Миф об Ultima Thule, острове, где лед и пламя ведут вечный бой, ведет свое начало от рассказа греческого путешественника III века до нашей эры по имени Пифей, который добросовестно исследовал всю северную Атлантику. Сочинения Пифея утрачены, но некоторые из его замечаний постоянно цитировались античными греческими и латинскими авторами.

«Говоря о Туле и близлежащих странах, Пифей обманул всех… утверждая, что в этих краях нет ни земли, ни моря, ни воздуха, а есть смешение всех стихий, довольно похожее на морское легкое (медузу)» (Полибий, XXXIV, 5). В каком-то отношении Туле и его земли, расположенные возле полюса, якобы составляли, как утверждал Пифей, своего рода первичный хаос, первобытную бездну. Значит, мы сталкиваемся с чистой космологией, по крайней мере, в весьма древней мифологии.

Миф о Туле оказывается неизбежно связан с другим, широко распространенным во времена античности мифе о гиперборейцах — народе, жившем предположительно в районе Северного полюса. Часть этого народа рассеялась по всей Европе, неся с собой мудрость и метафизические знания, неизвестную жителям побережья Средиземного моря. Так считалось, что греческий Аполлон, бог света (но не Солнце) был родом из Гипербореи, откуда он пришел в Грецию сразиться в Дельфах со змеем Питоном, уничтожив, таким образом, древний женский теллурический культ и установив религию бога-мужчины, носителя света. В историческом плане в этой легенде можно увидеть вторжение дорийцев, пришедших с севера, и их победу над ахейцами, первыми, кто занял эллинский полуостров.

Плиний Старший в «Естественной истории» (IV, 26) подробнее всех рассказывает нам об этих гиперборейцах: «По ту сторону Аквилона живет, если верить рассказам, счастливый народ, который называют гиперборейским, люди там доживают до глубокой старости; про него рассказывают невероятные чудеса. Там, говорят, находятся оси мира и крайние точки звездных путей». Это замечание сходно с тем, что рассказывал Пифей о «морском легком», где перемешивались три стихии — Земля, Воздух и Вода (огонь был не стихией, а преобразующей энергией) в своеобразном первобытном хаосе.

Но Плиний продолжает следующим образом: «Один раз в году, в день летнего солнцестояния, солнце у них восходит и один раз, в день зимнего солнцестояния, садится. Эта прекрасно расположенная страна с благоприятным климатом, не подверженная вредным ветрам». Этот текст как раз и лежит в основе укоренившейся легенды, согласно которой за полярным кругом вплоть до наших дней продолжает существовать особое место, нечто вроде затерянного во льдах оазиса с идеальным климатом, жители которого якобы сохранили первоначальное учение, а именно — тайну бессмертия. «Они живут в рощах и лесах, почитают богов порознь и сообща, им не знакомы раздоры и любые недуги. Умирают они только тогда, когда устают жить: после пира и устроенных в последние часы старости увеселений, они прыгают с какой-нибудь скалы в море; для них это самое лучшее место погребения».