Красный Луч в Темном царстве.
Виктория КОТ

Для тех украинцев, чьи дома, родные, друзья остались в оккупированных городах Донбасса, поездки на малую родину становятся настоящим испытанием. Физическим, финансовым, моральным. Получить пропуск, проложить маршрут, выстоять в очередях, пройти все проверки и, наконец, увидеть свои полупустые, обескровленные города. Не каждый решается на такое путешествие. Но я прошла через это и готова рассказать о жизни за линией разграничения.



После захвата Красного Луча, надпись с названием города была перекрашена в цвета российского триколора (фото: http://miaistok.su)После захвата Красного Луча, надпись с названием города была перекрашена в цвета российского триколора (фото: http://miaistok.su)
Маршрут «Киев – Война»

Получение пропуска для проезда на оккупированную территорию у нас с мужем, как и обещали в СБУ, заняло 10 дней. Еще неделю мы покупали все, что просили нас привезти родственники и друзья. В списке числились: лекарства, бытовая химия, кофе, чай, канцелярия, женские колготы, детский рюкзак, краска для волос, приправы и многое другое, что в «ЛНР» стало дефицитом или деликатесом.

Пункт отправления – Киев, назначения – Красный Луч Луганской области. Пересечь линию разграничения мы решили в секторе «С», КПП «Зайцево». Из столицы взяли билет до Константиновки Донецкой области. Оттуда – на машине. Автомобиль и его владельца Карена мы нашли на сайте по поиску попутчиков. Карен возвращался домой в Луганск и согласился подвезти нас с мужем до Дебальцево. Цена поездки – 350 гривен с человека. Кстати, водителей, готовых привезти вас на своем автомобиле из Константиновки на оккупированную территорию, немало. Особенно популярное направление – Донецк, проезд туда будет стоить 250–300 гривен.

Мы не были дома почти год. В ноябре 2014-го, когда покидали Красный Луч, системы пропусков еще не было, поэтому об очередях, проверках, контроле мы знали только из новостей и по рассказам более опытных друзей. Я готова была к самой тщательной проверке багажа и документов, но всего этого не произошло. В очереди до КПП мы простояли 3 часа. Относительно недолго, тем более если ты в авто и не водитель – можно поспать, послушать музыку, перекусить. Рядом есть питьевая вода, туалеты, медпункт – все сделано стараниями «Врачей без границ».

На блокпосту у нас бегло проверили паспорта, даже не спросив номера пропусков, попросили открыть багажник, и уже через 5 минут мы были свободны. Еще быстрее мы проскочили украинский блокпост в Майорске. Путь в «серую зону» был открыт…

Города-призраки

Именно такими мне показались Горловка, Енакиево, Углегорск, Дебальцево. Города Донбасса, притрушенные угольной пылью и дымом работающих заводов, никогда не пестрили яркими красками. Однако теперь они стали особенно тусклыми, полностью оправдывая термин «серая зона».

Главная причина – почти полное отсутствие людей на улицах и автомобилей на дорогах. После кипучего Артемовска Горловка кажется почти вымершей. И чем дальше мы двигались, тем более гнетущей была пустота улиц. А надпись на первом блокпосту боевиков – «Добро пожаловать домой» – выглядела как издевательская насмешка. Кстати, на блокпостах сепаратистов досмотр личного транспорта практически не проводят. У нас изредка проверяли паспорта, а то и вовсе пропускали без остановок.

В Дебальцево мы расстались с нашим водителем. Оттуда нас забрал друг. Прежде чем отправиться в Красный Луч, мы проехали по городу, где ранее шли ожесточенные бои. Дебальцево разбито. Почти каждый дом, который мы видели, так или иначе пострадал: где-то выбитые окна, где-то дыры в стене. А от некоторых домов остались только 4 стены – внутри все выгорело. Но, даже несмотря на это, здесь остается жизнь. В Дебальцево мы впервые за время поездки по оккупированной территории увидели стайку детей. Они трусили яблоки.

Жизнь в зоне оккупации

О том, как мы были рады видеть родных, друзей, бывших коллег, я рассказывать не буду. Радость встреч и так ясна каждому, кто хоть раз уезжал надолго из дома. Расскажу о том, как налажена жизнь в Красном Луче. Вопреки рассказам СМИ о том, как все плохо в «ЛНР», надо признать – это не совсем так. Жизнь местного населения, безусловно, стала тяжелее. Но не настолько, чтобы называться невыносимой.

