Источник
liberatum

Сегодня Интернет дает нам возможность легко добраться до беспрецедентного
количества информации. Но все больше научных данных показывают, что Сеть
превращает
нас в рассеянных и поверхностных потребителей, серьезно влияя на процессы,
происходящие в нашем мозгу.
Римский философ Сенека 2000 лет назад выразился лучше всего: <Быть везде -
значит не быть нигде>. Мозаика, складывающаяся из исследований, вызывает
глубокую
тревогу хотя бы у тех, кто ценит не столько скорость мышления, сколько его
глубину. Люди, которые читают усеянный ссылками текст, как говорят
исследования,
понимают куда меньше, чем те, кто читает традиционный <линейный> текст.
Люди, которые смотрят навороченные мультимедийные презентации, помнят в
итоге меньше,
чем те, кто воспринимает информацию более спокойно и целенаправленно. Люди,
которые постоянно отвлекаются на электронные письма, уведомления и другие
сообщения,
понимают меньше, чем те, кто способен сосредоточиться. А люди, которые
пытаются выполнять одновременно несколько дел, являются менее творческими и
менее
продуктивными, чем те, кто делает что-то одно. <Руформатор> представляет
перевод статьи Wall Street Journal, в которой ученые и исследователи
поделятся
с публикой своими последними открытиями и выводами в области влияния Сети на
ее пользователей.
Корнем этих проблем является разделение внимания. Все богатство наших
мыслей, воспоминаний и даже нашей личности зависит от способности
сосредоточиться
на чем-то. Только когда мы уделяем серьезное внимание новой информации, мы в
состоянии ассоциировать ее <конструктивно и систематически со знаниями,
которые
уже есть в нашей памяти>, пишет лауреат Нобелевской премии Эрик Кандель
(Eric Kandel), нейрофизиолог. Такие ассоциации имеют важное значение для
овладения
сложными концепциями.
Когда мы постоянно отвлекаемся и прерываемся (как правило, в Интернете), наш
мозг не в состоянии наладить прочные нейронные связи, которые обеспечивают
глубину и самобытность нашего мышления. Мы стали единицами для простой
обработки сигналов, быстрого пропуска разрозненной информации сквозь себя и
последующего
выброса всего этого из кратковременной памяти.
В статье, опубликованной в журнале Science в прошлом году, Патриция Гринфилд
(Patricia Greenfield), ведущий специалист по психологии развития,
рассмотрела
десятки исследований о том, как различные медиатехнологии влияют на наши
когнитивные способности. Исследования показали, что некоторые задачи,
выполняемые
нами на компьютере, такие как видеоигры, могут повысить уровень <визуальной
грамотности>, увеличивая скорость, с которой люди могут воспринимать
различные
изображения на экране. Другие исследования, однако, показали, что такие
быстрые сдвиги в концентрации внимания, даже если они приведены корректно,
приводят
к менее строгому и <более автоматическому> мышлению.
В одном эксперименте, проведенном в Корнельском университете, половине
группы было разрешено использовать подключенные к Интернету ноутбуки во
время лекции,
а некоторые вынуждены были оставить свои компьютеры выключенными. Те, кто
серфил по вебу, показали уровень своих знаний на последующих тестах намного
ниже
тех, кто этого не делал, независимо от того, насколько точно у них было
записана лекция на компьютере. Хотя это и не удивительно (то, что
веб-серфинг будет
отвлекать учащихся), но следует предостеречь школы, которые проводят
Интернет в каждую комнату в надежде на улучшение образования.
Мисс Гринфилд пришла к выводу: все средства, которые развивают когнитивные
навыки, делают это за счет других. Наше постоянно растущее использование
медиаинформации
с экрана, говорит она, укрепило визуально-пространственный интеллект,
который может улучшить способность выполнять работу, связанную с
отслеживанием множества
одновременных сигналов, например, управлять воздушным движением. Но это
сопровождается <новыми слабыми местами в когнитивных процессах высшего
порядка>,
включая <абстрактную лексику, внимательность, рефлексию, индуктивный способ
решения проблем, критическое мышление и воображение>. Мы становимся, одним
словом, пустышками.
