Первый Римский Триумвират |
После правления Суллы Рим по-прежнему оставался Республикой с двумя выборными консулами, но реформа армии, гражданские войны, восстания рабов, самопроизвольный захват власти постепенно меняли представление римлян о форме власти, Республика приближалась к тому, чтобы наделять своих правителей более чем одним годом правления. Все выше ценились заслуги не политические или экономические, а военные. Легионеры подчинялись тому, кто им платил — командиру; успешный полководец становился любимцем подчинённых, получавших к тому же часть награбленного. Войны способствовали росту Республики, её обогащению, а также обогащению некоторых лиц, умевших хорошо пристроиться к общей «кормушке». Соответственно росла и популярность тех полководцев, которые постоянно «кормушку» пополняли. А за славой обычно приходит желание власти, многие полководцы становились успешными политиками, и для этого необязательно было хорошо разбираться в политике, как таковой. Начиная с 60 г. до н.э. практически все правители Рима приходили к власти с помощью армии. Помощь была различной по своим масштабам, но без влияния в вооружённых силах, стать правителем Рима было невозможно.
60 г. примечателен созданием в Риме Триумвирата — правления трёх: Марка Лициния Красса, Гнея Помпея Великого и Гая Юлия Цезаря. Их противостояние и проведённые войны окончательно надломили хребёт республиканского строя, его существование было чисто номинальным.
Марк Лициний Красс был самым богатым человеком в Риме. Его можно назвать Биллом Гейтсом своего времени, только он был ещё богаче… Именно сказочное богатство и было главной причиной того, что Красс попал в Триумвират. В отличии от Цезаря и Помпея, Красса не принято считать хорошим полководцем, и он дал немало поводов для этого.
Во время диктатуры Суллы Красс стал одним из богатейших людей в Риме, сколотив себе огромное состояние благодаря проскрипциям (спискам лиц, объявленных вне закона). За выдачу или убийство включённого в списки назначалась награда, за укрывательство — казнь. Красс вносил в проскрипционные списки людей с расчётом на захват их имущества — в целом, это было нормой, но однажды Красс не посоветовался с Суллой и сам внёс человека, на имущество которого имел виды, в проскрипционный список. За это он был отстранён от обогащения с помощью проскрипций, однако не был внесён туда сам.
В 72 году Красс был избран претором, после чего возглавил армию, направленную против восставших рабов под руководством Спартака. В уничтожении армии Спартака после нескольких поражений римских магистратов сенат отдал приоритет Крассу перед консулами. Во время преследования спартаковцев, когда римские войска находились в состоянии низкого боевого духа, Красс поддержал дисциплину с помощью децимации — казни каждого десятого по жребию из числа зачинщиков бегства во время одной из стычек. Сперва Красс, по версии Тита Ливия, разбил галлов и германцев, отколовшихся от основной армии Спартака. Затем он преследовал Спартака до Бруттия, откуда рабы планировали переправиться в Сицилию. По версии Флора, спартаковцы были целенаправленно вытеснены Крассом в Бруттий, и только после этого стали пытаться перебраться в Сицилию. Крассу приписывается стремление побыстрее покончить со Спартаком из-за скорого возвращения в Италию Гнея Помпея, которому могли достаться лавры победителя. Под его руководством был вырыт ров через весь Бруттий, который запер армию Спартака на полуострове. Вскоре после этого состоялась решающая битва, в которой восставшие рабы были полностью разбиты. 6 тысяч рабов было взято в плен и по приказу Красса распято вдоль Аппиевой дороги.
Одержав победу над спартаковцами, весной 71 года Красс вернулся в Рим и вместе со своим соперником Помпеем был избран консулом на 70 год. Некоторое время оба консула отказывались распускать свои армии, держа их возле Рима. Лишь вмешательство обеспокоенного народа и увещевания предсказателей заставили Красса и Помпея примириться. Возможно, если бы не этот военный успех, никакое богатство не смогло бы ввести Красса в Триумвират.
