Мы привыкли считать Циолковского отцом ракетной техники и гением космонавтики. А вот по убеждению великого математика Николая Жуковского (и, кстати, не его одного), Циолковского был настоящим «психом». Действительно, Константина Эдуардовича посещали довольно странные мысли. Писатель Виктор Шкловский однажды записал по горячим следам следующий разговор:

«Вечер. Циолковский меня спросил:
— Вы разговариваете с ангелами?
— Нет, — ответил я тихо.
— По строению головы могли бы разговаривать.
— А вы? — спросил я.
— Я постоянно разговариваю».
Дабы не заподозрить худшего, Шкловский истолковал слова Циолковского таким образом, что ангел — это вдохновение. Между тем сам Циолковский говорил о вполне реальных ангелах, которых он считал всего лишь высшими разумными существами, более совершенными, чем люди. Согласно его концепции, люди в результате космоантропогенной эволюции как раз и должны в будущем превратиться в ангелов.

По собственному признанию Циолковского, ему мерещилось на небе слово «рай». Он считал, что когда человек умирает, его атомы рассеиваются по вселенной, а потом поселяются в другое существо, и начинается вторая жизнь. Если умершее существо было счастливым, значит, жизнь нового существа будет счастливой. Если атомы несчастные — наоборот.

Мысли Циолковского о всемирном благоустройстве вполне достойны пациента психиатрической клиники. По его мнению, задача человечества — уничтожить всю несчастную жизнь на Земле. И Циолковский подробно описывает, кого следует убивать: «больных, калек, слабоумных, несознательных...», а также зачем-то «диких и домашних животных».

Именно в области философии творчество Циолковского оказалось бесплодным. В этих сочинениях нашли отчетливое выражение многие болезненные черты его характера.

Ученый признавался: «Я получил нервное расстройство, такое сильное, что это отразилось на моих детях». Из шести его детей двое покончили жизнь самоубийством, а один всю жизнь хотел проколоть себе барабанную перепонку, чтобы стать таким же гениальным, как отец.

Впрочем, время все расставило по своим местам. Сам Циолковский называл гением того, чье открытие признают не менее чем через двадцать пять лет после смерти автора. Калужский старец умер в 1935 году. А через 26 лет Юрий Гагарин полетел в космос.