МИРОВАЯ ВОЙНА ПРОТИВ ДЕМОКРАТИИ НАЧАЛАСЬ. С ЧЕМ И С КЕМ РОССИЯ РАЗВЯЗАЛА МИРОВУЮ ВОЙНУ? (2)
Сергей Иванович Григорьянц

ЧТО НАС ЖДЕТ?

Некоторые предположения сделать можно. Одним из источников, естественно, стал завершившийся Гайдаровский форум. Причем не только в том немногом, что было там сказано, но и в первую очередь — в том, чего не было. Так, благодаря форуму мы уже с очевидностью узнали, что Россия управляется (или так только называется) совершенно ничтожными лакеями. Начиная от премьер-министра и до любого чиновника в экономической и финансовой сфере. Россия ведет войну, изолирована от всего цивилизованного мира, ее ждет, скорее уже произошла, достаточно близкая военная и экономическая катастрофа — ни один из них даже не упомянул об этом. Не упомянул не потому, что думает иначе — но если не лакей, оцени тогда сложившуюся обстановку, назови реальные пути выхода. Но все униженно и покорно молчали, говорили только о вещах второстепенных, ничего не значащих и ничего не решающих, все противоречили друг другу, но не потому, что спорили, они были в одной лодке, одной командой (или бандой — кому как нравится), а потому что никакого плана у них не было, не было даже договоренности между собой, кому о чем говорить. Было только одно — приказ о том, чего говорить нельзя. Никто даже не упомянул о российской армии, об определяющем влиянии (как выясняется стопроцентном) «силовых структур» России на принятие всех важнейших решений.

– Если никто не сказал ни слова на тему силового беспредела в России, это не значит, что они чего-то не понимают, значит им запрещено об этом говорить, – сказал один из экономистов.

На этом лакейском форуме тем не менее была любопытна реплика Медведева о том, что они «об этом знали год назад, но надеялись, что это не будет так страшно». То есть планировали агрессию на Украину, понимали, что будут санкции, обнищание всей страны, уход России в глухое азиатское средневековье.

Более любопытным и обращенным не назад, а вперед, хоть и он побоялся договорить до конца (ведь есть приказ) было заявление Германа Грефа. Он прямо сказал, что в ближайшем будущем Россию ждет глобальный банковский кризис, который переживут лишь очень немногие крупнейшие, системообразующие банки напрямую связанные с Госбанком — то есть как в Советском Союзе. За ним неизбежно последует глубочайший экономический кризис — банкротство большинства российских предприятий, не имеющих возможности выплатить кредиты, полученные от системообразующих банков и в результате переходящих под их управление. Больше Греф ничего не сказал, но продлить легко — экономика России вновь становится государственной, централизованной, легко превращающаяся, как при советской власти, в полностью милитаризованную. Недавно это же дополнил один из наиболее приличных людей среди экономистов Николаев: экономика, где все финансирование оказывается государственным, неизбежно становится управляемой Госпланом, как и в советские годы. К тому же, что очень удобно, все население России вновь становится государственными служащими, а потому особенно покорными, а все это и является целью российского руководства. Конечно, вывод Грефа был тут же официально опровергнут, появились заявления о докапитализации крупнейших банков (менее двухсот на всю Россию), естественно, за счет государства, но сегодня уже появились отчеты банков за 2014 год — все мелкие и средние банки России закончили год в минусе, лишь самые крупные, да еще с помощью государства, пока держаться. Становится ясной и небывалая во время кризисов ключевая ставка Центрального банка России — 17%-15% неспособная удержать инфляцию, – но прямо и сознательно разоряющая русскую промышленность (во всех нормальных странах, где экономику хотят поддержать в трудное время ставки понижаются — 0,5% Федерального резерва, 0,25% Европейского банка и так далее). Становится ясным и вызывающее у Дмитриевой недоумение своей незначительностью, недавнее заявление Медведева о государственной поддержке микрозанятости: в отличие от плановой советской, в нашей либеральной экономике обещают сохранить сапожные и переплетные мастерские. Впрочем, Мордашев со своей «Северсталью» и многими другими компаниями пока настроен оптимистически. Может быть, путь указанный Грефом пока и не такой быстрый, но вполне очевидно, что и в отношении «друзей» Путина будут применяться не только экономические, но и как с «Башнефтью» силовые методы и зря они надеются на что-то другое.

