Эта книга по твоей теме о языке птиц. Книга не художественная, не очень легка в прочтении, но в ней очень интересно даны трактовки истории со времен друидов до XIX в. Я ее скачала для себя и понемногу читаю... Вот тебе маленький отрывок из нее, чтобы было понятнее..
«Язык Птиц использовался в средние века философами, учеными, литераторами, дипломатами. Рыцари, принадлежавшие к тому или иному ордену, и рыцари странствующие, трубадуры и менестрели… общались между собой на языке богов, называемом также веселой наукой или веселым знанием, то есть на Языке Птиц. Он несет с собой дух и букву рыцарства, истинный характер которого раскрывают перед нами мистические шедевры Данте. Это был тайный язык кабальеро, кавалеров или шевалье, рыцарей. Посвященные и мудрецы античности знали его в совершенстве». И, наконец, на Языке Птиц написаны «… книги Франсуа Рабле и Сирано Бержерака; „Дон Кихот“ Сервантеса и „Путешествия Гулливера“ Свифта; „Сон Полифила“ Франческо Колонны; сказки Шарля Перро и т. д….».
(Фулканелли, «Дворцы философов»)
Клянусь стоящими в ряд,
И теми, что изгоняют, выталкивая,
И теми, что творят молитву…
Коран, XXXVII, 1-3

В легендах самых разных стран встречаются упоминания о загадочном наречии, именуемом «Языком Птиц»: название, очевидно, имеет символический характер, потому что значение, приписываемое владению этим языком, доступ к которому открывается лишь на самых высоких стадиях инициации, не предполагает возможности его буквального истолкования. В Коране, например, сказано: «И Сулейман был наследником Дауда, и он сказал: “О люди! Мы научены Языку Птиц (ullimna mantiqattayri) и наделены всеми знаниями“» (Коран, XXVII, 15). Можно вспомнить также и о Зигфриде, герое легенд северных народов, который, победив дракона, сразу же обретает способность понимать Язык Птиц. Упоминание об этой победе над драконом поможет нам легче понять те символы, к которым мы будем здесь обращаться. Действительно, победа над драконом всегда влечет за собой обретение бессмертия, которое, как правило, символизируется сокровищем, охранявшимся ранее поверженным чудовищем; обретение бессмертия равнозначно возвращению в центр области человеческого существования, то есть в ту точку, откуда оказывается возможным установить связь с высшими состояниями бытия. Здесь можно опять напомнить о евангельской притче, где именно в этом смысле сказано о «птицах небесных», сидящих на ветвях дерева, то есть Мирового Древа, символизирующего собой ось, проходящую через центр любого состояния существования и связывающего тем самым все эти состояния между собой. В средневековых иконах, изображающих рай, встречается древо, на ветвях которого сидят птицы, а подножие охраняется драконом. В исследовании Л. Шарбоннэ-Лессея «Бестиарий Христа» есть глава, посвященная символике «райских птиц», и там приводится изображение скульптуры, где эта птица представлена в виде головы с крыльями. Добавим, что именно так нередко и изображались ангелы.
Принято считать, что в приведенной выше в качестве эпиграфа цитате из Корана понятие «ec-caffat» в буквальном смысле обозначает собой птиц, а в символическом — ангелов (el-malaikah); таким образом, в первой строке этого стихотворения речь идет о небесных или духовных иерархиях. Слово «caft», «ряд» является одним из тех многих слов, к которым самые разные исследователи пытаются отнести происхождение таких понятий, как «cufi» (суфий) и «taczwwuf» (тассавуф). Хотя подобные попытки не совсем обоснованы с чисто филологической точки зрения, они, тем не менее, верно отражают одну из важнейших идей, действительно содержащихся в этих терминах, поскольку «небесные ряды», то есть духовные иерархии, в сущности тождественны ступеням инициации. Вторая строка стихотворения посвящена битве ангелов с демонами, небесных сил с силами ада, то есть противостоянию низших и высших состояний; в традиции индуизма этому соответствует война между дэвами и асурами, а также весьма похожая по своему символическому значению вражда между гарудами и нагами, то есть между птицами и змеями; гаруда может изображаться как в виде орла, так и в виде ибиса, аиста, цапли и других птиц, питающихся змеями, Следует отметить, что противопоставление символов птицы и змеи обосновано лишь в том случае, когда змея рассматривается исключительно в негативном аспекте; когда же речь идет о позитивном значении этого символа, змея нередко соединяется с птицей, как, например, в изображениях Кетцалькоатля в древних мексиканских традициях. По поводу соединения символов птицы и змеи было бы кстати вспомнить и евангельское изречение: «Будьте мудры, как змеи, и просты, как голуби» (Матфей, 10,16).
И, наконец, в третьей строке стихотворения речь идет об ангелах, творящих «зикр». что обычно истолковывается как бесконечное повторение стихов Корана, однако не той книги, которая написана на человеческом языке, а ее небесного аналога, начертанного на «охраняемых скрижалях» (el-lawhul-mahfuz), простирающихся, подобно библейской лестнице Иакова, от небес до земли, то есть на всех ступенях универсального существования. Сходным образом и в традиции индуизма встречается утверждение, что в битве с асурами дэвы обороняются (achhan dayan), распевая гимны Веды, и именно поэтому эти гимны называют «chhandas», то есть «рифма». Та же самая идея, между прочим, заключается и в слове «зикр», которое в исламском эзотеризме применяется к рифмованным формулам, которые точно соответствуют индуистским мантрам, потому что повторение служит цели гармонизировать различные начала человеческого существа и вызвать вибрации, благодаря резонансу которых в бесконечной иерархии состояний универсального существования оказывается возможным установить контакт с высшими из них, что, впрочем, всегда является основной задачей любого религиозного ритуала.