В другом эксперименте, проведенном недавно в Стэндфордском университете,
команда исследователей дала различные когнитивные тесты для 49 людей,
которые
часто выполняли множество задач одновременно, и для 52 людей, которые делали
это значительно реже. Первая группа провалила все тесты. Они легко
отвлекались,
меньше контролировали свое внимание и были гораздо менее способны отличить
важную информацию от незначительной.
Исследователи были поражены результатами. Они ожидали, что привычка к
интенсивной многозадачности дает какие-то уникальные преимущества в
мышлении. Но
все было не так. В действительности люди, привыкшие к многозадачности, плохо
справлялись даже с самой многозадачностью. Они значительно медленнее
концентрировались
при переключении между задачами, чем участники из второй группы. <Все
отвлекает их>, - заключил Клиффорд Нэсс (Clifford Nass), профессор,
возглавляющий
лабораторию в Стэнфорде. Конечно, вредные последствия могли бы
нейтрализоваться, как только мы выключаем наши компьютеры и сотовые
телефоны. Но мы не можем
этого сделать. Изучая клеточное строение человеческого мозга, ученые
обнаружили, что он быстро адаптируется, когда мы используем новые
инструменты, в том
числе для поиска, хранения и обмена информацией. Когда мы меняем наши
привычки, каждая новая технология усиливает определенные нервные окончания и
ослабляет
другие.
Нейрофизиолог Майкл Мерженич (Michael Merzenich), один из пионеров в этой
области, считает, что наш мозг в настоящее время <серьезно трансформируется>
из-за все более интенсивного использования Интернета. В 1970-х и 1980-х
годах г-н Мерженич, в настоящее время почетный профессор Калифорнийского
университета
в Сан-Франциско, провел знаменитую серию опытов на приматах, которые
показали, как мозг быстро и интенсивно меняет нейронные цепи, подстраиваясь
под нашу
жизнь. Когда, например, г-н Мерженич перегруппировал нервы в лапах обезьяны,
нервные клетки в сенсорной коре головного мозга животного быстро
преобразовали
себя, чтобы создать новую <ментальную карту> лапы. В беседе в конце прошлого
года он сказал, что сильно обеспокоен когнитивными последствиями постоянного
отвлечения, что мы постоянно испытываем от Интернета. Долгосрочное влияние
последствий такого поведения на нашу интеллектуальную жизнь, сказал он,
может
быть <смертельно>.
То, чем мы жертвуем во время серфинга по Сети - это наша способность к
спокойному, внимательному мышлению, что лежит в основе созерцания,
размышления и
самоанализа. Веб никогда не побуждает нас замедлить ход. Он держит нас в
состоянии бесконечного психического движения. Показательно (и тревожно)
сравнить
когнитивные способности при использовании Интернета с ранними
информационными технологиями: то есть обычными книгами. В то время как
Интернет рассеивает
наше внимание, книга, наоборот, помогает сосредоточиться. В отличие от
экрана, страницы способствуют созерцательности. Чтение длинной
последовательности
страниц помогает нам развивать редкий вид умственных способностей. То, что
заложено в нас генетически - быть в курсе того, что происходит вокруг нас, в
максимально возможном количестве. Наши стремительно развивающиеся,
рефлексивные сдвиги концентрации внимания были когда-то важны для нашего
выживания.
Они уменьшили вероятность того, что хищник застал бы нас врасплох или что мы
упустили бы из виду животное, служившее источником питания.
Чтение книги на практике является неестественным для нашего процесса
мышления. Мы должны создавать или укреплять нейронные связи, необходимые для
борьбы
с нашей инстинктивной рассеянностью, что позволяет получить больший контроль
над нашим вниманием и сознанием. Именно этот контроль, эту <ментальную
дисциплинированность>
мы и можем потерять, пока тратим все больше времени на метания по Интернету.