахом и горечью полыни. «С хлебом ем, с вином глотаю горечь-горе, горечь-грусть…»

Экскурс в историю

 Когда-то 170 лет назад,  пастух Аппак Байжанов  в степях Сары-Арки нашел первые куски каменного угля. Это было в урочище Караганды, в 25 километ­рах южнее реки Нуры. Первооткрыватель Карагандинского угольного месторождения даже и не подозре­вал о своем великом открытии.  И только через 23 года, в 1856 году, после перехода Караганды в руки Петропавловского купца Н. Уша­кова, здесь была начата добыча угля. В раз­резе под названием "Кара Забой". Ипервые шахтерские поселения казахов стихийно образовывались вокруг шахт.  Небольшое поселение, состоящее из нескольких кирпичных домов для администрации и бараков для рабочих,

 мало напоминало даже нормальный рабочий поселок. Несколько шахт с казахскими аулами и англо-русским поселением - так выглядела дореволюционная Караганда. Вокруг  поселков в 1905-1906гг  поселились земледельцы из степных районов - русские и украинцы, построили хатки мазанки, посадили тополя. Особый менталитет Караганды стал  формироваться, когда в Карагандинскую область начали   отправлять раскулаченных со всей России целыми семьями,

 

 Из воспоминаний жены партийного боса того времени, расстрелянного в концов по результату своей верной службыВ 1931 г. Миронов вместе с женой ехал к месту нового назначения в г. Алма-Ату( Источниковая база советского времениhttp://e-history.kz/ru/publications/view/517):

. «И вот приезжаем как-то на заваленный снегом полустанок. Это, говорят, – поселок Караганда. Его еще только строят». Миронов запретил жене покидать вагон, так как в этих местах он был в командировке, видел трупы умерших от голода людей и не хотел, чтобы Агнесса знала об этом. В воспоминаниях жена Миронова пересказывает впечатления спутников: «Караганда эта городом только называется. Одни временные хибары, построенные выселенными кулаками. Ничего в магазине нет, полки пустые. Продавщица говорит: «Я не работаю, не торгую, нечем. Хлеб забыли, как выглядит...». Эта продавщица поведала о случаях трупоедства. Проезжающей компании высокопоставленных лиц это не помешало, вернувшись, развлекаться. А тогда среди вымирающих селений в нашем вагоне, обитом бархатом, было полно провизии. Мы везли замороженные окорока, кур, баранину, сыры, в общем все, что только можно везти».

 Через пятнадцать лет, уже после расстрела Миронова (второго мужа Агнессы), ареста третьего мужа, заканчивающая отбывать срок Агнесса вновь оказалась в г. Караганде. «О, Караганда теперь уж была совсем не тем засыпанным снегом мертвым поселком, что пятнадцать лет назад! Это уже был город. Но город лагерей и ссыльных – тех, кто оседал здесь после лагерей. Только самого первого, вымершего слоя тут не было – раскулаченных ...».

   В 30-х года здесь был построен огромный архипелаг КарЛАГ, на площади которого мож­но было разместить две Франции. В тот период здесь проживало бо­лее 65 тысяч спецпереселенцев- и  более миллиона заключенных КарЛАГа. в том числе и ЧСИР (чэсэировцы, как мы их называли) –Член Семьи Изменник Родины, которые после окончания срока оставались жить в Караганде.  

 Дальше-больше. Перед войной и во время войны депортировались целые народы!. Пер­вые эшелоны пришли с Дальнего Востока с депортированными ко­рейцами. Затем были переселенцы из Прибалтики, Западной Украины, Белоруссии. Поволжские немцы, крымские татары, черкессы, лезгины

Вот какой сбор заварила история из народов, их сознаний душ, судеб в этих необЪятных степях,  в этом тогда маленьком солнечном городе

Последний женский лагерь ЧСИРовцев уничтожили в 53. Сравняли танками с землей. Вместе с женщинами, которые саботировали работу,требуя выдать им ушанки. Зимы в Караганде шибко суровые. Я об этом прочитала уже в перестройку. Дети жили другой жизнью война, которая закончилась всего за 5 лет до моего рождения, мне казалась древней историей, страшной конечно, но чужой. Родители знали не  все, но больше, и папа за меня –безкомпромиссную, созревшую сознанием в 60- боялся до конца своей жизни. Как только услышит мои диссидентские речи (типа о Евтушенко «..И двадцать миллионов на войне и миллионы на войне с народом») замыкается и не разговаривает со мной неделями. Только сейчас понимаю- боялся за меня, а крыть нечем.

