Артур Форд

ЖИЗНЬ ПОСЛЕ СМЕРТИ
Как об этом рассказано Джерому Эллисону


Благодарности

Я хотел бы выразить благодарность(это, я знаю, было бы желанием Артура Форда и безусловно, является моим долгом) преподобному Кэннону Уильяму В. Роушеру, члену совета и бывшему президенту Братства Духовных Границ за его щедрый вклад в создание этой книги. Также благодарю Сюзан Грэхэм, Эллис Форд, мою жену Мириам Эллисон и всех тех, кто разными путями помогал этой книге появиться на свет. Отдельное спасибо ректорату университета Нью-Хэйвена за любезно предоставленный творческий отпуск.
Джером Эллисон.


Содержание


Введение. Мой друг Артур Форд.

Глава 1. Вибрации, эволюция, развитие личности.

Глава 2. Идея выживания человека.

Глава 3. От пророка в пустыне до Эммануэля Сведенборга.

Глава 4. Проникновения в тайну выживания:Уильям Джеймс и исследователи-
первопроходцы

Глава 5. Откровения Фридриха Майерса.

Глава 6. Потусторонний мир обращается к науке: «Бетти» и «Джоан».

Глава7. Опыт и объяснения.

Глава 8. Мои собственные наблюдения за порогом смерти. Йогананда.
Специальное обращение к тем, кто пережил недавнюю утрату.

Эпилог. Феномен Артура Форда и его значение.



Введение. Мой друг Артур Форд.

«Восемьдесят процентов вопросов, которые задают мне люди после моих лекций»,-сказал мне однажды Артур Форд в начале 1970 года(Тогда ему было семьдесят четыре года, более сорока из которых он был известен как один из наиболее выдающихся трансмедиумов мира)- касаются природы жизни после смерти. Какое у нас там тело? Остается ли с нами память о всей нашей земной жизни? Будем ли мы помнить всех людей, которых знали на Земле ? Какими будут наши взаимоотношения с этими людьми? С давно умершими историческими личностями? С великими духовными подвижниками, значение которых столь велико в любой религии? Чем нам предстоит заниматься? Будем мы пребывать там в праздности или же выполнять определенные обязанности? Какую роль здесь играет Бог? Встретим ли мы его сразу, или же нам определен период испытаний? Должны ли мы пройти через страдания, или же, в целом, жизнь в потустороннем мире будет приятной?
На все эти вопросы существуют определенные ответы. Они собирались веками и по своей сути составляют единое целое, хотя наш материалистически ориентированный мир часто ими пренебрегал.
Эти вопросы чрезвычайно важны для миллионов и миллионов людей. Некоторые из них пребывают в отчаянии от потери своих близких. Другие сами находятся на пороге завершения земной жизни и с тревогой ожидают того, что будет после нее.
Свою главную задачу я всегда видел в том, чтобы вернуть людям уверенность в будущем-
ту уверенность, которую дают им прямые ответы.
«Ну а теперь»- сказал он, «наступает критический момент. Не знаю, сколько мне осталось жить». Уже много лет он страдал стенокардией, и с каждым годом его состояние становилось все серьезней. Будучи наиболее проницательным человеком из всех
кого я когда-либо встречал, он понимал, что со всеми делами, намеченными для осуществления на «земном плане», необходимо поторопиться. «Я хочу написать книгу, которая охватывала бы все что мне известно о жизни после смерти. Ты поможешь мне?»
Я помогал Артуру Форду в подготовке его предыдущей книги, «Неизвестное но известное».
Он остался доволен моей работой в качестве редактора, и любезно выразил свою благодарность во вступлении к книге. Весь опыт моего общения с Артуром Фордом был для меня великим путешествием к горизонтам новых познаний. Работа с ним расширяла мои представления о Вселенной, частью которой являемся мы все. Я ответил, что буду рад помочь ему всем чем смогу. Мы неоднократно обсуждали с ним содержание книги. Работа все больше и больше набирала обороты, когда 4 января 1971 года, несколько дней спустя после своего семьдесят пятого дня рождения, Артур Форд скончался. После этого у меня состоялись консультации по поводу почти законченной книги с членами Братства Духовных Границ(которое было основано при участии Артура Форда, и почетным руководителем которого он оставался все это время), с издателями и многими друзьями выдающегося медиума. Книга, которую вы держите в руках, является итогом этих консультаций.
Я лишь отчасти рассказал о событиях, предшествовавших написанию этой книги. Полное изложение происходившего было бы гораздо более объемным. Я мог бы упомянуть,
к примеру, молодого священника из Нью-Джерси, друга Артура Форда, который сказал мне:
«Пожалуйста, постарайтесь закончить книгу как можно быстрее. Нам, кто каждый день работает со страждущими и отчаявшимися людьми, срочно необходимо хотя бы что-нибудь, что помогло бы им глубже прикоснуться к знаниям об иных измерениях бытия, подобно тому как это делал Артур Форд, когда был с нами». Я должен был рассказать- пусть даже
вкратце- замечательную историю одного студента из колледжа, призванного в армию во время Первой Мировой Войны, который, благодаря серии таинственных случайностей и совпадений, стал личностью мирового значения, разделив вместе с Эдгаром Кейси право называться одним из величайших медиумов двадцатого столетия. Мне пришлось бы сказать несколько слов и о себе, чтобы объяснить, как я познакомился с Артуром Фордом, как мы подружились, и наконец, стали работать вместе.

«Каждый»- не раз говорил нам Артур Форд, «имеет медиумические способности, точно также как каждый может нажимать на клавиши пианино. Но, конечно, не каждый развивает эти способности до такой степени, чтобы стать профессиональным пианистом».
В психологическом отношении я привык считать себя средним американцем. Когда я был еще маленьким мальчиком, посещавшим воскресную школу, мне нравились истории из Нового Завета. Всем детям нравятся истории о волшебстве и чудесах. Мой день рождения приходится почти на Хэллоуин, и он всегда отмечался в сопровождении символов, присущих этому празднику: череды блуждающих огоньков, таинственных звуков, загадочных фигур и добродушных призраков. Когда мне было девять лет, моя мать на некоторое время впала в кому из-за кровотечений при родах. Придя в себя, она рассказала мне о своих переживаниях-о том, что, как я узнал намного позже, называется опытом «перехода за черту» Потусторонний мир показался ей прекрасным местом. По ее словам, она была отправлена назад, чтобы завершить дела на Земле. Еще я помню, что однажды, в прекрасный летний день, лежа на траве и глядя в небеса, я пережил необычное чувство, как будто передо мной были открыты все тайны Вселенной.
Но пора моих детских грез вскоре подошла к концу. В колледже я получил весьма строгое представление о том, что такое научный подход, и стал со скептицизмом относиться ко всему мистическому, оккультному и потустороннему. Однако что-то внутри меня восставало против сухого и выхолощенного материализма науки. Ближе к концу обучения я занялся изучением литературы, и после окончания колледжа получил специальность журналиста.
Я преуспел в моей профессии, и в конце концов даже сумел воплотить в жизнь то, о чем мечтал еще в детстве- иметь и пилотировать свой собственный самолет.
Однажды, во время полета на самолете, не оборудованном навигационными приборами,
я потерял ориентацию из-за густой облачности. Мой самолет не был способен подняться выше уровня облаков, так что я не мог лететь вверх. Непроницаемый туман передо мной скрывал в себе опасные препятствия- холмы, деревья, заводские трубы, линии электропередач, поэтому у меня не было возможности пойти на снижение без угрозы для жизни. Я не мог оставаться в воздухе там где был сейчас, не рискуя сорваться в крутой штопор. Я оказался в ловушке.
Непроизвольно я начал молиться, прося указать мне выход из ситуации, в которой я оказался. Оцепенев от страха, я направил самолет вниз, к земле, навстречу таящимся опасностям. Вскоре из тумана показался белый фермерский дом. Я обогнул его и со второго круга стал заходить на посадку. Еще не коснувшись земли, я увидел, что дом располагался на холме. Отсюда виднелась долина, над которой было абсолютно чистое и свободное воздушное пространство. Я сразу же сориентировался, и не больше чем через десять минут спокойно приземлился на своем аэродроме. Кто-то или Что-то услышало меня, я был в этом уверен. После этого эпизода я больше никогда не возвращался к прежней самодовольной вере в легко объяснимую, полностью материальную Вселенную.
Случилось и другое. Журналисты, не связанные обязательствами с какой-либо одной редакцией, обладают определенным преимуществом. Весьма часто они пополняют свое образование через свою профессиональную деятельность. Желая просто больше узнать о предмете, я занялся написанием статьи, посвященной экстрасенсорному восприятию(ЭСВ).
Работая над ней, я обнаружил, что обладаю небольшими, но явно выраженными способностями к телекинезу, ясновидению и телепатии. Сразу отмечу, что эти способности я мог продемонстрировать отнюдь не в любой момент, а в тех случаях, когда мне это удавалось, результаты оставляли желать лучшего. Тем не менее, сам факт их наличия сомнения не вызывал. Если бы у меня было желание посвятить определенное время работе над собой, я мог бы достичь здесь большего совершенства. Старая концепция всецело материалистического мира рухнула для меня навсегда.




