Люди всегда будут мечтать о чуде. Люди хотят быть обманутыми, так уж они устроены. Поэтому всегда найдутся другие, умеющие из своей жизни сотворить легенду. Граф Калиостро, Эмиль Кио, Дэвид Копперфильд — в разное время они виртуозно обводили вокруг пальца миллионы доверчивых зрителей. Но лучшим мистификатором ХХ века был Гарри Гудини. Вся его жизнь словно подтверждение нехитрого девиза: «Надуй других, не то они надуют тебя!»…

Когда экс-президент США Теодор Рузвельт, возвращавшийся из Европы на фешенебельном судне «Император», узнал, что путешествует вместе со скандально известным иллюзионистом Гарри Гудини, он развеселился и решил самолично разоблачить «этого афериста». Гудини давал представление в кают-компании, во время которого просил зрителей задавать вопросы «духу». Ответы же должны были появиться на чистой грифельной доске.

Господин президент написал свой вопрос, стоя спиной к Гудини, и положил листок в корзину, с которой ассистент мага обходил всех желающих. Внезапно на грифельной доске Рузвельт увидел карту, начерченную цветными мелками, с дорогой и стрелкой, указывающей на конкретную точку. Это был район Южной Америки, куда президент несколько месяцев назад ездил в экспедицию, чтобы найти истоки так называемой «реки сомнений».

Когда же развернули записку Рузвельта, там было написано: «Где я провёл Рождество?» Комментарии, как говорится, были излишни. Гудини купался в лучах славы, как саламандра в огне, и потирал руки, подсчитывая, какие барыши ждут его в Америке, где сам Рузвельт подтвердит его магическую силу!

А между тем наивный президент и не догадывался, что стал жертвой хорошо продуманного фокуса. Перед отплытием Гарри побывал в редакции лондонской газеты «Телеграф» (где работал приятель) и узнал, что ближайшая центральная статья издания будет посвящена поездке президента США в Анды на минувшее Рождество. Ему также удалось скопировать карту, иллюстрирующую будущий материал.

Рузвельт в свою очередь знал, что статья ещё не напечатана, и был уверен, что посторонние не могут знать о его экспедиции. Но и это ещё не всё! Чтобы точно знать, что напишет Рузвельт в своей записке, Гудини придумал остроумный трюк. Живописно разложив на столах в салоне несколько книг из судовой библиотеки, он предусмотрительно вложил под суперобложку одной из них копировальную бумагу и лист обычной бумаги. Когда Рузвельт искал твердую поверхность, чтобы написать свой вопрос, ассистент Гудини просто подал президенту «ближайшую» книгу.

Перерисовать карту цветными мелками на доску для опытного иллюзиониста уже было делом техники. А результат «маленького чуда на корабле» превзошёл все ожидания: в порту Нью-Йорка Гудини встречали с не меньшими почестями, чем самого Теодора Рузвельта.

«Туз Гудини»

Прежде чем снискать мировую славу, Гудини пришлось немало потрудиться. Пять лет он вместе со своим братом Дэшем пытался покорить публику карточными фокусами «Братьев Гудини», но заработка едва хватало на еду и оплату аренды площадки для выступления. Один из его фокусов назывался «Туз Гудини». 

Для выполнения этого трюка фокусник брал игральную карту с отверстием посередине, конверт по размеру карты и ленточку около метра длиной. Карту вкладывал в конверт и конверт заклеивал. Затем пропускал ленту сквозь отверстие в карте. Но когда он раскрывал конверт, карта из него доставалась совершенно свободно, будто и не была прошита лентой.

Обмануть зрителей Гудини удалось благодаря тому, что карта, которая якобы ложилась в конверт, наполовину своей длины попадала в руку исполнителя через заранее прорезанную бритвой боковину конверта. Скрыть это удавалось левой рукой, которая держала конверт. Таким образом, лента проходила вокруг карты, а не через неё.

«Король наручников»

Однажды отчаявшийся Гудини пришёл за советом к другу-психиатру, у которого увидел смирительную рубашку. Это натолкнуло его на мысль о фокусе, которого не делал никто. Он отправился прямиком к менеджеру известного мюзик-холла и продемонстрировал, как с лёгкостью может освободиться от наручников. Но тот был непреклонен: «Ступайте в Скотленд-Ярд! И если сумеете ускользнуть от них, я дам вам шанс выступить на моей сцене».

В Скотленд-Ярде, этой «цитадели порядка» Лондона, над предложением Гудини все откровенно посмеялись, но всё-таки отвели в камеру и приковали к стене. Внимательно проверив запоры на двери, полицейский инспектор съязвил: «Счастливо оставаться, мистер Гудини! Я иду завтракать, но потом непременно вас выпущу».

Не успев пройти по тюремному коридору и десяти шагов, изумленный инспектор услышал за спиной веселый голос: «Подождите, я тоже голоден!» Обернувшись, он увидел Гудини с болтающимися наручниками на руке. Это стало началом целой серии «невероятных освобождений Гудини», которая принесла ему всемирную известность.

