К желанию завести дома животинку люди идут разными путями и пути эти не дано ни кому предугадать. Жил человек, не тужил и вдруг у него появляется (временно) животина для временного содержания. И пока живёт такого успевает накуролесить… В общем судите сами:

     Ирине Александровне её подруга, собираясь в отпуск, привезла на две недели  кошечку  на передержку (я бы назвал это по другому, но так как это уже устоявшийся термин…). Водворение кошечки на временное место жительства было обставлено чин по чину:  привезен лоток, две миски (еда-вода) и когте-точка. Всё это торжественно было доставлено вместе с хвостатой хозяйкой. Подруга за чашкой чая подробно проинструктировала Ирину Александровну что её кошка Муся любит, чего не выносит  и уехала на южный берег Крыма.

     Пришедший вечером с работы зять Ирины Александровны, осмотрев критическим взглядом Мусю, сказал тёще: «Какая-то она, по моему… дебильная…» Тёще бы к словам зятя прислушаться (он работал врачом-психиатром в институте Сербского, и имел намётанный взгляд), но она отмахнулась и даже несколько обиделась  всё-таки любимая кошка подруги, и сомнения в её нормальности как бы бросали тень как на подругу, так и тем самым  на саму Ирину Александровну.

    А на следующий день дочь с зятем тоже укатили в отпуск, туда же на ЮБК, в Коктебель (время было советское),     Ирина Александровна осталась в доме с кошечкой один на один. Муся оказалась кошкой капризной,  ела с боооольшой разборчивостью, и при этом всем своим видом давала понять, что вообще делает Ирине Александровне большущее одолжение, принимая её услуги. Но все-таки ела. Для сна и отдыха вечером избрала диван, на котором ночью спала Ирина Александровна, и согнать её с дивана вечером, когда хозяйка возвращалась с работы, было совсем непросто. Когти драла обо всё подряд.  В общем, всячески выказывала своё неодобрение вынужденному переселению. Но покидать пределы квартиры не собиралась,  да и подруга, уезжая, сказала, что  Муся  кошка домашняя, и на улицу не пойдет ни под каким предлогом.

     К концу первой недели Мусиного пребывания в квартире Ирина Александровна, придя с работы домой, ощутила отчетливый едкий запах. «Вот сволочь! Где-то нагадила!»  И тут она осознала, что всё эти дни ЛОТКОМ Муся не пользовалась  (он стоял в туалете и был абсолютно чист). То есть, лужи она делала вполне демонстративно, в разных местах, и их Ирина Александровна вытирала. Но ничего более материально-весомого она в видимых пределах не накладывала.

     Ирина Александровна начала поиски. Обыскала всю квартиру, но  тщетно, ничего не нашла! Проверила лоджию, попутно обнаружив на ней под двумя старыми пальто потерянный ящик с восьмисотграммовыми банками для консервирования, которые недавно так искала. Но в остальном  совсем ничего! Выйти из квартиры самостоятельно Муся не могла  квартира располагалась на пятнадцатом этаже, лоджию и окна Ирина Александровна запирала, уходя на работу, так как она очень боялась домушников, несмотря на высокий этаж и то, что красть-то было особо нечего.

     «Где ж она гадит?» - этот вопрос занимал Ирину Александровну еще на протяжении пяти дней. Никакие обыски и попытки проследить за Мусей результатов не дали.

    При этом запах продолжал усиливаться, и достиг уже такой крепости, что окна и дверь на лоджию пришлось держать открытыми круглосуточно. Домушники и их проблемы, отошли на второй план. В конце концов дошло до того, что сосед из квартиры напротив утром на площадке перед лифтом поинтересовался, не травила ли Ирина Александровна  прусаков, и какое средство при этом было  использовано. Ирина Александровна покраснела и промямлила что-то про импортный спрей, привезенный из Сингапура знакомым моряком (сама по ходу удивившись  своему полёту фантазии, так как ни с какими  моряками знакома не была). Сосед задумчиво покивал. После этого разговора она стала смотреть в глазок, перед тем, как выходить из квартиры утром.

     Когда на десятый день ей уже начало казаться, что к запаху она почти привыкла  из Крыма вернулись дети. Дочь, весело впорхнув в квартиру, повела носом, сморщилась и сказала: «Мам, у тебя все банки с консервами повзрывались, что ли? А мы персиков привезли». Следом за дочкой  в прихожую ввалился нагруженный чемоданами и сумками зять и сбросил поклажу в угол, открыл стенной шкаф и сунул правую ногу в тапок……и тут тайное стало явным! Оба тапка солидного 45 размера были полны под  завязку.

  Очевидно, слова о своей дебильности Муся восприняла как вызов  и подготовила асимметричный ответ.

     Пойманная кошка начала жалобно плакать-мяукать… Ирина Александровна сжалилась, и категорически отказалась выставить кошку на помойку, как того требовал зять. К тому же в душе она ощущала легкое злорадство, так как перед зятем она слегка робела и к тому же не очень любила, он казался ей несколько высокомерным.

    Когда через три дня вернувшаяся с отдыха подруга приехала забирать Мусю, Ирина Александровна вручила ей кошку и предложила чаю. Подруга повела носом и сказала: «Да нет, спасибо, я лучше дома» и удалилась.

   Через месяц дети сняли квартиру и съехали (на этом настоял зять). А Ирина Александровна… завела себе кошечку.  Вот ты пойди теперь разберись почему! И назвала её… нет, не угадали  Анюткой, просто   у кошки были фиалкового цвета глаза.

Серия сообщений "Истории из жизни 3":
Часть 1 - Людей, которые едят чебуреки на вокзале, трудно чем-то напугать
Часть 2 - Современный автомат для продажи воды…
...
Часть 30 - Счастливая кошечка…
Часть 31 - Договор. Как это бывает…
Часть 32 - Вот ты пойди теперь разберись почему…
Часть 33 - Жизненные реалии…
Часть 34 - Насколько смертоносна медицина…
...
Часть 48 - Парочка — это минимум семь штук!
Часть 49 - Кот и арбуз…
Часть 50 - Собака ни разу не подвела...