ОДНАЖДЫ В ГРУЗИИ...
Тенгиз Аблотия



Как-то, не к ночи будет помянут, товарищ В.И. Ленин сказал: «Кино – важнейшее из искусств». Вождь мирового пролетариата в то время даже понятия не имел, насколько был прав, – а ведь тогда даже Голливуда толком не существовало, все только начиналось...

Иногда искусство оказывает такое гигантское влияние на широкие народные массы, что отдельные случаи даже нуждаются в специальном научном изучении.

Ну вот, например, наверное, невозможно найти в мировой истории искусства более масштабный и, по сути, разрушительный пример воздействия на умонастроения народонаселения, чем влияние гангстерских саг, и в первую очередь фильмов «Лицо со шрамом» и «Однажды в Америке» на грузинскую молодежь 70-80-х годов, а отчасти – даже на нынешнее поколение.

Тони Монтана, Лапша, Багси, отец и сын Корлеоне, Чарли Лучано, Голландец Щульц и другие всемирно известные персонажи катком проехались по мозгам пресыщенной и лишенной всяческого морального стержня грузинской молодежи брежневского периода.

Бедняжка Брайан Де Пальма... Он, наверное, застрелился бы от горя, если бы узнал, что придуманный им мерзкий персонаж Тони Монтана в одной из ущербных республик ущербного социалистического государства стал почти национальным героем и образцом для подражания.

Постеры с его изображением украшали стены спален элитной молодежи, студенты и уличные бездельники подражали его манере поведения. А «Однажды в Америке» на многие десятилетия стал чуть ли не символом национальной идентичности. Какой уж там Шота Руставели, да здравствует Серджио Леоне...

Довольно средненькая музыка Эннио Морриконе к фильму «Однажды в Америке» стала чуть ли не главным хитом на многочисленных похоронах жертв молодежных разборок вплоть до конца 90-х...

Иногда, когда я вспоминаю об этой проклятой эпохе, складывается ощущение, что наши люди смотрели все эти фильмы не до конца и куда-то отходили за пять минут до финала. Ведь режиссеры, умудренные опытом итальянцы, как американские так и настоящие, прекрасно понимали, о какой чуме шла речь, и всегда заканчивали фильмы исключительно плохо для главных персонажей.

Все герои «Однажды в Америке», кроме одного, погибли. Тони Монтана убит при штурме, Майкл Корлеоне увидел самое страшное на свете, что только может увидеть человек, – это когда твоего ребенка убивают вместо тебя... Это не просто случайность. Это идеология Голливуда, который никогда не будет заниматься героизацией бандитов – зло должно быть и будет наказано, каким бы симпатичным оно не выглядело в начале фильма.

Увы, такой глубокий замысел выдающихся режиссеров оказался не по зубам одуревшей от халявы грузинской молодежи времен застоя. Кино плавно перенеслось в жизнь, а жизнь от этого стала дешевле средней джинсовой куртки, из-за которой вполне могли убить в Тбилиси в 80-х.

Есть определенная ирония судьбы в том, что в период, когда было сделано самое большое количество добрых советских мультиков типа «Крокодила Гены», снято самое большое количество фильмов с «правильной установкой», выросло самое злобное поколение из всех возможных...

Именно в этот период произошло самое страшное: к природному кавказскому темпераменту добавились криминальные понятия, а рост криминальных понятий не только привел к росту преступности, но и к резкому увеличению уровня агрессивности в молодежной среде.

Ведь что такое по сути воровской кодекс? Это постоянное самоутверждение, которое, начавшись среди криминалов, перешло к обычным молодым людям. Никому не давать спуску, не прощать ничего, требовать ответа даже за мелочи, которые можно было бы просто пропустить мимо ушей.

Иногда доходило до совершенной дикости: я знаю случай, когда молодой, начинающий криминал серьезно ранил старого только за то, что тот сказал что-то вроде: «О, парень, смотри как ты вырос, я тебя помню еще маленьким». После чего тот отвел его в сторонку и несколько раз ударил ножом со словами «ты кого маленьким назвал?»

Этот феномен явился результатом синергии нескольких факторов – пресыщенности и безыдейности молодежи, стремительного обогащения воров в законе, ну и того самого – влияния кинематографа, где глупцы видели похожих на себя мерзавцев, только в исполнении таких мастеров, как Аль Пачино, Роберт Де Ниро и Джеймс Вудс.

Даже сейчас, когда смотришь на остатки приблатненной молодежи, порой кажется, что они живут в кино. Что, подобно своим киногероям, они сейчас выскочат из машины с пулеметом Томпсона, перешмаляют всех в капусту, побегут обратно, и вот, когда вроде все закончилось, – одного из них достанет предательская пуля.

И вот он, истекая кровью, падает со словами «я поскользнулся», как Малыш Доминик из «Однажды в Америке», и картинно отчаливает в лучший из миров под рыдания женской и скупой слезы мужской части аудитории. Только, к сожалению, все это происходило и отчасти происходит сейчас, не на экране, а в жизни, и отмотать назад ничего не получится.

Я далеко от мысли в чем-либо винить кинематограф – ведь известно, что мешает плохому танцору. Если у человека в мозгах мусор, то всегда найдется способ увеличить его концентрацию.

Ведь в конце концов и «Однажды в Америке», и «Лицо со шрамом» точно так же смотрели во всем мире, но редко где Тони Монтана становился национальным героем. Феноменальная популярность этих фильмов в Грузии 70-90-х годов – это не причина деградации национального характера – это ее отражение. Нечего на зеркало пенять, коли рожа крива…

Что тогда прикажете делать? Может, Голливуду вообще перестать что-то снимать – а то грузины в очередной раз что-то не так поймут. И большинство убийств и ранений у нас – это холодное оружие. Давайте потребуем от всего мира перестать производить ножи – а то у нас беда с ними.

После этой эпохи всеобщего морального уродства прошли десятки лет, и сегодня, мне на радость, я не вижу массового поклонения молодежи гангстерским сагам. Я уже и забыл, когда в последний раз видел кого-то по кличке Багси или Лапша, и, надеюсь, больше никогда не увижу.

Но это не значит, что проблема умерла. Она стала менее идеологизированной – воровской кодекс и гангстерская честь уже давно неактуальны, да и фильмы о гангстерах уже снимаются в гораздо меньших количествах. Время идет, и ценности меняются.

Однако поколение 70-80-х оставило в менталитете своих детей самую большую мину замедленного действия – представление о том, что никому ничего нельзя спускать... Именно это мы сейчас время от времени видим на улицах наших городов. Молодежных разборок, поножовщины и убийств стало значительно меньше, однако их все равно слишком много для того, чтобы смотреть на это спокойно...

Тони Монтана все еще жив и продолжает ходить по нашим улицам...

Источник