Но пора вернуться к главной теме: к Украине, к войне и для начала мне хочется привести большую цитату из недавнего комментария Дмитрия Орешкина «Эху Москвы»:

«Очевидно, что Украина находиться в серьезном военном противостоянии. Звучат со стороны Безлера, Стрелкова и Захарченко слова о том, что нам необходимо расширять территорию под контролем, нам необходимо вести войну до того, что они считают победным концом и расширять зону влияния Новороссии. Это официально произносится достаточно влиятельными людьми. Одна сторона – юго-восток. Вторая сторона — это Крым. У Крыма тоже есть проблемы и там тоже есть люди, которые считают, что надо пробить дорогу днепровской воде и так далее. Третья сторона – это Приднестровье. Где стоят российские вооруженные силы, откуда поступает вооружение на юго-восток и люди тоже. Ведь люди на юго-востоке, что Стрелков, что Безлер, что Акенфеев, что Береза и Пинчуг — все люди из Приднестровья, граждане России, кстати. Так вот, Приднестровье тоже представляет собой очевидную угрозу, потому что сейчас оно задыхается и Украина вполне рационально боится удара как минимум с трех сторон, поэтому армию ей так или иначе надо приводить в более-менее человеческое и более-менее эффективное состояние.

Все территории, которые находятся де-факто под контролем России в мирных условиях будут проигрывать украинским территориям. Возьмите Приднестровье — там сейчас прекратилась выплата добавок к пенсиям из республиканского бюджета и из российского бюджета, потому что денег нет, там сейчас проблемы со сбытом продукции, там просто на 15% понизили зарплату бюджетникам, там просто кризис, глубочайший и не зря за последние 20 лет от туда сбежало половина населения — больше чем где-либо в других постсоветских территориях. Эта территория под контролем вертикали. Возьмите Крым — внутренний продукт упал более чем на 11% по сообщению г-на Аксенова, в то время, как в воюющей Украине он упал на 7-8%. То есть плохо на Украине сил нет как, но в Крыму-то еще хуже и будет еще хуже, потому что построить мост, конечно, туда не смогут по целому ряду причин, которые сейчас нет смысла обсуждать, экономика не может работать, потому что промышленность работала на привозном сырье, а транспорта нет, блокируется морское сообщение из-за санкций, то есть не привести сырье, не вывести продукцию. Туристский сезон, который был источником серых доходов для населения рухнул и это тоже не для кого не секрет. Про юго-восток я уже не говорю, там просто гуманитарная катастрофа. Без войны здесь не получается даже для России, вот в чем дело. Это спасение для нынешнего режима московского».

К этому можно было бы еще прибавить противостояние крымских татар, которые привычно жалуются в ООН, правительству Турции, но не будут даже после первых арестов бросать свою дивную безоружную молодежь на российские танки и «Грады», которыми, вероятно, уже окружен Бахчисарай. Никто им пока помочь не может и не хочет, как никто не будет помогать ни голодающему населению юго-востока Украины, ни остаткам жителей Преднестровья. Я вообще не согласен с тем, что немедленная крупномасштабная война на Украине – «это спасение для нынешнего режима московского».

Конечно, военная промышленность Украины не имеет таких возможностей, как на Урале, в Самаре, Западной Сибири, но все же совсем не так мала и защищать свою страну от агрессора все же легче чем нападать на чужую, да еще имея за спиной весь цивилизованный мир. Сейчас для захвата всей Новоросии, о чем мечтает Путин уже недостаточно Стрелковых и Пинчугов, даже с сотнями танков и «Градов». Даже пробиться к Крыму стрелковым не удается.