Следующий период моей жизни я бы назвал «Знакомство с Чистилищем». В это время мне казалось, что в моей жизни произошло все самое худшее, что только могло произойти- иногда досадное, порой угнетающее, а подчас и трагическое. Казалось, что после счастливой, успешной и процветающей жизни я неожиданно погрузился в личную, общественную, семейную, финансовую и профессиональную неудачу и хаос. Одна из моих амбициозных литературных задумок закончилась оглушительным провалом. Моя жена настояла на разводе. Это привело к разрыву всех общественных, профессиональных и родственных связей. Спустя несколько лет после этого мне сообщили по телефону, что мой единственный сын, которому в то время было шестнадцать, получил смертельные ранения. Со времени моей учебы в колледже я с охотно употреблял спиртное, особенно когда это происходило в дружеской компании. Позднее я начал использовать алкоголь, чтобы хотя бы на время отвлечься от некоторых моих неприятностей.
Но это только ухудшило ситуацию.
Именно тогда я заново вспомнил и переосмыслил пережитый опыт с чудесным спасением на самолете. Кто-то или Что-то помогло мне выбраться из непроходимого тумана и совершить удачную посадку. Могла ли та же самая сила помочь мне выбраться из «тумана» житейских перипетий, в которых я оказался? Я попробовал обратиться к ней, и после этого в моей жизни стали происходить некоторые поистине замечательные вещи.
Следуя своему обычному методу самостоятельного ознакомления с новыми темами , я написал две статьи о работе Анонимной ассоциации алкоголиков(ААА). Это не только помогло мне с пользой и пониманием осознать причины моего пристрастия, но и дало возможность познакомиться с одним из основателей АА, Биллом, которого позднее я узнал гораздо ближе.(По установившемуся обычаю, имя и фамилия участника Ассоциации могут быть обнародованы только после его смерти). Билл умер всего лишь на несколько недель позже Артура Форда, поэтому сейчас я могу позволить себе назвать его полным именем-
Уильям Дж.Вильсон.
В ходе одной из наших длинных и оживленных бесед(мы оба были неравнодушны к проблемам человека и мироздания, в особенности что касалось вещей таинственных, не понятых до конца) я упомянул о своих ранних исследованиях феномена экстрасенсорного восприятия и об интересе к оккультному. Кроме того, я рассказал о некоторых прочитанных мной публикациях: материалах Британского Общества Психических Исследований, отчетах об опыте индийских «свами», а также о трудах выдающегося швейцарского психиатра Карла Юнга. К моему удивлению, Билл стал для меня основательным и сведущим гидом в этой новой области. Как оказалось, опыт работы Юнга с пациентами, страдавшими алкогольной зависимостью, впоследствии стал одним из тех краеугольных камней, которые были заложены в фундамент будущей Ассоциации. Билл рассказал мне о нескольких своих переживаниях, не поддающихся объяснению с позиции материализма. Затем он неожиданно сказал: «Если Вы действительно интересуетесь всеми этими вещами, Вам нужно познакомиться с Артуром Фордом».
Мне приходилось читать об этом выдающемся медиуме, но я никогда не думал, что мне выпадет удача встретиться с ним, а тем более познакомиться лично. «Вы знаете, а ведь он один из наших»- сказал Билл.(Согласно обычаю, личность человека, состоящего в ААА, не может быть обнародована иначе как по его собственному желанию. Я говорю об этом поскольку Артур Форд упомянул о членстве в этой организации в одной из своих книг). Очередная его лекция должна была состояться как раз в наших краях, я решил на ней побывать. Внешность Форда удивила(я бы сказал, почти «шокировала») меня. Я ожидал, что в облике одного из ведущих мировых трансмедиумов будет присутствовать хоть что-нибудь «призрачное». Но в нем не было ничего «тонкого», «эфирного» или «потустороннего». В приподнятом настроении, в котором он неизменно находился, выступая с лекциями перед аудиторией(позже я узнал, что у него бывает и другое настроение тоже), он производил впечатление полного, круглолицего, жизнерадостного человека, обладающего живым умом и юмором, всегда готового отпустить дружелюбную шутку со своей характерной застенчивой улыбкой и искоркой в глазах. Во время «чтений»(передачи сообщений присутствующим от тех, кто ушел в «мир иной») я оказался одним из нескольких сидящих в зале, кто получил ошеломляюще достоверные сообщения. После лекции меня представили Форду. Мы начали разговаривать о нашем общем друге Билле, и сразу же прониклись симпатией друг к другу- симпатией, которая никогда не исчезала за все время нашего дальнейшего общения и осталась до самого конца. С тех пор я оказался в привилегированной группе счастливчиков, имевших возможность участвовать в некоторых сеансах Форда, которые он щедро давал своим друзьям просто «удовольствия ради».
Я хотел узнать как можно больше об этом удивительном человеке, с которым нам было суждено стать близкими друзьями. Никогда мое любопытство не было столь велико. Я жадно запоминал всю информацию о нем( и в конце концов, как вы можете догадаться, написал статью в журнале).
Артур Форд родился в небольшом городке Титусвилль, расположенном в штате Флорида. На момент его рождения в 1896 году там проживало около трехсот человек. Его отец, капитан парохода, был одним из тех прихожан епископальной церкви, которые никогда не посещают богослужения. Вскоре после рождения Артура его семья переехала в Форт-Пирс, Флорида, где его мать, ярая баптистка, активно принимала участие в жизни своей родной церковной общины. Артур провел все свое детство в Форт-Пирсе и большая часть его жизни вращалась вокруг местной баптистской церкви. Когда ему было двенадцать лет, Артур играл на пианино во время молодежных собраний, где исполнение гимнов являлось важной частью ежедневной программы. С того возраста, когда юноша впервые смог серьезно задуматься о духовных вопросах, он чрезвычайно увлекся религией. Его преданность и интерес были столь велики, что ни у кого не вызывало сомнений: Артур выберет духовное образование и станет священником, причем именно в баптистской церкви.
Однако Артур начал демонстрировать ту независимость и свободомыслие в духовных вопросах, которая станет его отличительной чертой на протяжении всей жизни. Он встретился с унитарианцами и начал посещать некоторые их собрания. Эта доктрина
произвела на него глубокое впечатление. По сравнению с интеллектуальной свободой в системе унитарианцев, старое учение баптистской церкви показалось ему узким и косным.
Он засыпал служителей баптистской церкви таким количеством неудобных вопросов, что в семнадцать лет его исключили из паствы по причине «утраты твердости в вере». Но вышло так, что унитарианцам тоже не удалось привлечь его в свои ряды. Артур уехал из Форт-Пирса, чтобы поступить в Трансильванский Университет в Лексингтоне, Кентукки. Там он присоединился к Церкви Христа(Ученики Христа), в которой в конце концов и принял сан священника.
Однажды я спросил Форда, когда он впервые начал замечать, что обладает необычными психическими способностями. Казалось, что этот вопрос его озадачил. «Когда я был ребенком, казалось, я довольно много знаю о том, что думают другие»-ответил он. «Откуда мне было знать, что в этом есть что-то особенное? Я полагал, что каждый человек умеет делать то же самое. Только в армии я узнал, что в этом отношении чем-то отличаюсь от других людей».
Форда призвали в армию в 1917 году и направили в Кэмп-Грант. В следующем году по всей стране прокатилась волна великой эпидемии гриппа- «испанки», которая, казалось, особенно яростно косила ряды солдат из Кэмп-Гранта. В то время, когда Форд находился там, каждую ночь от гриппа умирало несколько солдат. Однажды ночью он увидел во сне, что ему вручили листок бумаги, на котором крупными и ясными буквами были написаны имена солдат, умерших за ночь. Проснувшись, он рассказал своим друзьям по службе об этом видении. После завтрака вывесили лагерный бюллетень, и в ней оказался в точности тот список солдат, который он увидел во сне! Так продолжалось несколько дней. Каждую ночь он видел во сне списки умерших солдат, и каждое утро они подтверждались. Товарищи стали обходить Форда стороной, поскольку считали его предвестником смерти. Вскоре он понял, что об этих снах рассказывать больше никому не стоит, но все же они глубоко взволновали его.