Гарри с лёгкостью выворачивался из смирительной рубашки, освобождался от цепей, выбирался из закрытого гроба и даже вылезал из завязанной бумажной сумки, не порвав её... Очевидцы вспоминали, что иногда «король наручников» проделывал это настолько быстро, что был вынужден некоторое время сидеть за ширмой, читая бульварный роман и ожидая, пока напряжение публики достигнет нужного предела.

Гудини придумывал всё новые фокусы, самыми известными из которых стали прохождение сквозь кирпичную стену, побег из китайской «камеры пыток» — погруженного в воду ящика, обитого стальными полосами снаружи, и освобождение из закрытого молочного бидона. Но и старые трюки он любил иногда усложнить: например, однажды объявил, что не просто выберется из смирительной рубашки, но при этом будет висеть вниз головой на карнизе небоскреба.

Многие слабонервные зрители во время трюка теряли сознание, а «великолепный Гудини» даже не получил ни царапины.

Освобождение из молочного бидона

Во время этого трюка на сцену выносили большой молочный бидон с широкой горловиной, доверху заполненным водой. Вначале Гудини залезал в бидон в наручниках, вставал ногами внутрь бидона и садился. При этом часть воды выливалась на пол. Крышка бидона завинчивалась и запиралась на замок. После этого на бидон набрасывали непрозрачную накидку и через пару минуте сдергивали.

Рядом с бидоном уже стоял Гудини, который держал в руках разомкнутые наручники. Секрет был в двойных стенках бидона. Пространство между стенками заполнялось водой, а в крышке были воздушные клапаны, позволяющие Гарри дышать.

Сундук перемещений

Этот трюк, который также называли «Метаморфозы», Гудини выполнял со своим братом Тео. Брату связывали руки, после чего запирали в деревянный ящик. Гарри вставал на крышку этого ящика и задёргивал занавеску. По счёту три занавеска открывалась, и перед глазами изумлённых зрителей представал Тео — на том самом месте, где ещё минуту назад стоял Гарри. Как только ящик открывали, оттуда появлялся связанный верёвкой Гарри Гудини. 

На самом деле в этом фокусе использовали устройство, известное как сундук-обманка: в нём была скрытая панель, за которой мог прятаться человек. Тео, освободившись от мешка, в котором он был связан, выбирался из сундука через потайную дверцу. И тут же прятался на четвереньках за занавесом, который держал Гудини. Затем братья менялись местами: Гудини нырял в ящик, а Тео опускал шторку. 

Проход сквозь каменную стену

Однажды в Нью-Йорке Гарри Гудини прошёл сквозь каменную стену. На сцене рабочие выстроили стену толщиной 30 см, по бокам встали добровольцы из публики. На сцене фокусник время от времени говорил: «Прохожу, прохожу!». Наконец произнес: «Вот и я» — и возник с другой стороны сцены.

Секрет этого трюка был в том, что когда настоящие каменщики строили стену, им «помогали» ассистенты Гудини, которые подложили ещё один тяжёлый камень в конструкцию. Этот камень был полый, и на каждой его стороне имелась потайная дверка, а снизу к нему присоединён другой камень, чтобы не вызвать подозрений у каменщиков.

Сладкая парочка

В 1894 году Гарри Гудини познакомился со своей будущей женой и ассистенткой Бесс. Настоящее имя миниатюрной 18-летней брюнетки из Бруклина было Вильгельмина Беатрис Ранер, а пикантность ситуации состояла в том, что сначала девушка считалась невестой брата Гудини Дэша и выступала в простеньком номере «Цветочные сёстры» с пением и танцами. Но уже через три недели после знакомства с Гарри Бесс заняла место Дэша, и теперь номер уже назывался «Супруги Гудини», а бедному Дэшу пришлось зарабатывать на хлеб «соло».

Супруги Гудини стали эффектной парой: мускулистый Гарри был невысокого роста, но рядом с Бесс, которая была ростом «метр пятьдесят» и весила около 50 килограммов, казался гораздо выше. А Бесс, со своими большими задумчивыми голубыми глазами, нежным тихим голосом, одетая в чёрные бархатные бриджи, белую блузку с кружевным воротником и чёрный бархатный жакет, напоминала сказочного эльфа и очень нравилась публике.

Не смотря на то, что характер у обоих артистов был далеко не сахар, они нашли остроумный способ сохранить хорошие отношения друг с другом на протяжении многих лет. Для этого у них была придумана своя тайная «система знаков», непонятная для посторонних: так, если Гудини поднимал три раза правую бровь, это означало, что он рассержен и жене следует немедленно замолчать. А если не в духе была Бесс, то муж должен был выйти из дома, обойти его и бросить шляпу в окно: если жена снова выбрасывала шляпу, ему приходилось делать ещё не один круг.

