Фантастические платья Сильви Факон

Сильви Факон — французский модельер и дизайнер, делающая свадебные и вечерние платья на заказ. Она живёт в небольшом городе Аррас на севере Франции и помимо основной работы занимается художественными платьями, больше похожими на полотна художников.

Дизайнер использует не только ткань - в ход идут различные подручные материалы. Одно из ее платьев, которое она назвала «Посвящение Аррасу», выполнено с помощью радужного кружева и жемчуга. Модельеру удалось передать даже мельчайшие жизненные подробности вроде горшков с цветами на окнах домов.

 

Источник →

Ключевые слова: блог, наряды, Стиль

Опубликовала тётушка Чарлей Роза д’Альвадорес , 04.03.2018 в 02:51

ИНСТИТУТ БЛАГОРОДНЫХ ДЕВИЦ. "И КАК ВАС РОДИТЕЛИ ОТДАВАЛИ В ЭТОТ КОНЦЛАГЕРЬ?!"

В Москве, недалеко от метро "Таганская", живет Долли Александровна Де-Лазари, несмотря на свои 96 лет сохранившая изумительную память и острый ум. Она, по всей видимости, последняя из живущих поныне бывших учащихся Института благородных девиц царской России.

Род Де-Лазари действительно благородный, аристократических итальянских кровей. Прапрадед Долли Александровны переехал из Италии в Россию в XVIII веке, а прадед уже воевал за Россию в Отечественную войну 1812 года. Военным был и ее отец - полковник царской армии Александр Николаевич Де-Лазари. Сама Долли Александровна появилась на свет Божий в 1904 году.

- Я родилась недоношенной, семи месяцев, - вспоминает Долли Александровна. - И потому была очень крохотной. Когда моя мама принесла меня домой, моя тетя удивленно воскликнула: "Это же не человек, а какая-то куколка!" Так меня и прозвали - Долли (по-английски), хотя крестили Александрой.

Евгения Кобылецкая-Де Лазари с дочерьми

Жило семейство Де-Лазари небогато. Отец имел квартиру в Гатчине и получал жалованье на военной службе, не имея побочных средств к существованию. Когда подошло время, и Долли, и ее младшую сестру Ниночку отдали в Петербургский институт благородных девиц ордена Святой Екатерины. Они были уже третьим поколением девочек и девушек семейства Де-Лазари, воспитывавшихся в этом институте.

Дело в том, что в свое время Институт благородных девиц - его звали Екатерининским - был создан на деньги племянницы князя Потемкина Браницкой. При поступлении в него большим преимуществом пользовались те девицы благородных фамилий, которые были связаны родственными узами с Потемкиными и Браницкими: Голицыны, Вяземские, Энгельгардты, Де-Лазари... 

Именно девушки этих семейств содержались на деньги из Фонда Браницкой, созданного специально для финансирования института. И, представьте себе, за почти вековую историю Екатерининского института этот капитал не истощился. А ведь стоимость обучения в год одной институтки обходилась 600 рублей золотом. Кроме того после окончания института каждая выпускница получала из Фонда Браницкой 2 тысячи целковых на приданое. 

Институт располагался в великолепном здании на Фонтанке. Когда сюда привозили "подготовишек", двери за ними захлопывались и они начинали привыкать жить здесь в режиме интерната. Дважды в неделю институткам разрешали видеться с родителями, но без выезда из института. Домой девочек отпускали лишь на каникулы - рождественские, пасхальные и летние.

- У нас был очень строгий институт, - рассказывает Долли Александровна. - Гораздо строже, чем Смольный. Нас, дочек высокородных семейств, держали в черном теле. 

Зимой температура в помещениях института была не выше 16 градусов. Нам было всегда прохладно. