Невозможно дважды войти в одну и ту же реку. Трудно дважды постучаться в одну и ту же дверь, которая была захлопнута за спиной во время грозы, и совсем непонятно, совершенно неясно, что страшнее всего: то ли та мысль, что тебя откроют, то ли та, что нет. А иногда приходит твёрдая уверенность, что тебя там всё-таки ждут, становится панически неуютно от ощущения дежавю, но медленными шагами, по чуть-чуть паника неуклонно отступает, потому что сердце, возможно, до сих пор любит и чувствует ритм взаимности по ту сторону двери, чувствует, что то сердце тоже боится и ждёт, любит и надеется в ожидании момента, когда глухой звук стука в дверь вызовет волнительное учащение пульса. Тогда, когда уходят прочь все сомнения и обиды, когда глаза прогоняют тоску, а уголки губ вырисовывают фигуру улыбки – самой, пожалуй, счастливой, самой счастливой на свете улыбки.