Послужной список Гнея Помпея выглядит намного внушительней, о чём и говорит титул «Великий». Еще в 75 г. Помпей руководил подавлением восстания в Лузитании, которое было продолжением Гражданской войны в Риме. 67-66 гг. стали звёздным часом Помпея. В 67 г. Сенат поручил ему операцию по уничтожению киликийских пиратов Средиземном море. Античные «флибустьеры» не просто мешали торговле, они мешали доставке в Рим зерна из Африки.
Помпей великолепно спланировал антипиратскую кампанию: море было разделено на 30 округов, начальник каждого из них отвечал за борьбу с пиратами в своём округе. Для проведения операции Помпей приказал снарядить 500 кораблей и собрал войско в 12 тысяч пехотинцев и 4 тысячи всадников для действий на суше. Сенат в свою очередь предоставил Помпею право неограниченных действий во всём Средиземноморье, на островах и в приморской береговой полосе на расстоянии 400 стадий. Начавшаяся операция поражала своим размахом: во всём Средиземноморье пиратские корабли отлавливались и безжалостно топились, их загоняли в специальные бухты-засады около греческих островов, «морская» пехота десантировалась в пиратские прибрежные поселения, которые полностью разрушались, а их обитатели либо уничтожались, либо продавались в рабство. Всего за три месяца пиратская зараза в Средиземном море была уничтожена под корень, да так, что пираты в Средиземноморье не появлялись ещё 50 лет. Статистические результаты операции также впечатляющи: 1300 пиратских судов было пущено на дно вместе с примерно 10 тысячами человек экипажей, кроме того было захвачено 400 кораблей и 20 тысяч пиратов было продано в рабство. Подобный случай успешной борьбы с пиратами, партизанами, разбойниками и прочими любителями атаковать из-за угла, уникален. Возможно, кому-то и удавалось организовать подобную по масштабу и успеху акцию против преступников, но мне об этом неизвестно. Безусловно, что опыт Помпея необходимо использовать, как теоретическую базу при борьбе с неорганизованным противником, сидящим в подполье.
За свои заслуги Помпей получил и политические дивиденды: восхищённый успехами Сенат переименовал в честь него один из бывших киликийских городов Солу в Помпейополь. Кроме того Помпей получил назначение на Восток. Война с киликийскими пиратами стала убедительным доводом за то, что с пиратами, разбойниками и прочей компанией можно успешно и эффективно бороться, главное это хотеть, уметь и делать. Помпей хотел и мог, а его полководческий талант подтвердился успехами в войне с Митридатом VI и при завоевании Иудеи.
О Гае Юлии Цезаре слышали, наверное, все образованные люди, чему способствовал и сам античный полководец сделавший всё 
для того, чтобы быть навеки вписанным в мировую историю. Сам Цезарь говорил о том, что его предки Юлии вели свой род от богини Венеры, поэтому Цезаря иногда называли «Божественным Юлием». Однако достоверным фактом является то, что он родился в 102-100 гг. и был племянником Гая Мария. Известно также, что он родился в результате кесарева сечения. Видимо не без влияния его «божественности», некоторое время считалось, что это был первый случай подобной операции, и хотя это утверждение было впоследствии опровергнуто, название осталось. Первые победы Цезарь одержал, будучи претором, в провинции Дальняя Испания. Они сделали его популярной личностью и способствовали избранию консулом. После окончания консульских полномочий, Цезарь не собирался отходить от управления республикой и совместно с не менее честолюбивыми Крассом и Помпеем сформировал Триумвират. Главной целью своей жизни Гай Юлий видел установление собственной неограниченной власти в Риме, но в отличии от других людей с подобными замыслами он знал, как выполнить свою цель и реализовывал свои замыслы, а не оставлял их на уровне «всё равно ничего не получится!»
Триумвират фактически сосредоточил в себе функции управления государством. Однако поскольку его члены — триумвиры — не смогли бы вместе ужиться, то они поделили Республиканские окраины между собой и имели в своих «вотчинах» неограниченную свободу действий. Цезарь стал галльским наместником, Красс сирийским, Помпей получил Балканский полуостров.