Форд был с отличиями демобилизован из армии и вернулся в Трансильванию в 1919 году.
В университете он узнал о профессоре психологии д-ре Элмере Снодди, который имел репутацию необычайно дружелюбного и отзывчивого человека, и решил, что может обратиться к нему за помощью. Артур рассказал профессору о происходивших с ним спонтанных психических феноменах, которые со временем становились все более яркими и многочисленными. Это включало не только происходившее с ним в Кэмп-Гранте, но и многое другое. Например, однажды он ясно увидел лицо своего брата Джорджа. Как выяснилось позднее, в этот самый момент Джордж умирал от осложнений после гриппа. Когда Артур принимал участие в сеансах со спиритическим столом в общежитии колледжа, это всегда приводило к необычайному улучшению «качества связи». Был и еще один инцидент. Джо, один из его собратьев по сеансам, будучи уже тяжело больным пневмонией, назвал Артуру кодовое слово. «Если когда-нибудь после моей смерти ты получишь это слово, знай, что оно было послано мной»-сказал он. Джо скончался. А год спустя Артур получил это кодовое слово на сеансе с другим медиумом.
«Что все это значит?»-спрашивал себя Артур. Является ли это признаком какого-либо психического расстройства, и если так, то можно ли исправить положение? Снодди дружелюбно поведал ему все, что знал о психических феноменах, объяснив, что иногда человеческий разум способен получать информацию такими средствами, природа которых до конца не ясна. Он рассказал жадно слушавшему молодому Форду о проводившихся в то время исследованиях , целью которых являлось больше узнать об этих вещах. Выдающийся психолог и философ из Гарвардского университета д-р Уильям Джеймс глубоко интересовался такими исследованиями и поддерживал научное изучение данных феноменов. В Англии эти исследования были развернуты под эгидой Британского Общества Психических Исследований такими выдающимися первопроходцами как сэр Оливер Лодж, Генри Сиджвик и Фридрих Майерс. Среди этих ученых, говорил Снодди, данные феномены не вызывают никаких затруднений, а выглядят ясными и понятными. Форд обладает редким даром медиума. Поэтому ему не следует остерегаться своих способностей, а наоборот, развивать их, чтобы использовать на благо человечества. Чрезвычайно ободренный, Артур снова вернулся к учебе и к медиумической работе, постепенно приобретая навыки контроля над своими способностями, чтобы уметь демонстрировать их публично.
С этого времени Артур быстро привык к своей новой роли практикующего медиума.
Множество людей желали и могли помочь ему осилить этот путь. Иных он находил сам.
В 1921 году он поехал в Нью-Йорк, чтобы встретиться с мисс Гертрудой Табби, секретарем
Американского Общества Психических Исследований. Мисс Табби договорилась о его встрече с д-ром Франклином Принсом, а также организовала его участие в сеансах с некоторыми выдающимися медиумами. В 1922 году Артур женился , принял сан священника и был назначен пастором церкви в Барбувилле, штат Кентукки. Последующие два года он успешно работал в качестве пастора, параллельно занимаясь развитием своих медиумических способностей.
Будучи в Барбувилле,Форд нанес визит д-ру Полу Пирсону, который занимался распространением идей и методов школы Чаутоквы на востоке Америки. Д-р Пирсон чрезвычайно интересовался феноменами человеческой психики, и был лично знаком с такими выдающимися учеными в этой области, как сэр Оливер Лодж и сэр Артур Конан Дойль. Он предложил Форду летом 1924 года посетить Новую Англию и выступить там с публичными лекциями, посвященными проблемам психических явлений и медиумизма. Форд принял приглашение. Это было началом его карьеры как всемирно известного медиума и концом супружеской жизни. Молодая жена Форда, выросшая в Кентукки и имевшая сильную привязанность к своим родственникам, не согласилась поехать вместе с ним. После успешных лекций Артуру предложили остаться и на зимний период. Он встал на свой путь. Его жена так и не приехала к нему сюда, а он больше никогда не возвращался в Кентукки. Через некоторое время они тихо и спокойно развелись.
Артур начал встречаться и лично знакомиться с некоторыми выдающимися личностями,
вовлеченными в ту областью изучения природы человеческой психики, которая теперь называется парапсихологией. Поддержка и советы этих талантливых людей помогли обрести форму и выражение его стремлению как можно яснее и полнее постичь природу жизни за чертой физической смерти-тому стремлению, которое спустя почти полвека приведет к написанию этой книги. Одним из этих людей был прославленный духовный учитель Индии Парамаханса Йогананда, автор всемирно известного труда «Автобиография йога», внесший значительный вклад в расширение и углубление понимания между религиозным мышлением Запада и Востока. Йогананда, разумеется, и сам обладал высоко развитыми психическими способностями. Полностью отдавая должное дару Форда, он все же придавал большее значение духовному совершенствованию. Артур никогда не был «учеником йоги» в том смысле как это принято обычно понимать. Но он подружился с Йоганандой. Великий свами(так называет его Артур Форд в одной из глав этой книги) имел ясное понимание природы потустороннего мира, основанное на откровениях, данных ему в видениях, которые считал совершенно надежными. По мере того как Форд приобретал новый опыт, он находил все большее и большее подтверждение прозрениям Йогананды.
Выступления Форда обычно состояли из двух частей. Первую часть он посвящал рассказу о психических феноменах. В ходе следующей, «практической» части, он непосредственно передавал присутствующим в зале сообщения от их умерших друзей и родственников. Именно достоверность этих сообщений и принесла Форду большую часть его мировой славы. Тысячи людей(включая и меня лично) убедились на собственном опыте, что информация, приходящая в этих сообщениях, никоим образом не могла быть заранее подготовлена и не могла исходить ни от кого другого, кроме как от развоплощенной личности, названной в качестве «отправителя». Мне всегда было интересно, в каком именно состоянии сознания находится Артур Форд во время получения «посланий», и однажды я спросил его об этом. Очевидно, что этот процесс был подобен настройке ума на различные «длины волн» существующей реальности. Когда настройка соответствовала привычному нам миру повседневного бытия, «мир духов» практически им не воспринимался. Если же он перемещал невидимый «указатель шкалы» на частоты
развоплощенных сущностей и их мыслей, из его сознания исчезал привычный нам земной мир.
Здесь необходимо отметить, что Форд известен во всем мире именно как один из самых выдающихся «ментальных» медиумов. Термин «ментальный» требуется для того, чтобы отличить медиумов, использующих свое мысленное восприятие для передачи сообщений с «другой стороны» от тех, которые воспроизводят «физические» феномены: голоса, огни, перемещение предметов, левитацию, и так далее. Величайшим из всех физических медиумов был Даниэль Дуглас Хоум. Он жил в Америке в конце девятнадцатого века. Его демонстрации телекинеза(перемещения предметов на расстоянии силой мысли) приводили в изумление опытных наблюдателей крупнейших центров Америки и Европы. Достижением Форда является то, что он представил самое большое в истории количество письменно зафиксированных свидетельств выживания человеческой личности после смерти. Чтобы читатель мог лучше понять следующие главы этой книги, я думаю, здесь будет уместно привести данное Фордом описание вышеупомянутого процесса «настройки», взятое из его рассказа о своей жизни.

