Понадобилось разобраться с D&Dшными паладинами. PHB - это, конечно, хорошо, но мало. Чтобы прояснить всё в мелких частностях, нахожу и курю "Комплит Паладина" 1994 года выпуска.

Всё бы хорошо, если бы не "культурный багаж" варика и вахи. С ним от некоторых мест пробивает на похихи. Особенно доставляет место, где говорится про паладинский Святой Меч

"Кроме превосходного качества изготовления на первый взгляд Святой Меч мало, чем отличается от другого магического оружия. Паладин может и не догадываться о свойствах меча, пока они не будут использованы." - о да. Как правило, он и не догадывается.

"Иногда святой меч начинает светиться, когда до него дотрагивается паладин, а возможно паладин почувствует покалывание в руке." - ну-ну. Из того же самого багажа (Бедняга Фулгрим, да... И не он один.), равно как и из опыта собственных словесок откристаллизовано правило не трогать руками незнакомые артефакты, особенно оружие.

"Паладин может знать легенды о том, что Святой Меч погребен в каких-нибудь руинах посреди пустыни; на самом же деле в руинах может найтись карта, которая открывает истинное месторасположение Святого Меча, заточенного под тоннами льда где-то далеко на севере" ...в комплекте с белой полярной лисичкой, ага. Они что, издеваются? Умом понимаю, что третий варкрафт тогда ещё не вышел, но...

Таки внезапно написались стихи. Ну вот изредка случается со мной такое, да. Обзывается это стишие - "Игра".

Каждый решит, что выбирать -

Мир или жаркий бой.

Может быть, жизнь — просто игра...

Просто игра с судьбой.

Греет надежда, что повезет;

Выбрана в жизни цель;

Сделаны ставки... «Сударь, Ваш ход!» -

И начата дуэль.

Кто — бережет тихий покой,

Дом и надежный тыл;

Кто — корабли сожжет за спиной

Ради своей мечты.

Время рассудит издалека

Был ли оправдан риск,

Кто — победил, кто — в дураках,

Кто — доиграл при своих.

Может быть, жизнь — просто игра,

Но, посмотрев назад,

Что — выбирать, чем — рисковать,

Каждый решает сам.

Итак, вторая часть отчета (а то пихать всё в один пост — было бы многабукаф, да и писался пост под вечер)

Сопот, где мы с мамой и отдыхали — небольшой городок на берегу Балтийского моря. За время отдыха (десять дней) оно только пару раз было синим, чаще — серым, зеленоватым, а однажды, когда сильные волны взбаламутили песок, желтоватым. Вода — чуть солоноватая, преснее даже, чем, к примеру, Боржоми. Купается мало кто, в основном дети, а те, кто холодной воды побаивается (а она там действительно холодная: входишь — аж обжигает) сидят на пляже или гуляют по бульвару вдоль моря. Я сходила разик на пляж (приехал на море — надо в него залезть), а в основном гуляла. Тоже — домики, парки, клумбочки, деревья. Много рыбы, в первую половину дня на пристани действует мини-рыночек, где прямо у рыбаков можно купить копченую рыбу. Что ещё удивило, так это то, что в Сопоте, оказывается, растут платаны — мне казалось, они куда более южные деревья. Наверное, море под боком обеспечивает для них достаточно мягкую зиму. Ну и, понятно, много янтаря — Балтика же.

Рядом с Сопотом находится Гданьск. Когда-то, в Средние Века город был немецким и назывался Данциг, но со временем название слегка мутировало. Город — такая себе ожившая открыточка: дома впритирку друг к другу, разноцветные фасады, острые крыши. Там могла бы выращивать свои розы Герда, тем более, что все окна и балкончики — в геранях, петуниях, ещё всякоразных цветочках.

Помимо Гданьска, побывали ещё и в Мальборке. Это бывший замок тевтонского ордена, а ещё точнее — резиденция магистров, и назывался он когда-то Мариенбург. Когда-то он вместе со всеми пристройками был обнесен рвом и стеной, и по площади всё это хозяйство было больше некоторых средневековых городов. В свое время взять его так никому и не удалось, но во время Второй Мировой он сильно пострадал. Его реставрировали, но пока не весь. Кое-что не успели, а по поводу одного из костелов ведутся споры: восстанавливать ли его в прежнем виде, или же оставить как есть — как памятник жертвам и разрушениям войны. Снаружи, впрочем, замок выглядит вполне себе внушительно, несмотря на то, что внешнюю стену и некоторые башни тоже недовосстановили. Словом, тевтонские магистры жили кучеряво. В замке много интересных инженерных решений: например, одна из столовых отапливалась через отверстия в полу: в нижнем помещении топились печи, и, если открыть отверстия, нагретый воздух поднимался вверх. Ещё одно «чудо техники» - замковый туалет. Это отдельная башенка, нависающая надо рвом (сейчас ров сухой, но раньше по нему текла вода). Внутри есть решетка в полу — для тех, кто попроще, и отдельные кабинки с сидушками для высокопоставленных персон. И те, и те в целях гигиены пользовались капустными листьями так, как мы сегодня пользуемся бумажкой. Все... хм, отходы падали в ров и уносились течением. Такой вот ватерклозет. Что интересно, называется эта башенка Данцко (или Гданиско). Не вполне понятно, почему. То ли башню так назвали, потому что она примерно «смотрит» в сторону города Данцига-Гданьска, но есть приметные объекты и поближе. То ли городок получил свое название из-за презрения тевтонцев к его жителям, но почему именно этот город, тем более во многом немецкий? Или, быть может, и башню, и город, назвали по какому-то третьему объекту, но больше созвучных названий по соседству вроде бы нет.

