«ВСЕМ ГОВОРИТЬ ПО-РУССКИ…»
Олег Панфилов



В России начинается новый этап русификации населения: теперь школы в российских регионах зачищаются от языков коренных жителей, повсеместно проводится изменение учебных программ, от неправительственных организаций требуют вести работу только на русском языке. Имперская политика получает вторую жизнь.

Если быть точнее, то политика русификации захваченных народов шла безостановочно, начиная с 15 века, с первых «собираний земель» Иваном III, воевавшим с Казанским ханом и захватившим Урал и часть Сибири. Правда, тогда этот процесс трудно назвать «русификацией», поскольку жители Московии говорили на разных языках и диалектах, часто – на искусственном языке, суржике, собранном из тюркских и славянских языков. За триста лет в составе Золотой и Большой Орды лексикон коренных жителей территории нынешней Центральной России значительно пополнился пришлыми словами, что хорошо заметно по топонимике и количеству «русских» фамилий тюркского происхождения.

Ранний процесс «русификации» по большей части не относился к навязыванию языка, считалось, что это произойдет само собой после насильственного крещения и обретения новых имен. Поэтому часть поволжских татар – «крящены», – хотя и продолжает говорить на родном языке, но носят русские имена и фамилии, как якуты и чукчи, многие малые народы Сибири и Дальнего Востока. Сам русский язык начал формироваться всего 300 лет назад с реформы «гражданского письма», все последующие годы в 18 и 19 веках он был подвержен польскому, голландскому, немецкому и французскому влиянию, в основе своей сохраняя слова татарского и отчасти монгольского происхождения. Первая орфографическая реформа правописания русского языка была осуществлена всего 99 лет назад, а орфографические изменения закончились только 50 лет назад.

Именно с советского времени началось тотальное наступление на языки коренных народов Урала, Сибири, Дальнего Востока, Кавказа и Центральной Азии. Большевиков пугала арабская графика народов Центральной Азии и их насильно заставили в 1920-х годах пользоваться латиницей, через десять лет – кириллицей. Странным образом это не коснулось только грузинского и армянского алфавита, а также латиницы балтийских стран. В конце 19 века русификации подверглось население Польши и Финляндии, их спасла Февральская революция 1917 года. Самой пострадавшей от русификации стала Украина, которую Российская империя поглощала с 17 века: почти все российские императоры издавали указы, запрещавшие пользование украинским языком. С переселением жителей российских областей на территорию Украины после голодомора был изменен лингвистический ландшафт страны, отныне поделивший страну на русскоязычный восток и юг, двуязычный центр и украиноязычный запад.

У советских коммунистов была цель – создать советский народ, говорящий только на русском языке. Даже диктатор Сталин называл себя «русским грузинской национальности», до конца жизни так и не избавившись от чудовищного акцента и многочисленных грамматических ошибок. Одновременно коммунисты провозглашали «дружбу народов», но она оказывалась на деле красивым фантиком, когда переселяемые из России на советские окраины люди не учили местные языки, а требовали от таджиков, казахов, украинцев и грузин говорить с ними только по-русски. Тотальная русификация привела к тому, что сейчас подавляющее большинство из более чем 190 народов России не имеют национальную прессу, а литература стала огромной редкостью.

В середине 2000-х годов Центр экстремальной журналистики провел исследование, пытаясь выяснить, в каких российских регионах в прессе на радио и телевидении используются коренные языки. Лишь несколько областей и республик могут похвалиться тем, что там есть газеты и национальное телевидение – Чечня и Татарстан, в остальных ситуация настолько печальная, что уже можно говорить о полной потере языков, кроме бытового, «кухонного». Все эти годы советская власть планомерно уничтожала национальные школы, а университеты с языком коренных жителей обучения были огромной редкостью. В большинстве советских республик была такая же ситуация, за исключением кавказских и балтийских, а русскоязычный Казахстан и Кыргызстан до сих пор вызывает удивление и недоумение потерей национальной идентичности.

20 июля в Йошкар-Оле президент Путин заявил, что «русский язык для нас – язык государственный, язык межнационального общения, и его ничем заменить нельзя, он естественный духовный каркас всей нашей многонациональной страны. Его знать должен каждый». Поскольку он выступал на совещании на заседании Совета по межнациональным отношениям, то заявил и о том, что нельзя заставлять детей изучать чужой язык, хотя путаница с государственным статусом и возможностью существует по всей России.

До четвертого класса во многих республиках Северного Кавказа, где живут несколько десятков народов, можно получить знания на языках титульных народов, а затем обучение проводится только на русском языке. В Башкортостане «в учебных заведениях навязывалось обязательное изучение башкирского языка в противоречие федеральному закону об образовании», как написано в представлении прокуратуры республики, разбиравшейся с жалобой родителей. Судя по всему, родители были не этническими башкирами, что ставит башкирский язык в положение просителя, а не государственного языка, как написано в статье 1-й Конституции Башкортостана. Вторым языком записан русский, у которого существует преимущество. «На изучение башкирского как государственного отводится 1-2 часа за счет часов вариативной части учебного плана или внеурочной деятельности», – говорилось в сообщении министерства образования, и это значит, что вскоре республика станет полностью русскоязычной.