Я принял приглашение Первой Спиритуалистической Церкви Нью-Йорка читать лекции по воскресеньям в Карнеги-Холле. Мне повезло: аудитория здесь была мыслящая, привыкшая к выступлениям людей гораздо более выдающихся, чем я, и к превосходным парапсихологическим демонстрациям. Поэтому мне пришлось немало поработать над
собой. На то время, еще до завершения наших занятий со Свами Йоганандой, мои медиумические способности все еще были во многом спонтанны, и я никогда не знал заранее, получится у меня что-нибудь или нет. Иногда, когда ко мне приходили незнакомые люди и просили связаться со своими умершими родственниками, я делал все что было в моих силах. Но несмотря на это, бывало и так, что никто не «выходил на связь».Как я мог знать, почему это случалось: возможно, их близкие не хотели вступать в контакт, а может, дело было в том, что я просто не мог правильно «настроиться». Другими словами, отсутствовало ли соединение, или же никого не было «на другом конце провода»? Однако в большинстве случаев в аудитории находилось несколько человек, чьи родственники желали общения.
Я понял, что в таких случаях моей главной задачей было открыться тому, что могло «прийти» через меня. Вскоре я научился наполовину блокировать свое физическое восприятие, стоя перед аудиторией, и ,чувствуя себя частично погруженным в транс, все же оставаться в сознании. После этого развоплощенные личности либо появлялись передо мной, либо я получал впечатление о них и одновременно слышал(без слов) то, что они хотели передать. Всякий раз, когда я допускал критическое вмешательство со стороны своего ума, говоря себе что-то вроде «Нет, этого человека не могут звать Глегори Клегори Тегори», и пытался заменить это чем-нибудь, что казалось мне более осмысленным, моя информация оказывалось ошибочной. Но когда я не задумываясь просто повторял то, что видел или слышал, из аудитории почти всегда кто-нибудь откликался.
Уделяя немало времени и сил публичной работе, я все же считал себя скорее «любителем», и намеревался , побольше узнав о возможностях человеческого духа и разума, посвятить себя другому занятию. Однажды я внезапно осознал, что мои собственные медиумические способности больше не кажутся мне «удивительными». Я чувствовал себя подобно лошади, с которой сняли шоры. Вокруг больше не было преграды. Вселенная для меня расширилась. И, что важнее всего, жизнь наполнилась гораздо большим смыслом, поскольку смерть отныне не представлялась концом ни человеческого бытия, ни отношений с теми, кого мы так любим.
По мере приобретения опыта работы с аудиторией я стал думать о том, чтобы каким-то образом сдерживать толпы ушедших в мир иной, теснившиеся вокруг меня. Иногда я их видел, иногда- чувствовал. Так или иначе, их было чересчур много. Требовалось что-то (или кто-то), позволившее бы навести среди них порядок или установить очередность. Обычно я воспринимал того, кто «кричал» громче, даже если этот крик слышал только я один. В ком действительно была необходимость, так это в невидимом «распорядителе церемоний». Именно тогда в мою жизнь вошел Флетчер.