Итак, я благополучно вернулась из поездки в Польшу. Очень... не сказать, что необычная страна — как раз очень обычная, похожа на Московскую и соседние области климатом и, соответственно, растительностью — но все же своеобразная. Чем-то напомнила мне деревню, причем не просто деревню, а вроде как сказочную: как правило, встречные поляки — в транспорте, магазинах, на улице — были по-деревенски деятельны, спокойны до флегматичности и доброжелательны. Да и дома, в общем, тоже не вяжутся с идеей «большого города». Варшава — столица, казалось бы — но по большей части напоминает некрупный поселочек городского типа: небольшие, в несколько этажей, домики, деревья, палисаднички, прудики с утками, которые совершенно не боятся людей: бродят вокруг, подходят почти к самым ногам и тихонько, нежно так не то попискивают, не то посвистывают — надо думать, выпрашивают еду. Даже совестно, что у меня ничего для них с собой не было. Это, конечно, окраины: в центре есть и офисы со стеклянными стенами, и торговые центры, и все прочее, что полагается деловому городу. Рядом с вокзалом Warszava-Glowna стоит Дворец Науки и Культуры — сталинская высотка, самое высокое здание Варшавы и, вроде как (но тут точно не уверена), Польши вообще. Но в городе ее видно почти отовсюду — такой себе ориентир.

Вообще, в Варшаве не так уж и много именно исторических объектов: старый городской центр (Старо Място) отстроен уже после войны, это практически полностью реконструкция. Но тем тщательнее берегут то, что есть — рядом с парком Лозинки есть улица Агрикола, на которой стоят настоящие газовые фонари, которые зажигают вечером и гасят утром.

Сами Лозинки начинались когда-то с королевских купален. Постепенно, поскольку место действительно красивое, польские короли и наместники императора России там что-нибудь строили — беседки, фонтаны, пруды, домики для любовниц. Там же выстроили и резиденцию, в которой обитал, в частности, Константин Павлович, брат Александра I, когда был наместником Царства Польского. Поскольку все эти особы самых голубых кровей имели вполне достойный вкус (положение, однако, обязывает), получился прекрасный парковый ансамбль, по которому можно вволю побродить. Там водятся и совершенно свободно гуляют по территории павлины. Правда, далеко от своих вольеров они не отходят, предпочитая валяться на нагретом солнышком мраморе и иногда орать. Голосок у этих красавцев достаточно громкий и очень напоминает скрип ножа по стеклу, к тому же, стоит только одному крикнуть, соседи ему непременно отзовутся. Какой у этого плюс — можно сразу издалека услышать, куда именно идти, чтобы полюбоваться павлинами =)

Язык похож на русский. Читая текст, можно примерно понять, о чем он. С восприятием на слух, ясное дело сложнее, но, в общем, договориться можно. Польская речь для меня звучала так, как мог бы звучать громкий, но неразборчивый шепот: кше-пше-пше. Даже интересно, на что в польском восприятии похожа русская речь.

Наткнулась сегодня на одну книгу - "История культур славянских народов". Книжка сама по себе интересная, но вот введение я пролистала. Каким-то очень уж... пафосным оно было. "Величие...", "незаменимость...", "важнейшая роль..."

Но книжку писали много людей: у каждой главы свой автор, и уже первая глава впечатление исправила. Речь в ней шла о возникновении славян как народа и о культуре того периода. Особенно понравилось то, что даже если приводилось несколько взаимно противоречащих гипотез, каждая сопровождалась отсылками к источникам, на основании которых была выдвинута. (Преимущественно данные археологии, что, в общем, понятно). Точно так же автор подтверждает и свои собственные выводы, и, в общем, ему я склонна доверять. При этом, конечно, отдавая себе отчет, что я, как технарь, слабовато ориентируюсь в области истории и культуры, так что насколько полно и честно рассматривали источники, сказать не могу. Но рассуждения сами по себе, если принять за правду исходные посылки, выглядят здраво.

Так вот, к чему, собственно, всё это предисловие. Думается мне, сложность и, соответственно, интерес в той же истории или, например, культорологии, состоит в невозможности проверить теорию экспериментом. И в зыбкости имеющихся фактов при сравнительно медленно меняющемся их наборе. Если в астрономии можно наблюдать одновременно множество объектов: звезд ли, туманностей ли на разных стадиях жизни, то человечество у нас одно, наше собственное. И количество стран и народов, из которых оно состоит, ограничено. При этом, если в областях интереса социологии или экономики процессы происходят достаточно бысро, то История - дама неторопливая. То есть, проверить теории... нелегко. Мягко говоря. Что, к слову, внушает мне боьлшое уважение к людям, которые всё-таки этим занимаются.

Захотелось написать о каштанах: как-то так получилось, что я встречаюсь с ними чуть ли не с весны. Встречаюсь - не в смысле вижу деревья, хотя и это тоже. Встречаюсь в том смысле, что они показывают мне что-то интересное)

Вот такие надувшиеся, блестящие от солнышка почки были у них в марте. На ощупь они немного липкие, и пахнут не то смолой, не то вишневой камедью. Запах уловить не всегда просто, но можно. Так что минимум минуту стояла, пригнув веточку, и нюююхала =D. Что подумали про меня прохожие - не знаю :)

А в мае они цвели...

фото

Словом, как-то так получилось, что каштаны этой весной здорово меня порадовали... или это я дозрела, чтобы посмотреть повнимательнее?

Неделю назад; даже чуть раньше, чем неделю назад, в позапрошлую пятницу, когда было ещё снежно и пасмурно, я увидела, как на вербе (или каком-то ее родственнике) выглядывают из зимних укрытий мохнатые почки (две первых фотографии). Вчера они уже распушились полностью и гордо блестели мехом на солнышке =)