Тясицу - японский чайный домик. Строившиеся, как правило, на небольшом участке земли между основными зданиями чайные дома имели сначала лишь узкий подход в виде дорожки (родзи), что в точном переводе значит “земля, увлажненная росой” или «росистая земля». Функция «родзи» заключается в очищении гостя от скверны бренного мира. Впоследствии этим термином стали обозначать и более обширный сад с целым рядом специфических деталей. К концу XVI века чайный сад получил развернутую форму. Он стал делиться невысокой изгородью с воротами на две части - внешнюю и внутреннюю. Эти зоны должны создавать контрастное настроение.
«Внешняя Росистая земля» должна создавать ощущение очищенности, «внутренняя» - усиливать настроение ваби. Проход через сад был первой ступенью отрешения от мира повседневности, переключения сознания для полноты эстетического переживания. По замыслу мастеров чая, сад становился границей двух миров с разными законами, правилами, нормами. Он физически и психологически готовил человека к восприятию искусства и, более широко, - красоты. Поскольку чайные дома стали строить в городах, вблизи от основного жилого дома, как правило, окруженного хотя бы небольшим садом, то постепенно возникла идея специального чайного сада, устройство которого подчинялось правилам ритуала.
«Закрытое пространство» - чайный домик с помещением для проведения чаепитий - является прямым продолжением пространства открытого. Для классической чайной церемонии является чайный домик, типа хижины-саан. Непременным компонентом хижины-соан является лаз-нидзиригути, через который гость попадает с росистой земли в чайную комнату. Пролезание через лаз символизирует переход в некое новое состояние. Пол в чайном павильоне покрывают циновками (татами).
Один успешный молодой человек ехал в машине последней модели и радовался жизни, когда ощутил удар о дверцу своей любимой игрушки. Он тут же затормозил, выскочил из салона и увидел, что брошенный кем-то камень сильно оцарапал его новенькое авто. Не тратя времени, он вскочил в машину и развернул ее на сто восемьдесят градусов, решив вернуться и найти место, откуда был брошен камень. Мужчина был в бешенстве. Снова выскочив из машины, он бросился к мальчику, который оказался виновником происшествия, схватил его за худенькие плечи, толкнул к капоту и заорал:
— Ты что наделал, негодяй? Ты соображаешь, что натворил? Это новая машина, и камень, который ты бросил, очень дорого тебе обойдется! Зачем ты это сделал?
— Пожалуйста, простите, господин! Пожалуйста! Я не знал, что делать! Я бросил камень потому, что никто не останавливался! — Слезы текли по щекам мальчика, он указывал рукой куда-то в сторону.
— Там мой брат! Он выпал из своей инвалидной коляски, а я не могу его поднять… он много весит, я слишком маленький. Я хотел попросить помощи!
Всхлипнув, он спросил у владельца машины:
— Вы не могли бы помочь мне посадить его в коляску? Пожалуйста. Он сильно ударился… Тронутый до глубины души, молодой человек поднял подростка-инвалида с земли, усадил в коляску, вытащил свой шелковый платок и постарался промокнуть ранки и ссадины, отряхнул пыль и, когда убедился, что все более или менее в порядке, посмотрел на мальчишку, поцарапавшего ему машину. Тот благодарно улыбался, в его улыбке было столько нежности и любви, что теплело на сердце.
— Господин! Большое спасибо!
Мужчина видел, как мальчуган, с трудом толкая перед собой коляску, постепенно удалялся по направлению к очень скромному дому.
Владелец новенького авто так и не починил дверцу своей машины, оставив царапину специально, чтобы всегда помнить — нельзя так беспечно нестись по жизни, чтобы другим не пришлось бросать камни, привлекая к себе внимание.
Иногда нам достаточно шепота, чтобы наши сердце и душа отозвались на нужду близких. Но иногда для этого в нас должны попасть камнем. Так стоит ли обижаться, если в тебя попал камень? Может, это значит, что ты просто кому-то нужен?