Большинство медиумов в своей профессиональной работе тесно связаны с одной из умерших личностей, называемой «контролером». Эта личность берет на себя роль невидимого «распорядителя церемоний», контролирующего речевой аппарат медиума, в то время когда сам медиум находится в бессознательном состоянии. Многие годы своей медиумической практики Артур Форд работал в одиночестве, без контролера. На одном из сеансов в 1924 году, когда Форд пребывал в трансе, о себе заявила одна из бестелесных личностей, которая, пользуясь голосовыми связками спящего Форда, сказала следующее: «Когда Форд проснется, скажите ему, что с этого момента я буду его контролером, и что меня нужно называть Флетчер». Личность нового невидимого помощника вызвала у Форда естественный интерес, и он попросил участников сеанса разузнать о нем как можно больше. Флетчер охотно рассказал о себе, и, утвердившись как абсолютно независимая и самостоятельная персона, в конечном итоге стал для участников таким же желанным другом, как и сам Артур.
Флетчер сообщил свою фамилию и подробно рассказал о своей жизни и смерти. По каким-то своим соображениям Артур никогда не предавал огласке фамилию его контролера. Эта традиция конечно, не будет нарушена и здесь, тем не менее, мы вполне можем детально рассказать о биографии Флетчера. Когда Артур был еще ребенком, на другом берегу реки рядом с тем местом где он жил, располагалось небольшое поселение канадцев французского происхождения. Одна из причин, по которой не разглашается фамилия Флетчера- это его собственная просьба. Его родственники придерживались католического вероисповедания, и поэтому у них сложились вполне определенные взгляды на жизнь после смерти. Поскольку эти взгляды не совпадали с тем, что Флетчер увидел и пережил, он не хотел приводить их в замешательство своей «неудобной правдой».
Семья Флетчера уехала из Форт-Пирса и перебралась в Канаду. После начала Первой Мировой Войны он был призван в армию и погиб в бою. Флетчер привел большое количество подробностей о своей жизни, которые позднее Форд смог проверить: воинское подразделение, в котором служил Флетчер, место и обстоятельства смерти, адреса членов его семьи, оставшихся в живых. «Ну что ж, проверьте это!»- обычно говорил Артур Форд в тех случаях, когда на сеансе был получен какой-нибудь поразительный или необычный факт. Весьма часто он сам следовал этому совету, как и поступил, например, в случае с Флетчером. Все сообщенное Флетчером подтвердилось во всех деталях- он был «проверен».
После смерти Артура Форда многие спрашивали: «Что теперь будет делать Флетчер?
Станет ли он контролером у какого-нибудь другого медиума, или «отойдет от дел»?
И чем тогда он будет заниматься дальше?» Флетчер ответил на эти вопросы. Эти ответы, полученные от Артура Форда, даны в последних главах этой книги.
В 1926 году имя Форда впервые появилось в заголовках мировых газет. В то время главной фигурой на мировой сцене варьете был необычайно талантливый иллюзионист Гарри Вайс,
работавший под профессиональным псевдонимом «Гудини». После смерти матери, к которой он был горячо привязан, великий маг стал искать встречи с разными медиумами. Будучи первоклассным экспертом во всех видах трюков, Гудини легко мог распознать среди них мошенников. Обман в этой области, столь сильно затрагивающей глубочайшие человеческие чувства, привел его в ярость. Он колесил по стране, посещал сеансы всех попадавшихся ему медиумов, и безжалостно разоблачал их шарлатанство. Газеты тут же сообщали об этом под яркими заголовками. Однако эти исследования в конце концов отрезвили его. Некоторых медиумов просто невозможно было разоблачить. Они не были обманщиками. Получаемые ими «послания» были именно тем, за что их выдавали - сообщениями от людей, полагаемых «мертвыми». Это заставило Гудини задуматься. Он решил провести еще один, самый последний и окончательный тест, договорившись со своей женой Беатрис, что тот из них двоих, кто первым окажется «на той стороне», попытается вступить в контакт при помощи заранее разработанного кода, позволяющего идентифицировать личность собеседника вне всяких сомнений. Гудини умер в 1926 году.
В 1927 году Артур Форд приехал в Англию, чтобы прочитать цикл лекций. Его первая лекция была организована сэром Артуром Конан Дойлем. Она состоялась в Лондоне и собрала очень большую аудиторию. На следующий день в утренних газетах появился подробный репортаж об этом событии, который содержал и положительный отзыв сэра Конан Дойля. С этого дня репутация Артура Форда в Европе утвердилась столь же прочно как и в Америке. Он познакомился с основными фигурами в Британском Обществе Психических Исследований, включая сэра Оливера Лоджа и договорился о проведении сеансов с участием ведущих медиумов Англии.
Возвратившись в Америку в 1928 году, он получил такое количество предложений о проведении лекций и сеансов, что был просто не в состоянии удовлетворить их все. Нужно отметить, что сам Форд не любил Гудини. Он считал большинство из сделанных эстрадными фокусниками «разоблачений» претенциозными, предвзятыми и несправедливыми. Каково же было его удивление, когда по окончании сеанса, проходившего 8 февраля 1928 года, выйдя из транса,он узнал ,что передал сообщение от матери Гудини, состоящее только из одного слова- «прости». Говоря через Форда, она пояснила, что незадолго до ее смерти она и Гарри договорились об этом слове как об «опознавательном знаке». Поскольку Форд не симпатизировал Гудини, он не предпринимал никаких специальных усилий, чтобы сообщение дошло по адресу. Это сделали другие участники сеанса, уведомив о происходящем Беатрис, жену Гудини. Миссис Гудини сразу же публично выразила свой восторг и восхищение. Это было единственное из тысяч переданных ей сообщений, которое оказалось правильным. Мать Гарри не сумела «пробиться» к нему в то время пока он был жив. По ее словам, сейчас, когда канал связи открыт, сам Гарри сможет прийти и передать жене обещанное послание.
То что происходило в течение следующих нескольких недель, стало одним из важнейших «классических» примеров спиритической связи за всю историю психических исследований. Эти примеры были необычайно хорошо задокументированы. На каждом сеансе присутствовал редактор журнала «Сайентифик Америкэн». С ним был стенографист, который фиксировал каждое сказанное слово. После завершения серии сеансов миссис Гудини засвидетельствовала, что эти длинные и дословно точные послания были составлены в том самом сложном коде, который они с Гарри использовали на выступлениях в варьете, и который хотели использовать в качестве средства для идентификации своих личностей после смерти. Эти новости послужили причиной даже еще более крупных заголовков в газетах, чем это было при «разоблачительной» кампании Гудини. Имя Артура Форда не сходило с газетных страниц в течение многих недель. Он стал мировой знаменитостью.
Следующие двадцать лет жизни Форда стали для него головокружительным водоворотом
триумфов и злоключений. С одной стороны, его слава росла и одно из ведущих издательств выпустило в свет его автобиографию. С другой стороны, его преследовала почти неправдоподобная цепь личных катастроф. Во-первых, это была болезнь сердца, которая в конце концов( в январе 1971 года) стала причиной его смерти. Два раза его настигал сердечный приступ, когда он пребывал в полном одиночестве, и лишь по «чистой случайности» помощь приходила вовремя. В 1930 году Форд вместе со своей сестрой(которая как и он, перебралась в Нью-Йорк) и с другом поехали во Флориду, чтобы навестить родителей. На обратном пути в их автомобиль врезался грузовик. Его сестра и друг погибли. Форд был доставлен в госпиталь с таким количеством ран, переломов и ушибов, что его шансы на выздоровление были весьма малы. Во время лечения врач вводил ему неоправданно большие дозы морфия.
Форд оправился от своих физических травм, но с ужасом обнаружил, что пристрастился к морфию. Только после изнурительных усилий и упорной работы над собой он наконец, смог преодолеть эту зависимость. Но это не прошло для него даром- он стал жить в состоянии почти невыносимого нервного напряжения. Чтобы расслабиться, один из друзей посоветовал ему время от времени принимать спиртное. Вплоть до этого момента Артур был абсолютным трезвенником. Но через некоторое время он обнаружил, что алкоголь пришелся ему по вкусу- даже слишком, как он понял через год-другой. «Я порядочно попивал»- сказал мне Форд позже с лукавыми искорками в глазах. Он вновь стал жертвой пагубного пристрастия, но уже не к наркотикам, а к алкоголю. Именно тогда ему пришла на помощь Анонимная ассоциация алкоголиков. Впоследствии он никогда не забывал о своей благодарности. Форд всегда носил с собой подписанную фотографию Билла Уилсона . Распаковав багаж, он всегда доставал ее первой и ставил на самое видное место. Я познакомился с Биллом приблизительно в то же самое время, и как я уже говорил, именно Билл и привел меня к Форду.
За время нашей двадцатилетней земной дружбы мне приходилось встречать Артура Форда
в разных местах и в разном расположении духа. Он навещал меня в Индиане, когда я работал профессором в местном университете, в моей летней резиденции в Кэйп Код, и в Гилфорде, Коннектикут, где я живу сейчас. Я гостил у него еще Нью-Йорке, был на его квартире в Филадельфии, и в доме в Корал Гейблз, Флорида. Если Артур признавал кого-нибудь своим другом, то оставался верен этому до конца. Если не считать тех случаев, когда он пребывал в дурном настроении( в такие моменты мы всегда относились друг к другу с взаимопониманием), Форд неизменно оставался превосходным собеседником и великолепным компаньоном. Темы наших бесед простирались от обычной болтовни, добродушного юмора, последних новостей и сплетен до таких возвышенных тем, как смысл человеческой жизни, роль Творца и устройство Вселенной.
Наши дружеские отношения были наполнены необычными совпадениями. Например, мы
оба совершенно независимо друг от друга были знакомы с ныне покойным епископом Джеймсом Пайком. Когда Пайк впервые привлек общественное внимание своими прогрессивными взглядами, я сделал о нем очерк для журнала. За время наших интервью я достаточно хорошо его узнал. Я также познакомился с его женой и сыном, о котором позднее под трагическими заголовками писали газеты всего мира. Через четыре года состоялась встреча Форда с Пайком. Сын Пайка покончил жизнь самоубийством. Епископ, интересовавшийся парапсихологическими исследованиями, посетил сеанс Форда и вошел в прямой контакт- как подтвердил он сам- со своим покойным сыном. И вновь имя Форда появилось в заголовках мировых газет.

