Шесть десятилетий лежал Иерусалим в руинах. Причем в буквальных. Как свидетельствует Иосиф Флавий, император Тит приказал сровнять Храм, весь город и окружающие его стены с землей, да так, что едва ли кто-то мог заподозрить, будто эти места некогда были обитаемы. Только две башни и западную часть обводной стены повелел император оставить – в качестве живого напоминания для потомства, как величествен и неприступен был город, павший под напором римских легионов в 70-м году нашей эры.

Когда император Адриан в 130 году н.э. посетил Иерусалим, то, как фиксирует римский историк Дион Кассий, нашел его разрушенным до основания. Также хорошо известна талмудическая история о том, как рабби Акива вместе с другими мудрецами посетил Иерусалим и всё, что увидел – бегающих по развалинам Храма лисиц. Однако Талмуд умолчал, что было рядом с развалинами. А там стоял военный лагерь Десятого римского легиона.

Совсем недавно около Шхемских ворот был найден камень с надписью, посвященной Адриану, и сделанный, видимо, в честь того его визита. «Отцу нации, императору, трибуну и консулу», – гласит надпись. А подписана она просто – «Десятый легион». Никаких других верноподданных, желавших изъявить свою лояльность императору, в этом римском городе не обнаружилось. Вероятно, потому, что их не было.

Впрочем, два обстоятельства бросают тень сомнения на представление о полной заброшенности Иерусалима в те годы. Во-первых, христианский историк Евсевий Кесарийский называет по именам пятнадцать епископов иерусалимской христианской церкви, сменявших один другого на этом посту вплоть до поражения восстания Бар-Кохбы в 135 году. И епископы, и их паства были в те годы преимущественно обрезанными евреями, да и христианство воспринималось как одна из иудейских сект. Так что же, прямо на руинах жил еврейский епископ Иерусалима?

Да и в Талмуде мы встречаем немало свидетельств, что еврейское присутствие в городе не вполне прекратилось. Иерусалимский Талмуд, например, сообщает, что после поражения восстания Бар-Кохбы был разрушен жертвенник Храма, а место, на котором он стоял, распахано. Из этого можно сделать вывод, что с момента разрушения Храма до 135 года жертвенник оставался на месте.

А полтора века назад выдающийся галицийский комментатор Талмуда Цви-Гирш Хайес собрал доказательства того, что Рабан Гамлиэль, ставший лидером еврейского народа в самом конце I века, приходил в разрушенный Иерусалим, чтобы принести там пасхальную жертву. А главное условие для принесения такой жертвы – даже не наличие Храма, а существование жертвенника. Получается, что жертвенник действительно долгое время оставался нетронутым.

Так или иначе, но проведший половину своего правления в путешествиях по своей империи, Адриан заехал в Иерусалим в 130 году и, осмотрев развалины, приказал построить на их месте новый город, а на месте Иерусалимского Храма возвести храм Юпитера. Город император повелел назвать в честь себя, любимого – Элия Капитолина (полное имя императора было Публий Элий Траян Адриан).

В мидраше «Берейшит раба» и ряде других еврейских источников говорится, что поначалу Адриан собирался разрешить евреям восстановить Иерусалимский Храм, но антисемитское окружение отговорило императора от этой затеи.

Сам император, судя по всему, в тот момент особой неприязни к евреям и иудаизму не испытывал и лишь стремился интегрировать их в единое имперское пространство. Поэтому Адриан не ожидал, что решение о строительстве Элии Капитолины вызовет такую жёсткую реакцию: как свидетельствует тот же Дион Кассий, началась «свирепая и затяжная война, ибо евреи сочли нестерпимым, чтобы чужаки поселились в их городе и отправляли чуждые культы». С этого решения и началось знаменитое восстание Бар-Кохбы, длившееся с 132 по 135 годы.

Впрочем, упомянутый уже выше христианский историк Евсевий Кесарийский находил обратную связь: строительство римского города на месте Иерусалима было не причиной, а следствием восстания Бар-Кохбы. «Всему еврейскому народу запрещено было с того времени ступать ногой на землю Иерусалима. Не разрешалось даже издали взглянуть на родные места. Так пришел в запустение град иудеев. Никого из старых жителей не оставалось, и населил эту землю чужой народ, и возник здесь римский город, названный Элией – в честь императора».

Спор историков о причинно-следственных связях – что было раньше: восстание или строительство – разрешился в 1997 году, когда в пещере Эль-джи в ущелье Михмас нашёлся спрятанный евреями на исходе восстания клад. Среди множества монет Бар-Кохбы с надписью «За свободу Иерусалима» затесались и монеты «Элии Капитолины». Таким образом, даже если римский город и не был еще отстроен к началу восстания, решение о строительстве уже было принято, даже чеканились монеты. Так что решение о строительстве и спровоцировало восстание Бар-Кохбы.

На несколько веков Элия стала официальным названием Иерусалима. И по сей день можно увидеть немало следов римского периода. Например, центральную улицу Кардо, площадь под Шхемскими воротами и триумфальную арку над улицей Виа Долороза, по которой, согласно христианской традиции, вели на казнь Христа – но это ошибка, так как эта улица появилась значительно позже.

Впрочем, как на самом деле называется Святой город, вспомнили только с повсеместным приходом христианства, и короткий период он параллельно носил сразу два имени. В VII веке его заняли мусульмане, и первое время называли либо Илия – от Элия, либо Байт аль-Мукдас – от Бейт а-микдаш, еврейского названия Храма. Предположительно, Кааб аль-Ахбар и другие принявшие ислам и попавшие в ближнее окружение первых халифов евреи позаботились, чтобы ненавистное евреям название Элия исчезло из официального и повседневного оборота. А принятое тогда у арабов название Байт аль-Мукдас сократилось до Аль-Кудс – «Святой город».

Когда при раскопках в Тель-Шалем был найден бюст императора Адриана и выставлен напоказ в музее Израиля, один из руководителей еврейского подполья «Лехи» профессор Исраэль Эльдад завел себе обычай приходить к нему и говорить: «Адриан, Адриан! Ты повелел называть этот город Элия Капитолина, а страну эту – Палестиной. Открой глаза и посмотри: где ты?! В музее Израиля – в Иерусалиме!»