Захват двух третей Украины, конечно, для России был недавно возможен, но время утеряно (блицкриг не состоялся). Теперь для этого нужны полномасштабные армейские операции, современная авиация и ракетное оружие. Гибель десятков тысяч российских солдат. А их совсем немного в российской армии. Я , правда, по другим причинам вполне согласен с многоопытным военным экспертом Гольцем, что сегодня российская армия годится только для быстрой лобовой атаки и поспешного возвращения. К серьезной полномасштабной войне даже с Украиной она неспособна.

А поскольку война в результате объявлена всему цивилизованному миру Россия не будет способна вести ее никогда. Боеспособность российской армии довольно точно оценил депутат Илюхин (тогда председатель Комитета государственной Думы по безопасности и обороне) во время войны с Грузией: «Если бы на нас тогда напала Эстония, эстонцы бы захватили Москву и оккупировали Россию».

И все же это открытая война со всей Европой и Соединенными Штатами Америки. Именно такая война в России готовится. Заведомое неравенство военных потенциалов в этом случаях, как я упоминал, часто не имеет значения.

Но я не думаю, как Орешкин, что война начнется завтра. Как ни странно, я склонен верить председателю правления Газпрома Миллеру (хоть и это может быть военная хитрость) с его пресловутым «ультиматумом». Миллер, конечно, не так глуп, чтобы думать, что европейцы будут строить за свой счет газопровод в Турции. Но он честно, если можно так о нем говорить, и, конечно, не от своего имени говорит, что еще два года большой войны на Украине не будет, а вот потом Украина станет небезопасным для трубопровода местом. Я уверен, что европейцы поддержат Миллера. Не в том, конечно, чтобы строить газопровод, но в том, чтобы получить еще два года отсрочки от большой войны, подготовится к ней и к отсутствию русского газа. Но не смягчат, а усилят санкции, уверенные, что любой выигрыш во времени — в их пользу, но ничего не меняя по существу и не обманываясь. Для этого и приезжали в Москву Меркель и Олланд.

Я склонен верить Миллеру, потому что Шойгу недавно прямо сказал генералам, собравшимся на расширенном заседании коллегии Минобороны о том, что финансирование планов перевооружения на 2015-2025 год сокращается на 46%. А России для полномасштабного противостояния цивилизованному миру, конечно, надо перевооружаться. Сегодня Колокольцев готовит к сокращению и Министерство внутренних дел — более многочисленное, чем российская армия. Россия к большой войне не готова и перекрыть войной украинскую трубу — единственный источник средств для армии — пока не хотят. Я склонен верить Миллеру потому, что будущее нарисованное Грефом — это изменение государственного строя в России, создание новых структур управления в стране на что тоже нужно время (хотя бы два года).

Я склонен верить Миллеру, потому что Путин, которому не удался блицкриг на Украине и он оказывается в состоянии затяжной войны со всем миром, не может, как Андропов, умирая, сделать ловкий ход и вытащить из колоды Горбачева. Он в положении Гитлера, который не мог отступить, не мог потерпеть поражение в частности потому, что его ненавидели все немецкие генералы и то и дело устраивали покушения. Путин тоже может идти только вперед, Крым и Донбасс — слишком малая плата за то, что произошло с Россией, все предыдущие планы КГБ и Генштаба не удались и приходиться разрабатывать новый сложный стратегический план, как у немцев с захватом Кавказа, выходом с бакинской и иранской нефти. Впрочем, это закончилось Сталинградом. Но чтобы до него дойти тоже нужно время и потому я склонен верить Миллеру. Впрочем, командующий сухопутными войсками США считает, что крупномасштабная мировая война, к которой готовится Россия, начнется только через семь лет, но я думаю, что, по-видимому, имея разведывательные данные, он сравнивает лишь военный потенциал и возможность его роста, а не присущую всему советскому режиму генетическую агрессивность, даже в условиях реальной слабости.