Начну с Красса, поскольку как он ни старался стать великим генералом, достойным своих коллег по Триумвирату, так он ничего хорошего и не добился. Богатейшая Сирия ещё более увеличивала несметные богатства Крассов, но только выдающиеся военные победы могли сделать его лидером Триумвирата, для того чтобы стать диктатором Рима одного богатства было мало. Прибывший в 55 г. на Восток Красс застал там парфяно-римскую войну. Он тут же отправился в поход, захватил ряд городов в Месопотамии, оставил в них свои гарнизоны и вернулся в Сирию, где распустил солдат на зимние квартиры. Из-за этих странных действий римляне потеряли инициативу, а медлительность на войне обычно ведёт к плачевным результатам.
На следующий год 40 тысячная римская армия двинулась в поход на Парфянскую столицу Ктесифон под руководством сирийского наместника. У Красса было 7 легионов (~31 000–32 000 легионеров), 4 тысячи лёгкой пехоты и 4 тысячи кавалерии, включая тысячу кельтских всадников, присланных Юлием Цезарем вместе с сыном Красса Публием. Многие советники предлагали Крассу идти по плодородным регионам Междуречья, где не было недостатка в провизии и фураже. Армянский царь Артабаз предлагал воспользоваться территорией своего государства для продвижения к Парфии и обещал в таком случае выставить дополнительно к римской армии 3 тысячи пехотинцев и 10 тысяч конников, считая катафракт, которые при умелом использовании более чем просто эффективны. Однако Красс либо не знал причин успехов Александра Македонского, либо отвергал его правила выбора пути для армии, и устремился к Ктесифону напрямик через пустыню. Красс опасался, что его гарнизоны в городах Междуречья не выдержат длительных осад, кроме того вождь одного из арабских племён Абгар обещал алчному Крассу богатую добычу, если он обрушится на Парфян из пустыни. Правда, не совсем понятно о каких богатствах идёт речь, если о тех, что можно было награбить в городах Парфии, то зачем для подобных советов был нужен какой-то вождь, если это мог посоветовать любой человек, знающий, что в городах всегда много богатств. Тем более, что потом Абгар перебежит к Парфянам. Мораль — не слушай, кого попало. Как результат, римская армия продвигалась вглубь парфянской территории по пустыне, будучи совершенно к этому не готова. Парфянская же армия сопровождалась обозом из тысячи верблюдов и могла не беспокоиться о провизии. Командовал парфянами полководец Сурена, у него было 1 тысяча катафракт и 10 тысяч конных лучников, но, скорее всего, было больше, поскольку местные племена всегда легко соглашались на участие в боевых действиях, суливших богатую добычу, возможно, было и некоторое количество пеших лучников.
Когда римская армия наконец настигла противника, она была уже на границе Парфии у селения Карры. Легионеры были основательно измотаны дальним переходам по пустыне, но это не смутило Красса, и он приказал войскам строиться для битвы около небольшой речки Балисс. Сам полководец командовал центром построения, фланги возглавили квестор Гай Кассий Лонгин и Публий Красс. Сражение началось с атаки катафракт, но они не смогли прорвать строй легионеров и отошли, уступив место конным лучникам. Те стали обстреливать римлян издалека, сами оставаясь в безопасности, поскольку их составные луки были более дальнобойными, чем у римских лучников: расстреляв весь боезапас стрел, лучники отходили к обозу, наполняли колчаны новыми стрелами и возвращались на боевую позицию для стрельбы.
Видя, что его войска несут потери, триумвир потерял терпение и отправил сына разобраться с парфянской конницей, выдав ему примерно 6 000 солдат: 8 когорт легионеров, 500 лучников и 1300 всадников. Однако, парфяне заманили контратакующий отряд в ловушку и уничтожили его, только 500 человек попало в плен. Публий Красс, видя безвыходность положения, предпочёл погибнуть от руки собственного раба, чем попасть в позорный плен к врагу, где его ждала бы долгая и мучительная смерть.