После выступления Путина прокуратура в Татарстане выдвинула требование исключить татарский язык из обязательной школьной программы. Соответствующие представления начали поступать в адрес руководства местных школ в рамках исполнения поручения президента РФ о добровольном изучении национальных языков в республиках. В Госсовете Татарстана рассчитывают, что смогут «найти общий язык» с федеральным центром, однако эксперты считают, что «время компромиссов уже было», и полагают, что татарский язык перестанет быть обязательным в школах, как это произошло с башкирским языком в соседнем Башкортостане», – написала газета «Коммерсант».

На Северном Кавказе всерьез опасаются введения кремлевских новшеств, где только в одном Дагестане живут 13 коренных народов и 14 народностей, и главной причиной для беспокойства стало назначение главой республики генерала Васильева, никогда не жившего там и не имеющего корней, а тем более не говорящего ни на одном из дагестанских языков. Примерно так происходила ассимиляция народов в советское время, когда вторым секретарем ЦК республиканских партий всегда был посланец Москвы и ради которого все официальные мероприятия проводились на русском языке. Нынешний Кремль восстанавливает традиции, забывая, к примеру, события в Алматы в 1986 году, когда молодежь восстала против назначения главой Казахской ССР Геннадия Колбина вместо Динмухаммеда Кунаева.

Российская власть не будет останавливаться на школах: 18 октября прокурор Татарстана Илдус Нафиков вынес предупреждение о недопустимости нарушения законодательства о противодействии экстремизму в адрес Всетатарского общественного центра (ВТОЦ). Прокуратура потребовала от ВТОЦ в течение двух месяцев принять меры, направленные на недопущение нарушений в дальнейшем, иначе будет подан иск о ликвидации организации. Претензии прокуратуры странные – ВТОЦ «осуществляет свою деятельность и издает решения лишь на татарском языке», заявив также, что использование татарского языка имеет «признаки информации, направленные на возбуждение розни по признаку «отношение к языку». Поводом для прокурорской проверки стало обращение ВТОЦ к депутатам разных уровней, политическим и общественным организациям республики под названием «Спасти татарский язык», в котором предлагалось обсудить идею о придании постепенно вытесняемому татарскому статус единственного государственного языка в республике.

История отношений Кремля с Татарстаном имеет свои особенности: во-первых, Казань буквально отреагировала на слова Бориса Ельцина «берите столько суверенитета, сколько сможете проглотить» и 21 марта 1992 года в республике был проведен референдум по вопросу суверенитета. В ноябре того же года была принята Конституция и даже напечатаны собственные паспорта с национальной символикой. 15 февраля 1994 года Кремль заключил с Татарстаном Договор о разграничении полномочий, который Путин в июле этого года отказался продлить. Теперь в Татарстане не будет своего президента, а будет как везде – глава. Судя по всему, федеральный центр пытается отнять и самое дорогое – татарский язык. Согласно последней переписи населения России, татары составляют самое большое национальное меньшинство – более пяти миллионов человек, однако в самом Татарстане их только чуть больше 53 процентов от всего населения, остальные русские.

Еще более странной ситуация кажется потому, что в такое же положение попали коренные народы оккупированных Россией территорий других стран. Практически все обучение в школах Приднестровья идет на русском языке, несмотря на равное число этнических украинцев, молдаван и русских. В сепаратистской Абхазии в регионах компактного проживания этнических грузин их родной язык оказался под запретом, и там сепаратистские власти вводят обучение на русском языке. Такая же ситуация в Ахалгорском районе оккупированной «Южной Осетии», где запрещено использование учебников из Грузии. В Крыму пока работают более десятка школ, где крымскотатарский язык используется до 4-го класса, а затем – опять обучение на русском языке.

Судя по всему, Путин пытался построить большую империю «русского мира», но не получилось. Программу поддержки русскоязычного населения на постсоветском пространстве полностью выполнить не удается, и Кремль стал прибегать к испытанному способу времен «собирания земель русских», к насилию, но уже только на свой территории. Путин торопится, пытаясь сохранить когда-то завоеванные земли и продолжить покорять народы, которые до сих пор смеют говорить на родных языках. Если верить в печальные прогнозы будущего России, то причиной распада бывшей огромной империи станет и национальный вопрос, поскольку ни якуты, ни лезгины русскими так и не станут по причине разной антропологии, а иные – из-за ксенофобии «коренных русских», которые пренебрежительно и оскорбительно относятся к представителям когда-то завоеванных Россией народов.

Профессор Государственного университета Илии (Грузия), основатель и директор московского Центра экстремальной журналистики (2000-2010)

Источник