А что же в ближайшее годы у нас?

Путь к нищей социалистической милитаризованной экономике нарисован Грефом и Николаевым достаточно ясно. Его мог бы дополнить сталинский экономист, академик Минц, объяснивший вождю, что простейший путь финансирования индустриализации страны — снижение жизненного уровня населения. Цены, уже выросшие в два раза будут расти и дальше, заработки будут неуклонно снижаться. Делать это можно долго и успешно, если перекрыть все границы (чтобы людишки не разбежались), то есть опять опустить «железный занавес», предсказанный в России задолго до Черчиля Василием Розановым. То есть многие в нашей стране, колеблющиеся и размышляющие (опять аналогия с Гитлером) сейчас в положении немецких евреев в середине 30-х годов — пока еще уехать (пусть даже неизвестно куда) из России можно и даже власти совсем не против, но скоро выяснение отношений с «пятой колонной», то есть всем средним классом, может приобрести другие формы.

Впрочем, таких лагерей как при Сталине — на Колыме, в Воркуте, Джезказгане теперь не будет — людей слишком мало. Путин уже не может сказать, как Сталин – «русские бабы опять нарожают». И даже нищета будет поменьше — жить по четыре семьи в одной подвальной комнате, перегороженной рваными простынями благодаря Минцу уже не придется — много настроили со времени Хрущева. Но колбаса по вкусу не будет отличаться от туалетной бумаги, до тех пор пока будет еще туалетная бумага.

Поражают своей наглостью недавние выступления Касьянова о том, как 1 марта (а потом всю весну) будут выходить на улицы сотни тысяч москвичей. И испуганное правительство Путина, проведет выборы и мирно уйдет в 2016 году. Да еще напоминает ему, что было с Каддафи не захотевшим уйти мирно. Для меня, впрочем, наглостью звучит не это напоминание, а то, что человек прямо соучаствовавший как и все члены российского руководства в уничтожении демократического движения в России сейчас считает всех нас болванами, способными свергать Путина ради Касьянова, Немцова и других бесспорных соучастников доведения России до нынешнего состояния.

Впрочем, можно было счесть Касьянова наивным, забывшим, что власть в России КГБ, МВД и армия так не отдают. Забывшего, чем кончили другие, наивные его знакомые и надеющегося на тех, кто сегодня теряет награбленные миллиарды и недоволен теперь Путиным. Но начиная войну на Украине, начиная войну со всем миром (и русскими владельцами вилл на Лазурном берегу — с каким омерзением сейчас относятся ко всем русским французы) Путин, как профессионал, бесспорно думал о своей безопасности и даже покушений на него будет много меньше, чем было на Гитлера. Впрочем, и теперь могут быть серьезные обманы и иллюзии. Вспоминая о демократическом движении, такую шушеру, как Касьянов и вспоминать противно, но скажем ведь Андрей Лошак снимая после фильма об Ибице фильм о деле Красина и Якира совершенно не желал славить удачную операцию КГБ и лично Андропова, а так же двух стукачей, нанесших тогда серьезный урон демократическому движению. Напротив, он хотел напомнить об этом движении, а получил редкие по сходству и мою и Сергея Ковалева ругательные отзывы, как он глуп и что сделал. А потому хочу напомнить ему и немногим другим все внятно и честно оценивающих сегодня и, вероятно, понимающим, что демократические движения способные свергать военные диктаторские режимы возникают совсем не так и добиваются своей цели совсем иначе.

Мы знаем какой кровью Сталину удалось прервать традицию демократического движения в России. Но возродившаяся было при Хрущеве она опять была прервана Ельциным и Гайдаром. С меньшей кровью, но с иллюзиями, посулами, для многих — большими деньгами. Не считать же выпестованных властью марионеток и провокаторов Новодворскую, Алексееву, Эдика Лимонова продолжателями этого трудного в России наследства.