Несчастный горе-полководец был вынужден отойти к Каррам, где размещался римский гарнизон, при этом он приказал оставить в походном лагере около р. Балисс, раненых, не способных самостоятельно передвигаться. Парфяне, захватив этот лагерь, перебили всех оставшихся в нём людей. После этого они начали преследование римской армии, отходившей по равнине к горам. При этом Сурена предложил Крассу мирный договор: римляне беспрепятственно покидают Месопотамию, а за это сирийский наместник прекращает войну с Парфией. Искренность этого предложения оценить не представляется возможным, поскольку Красс отверг его. Парфянская конница начала атаковать отступающих римлян, но они успешно отбивали её наскоки. Тогда Сурена опять начал переговоры с Крассом, предварительно усыпив его бдительность тем, что отпустил часть пленников из отряда Красса-младшего. То ли этот «жест доброй воли» действительно сильно подействовал на сирийского наместника, то ли дела в его армии пошли совсем плохо, но он отправился на встречу с Суреной. Парфянский полководец не стал упускать такой шанс, и его солдаты перебили телохранителей Красса и убили самого триумвира. Отрубленная голова Красса была отправлена царю Ороду, который как раз праздновал свадьбу сына. Впрочем, многие историки указывают на то, что Красс был пленён, и ему залили в горло расплавленного золота. Так или иначе, но без единого командования римская армия начала беспорядочное отступление и понесла огромные потери от набегов парфянской конницы. В Сирию добралось по разным сведениям от 5 до 14 тысяч человек, в том числе Гай Кассий Лонгин. В 50 г. Квестор Лонгин, командуя другими ветеранами Карр, успешно защитил от врага город Антиохию. Война Рима с Парфией продолжалась до 38 г.
Возможно, Марк Лициний Красс был неплохим полководцем, не гением, но человеком, знающим своё дело, победа над Спартаком о чём-то да говорит. Но все его способности были скрыты под неконтролируемыми алчностью и жестокостью. Конечно, без жестокости и бессердечности на войне делать нечего, но они должны хоть как-то быть ограничены, а не направлены против своих собственных солдат, что не один раз было в сражении при Карах. Настоящих успехов в противостоянии с достойным противником можно достичь только при уважении собственных солдат, понимании их нужд, проблем и слабостей. Я уже писал, что сытый довольный солдат намного эффективней голодного оборванца. Битва у Карр — образец того, как не надо обращаться со своей армией: совершать долгие утомительные переходы по пустыне, если есть более удобный путь с запасами провизии и прочего; бросать раненых на растерзание противнику, кто, интересно, будет драться, если знает, что подобное может произойти и с ним?
Цезарь не менее своего коллеги по триумвирату Красса хотел стать диктатором Рима, но он не имел таких сказочных богатств. Эта проблема была с лихвой компенсирована выдающимся военным гением. Цезарь был великолепным полководцем практически по всем параметрам. Он был очень честолюбивым человеком, поражение в битве стало бы для него личной катастрофой, и он делала всё, чтобы это поражение не состоялась. Цезарь был гением военной стратегии: он правильно планировал предстоящие войны, заботился о разведке, дальновидно предполагал результаты тех или иных событий. Триумвир был гением военной тактики: он великолепно видел поле боя, понимал, где надо ударить, чтобы разбить противника. Цезарь понимал, что армия может как привести к славе, так и низвергнуть. Солдаты боготворили его не только за победы, но и за личную храбрость, о которой лучше всего скажет отрывок из мемуаров великого полководца, написанных от третьего лица:
«Положение было тяжёлым, а подкрепления не было. Тогда Цезарь выхватил щит у одного из воинов в задних рядах и бросился вперёд. Он окликал центурионов по именам и громко подбадривал других воинов, крича им, чтобы они пробивались вперёд цепью (таким образом им будет легче пустить в ход мечи). Его пример укрепил их дух и вселили в них надежду. Невзирая на опасность, каждый из воинов старался показать себя перед своим командиром с лучшей стороны».
