Ранним утром, у окна радиорубки, где я ночую, стоит невысокий сухощавый человек в кремпленовых брюках с отглаженными "стрелками" и рубахе с большим воротом. Он самозабвенно играет на "аккрдЭоне" (именно так он произносит название своего инструмента) еврейские мелодии. Это Валентин Петрович Пружинин - пионерский баянист. Он хочет опохмелиться. Я выношу ему стакан вина. Трудовой день начался.

Валентин Петрович - профессиональный Дон Жуан. Он похож на романтических актеров Владимира Рецептера и Валентина Никулина. Основная его работа в лагере, в перерывах между музыкальными занятиями, поиск. Вот он подходит к пионервожатым.

-А вы знаете девчонки, я ведь в этом лагере с 16 лет. Вон той столовой тогда еще не было, а Тамара Григорьевна (завхоз) была стройная, как березка. Кроме кремпленовых брюк, рубахи и до блеска начищенных ботинок на очень высоком каблуке, на Валентине Петровиче спереди аккордЭон, за спиной гитара и сбоку небольшой магнитофон, но не кассетный, а бабинный.

-Кстати, девчонки (поет самозабвенно шепотом, подыгрывая на гитаре) "Девчонки, не грустите, хорошшие. Мы вернемся к вам скоро, с первой порошшею..." Не знаете эту песню? Ее сочинил я. Так вот, сегодня вечером после отбоя дискотЭка. Я приглашаю.

Все. Он нашел кого хотел.

Вечером у клуба он тихо подойдет к девушке, но уже не на гитаре, а на аккордЭоне, сыграет ей сложную тему "Карнавал в Бразилии". А потом скажет:

-Но кто я? Простой музыкант. Не хотите ли послушать настоящую музыку?

И поведет ее к себе, в маленькую комнату, меблированную кроватью (под ней несколько бутылок) и тумбочкой (на ней два граненых стакана и флакон одЭколона).

На следующий день повторится тоже самое, по точно отрепетированному сценарию.

-Зря смеешься, -говорит он мне, -от меня еще ни одна женщина просто так не уходила...

-Все через дымовую трубу? -как всегда спрашиваю я.