«В этой новой книге», сказал мне Артур Форд когда мы еще только начинали обдумывать эту книгу, «я вовсе не хочу углубляться в вопрос доказательства. Я убежден, что доказательства выживания человека после физической смерти уже существуют. Люди
могут принимать их во внимание или игнорировать, верить в это или не верить, но эта часть работы уже выполнена, и выполнена блестяще. Что в действительности является моим искренним желанием, так это рассказать о том, что представляет собой жизнь после смерти. Я хочу, чтобы за основу книги был взят именно опыт- чем именно наполнена жизнь на иных планах бытия, каково ее качество и содержание».
Как литературный помощник Форда я получал от него инструкции. Мы продолжали нашу работу вплоть до 19 декабря 1970 года- того дня, когда Артур написал мне свое последнее письмо. К тому моменту наша совместная работа по теме книги была уже практически завершена, и на столе в издательстве лежал готовый к подписанию контракт. Все что мне предстояло сделать- это «переработать» мысли Форда при помощи пишущей машинки.
Его последнее письмо ко мне, отличавшееся по манере от всех предыдущих(полностью я приведу его чуть позже), содержало то, что по сути оказалось его последней инструкцией
в нашей работе. Он умер 4 января 1971 года.
Я решил добавить к этому предисловию несколько слов о нашей с Артуром совместной работе над этой книгой, поскольку, как мне думается, это поможет читателю лучше понять ее замысел и достоинства, ту тему, которую мы постарались в ней осветить, а также даст еще одно свидетельство беспрецедентного труда, выполненного этим уникальным человеком. Хотя Форд был отличным рассказчиком и замечательным лектором, изложить что-нибудь на бумаге казалось ему невыносимой пыткой. Он старался избегать такой работы как только мог, но если это все же приходилось делать, он составлял черновой набросок и отдавал его обработку и окончательное редактирование кому-нибудь другому. Эта работа пала на меня. Сложилось замечательное сочетание: мне не только нравилась писательская работа,
но вдобавок к этому я нашел эту тему чрезвычайно увлекательной. Так мы и работали.
То, что Артур Форд всю жизнь беспрестанно читал и расширял свой кругозор, служит важным ключом к пониманию необычного качества его медиумических способностей.
Согласно его теории спиритической коммуникации, обитателям «другой стороны» приходится иметь дело с тем словарным запасом и набором знаний, которые есть у самого медиума. Если бестелесный собеседник хочет передать сложное по структуре и содержанию сообщение, его попытка может потерпеть полную или частичную неудачу в том случае, если интеллектуальные ресурсы медиума для этого недостаточны. Тот факт, что через Форда было получено большое количество сообщений, «подписанных» людьми совершенно разных профессий- инженерами, архитекторами, учеными, врачами, хирургами, специалистами по космической технике, оперными певцами, государственными деятелями и писателями, кроме его несомненно, его редкого дара, также необходимо отнести на счет эрудиции самого Форда.
Форд не только постоянно читал литературу по самой разной тематике, но и всегда сравнивал эту информацию со своим личным опытом и наблюдениями. Если прочитанное не совпадало с тем что, как он полагал, было на самом деле, он просто выбрасывал это из головы. Тогда же, когда такое совпадение имело место, он откладывал сведения в своей необъятной памяти, чтобы в будущем обращаться к ним вновь и вновь. Значительная часть моей редакторской работы заключалась в обращении к ссылкам на прочитанную Фордом литературу.
«В этом конкретном вопросе»- бывало, говорил он, «я согласен с Майерсом до такого-то момента, но начиная отсюда придерживаюсь другой точки зрения». После этого он кратко и содержательно излагал свою точку зрения. Ему была необходима интеллектуальная поддержка, и он всегда был рад ей. Он отказывался от общепринятых мнений только если к этому принуждал его собственный опыт. В одном случае, когда мы вместе работали над книгой «Неизвестное но известное», я пытался прояснить важный момент, касающийся его техники медитации. Один или два раза он попытался объяснить их мне, затем почти потеряв терпение, воскликнул: «Но вы же сами говорили об этом! Вы сами говорили!». После этого он почти дословно процитировал написанное мной за годы до этого, о чем я уже почти ничего не помнил. Эти примеры наглядно демонстрируют, какую именно роль в парапсихологии отводил для себя Форд. Он вовсе не претендовал на то, чтобы быть «первооткрывателем». Сделать как можно больший вклад в уже открытую и «нанесенную на карту» область, -вот в чем заключалась его работа. По мере того как накапливалось все большее количество свидетельств его медиумических способностей, он начал ощущать свою миссию в том, чтобы представить невиданный ранее объем документально зафиксированных и экспериментально подтвержденных материалов, ясно демонстрирующих , что люди, ошибочно полагаемые «мертвыми», вовсе не мертвы, а продолжают жить.
Друзья и знакомые Форда восхищались тому пылу, с которым он отдавал себя своей задаче, иногда упрекая его в безрассудстве. Чувство устремленности и предназначения было его доминирующей чертой на протяжении всей жизни. Хотя в его жилье, бывало, царил беспорядок, а сам он, казалось, беззаботно мотался из одного города в другой, из одной страны в другую, не было случая, когда за этим не стояла какая-нибудь высокая цель. В юношеские годы это было просто желание проповедовать и нести людям слово Бога. Как только он открыл в себе медиумический дар, его целью стало как можно полнее осознать значение этого дара, и максимально лучшим образом найти ему подходящее применение. Когда это осуществилось, перед ним встала новая задача: полностью открыть себя и свою работу для исследований квалифицированных ученых, сделать полученные свидетельства доступными для всех интересующихся, и, наконец, после того, как эти свидетельства будут накоплены, и по своим качественным и количественным характеристикам обретут силу доказательства, распространить это знание во всем мире, чтобы помочь людям устранить страх перед смертью.
Если не принимать во внимание болезнь сердца, развившуюся у него за последние двадцать лет жизни, по телосложению Артур Форд, что называется, был «здоров как бык». Хотя он не был слишком высок ростом- что-то около пяти футов девяти дюймов- его круглое лицо, мясистая шея, массивные плечи и широкая грудь придавали ему вид крупного мужчины. Он обладал большой физической силой, и даже узнав о своей болезни сердца, нещадно продолжал ее эксплуатировать.
За последние двадцать жизни в нем развились такие характерные черты, которые его друзья научились предвидеть заранее, но не были в состоянии изменить. Беспрестанные выступления с лекциями приносили ему очередной сердечный приступ. За этим следовал период выздоровления, после которого он заверял всех, что «никогда не чувствовал себя лучше».
Последние два десятилетия жизни Форда были наполнены случайностями, когда он оказывался на волосок от смерти. Однажды, когда Билл Уилсон, один из основателей Анонимной ассоциации алкоголиков, просто шел по улице, он внезапно почувствовал, что во что бы то ни стало должен «пойти и навестить Артура». В то время Форд жил в Нью-Йорке.
Билл, который должен был выполнить важное поручение, попытался отделаться от этого чувства. Но это чувство становилось все сильнее, до тех пор, пока, как сказал мне Билл,
он не был просто «вынужден направиться к Артуру». Придя на место, он обнаружил, что дверь была открыта. Трубка телефона была снята, а Форд лежал на полу, пораженный сердечным приступом. Конечно, Билл тут же вызвал скорую помощь, которая, к счастью, подоспела вовремя. В другом случае, во Флориде, в тот момент, когда Форд переживал другой, почти фатальный сердечный приступ, к нему «просто случайно» зашел визитер. Этот человек «просто случайно» оказался одним из ведущих сотрудников Центра по исследованию космического пространства на мысе Кеннеди и специалистом- кардиологом.
(Форд знал многих людей, участвовавших в космических исследованиях, его часто консультировал один из астронавтов, участвовавших в Американской лунной экспедиции.)
Еще один раз сердечный приступ настиг его во время сеанса. Присутствовавшие участники велели Флетчеру немедленно вывести Форда из транса, что он и сделал. Затем они вызвали скорую.
Эти предупреждения ничуть не повлияли на Форда. Я помню, как в один морозный и вьюжный январский вечер Артур выступал с лекциями перед аудиторией в Риверсайдской церкви(Нью-Йорк). После лекции нескольких из нас пригласили к одному из друзей,
который жил в нескольких кварталах оттуда. Не желая рисковать здоровьем Форда, двое из нас решили убедить его дождаться такси. Но Артур не захотел ничего слушать, бодрым шагом вышел на улицу и начал подниматься вверх по склону холма, навстречу холодному ветру.
На полпути он почувствовал сильную боль в груди. В тот раз это не переросло в настоящий сердечный приступ, хотя все же заставило нас сильно поволноваться.
Обладая недюжинной физической силой, Артур так и не смог свыкнуться с мыслью, что фактически был инвалидом. В начале 1968 года он приехал ко мне в Коннектикут из Филадельфии, чтобы вместе обсудить подготовку книги «Неизвестное но известное».
Я встретил его на железнодорожной станции. Он шел по платформе прямо ко мне, и нес тяжеленный чемодан с такой же легкостью, как девушка несет свою сумочку. «Теперь», сказал я, принимая роль гостеприимного хозяина, «позвольте мне взять вот это». Я попытался взять у него чемодан, но как только он отпустил руку, чемодан упал на платформу, едва не вывихнув мне предплечье.
«Боже, Арт!»- воскликнул я.
«Чем вы нагрузили чемодан? Чугуном, что ли?»
«Я захватил с собой несколько книг, которые, я думаю, вам было бы интересно посмотреть».
«А разве ваш доктор ничего не говорил вам насчет поднятия тяжестей?»
Форд только слегка улыбнулся и перевел разговор на другую тему. Когда сердечный приступ, произошедший в начале 1971 года, оказался для него последним, это не было неожиданностью для тех кто его знал. Он так и не научился заботиться о себе- но всегда был готов прийти на помощь другим. Среди друзей Форда были самые разные люди- от судьи до заключенного, и он беспокоился обо всех. О женщинах я скажу лишь вкратце, оставив этот вопрос биографам. Их можно разделить на две группы: поклонниц, и тех, с кем он был лично близок. Сотни, если не тысячи женщин, почитали его как своего гуру, но он всячески избегал того, чтобы воспользоваться этой ситуацией. За те двадцать лет, которые я его знаю, Артур имел глубокую привязанность лишь к двум женщинам. Первая из них умерла от рака. Артур тяжело переживал эту утрату. Через некоторое время он встретил другую женщину, к которой испытывал искренние чувства. Но эти отношения были прерваны уже смертью самого Форда. Если у него возникала дружба с каким-нибудь человеком, мужчиной или женщиной, эта дружба всегда оставалась долгой и крепкой.
