Хасиды в синагоге в польском Лелове. Фото: Wikipedia /Grzadam

Сегодняшнее осквернение свастиками иерусалимской синагоги Лелов, расположенной в Нахлаот, заставило нас заинтересоваться историей этого хасидского двора

Вэл ЭЛЕНС

В синагоге, ставшей "полотном" для некоего неадекватного еврея, молятся потомки уроженцев местечка Лелов, расположенного в польской Силезии в 39 км. от Ченстоховы и в 66 км. от столицы воеводства — Катовице.

Евреи здесь жили еще со времен Казимежа Великого. Но расцвет еврейской общины пришелся на более позднее время — когда ее в начале XIX века возглавил рабби Давид Бидерман, считавшийся одним из прямых потомков царя Давида. Рав Бидерман учился у учеников самого основателя хасидизма — Бааль Шем-Това.

Существует хасидская притча, возможно, возникшая не на пустом месте.

Когда Наполеон Бонапарт по дороге к российской границе остановился в Лелове, он попросил равви Давида предсказать, будет ли успешным поход на Москву. Уверенный в скорой победе, император опешил, услышав отрицательный ответ.

После поражения наполеоновские войска вновь проходили через Лелов.

— Очень жаль, рабби, что я вас не послушал, — признался Бонапарт.

Прощаясь с раввином, несостоявшийся завоеватель мира вручил ему красный бархатный плащ.

Моше Бидерман, сын рабби Давида, следуя завету отца переселиться в Иерусалим, в 1850 году вместе с группой хасидов уехал в Эрец Исраэль. С собой он прихватил наполеоновский плащ, который велел превратить в покрывало для ковчега завета в общинной синагоге.

К сожалению, рабби Моше не прожил на Святой земле и трех месяцев. После его смерти небольшую леловскую общину возглавил 24-летний Элазар-Мендель — сын рава Моше.

Своего сына рабби Элазар-Мендель воспитывал в любви к Эрец Исраэль. И когда подросший Давид-Шломо пожелал побывать в Лелове и поездить по Европе, дабы пообщаться с авторитетами хасидизма и поучиться у них, согласно рассказу, опубликованному на сайте "Толдот", вначале отговаривал наследника от этой поездки.

Отец сказал:

«Когда у меня возникает проблема, я иду к Стене плача и возвращаюсь с ответом».

«Но мне нужен живой наставник», — возразил сын.

«Поверь мне, — сказал отец, — Стена плача разговаривает с тем, кто достоин этого».

Но затем Давид-Шломо убедил отца в своей правоте, и рабби Элазар-Мендель благословил его на эту долгую поездку.

Жизнь Элазара-Менделя оказалась не очень длинной, и Давиду-Шломо пришлось взять на себя руководство общиной. Именно при нем этот хасидский двор стал особо уважаемым в Иерусалиме, а леловский рабби стал одним из лидеров хасидов города.

В настоящее время леловский двор возглавляет прямой потомок рабби Давида Бидермана — рав Яаков-Ицхак. Живут потомки евреев из этого местечка преимущественно в Иерусалиме и Бней-Браке.

Небольшая хасидская община, возродившаяся после Второй мировой войны, существует в Лелове и поныне. Леловские хасиды, живущие в Израиле, часто приезжают сюда, чтобы помолиться у могилы рабби Бидермана, признанного цадиком.