Школы и детские сады, больницы и служба спасения, колледжи и техникумы, музыкальные школы и библиотеки, социальные службы – все они продолжают работать. Даже несмотря на то, что их сотрудникам долгое время не выплачивали зарплату, а теперь с задержками платят эквивалент бывшей, украинской, зарплаты, но в рублях: по курсу 1:2.

Не так активно, как до войны, но работают магазины и рынки. Ассортимент скромнее. Много продуктов российского производства. Впрочем, они не пользуются большой популярностью – невкусные. Молочка – белорусская. Также много белорусской водки, правда, без акцизных наклеек. Расплатиться еще можно в гривне. Но основная валюта здесь – рубль. Все по тому же «грабительскому» курсу, поэтому все стараются расплачиваться в рублях, а гривну – приберечь и при случае обменять на подконтрольной Украине территории.

Цены – высокие. На все. Если сравнивать со свободной территорией, то на 10–30%, а то и на 50%.

Особая проблема – это лекарства. Вот что действительно в дефиците! Медикаменты украинского производства ввозить запрещено. Российские тут тоже особо не появились. Проблематично купить элементарные парацетамол, «ацетилку», септефрил. Лекарства для диабетиков, сердечников, гипертоников и других больных с серьезными диагнозами везут через границу друзья и родственники: на свой страх и риск, ведь медикаменты могут конфисковать.

Но самая большая проблема здесь – это безработица. Тотальная и повсеместная. Самые сильные и трудоспособные граждане – от 18 до 35 лет – остались «за бортом». Большой удачей считается возможность устроиться на частную шахту-копанку, где платят теперь сущие копейки, а выгнать могут за малейшую провинность. Мужчины снова потянулись на заработки в соседнюю Россию. Но и там работу удается найти не всем.

От безысходности некоторые мужчины идут в ряды боевиков. Где-то зарплату можно получать деньгами, где-то – пайком. Еще один способ заработка в «ополчении» – продажа оружия. За относительно небольшие деньги в «ЛНР» можно разжиться неплохим арсеналом. Граната обойдется в 200 гривен, а пистолет Макарова – в 1000.

Самые богатые и благополучные жители оккупированных территорий – пенсионеры. Они получают 2 пенсии, на эти деньги содержат себя, детей и внуков. На пенсионерах «вырос» и новый бизнес. Практически на каждом шагу в Красном Луче можно встретить вывески: «Обналичка банковских карт», «Переоформление пенсии» и т.д. Особо хитрые пенсионеры получают от Украины не только пенсию, но и пособие для переселенцев на компенсацию оплаты жилья.

И люди привыкают к такой жизни. Теряют надежду на освобождение. О поездках «в Украину» уже говорят, как о путешествиях за границу. А одна маленькая девочка спросила у меня: «Вика, а мы теперь тут русские?» Я сказала: «Нет».

Автобусная чехарда

Назад мы возвращались автобусом. И без этой сложной схемы преодоления блокпостов мой рассказ был бы неполным. Итак, мы доехали до Майорска. Тут нас высадили, ведь пересекать линию разграничения автобусы не могут. Стали в огромную очередь из таких же, как и мы, «путешественников». Люди нервничают, ругаются и кричат друг на друга.

Потом приезжает следующий автобус, задача которого – отвезти нас от одного к другому украинскому блокпосту. Стоимость – 30 гривен. За тематический рисунок эти автобусы прозвали «вышиванками». Примерно через полтора часа к одной такой «вышиванке» дошли и мы. На блокпосту показали паспорта. Дежурному не понравилось то, что у нас с мужем разные фамилии, но я объяснила: мы недавно поженились, и я еще не успела поменять документы. Нас пропустили.

Автобус набился до отказа, и мы поехали к КПП «Зайцево». Тут все тоже должны были выйти с вещами и предъявить пропуска. По автобусу прошел слух, что за 500 гривен можно и без пропуска, но проверять это не было ни желания, ни лишних денег. Свои пропуска мы хоть и делали в электронном варианте, но распечатали. Это существенно облегчило нам жизнь, и мы преодолели КПП одними из первых. Тем временем, наш автобус пустым переехал через КПП и ждал нас с другой стороны. Снова все погрузились и менее чем через 10 минут мы были в Артемовске.

P. S.

26 часов пути – и наш поезд прибывает на Центральный вокзал Киева. Первая мысль, пришедшая в голову еще на перроне: «Мы дома!..»

Сравнение цен на украинской и временно оккупированной территории смотрите в материале «Хотите ли вы сливочного масла за 160 гривен?»

Источник