ПОЧЕМУ АРЕСТ ФИРТАША МОЖЕТ СТАТЬ ГИБЕЛЬЮ ДЛЯ РУССКОЙ МАФИИ.
Виталий Портников



Арест Дмитрия Фирташа может быть началом конца опасной международной мафии, деньги и контакты которой помогли усилить влияние уголовного российского режима

21 февраля 2017 года может войти в новейшую историю как отправная точка процессов, которые могут похоронить под собой политические элиты целого ряда стран. Впервые международному правосудию может попасться в руки такая большая «рыба» - живая и переполненная икрой конфиденциальной информации. А самое главное – этой «рыбе» просто некуда деваться и незачем выгораживать подельников.

Предъявляемые Фирташу обвинения столь тяжелы, что у него очень простой выбор – либо пойти на сделку со следствием, американским или европейским – да, конечно, рискуя собственной жизнью, цена которой многократно возрастает – либо провести в тюремном заключении ближайшие 50 лет, чтобы выйти на свободу, когда никого из опасных для него людей уже не будет в живых – но ведь и самому до этого нужно еще дожить.

Мы привыкли воспринимать злоключения Фирташа в контексте украинских событий, пытаясь понять, как его судьба повлияет на расклад сил на отечественной политической или предпринимательской сцене, какие группировки ослабит, какие сделает сильнее. Да, это конечно очень важно.

Да, крах Фирташа может привести к достаточно быстрому краху всей группировки под условным названием «Росукрэнерго», исчезновению со сцены Сергея Левочкина и Юрия Бойко, усилению Рената Ахметова и Бориса Колесникова, новому качеству влияния Виктора Медведчука – все это так и все это не очень интересно, так как речь идет о переделе сфер влияния в одной и той же «песочнице» политических и олигархических сил, исторически близких к Кремлю. (Хотя понятно, что смена владельцев, например, телеканала «Интер», окончательно сведет контекст российского пропагандистского влияния до нескольких провокационных «новостных» телеканалов). Но это – побочный эффект.

Мы должны понять, что Фирташ – это не Павел Лазаренко, который, оказавшись в США, мог рассказать следствию массу информации о украинских «шахер-махерах» - но американцы никогда не знали, что им делать с этими секретами первобытного племени. Фирташ – игрок международного масштаба.

Он вообще не украинский «олигарх». Он человек, назначенный украинским олигархом для «крышевания» сложных схем обогащения российских чиновников через украинский маршрут. В России таким образом сделаны многие состояния – начиная от самых главных. И это доверие к Фирташу не случайно, оно связано с его многолетним партнерством с Севой Могилевичем, еще одним знаменитым криминальным «авторитетом», разыскиваемым в США, но остающимся в России.

Это – еще один массив информации, приоткрывающий дверь в святая святых российской государственности как «сцепки» чекистов и бандитов. Механизм этой связи, обнажающий исключительно криминальный, бандитский характер российской государственности, не должен быть доказан никем и никогда. Именно поэтому в Кремле проявили такое внимание к судьбе Фирташа, чья деятельность не раз вызывала личное неудовольствие главы режима.

Именно поэтому деньги за фирташевский залог – 125 миллионов евро, между прочим – вносились со счетов не кого-нибудь, а бизнесмена Василия Анисимова, президента Федерации дзюдо России, спортивного партнера и давнего друга Владимира Путина, бизнес-партнера Алишера Усманова.

Но в длинном списке контактов Дмитрия Фирташа есть еще один, не менее важный и не российский – Пол Манафорт. Связи Фирташа и Манафорта – если олигарх окажется в Соединенных Штатах – могут стать частью расследования американских спецслужб относительно контактов представителей окружения президента США с россиянами.

И в любом случае, из бесплотного персонажа «амбарной книги» Партии Регионов Пол Манафорт имеет все шансы превратиться в субъекта показаний весьма информированного подследственного. Во всяком случае, именно об этом сегодня пишут многие информированные американские наблюдатели.

Следствие по делу Фирташа – в США или даже в Испании – таким образом может оказаться не просто историей о крахе одной из могущественных клановых группировок на украинской политической сцене.

Это может быть началом конца опасной международной мафии, деньги и контакты которой поставили под сомнение авторитет институтов власти в США и Европе и помогли усилению влияния криминального российского режима.

Потому что природа этого влияния - не «русский мир», не газ с нефтью и даже не танки. Природа этого влияния – мафия. Мафия с путинским лицом.

Именно поэтому 21 февраля 2017 года может стать историческим днем.

Источник