А потому, хотя были те, кто оставался в эти «подлые и трусливые годы» людьми приличными и честными, но писавшими о частностях, а не о сути того, что происходило в стране, а, главное, не пожелавшими не то, что стать частью когда-то многочисленного демократического движения, боровшегося, пытавшегося не допустить все, что надвигалось на Россию. Демократическое движение, членов которого убивали, засылали провокаторов и даже память о котором удалось частью исказить, а частью уничтожить в результате не сохранило к сегодняшнему дню, когда все поняли, как он нужен, его выстраданный и коллективный, пусть недостаточно результативный, опыт и традиции. Хотя ведь стоявшие в стороне были не глупее нас. Пионтковский (правда, единственный) даже выступал на последней конференции «КГБ: вчера, сегодня, завтра» в 2003 году. Русские юристы самого высокого уровня в том числе военные, не оставляли гибнущее демократическое движение до конца, но русских журналистов, публицистов в демократическом движении не было и на горизонте. Конечно, это привело к прямому ущербу в их профессионально работе. И дело не только в чем-то столь общем как лишь недавнее понимание ими, что такое КГБ у власти на деле, но и в бесконечном количестве частностей, ущербе профессиональному качеству их работы, непониманию из-за неподдержанной ими преемственности самых элементарных вещей. Скажем, в последней статье Андрея Пионтковский иронизирует над «подсевшими на иглу валдайских клубов» Саймсами и Лозанскими. Но не будь он посторонним демократической традиции, то, конечно, знал бы, что Саймс (Симес) и Лозанский — были профессионально внедрены КГБ в 1980-81 годах, когда в США остро были нужны люди хоть что-то знающие о современном СССР, как агенты влияния, и, вероятно, надевают форму, когда входят в здание Лубянки. Симес — успешный комсомольский вождь, глубоко презиравший своих родителей, женился на дочери видного сотрудника ЦК КПСС, потом журнала «Проблемы мира и социализма» Рюрикова, но был внедрен в США, как сын замечательного адвоката Дины Исаковны Каминской, с которой в Москве не хотел иметь ничего общего. Эдуард Лозанский и того хлеще — его жена дочь генерал-полковника КГБ, командующего пограничными войсками СССР. Он сумел так убедить Боннер и Каллистратову, что чудовищно страдает от антисемитизма, что был принят в члены Хельсинкской группы, после чего, конечно, сразу же был выслан в США и попал туда, как известный правозащитник. Лозанский был откровеннее Саймса, проявил себя как провокатор уже месяца через два и в результате оказался последним, принятым в Хельсинкскую группу.

Но суть, конечно, и у Лошака и у Пионтковского не в этих частных и исторических, Бог бы с ней историей, ошибках, а в прерванной демократической традиции в России. Я как и Пионтковский абсолютно уверен, что махание ядерными ракетами в России — лишь мало удачный шантаж и все эта публика никогда не осмелится применить даже тактическое ядерное оружие, понимая, что последует сокрушительный контрудар, от которого никто из них не спасется. Так Гитлер побоялся применить газовое оружие во II мировой войне, так Андропов уже изготовивший советские танковые армии, струсил, когда были установлены ракеты Першинг-2, достигавшие Москвы за семь минут. Скажем прямо, Путин не храбрее Андропова.

Но жить в нищем обозленном, вооруженном лагере русским людям придется довольно долго. Уже есть свои легенды, необходимые для общественного движения — люди с Болотной площади, уже Развозжаевым приобретен собственный опыт общения с ГБ, но другим еще многому придется учиться — сколько я вижу элементарных ошибок на обысках, при допросах, арестах, а главное — в масштабе мышления теперь уже нового поколения, у которого не оказалось реальной связи с нашим. И очень жаль, что им придется восстанавливать и накапливать занаво то, что можно было сохранить хотя бы в какой-то степени в эти «подлые и трусливые годы».