Некоторые из друзей Форда, не понимая или не принимая в расчет его состояние здоровья,
пытались отнять у него время и силы для решения своих собственных проблем. Однажды мы вместе с одним ведущим Нью-Йоркского радио, узнав, что Артур находится в неприятном положении, поехали к нему в Филадельфию. Мы застали Артура больным, глотающим какое-то «прописанное» самому себе лекарство, дни и ночи напролет «пытающегося помочь» двум молодым людям. Один из них оказался шизофреником, недавно выписавшимся из Нью-Йоркской психиатрической клиники, которому удалось вызвать сочувствие Артура историей о своей возлюбленной, погубленной недобросовестным врачом. Второй, проворный молодой человек за тридцать, недавно вернувшийся из тюрьмы после длительного заключения, убедил Форда, что его осудили несправедливо. Но ни один из них не видел и не чувствовал, что сам Форд нуждался в помощи. Мы с радиоведущим подумали, что эти люди были самыми настоящими «губками», причем весьма низкого сорта. Но Форд относился к ним с такой же дружбой и вниманием, как и к знаменитым сенаторам, конгрессменам, юристам, губернаторам, и другим выдающимся умам общества, искавшим общения с ним.
Все эти события можно рассматривать как «периферийные» по отношению к главному интересу последнего десятилетия его жизни- «Братству духовных границ». Именно здесь, по его мнению, заложена самая главная надежда- вывести мир из материалистического транса. Со своими коллегами -несколькими служителями Братства и последователями– учеными, интеллектуальными лидерами, одаренными медиумами, другими единомышленниками, он связывал свои надежды и большую часть деятельности.
Кроме работы медиума, Форд также занимался подготовкой молодых специалистов в этой области, чтобы они могли развивать свои способности и использовать их с как можно большей полнотой и эффективностью. По его глубокому убеждению, наибольшую роль здесь играла концентрация. Именно сила концентрации давала ему возможность входить в транс по своему желанию. Именно благодаря концентрации ему удалось приобрести такие способности, как ясновидение и предсказание. Хотя он никогда не считал себя «ясновидящим» и не выделял знание будущих событий как особенно важную часть своего медиумизма, всякий, кто внимательно ознакомится с его результатами, обнаружит, что у Форда было не меньше «прозрений», чем у прославленной вашингтонской пророчицы Джин Диксон. Однако мы договорились не акцентировать внимание читателей этой книги на его предсказаниях, поскольку о них уже было рассказано в других источниках. Я упоминаю об этих фактах лишь в связи с концентрацией.
Однажды, когда я вез Форда через Коннектикут и что-то долго ему рассказывал, я заметил, что уже несколько минут он никак не реагирует на мои слова. Обернувшись, я увидел, что он глубоко погрузился в свои размышления. «Прости, Джерри»- сказал он. «Я пытался найти Пайка». Это было как раз в те дни, когда где-то в пустыне на Среднем Востоке пропал епископ Джеймс Пайк. Благодаря своему дару ясновидения Форд смог описать ситуацию, в которой находился Пайк в последние часы своей жизни, за несколько дней до того как нашли его тело. Для такой концентрации, должно быть, требовалось огромное напряжение. Я часто подозревал, что периоды легкомысленности и беспорядка, которыми время от времени была отмечена жизнь Форда, служили чем-то вроде «клапана», позволявшего ему «выпустить пар» и хотя бы временно разгрузить себя.
Артур Форда можно назвать Святым Андреем наших дней- ему доставляло особую радость знакомить людей друг с другом, если эта встреча впоследствии могла привести к какому-нибудь плодотворному результату. Если его друг-бизнесмен открывал новое дело, которое, по мнению Форда, имело хорошие перспективы, он делал все от него зависящее, чтобы помочь найти инвесторов. Если у кого-нибудь из писателей, входивших в число его друзей, выходила новая книга, он стремился сделать так, чтобы эта книга получила успех и известность. Если кто-нибудь казался ему страдающим от одиночества, болезней или каких-нибудь других неприятностей, он старался познакомить его с теми людьми, которые были необходимы именно в такой жизненной ситуации.
Артур Форд обладал очень сильным чувством, которое следует назвать «непосредственным восприятием истории».История, особенно в ее библейской форме, была для него не мертвой хроникой прошедших лет, а живым и наполненным смыслом рассказом о вещах и событиях, имевших и имеющих место в нашей Вселенной, которые современный человек упустил из виду в своем материалистическом забытьи, грозящем ему, если он не опомнится, неминуемой гибелью. «Весь Новый Завет»- говорил он, «если понимать его должным образом, представляет собой необычайно подробный рассказ о парапсихологическом феномене(такого рода явления происходят и в наши дни), имевшем место в группе чрезвычайно одаренных медиумов, на одного из которых снизошло особое озарение и вдохновение. Телепатия, ясновидение, аппорты(телепортация предметов), телекинез, исцеление без медицинского вмешательства, происходят и в наши дни, точно также как они происходили во времена Франциска Ассизского, Иисуса Назаретянина, Иосифа и Моисея. Например, ни один из самых отчаянных материалистов не может игнорировать успех Анонимной ассоциации алкоголиков, методы которой основаны на исцелении верой. Медицина же оказалась не в состоянии помешать третьему по списку убийце нашего времени- алкоголизму. Не лучше это удалось и психиатрии. Только Анонимная ассоциация, используя не медицинские или психиатрические, а чисто духовные методы, смогла многократно добиться успеха в избавлении людей от этого тяжелейшего недуга- и так год за годом, на протяжении вот уже трети века, пока количество спасенных ею не стало исчисляться сотнями тысяч.
Артура Форда никогда не покидало чувство, что наши современники, ослепленные блеском и внешним триумфом технического прогресса, настолько пренебрегают знаниями древних,что ставят под вопрос само дальнейшее выживание человечества. Конечно, Форд не был одинок в этом убеждении. Замечательные доказательства одного из этих феноменов- исцеления духовными методами- были представлены на конференции в Вэйнрайт Хаузе(Рай, штат Нью-Йорк). Ее организаторы также являлись спонсорами большого количества важных форумов, на которых неоднократно выступал Форд. В 50-е годы конференция по духовному исцелению в Вэйнрайт Хаузе привлекла внимание аудитории из самых разных мест- от Лондона на востоке до Лос-Анджелеса на западе. В ней приняли участие профессора медицины, хирурги, психиатры, принадлежащие к разным медицинским школам, главные врачи известных госпиталей, трансмедиумы, специалисты по психосоматической медицине, священники, практикующие врачи и люди других профессий. Все они пришли к единому мнению, что феномен, называемый спонтанным исцелением, духовным целительством или исцелением верой, является типичным и часто встречающимся в современной медицинской практике как в случае самых опасных, так и более рядовых заболеваний. Форд хотел, чтобы его современники более серьезно отнеслись к свидетельствам древних, не просто из уважения к истории, но потому, что эти знания имеют большое значение для нашего сегодняшнего выживания.
Но не ко всему, что освящено временем, Форд относился с одинаковым уважением.
Некоторые взгляды, как нашего, так и прошлых веков, казались ему отвратительными.
В своих лекциях он никогда не переставал обличать священнослужителей, и древних и современных, пытавшихся посеять страх в сердцах своих слушателей- особенно детей-
ужасными рассказами об аде, ждущем тех, кто «плохо себя ведет». Друзья и знакомые Артура называли эту идею в его выступлениях «отправить ад ко всем чертям». Причину неприязни Форда к такого рода вещам, возможно, следует искать в его биографии. Проповеди о «генне огненной» и по сей день играют важную роль в определенной религиозной прослойке, в том числе и на юге Америки, где вырос Артур. Несомненно, что в детстве здесь он «получил свою долю». Иногда Форд потчевал нас историями из этого репертуара. «Я помню одного такого старого черта, который постоянно говорил школьникам: «Если вы не будете вести себя хорошо, тот дядя сойдет со своего креста, поднимет вас в воздух и бросит вас в самое горячее, черное и глубокое место в аду!» Форд разоблачал многовековую фальшь и суеверие так же энергично, как отстаивал древнее знание, истинность которого подтверждалась его собственным опытом. Говоря об этой книге, он многократно и недвусмысленно обращался к историческим фактам. Форд подытожил собственный опыт в одной из своих наиболее популярных лекций. Вот ее выдержка: «Мы выживаем после смерти. Мы выживаем после смерти несмотря ни на что-хорошие мы или плохие. Мы выживаем ,сохраняя нашу память, личность, способность узнавать и быть узнанными».
Форд считал, что современная физическая наука трагическим образом сбилась с пути и стала фундаментально ненаучной, и поклонение ей со стороны заблуждающихся людей есть не что иное, как почитание ложного Бога. « Физика очень много знает как, но не что и почему. Изучая ноту, она теряет симфонию. Исследуя атом, она упускает из виду Вселенную. В итоге она побуждает нас заниматься вещами, приносящими нам эффективность или сиюминутную выгоду, за которые никогда не следовало браться в первую очередь».
Если бы я имел возможность «прокрутить» свою жизнь заново, я мог бы увидеть, сколькими знаками и «случайными» совпадениями были наполнены наши с Фордом дружба и сотрудничество. Определенно, в нашей судьбе было что-то похожее. У нас было много общих друзей. Мы оба были дважды женаты. Нам обоим пришлось преодолеть губительное пристрастие к спиртному. Мы оба любили занимательные истории и добродушный юмор.
На обоих с раннего детства влекла тайна Вселенной и желание познать ее глубинный смысл.
Каждый из нас был ведом тем, что можно было бы назвать чувством общественного призвания. Мы оба чувствовали, что человечество свернуло на ложный путь, и считали своей миссией сказать об этом во всеуслышание, чтобы предупредить об этом. Идя каждый своим путем, мы пришли к одному и тому же мнению о современной физической науке. В образовании Артура практически отсутствовала естественнонаучная часть, у меня же она была в таком избытке, что ее узость и поверхностность заставили меня начать более глубокий поиск. В конце концов мы поняли, что оба выиграем, если будем работать вместе. Работа с этим удивительным человеком стала одной из самых счастливых и светлых сторон моей жизни.
19 декабря 1970 года Артур Форд, сознавая серьезность своей болезни, написал свое последнее письмо ко мне. Я привожу его почти полностью, опустив лишь не имеющие отношения к делу личные и деловые подробности.