Охотник за привидениями

В последнее десятилетие своей карьеры неугомонный Гарри Гудини снова удивил весь мир: он выпустил ряд книг, раскрывавших секреты его мастерства. А сделал он это, так как был не на шутку встревожен тем, что из-за популярного в те годы спиритизма многие иллюзионисты средней руки начали выдавать свои трюки за доказательства общения с «потусторонними мирами».

Как ни странно, но именно Гудини, признанный «отец иллюзии», был первым, кто объявил войну спиритам. Вместе с переодетым в штатское платье констеблем Гудини стал инкогнито посещать спиритические сеансы с целью разоблачить шарлатанов и заметно преуспел в этом. Газеты тут же окрестили его «охотником за привидениями».

Гарри неоднократно приглашали в качестве эксперта на судебные процессы в отношении последователей спиритизма, и Гудини всегда блестяще повторял в зале суда их «мистические» трюки. Однажды это стоило «разоблачителю» давней дружбы с известным писателем Артуром Конан Дойлем. Слепая вера последнего в спиритизм стала камнем преткновения в отношениях двух незаурядных личностей.

Как-то, будучи в трёх кварталах от дома Гудини, Конан Дойл написал на листке бумаги: «Мене, текел, фарес» — слова, согласно Библии, появившиеся на стене дворца Валтасара. Через час в доме Гудини писатель увидел, как обмазанный белилами пробковый шарик самопроизвольно вывел эти слова на грифельной доске. Конан Дойл потерял дар речи и признал друга «величайшим медиумом». Но тот возразил ему при свидетелях:

«Сэр Артур, над этим фокусом я работал почти всю зиму. Не хочу раскрывать его секрет, но заверяю вас, что это — ловкость рук в соединении с некоторыми несложными устройствами. Я разработал трюк специально, дабы показать вам, на что способен ловкий и опытный человек. И я вас очень прошу: когда вы видите что-то невероятное, не торопитесь с заключением, что тут не обошлось без сверхъестественных сил!»

Увы, литературный отец Шерлока Холмса не поверил Гудини, сочтя это жестоким розыгрышем, и рассорился с ним на всю жизнь...

Memento mori

Выражение древних римлян Memento mori, что означает «Помни о смерти», Гарри Гудини не забывал никогда. Он заранее оговорил со своей женой Бесс, как хотел бы быть похоронен.

Ещё в молодости Гарри заказал роскошный гроб из бронзы и проделал невиданный трюк — в наглухо запертом гробу его опустили на дно бассейна, а через полтора часа вытащили живого и невредимого. Тогда он и сказал жене: «Если со мной что-нибудь случится, используй тот гроб по прямому назначению». Более того, чтобы раз и навсегда проверить, возможна ли спиритическая связь друг с другом после смерти одного из них, супруги обменялись кодовым словом, которое умерший должен произнести, если его дух сумеет вернуться на грешную землю.

Но к визиту дамы с косой, как и все простые смертные, великий волшебник оказался не готов. 29 октября 1926 года Гудини успешно гастролировал по Канаде. После выступления к нему за кулисы зашёл студент местного университета Гордон Уайтхед. Гудини в это время отдыхал на кушетке. Гость присел рядом, они разговорились о только что закончившемся шоу, и юноша между прочим спросил, правда ли, что маэстро может выдерживать сильные удары в живот без вреда для организма. Гудини ответил утвердительно, но умолчал о том, что перед такими ударами он должен сгруппировать мышцы тела.

Неожиданно студент вскочил и нанес собеседнику несколько сильнейших ударов в брюшную полость. Гарри почувствовал дикую боль, но только улыбнулся в ответ... А через два дня в середине выступления в Детройте он упал на сцене, потеряв сознание. В больнице выяснилось, что несколько дней назад вследствие удара у пациента лопнул аппендикс и развился гнойный перитонит. Спасти его, увы, было уже невозможно...

31 октября 1926 года тело Гудини было отправлено из Детройта в Нью-Йорк для предания земле в том самом бронзовом гробу. На протяжении 10 лет, в полночь 31 октября вдова безуспешно пыталась вызвать дух своего любимого Гарри. Тот не являлся. Тогда Бесс решилась раскрыть журналистам тайну кодового слова. Им оказалось слово Believe — «Верь!»

До сих пор сеансы в ночь на Хэллоуин (с 30 на 31 октября) не прекращаются. Многие продолжают верить, что однажды дух великого Гудини всё-таки материализуется...

После смерти Гудини газеты писали, что в сейфе одной из старинных нотариальных контор Нью-Йорка хранится запечатанный пакет, который по завещанию артиста должен быть вскрыт в день столетия со дня рождения Гарри. В этом пакете все тайны иллюзиониста: каким образом он вышел из завинченного болтами ящика в Лондоне и из тюремных камер Вашингтона и Москвы, как платки, взятые у зрителей, оказались внутри статуи Свободы, и многое другое.

Назначенный день наступил, сейф вскрыли — он оказался пустым. Великий обманщик опять обманул всех.

link