Война

Я пишу это в воскресенье с утра еще не зная итогов четырехсторонних переговоров. Но и так все ясно.

Андрей Илларионов мог бы повторить за Черчиллем, но теперь в адрес Ангелы Меркель и президента Олланда:

– Те кто поехал в Мюнхен (Москву) выбирали между бесчестьем и войной. Они выбрали бесчестье, а теперь получат войну.

Черчилль лучше понимал Гитлера и Сталина чем лорд Чемберлен. Илларионов лучше понимает Путина, чем социалист Олланд, хотя и у Олланда с Меркель нет больших иллюзий.

Война неизбежна, потому что не только Путин, но все силовые и основная часть административного руководства России может остаться у власти, может сохранить свой тоталитарно-средневековый образ правления только в условиях войны. Не той войны, о которой недавно говорил Орешкин, как решения хозяйственных проблем в оккупированных районах, а большой европейской войны со всем демократическим миром. Войны, которая теперь неизбежна уже потому, что только в состоянии войны или в лучшем случае — недолгой ее подготовки только и может существовать и оставаться у власти правящий в России режим Путина.

За те дни, что большая статья лежала в рукописи многое стало ясно, но ничего не изменилось. По-прежнему я думаю, что большая европейская война начнется года через два-три. Малую, украинскую войну, Олланд и Меркель прекратить не смогут, но, вероятно, немного и ненадолго смягчат. Этими двумя годами Путин воспользуется, чтобы сделать дееспособной армию и угрозой ядерной войны будет пытаться расколоть единство Европы, отколоть от Европы США. Знакомая песня — США собирается принести в жертву Европу, воюя на ее территории с Советским Союзом (теперь Россией). Но теперь это не удается.

Мне лишь странно и обидно, что канцлер Германии могла предложить план Европы от Атлантики до Владивостока. Это вариация вполне агрессивного проекта Европы от «Атлантики до Урала», который сперва был выдуман в КГБ при Шелепине, повторен Хрущевым и беспомощным, поставленным Сталиным и возвращенным маршалом Кошевым генералом де Голлем, который сперва означал спокойную, почти мирную коммунизацию всей Европы (де Голль даже услужливо придумал термин «континентальной Европы», понимая, что англичане даже облегченного коммунизма не допустят). При Горбачеве этот призыв, как и все шелепинское, реанимировали, теперь он (втайне) был связан с мощью советской танковой армии в еще существующей ГДР. Не могу забыть — все повторяется — как на круглом столе Совета Европы о единой Европе, была растеряна г-жа Катрин Лалюмьер, когда в моем выступлении прозвучал довольно трудный вопрос:

– Неясно только Атлантика дойдет до Урала, или Урал до Атлантики…

И пояснение (что теперь признает и Горбачев), что до 1991 года происходило под его миролюбивые речи не просто наращивание вооружений в СССР, но рост темпов этого наращивания.

И я рад, что приложил свой голос к тому, чтобы Советский Союз не получил тогда просимые Горбачевым у Запада 100 миллиардов долларов для своего спасения. Иначе КГБ пришел бы к прямой и полной своей власти во всем СССР и не в 1999 году и не только в России, а лет на семь раньше и мы бы уже лет пять были бы в состоянии глобальной мировой войны. Точнее — мы с вами, дорогие читатели, давно были бы расстреляны или выживали в лагерях. Андропов, как известно, готовя либералов Горбачева и Шеварднадзе подготовил и первые списки для массовых арестов.

А пока, Европа будет готовиться к большой войне, Россия будет последовательно войну расширять, а тем, кто меня читает, кто слишком поздно понял, что такое КГБ у власти, я советую утеплять дачные домики, восстанавливать деревенские дома, если есть (и лучше подальше от Москвы) и сажать картошку, а в междурядьях — горох. Он и сам по себе полезен и удобряет картофель — у меня этот опыт уже был в Боровске между первым и вторым тюремным сроком.

Начало
Источник