п/я 1149
Саут Майами, Флорида.
19 декабря 1970 года

Дорогой Джерри Эллисон!

Со времени моего возвращения из Нью-Йорка я пережил еще один сердечный приступ.
Вот почему я молчал так долго. Благодаря домашнему уходу у меня не было необходимости возвращаться в госпиталь. Контракт на издание книги у меня на руках, я подпишу и возвращу его тебе к концу этой недели. Издатели, конечно, свяжутся с тобой .
Материал готов, но твоей задачей будет изложить его на бумаге и написать книгу. Я просто не в состоянии сделать это. Но считаю очень важным, чтобы эта книга была опубликована. Из многих тысяч писем, пришедших ко мне за последние несколько лет, восемьдесят процентов содержат один и тот же вопрос: что происходит после смерти? Я хочу, чтобы эта книга послужила честным и логичным ответом, основанным на той серьезной работе, которая была проделана. Я не думаю, что книгу нужно перегружать примерами. Ты знаешь, как это сделать наилучшим образом. О моей последней книге было сказано много хороших слов.
Надеюсь, все будет так же прекрасно как и в прошлый раз, и мы снова увидимся. Думаю, это будет мой заключительный вклад в наше общее дело.
Мои проблемы с сердцем не настолько тяжелы. Это- стенокардия, и в общем, я чувствую себя не так уж плохо если не перенапрягаюсь. Правда, временами я испытываю такую боль,
что с трудом могу передвигаться.
В этом году мне не до Рождества, но я желаю тебе и твоим близким счастья и удачи в Новом году!
С любовью, Артур.


Некоторые черты этого письма привели меня к мысли, что это было послание как личного, так и делового порядка. С одной стороны, в нем присутствовала определенная доля формальности, не характерная для обычного стиля нашего общения. Это было единственное письмо, адресованное мне по имени и фамилии. Обычно он писал мне просто «Дорогой Джерри». В письме не содержалось ничего такого, что не было оговорено нами заранее.
Я думаю, что он написал его во-первых, дабы быть уверенным, что начатая нами работа будет доведена до конца, во-вторых- чтобы дать мне ясно понять, что эта книга является итогом нашего давно задуманного и тщательно спланированного сотрудничества. В нее было вложено гораздо больше, чем несколько месяцев планов и дискуссий, предшествовавших рождению рукописи. За этой книгой стоят итоги более чем двадцати лет личного опыта и размышлений Артура Форда, касающихся жизни после смерти, воспринятые и изложенные человеком, хорошо знавшим его лично. В ней содержится рассказ Форда о его собственном опыте «перехода за черту» и троекратном пребывании на пороге смерти. И, наконец, здесь есть рассказы о жизни «на той стороне», полученные как через Форда и Флетчера, так и по другим «каналам связи». Можно сказать, что книга, которую вы держите в руках, является правдивым очерком того, что известно по этой теме, как это было рассказано и задумано Артуром Фордом.

Джером Эллисон.






Глава 1. Вибрации, эволюция, развитие личности

Некоторое время после того, как я с тревогой открыл, что мое тело может быть использовано в качестве канала для «телефонной связи» с потусторонним миром, я все еще не мог гарантировать положительный результат ни на одном сеансе. В этом смысле обитатели «бестелесного» спектра бытия подобны живущим на Земле. Они остаются людьми: захотят-приходят, не захотят- не приходят. Бывало так, что они действительно не приходили.
После начала нашего сотрудничества с Флетчером, результаты стали более стабильными, но недовольные все же остались. «Я готов заниматься с Вами всем этим»- сказал мне однажды один «разоблачитель» мед