Это не очепятка! Это истинный (сокрытый) смысл разгульного  разврата, второе дно этого праздника. Я ни в коем случае не осуждаю. Да ну? Я то? Но об этом надо знать, только лишь и всего ...

 

День всех влюблённых, день святого Валентина,

День лихорадочной любви, по Луперкалиям из Рима.

Так что же там происходило?

В те, отдалённые теперь уже от наших, дни.

 

Здесь всё переплелось, и быль и небылица,

И миф и эротизма древнеримский фестиваль,

Но для начала мы представим драмы этой лица:

Конечно Lupa – блудница волчица,

И Фавн козлобородый, он же Луперк, он же Пан,

Вот Juno Februata –лихорадочной любви богиня,

Смеющийся Геласий первый – римский папа,

И прыгающий цезарь, Клавдий, но уже второй,

Ну и конечно же святой из Интерамны – Valentinus,

Ну и массовка; граждане и женщины из Рима.

 

С кого начать? Легенда противоречива.

С епископа из Рима? Или из Терни?

И сколько ж было Валентинов?

Священник римский, обезглавлен в третьем веке;

Епископ Интерамны, проповедник и целитель;

Он тоже был казнён; и мученик из Африка,

Была в империи провинция такая.

 

Расскажет Беда мартиролог об исцелённых чудом,

О таинстве венчания солдат, которым Клавдий

Запретил женитьбу;  о пытках; смерти  за Христа.

Но мы начнём сначала: с первого листа.

 

О чём поведает легенда нам?

Спасла волчица Ромула и Рема,

И Палатинский холм с пещерой Lupereal

Стал местом поклонения богам.

 

Там Фавн, рогатый небожитель,

Хранитель стад, гуляка, весельчак;

Ну и конечно оплодотворитель!

Да-да, по этой части он большой мастак.

 

И с незапамятных времён,

Народ пирует в Риме в эти дни,

Заточен нож жреца, откормлены козлы,

К закланью приготовлены они.

 

Вот в чаше жертвенника кровь козлов забитых,

И шкуры содраны, из них бичи должны быть свиты.

Два знатных юноши стоят перед жрецом,

(Их тоже два, но о втором потом),

Он лбов их окровавленным касается ножом,

А у второго шерсти клок в руке,

Он эту шерсть намочит в молоке,

И отирает кровь со лбов и лиц их;

Обряд окончен. Можно веселиться.

 

Ну тут уж нам придётся подивиться!

 

В котлах дымится мясо жертвенных козлов,

Столы полны вина, закусок и приправы,

И вот насытившись, и отошедши от столов,

Все с нетерпеньем ждут очередной забавы.

 

Холм Палатинский огибает Via Sacra;

Толпою женщины идут вокруг холма,

Навстречу им бегут жрецы-Луперки,

Одетые в чём мать их родила!

В руках бичи из шкур козлов забитых,

Бичами хлещут женщин встреч идущих,

И распаляясь наготой мужчин бегущих,

Они с себя рвут платья и мы видим,

Патриций и плебеек голых и орущих!

 

Наш праздник близится к развязке.

Большая урна среди площади стоит.

Записки, с именами, девочки-подростки

Бросают в урну. Жрец записки ворошит.

 

Ну, вот и для мужчин настал черёд!

Из урны каждый, с именем, записку достаёт,

И этих девочек  потом еб ...

Прошу прощения; пороли целый год.

 

- Так вот откуда куртизанки в Риме?!

А что же с нашим Валентином?

Который прыгающим цезарем казнён?

А после в ранг святого возведён,

Геласием, смеющимся и первым.

Дабы обряд развратный, похотливый,

Сменить на почитание святого, Валентина.

 

- Нуу, тут совсем уж непристойная картина,

Он сводник, педофил и сутенёр,

Бордель держал для проституток Рима.

За что и был казнён.

Его понтифик, в прошлом веке,

Буллою от святого сана отлучил.

 

- Да что вы говорите? Вот скотина!

 

- О Боже! Так про папу Рима?

 

- Ну что вы, право! Я, про Валентина.

 

1.Via Sacra - священная дорога, огибающая Палатинский холм.