Основное отличие или немного о дубах.
anti-colorados



Как-то довелось посмотреть документальный фильм британских кинематографистов о дубах. Люди душевно и красочно описали необыкновенную историю этих долгожителей, но сделали вполне логичный вывод о том, что старые дубы только выглядят несокрушимыми великанами, а на самом деле – очень уязвимы. Дело в том, что огромные размеры дерева поддерживает ствол, давно сгнивший изнутри. Практически все древние дубы не имеют сердцевины, а поддерживаются только оболочкой ствола.

Нечто подобное происходит и с людьми. Кажется, что возраст умножает знания и на какой-то стадии, обязан синтезироваться в мудрость. Такое происходит, но настолько редко, что уходит в разряд исключений. Большая часть людей становятся обузой даже для самих себя, не говоря уже о близких и родственниках. Что характерно, только часть этих людей имеют органические поражения головного мозга, обусловленные неизбежной деградацией мелких сосудов, питающих его. Большая часть пожилых людей просто теряет смысл и вкус жизни. А ведь если сам на себя махнул рукой и ушел в деградацию, то никто и ничто тебя оттуда не достанет. Хотя, казалось бы, люди отдали все, что должны были отдать и теперь могут жить в свое удовольствие, просто смакуя саму жизнь. Тут дело даже не в материальном положении, а в каком-то внутреннем стержне.

То же самое наблюдается и в масштабах общества или государства. Как только оно утрачивает внутренний стержень, то уже держится на внешней оболочке условностей, традиций, истории, памяти или чего-то подобного. То есть, движутся вперед, развернувшись спиной по ходу движения. Утрачен внутренний дух, кураж и что-то неуловимое, что дает волшебство, магию, позволяющую почувствовать дух и силу, а возможно увидеть то, что называют нацией. Оно или есть, или его нет.

Если уже нет, то уже ничем не помочь. Все должно когда-то родиться, взрослеть, расцветать, стареть и умирать, ибо всё смертно. Но как было хорошо подмечено у Высоцкого: «но конец мой еще не конец, конец – это чье-то начало». Значит, общество или государство себя исчерпало и должно умереть, а на его месте должно вырасти что-то новое или множество новых сущностей. Так произошло уже со всеми империями. Причем, только часть из них погибла в результате военного поражения как такового. Большая же часть империй погибла потому, что в момент испытаний, они обнаружили отсутствие той самой сердцевины, которая должна удерживать всю конструкцию. Точно так же и дубы, о которых мы писали выше, вроде бы стоят несокрушимо и твердо, пока все тихо и спокойно, но налетевший крепкий ветер все расставит по местам. И вот уже исполин с треском рушится.

Нечто подобное можно заметить и с государством. Если катаклизм, постигший ее обнаруживает внутренний стержень, который позволяет гнуться под ударами стихии, но не рушиться – все будет нормально, как бы жестоко ненастье не потрепало.

Наверное, этот стержень состоит из интереса и жажды жизни, из интереса ценить ее и радоваться ей. Как это не странно, общий поток этой живительной энергии может исходить исключительно из людей, составляющих нацию. Больше этому браться не откуда. А все это прямо зависит от степени свободы. Если люди ощущают себя свободными, будет здоровым общественный организм. А лучше всего заметно наличие или отсутствие всего этого в период общественных потрясений.

Мы показали себе и окружающему миру, что у нас есть эта искра, мы ценим свободу и готовы за нее на многое. Наверное, самым четким индикатором, показывающим здоровье нации, в такой ситуации, есть поведение людей, вышедших на протест. Если они собрались, постояли, покричали или даже прошлись, а потом – разошлись по домам спать, ибо завтра на работу, и так раз за разом, то тут все ясно, сердцевина сгнила. Если же люди остались на ночь, а утром стали собираться все новые и новые, как у нас или в Румынии, то это – совсем другое дело.

Вот сегодня в России прошли протесты, посвященные годовщине убийства Бориса Немцова. Мы были уверены, что все эти мероприятия закончатся тем, чем они обычно и заканчиваются в России – ничем. Так оно и случилось. А ведь это – приговор. Там уже все выгнило полностью и обречено на гибель. Так что у нас с россиянами нет ничего общего. Мы молоды, дерсзки, отчаянны и свободны. Они – стары, трусливы и порабощены. Мы, как нация, будем жить и взрослеть, а они обречены на гибель, как рабское население умирающей империи.

Источник