При этом Цезарь был очень упорен в своём стремлении стать диктатором, не считался с потерями. Он делал всё, чтобы его легионеры были в хорошем состоянии, но не потому, что он проникался проблемами бедняков, служивших в армии, а потому, что это было необходимо для победы. На поле боя все стояли до последнего, легионеры становились «пушечным мясом», пробивавшим для своего полководца путь к вершине. Иногда, конечно, и Цезарю приходилось отступать, но это было не суматошное бегство, а стратегический отход, после которого войска галльского наместника, отдохнув и восполнив потери, отправлялись в очередной поход против галлов.
Практически всё время своего наместничества в Галлии (58–51 г. до н.э.) Цезарь либо воевал, либо готовился к очередной войне. Ему приходилось отбивать атаки пришельцев из Германии, подчинять новые племена, усмирять восстания уже завоёванных. Были уничтожены сотни тысяч варваров: воинов, женщин, детей, стариков; другие сотни тысяч были проданы в рабство; сам триумвир объяснял это тем, что только так можно остановить набеги варваров на римские владения. Однако огромные полоны рабов также способствовали росту популярности Гая Юлия Цезаря в Риме.
После смерти Красса Первый триумвират распался, его бывшие члены начали противостояние за полную власть в Риме, огромная 
страна разделилась на две части.
Помпей возглавил сторонников сенатской республики, Цезарь — её противников. Помпей, долгое время живший в Риме, казалось бы, неплохо подготовился к войне политически, ведь на его стороне был Сенат — один из важнейших органов управления страной. В то же время, Цезарь был необычайно популярен среди солдат, его главной опорой была армия.
В 49 г Сенат прекратил наместничество Цезаря в Галлии и приказал ему распустить армию и возвратиться в Рим в качестве частного лица. Однако у Цезаря были свои понятия о количестве телохранителей, необходимых для сопровождения частного лица, и он погрузился в раздумья у пограничной реки Рубикон, через которую не имела право переходить его армия. Наконец, он произнёс знаменитые слова: «Жребий брошен»,— и приказал «телохранителям» форсировать Рубикон. Ретивость легионеров была подкреплена обещанием огромного вознаграждения в случае конечной победы, поэтому ветераны галльских войн без проблем теснили помпейцев, за два месяца заняли Север Италии и двинулись на Рим. При Илирде произошло первое столкновение двух полководцев, в котором Цезарь одержал убедительную победу. Помпей во главе 25 тысяч солдат бежал в Бриндизи, а оттуда в Грецию, «прихватив» с собой сторонников-сенаторов. Но никакие сенаторы не смогли бы восполнить того, что Помпей впопыхах «забыл» забрать государственную казну… А как известно, люди не очень охотно трудятся, когда перспективы зарплаты более чем туманны. Если где-то убывает, значит, где-то прибывает: Юлий Цезарь получил огромные запасы звонких монеток, что, вероятно, довело количество оптимистов в его армии до 100%.
Понимая, что на этом война ещё не окончилась, Цезарь отправился в Испанию, поручив управление столицей Эмилию Лепиду, а командование войсками в Италии Марку Антонию. В Испании располагались семь легионов, верных Помпею. Цезарь объяснил свои дальнейшие планы в одной фразе: «Прежде я намерен напасть на войска без полководца, а потом возвращусь к полководцу без войск». Дальнейшая мудрость Юлия Цезаря не знает границ: вместо того, чтобы устроить резню помпейских легионеров, опечаленных финансовым положением своего лидера, Цезарь предложил им перейти на службу в его армию, с сохранением всего имущества и добычи, полученной в Испании. Подобные подарки военачальники делают редко, и Цезарь без лишних проблем пополнил свою армию бывшими врагами. В дальнейшем Цезарь будет продолжать подобную тактику отношений с противниками, что окажет ему величайшую помощь в войне. Осенью 49 г. сенаторы, оставшиеся в Риме, провозгласили Гая Юлия Цезаря диктатором.
Серия сообщений "История Древнего Рима":
Часть 1 - Первый Римский Триумвират
Часть 2 - Основание Рима
| Комментировать | « Пред. запись — К дневнику — След. запись » | Страницы: [1] [Новые] |