К  50-му горе утихло, выжившие, и потерявшие родные места с обидами смирились и город начал жить новой жизнью:  спокойной, размеренной, общаковой, но свято оберегающей устои каждого. Город был многолик, многоязык, сдержанно весел и интеллигентен. Казахи жили в степи, в аулах, и не очень-то рвались в город, кроме тех случаев, когда организовывались экспедиции молодых преподавателей вузов (мама рассказывала) и они по аулам «вербовали» казахскую молодежь для обучения, формируя «национальный кадр» по постановлению Партии. Черкессы тоже обосновались  за чертой города, но вблизи его, охраняя свои обычаи. Мы (дети) их побаивались- они ходили в папахах, черкесках, сапожках с ножами в ножнах у пояса и, говорят, крали невест…. Это все необычно, поэтому страшно. Как только такой колоритный красавец появлялся в магазине, прыскали в рассыпную. В нашем подъезде из 6 квартир, в одной жили корейцы. Во время веселой корейской свадьбы угощали всех каким-то национальным лакомством из сладкого риса. В другой украинцы, о них почему-то ничего не помню, кроме вышитых рубах. Наверное, у них не было детей. В третьей квартире- немецкая семья с двумя мальчиками. У них я бывала в гостях и поражалась их диковинному быту: бело- голубые, тканные дорожки по всей квартире, белые накрахмаленные салфетки и скатерти, а главное огромное дерево с цветами в деревянной кадке. Вечерами немка кричала в форточку или с крыльца, загоняя сына домой: «Гарри, Гарри, ком хер!» Еще в одной квартире друзья и коллеги моих родителей- казанские татары, приехавшие вместе с казанским институтом. Моя первая нянечка была немкой или прибалткой, точность затерялась в веках, но по русски она не разговаривала. Моя учительница музыки была из репрессированных, они с мужем попали в лагерь после возвращения на родину из Харбина,

  Ну вот, поехали дальше, но дальше в следующем рассказе.

Серия сообщений " Зарисовки моей памяти.":

Жизнь короткая штука: миг - и большая часть пролетела. Жизнь такая длинная штука - оглянешься назад - сколько же всего накрутилось за этот миг !!!

Часть 1 - Женская мудрость.
Часть 2 - Опыт выхода из семейного конфликта или Мужская мудрость
Часть 3 - Размышления о мудрых старушках о грехах, милостыни и еще..
Часть 4 - Жизнь моя, иль ты приснилась мне.... Подружки.
Часть 5 - ПОДРУЖКИ. ФАРИДА, ( Караганда ч1)
Часть 6 - ПОДРУЖКИ. Фарида (Караганда ч2)
Часть 7 - ПОДРУЖКИ. Фарида (Караганда ч3)
Часть 8 - Прощание с Карагадой
Часть 9 - Невероятная пропажа (Веселый случай)
Часть 10 - И детства Теплое Пространство. Художник Анна Петрова

Серия сообщений "Сделано в СССР":

О жизни в стране, которой уже не существует, через рассказы о себе, подругах, родителях. Обо всех, кто живет в моей памяти. «... наша отечественная история гораздо меньше отражена в документах, чем в умах людей».

Часть 1 - Жизнь моя, иль ты приснилась мне.... Подружки.
Часть 2 - ПОДРУЖКИ. ФАРИДА, ( Караганда ч1)
Часть 3 - ПОДРУЖКИ. Фарида (Караганда ч2)
Часть 4 - ПОДРУЖКИ. Фарида (Караганда ч3)
Часть 5 - Прощание с Карагадой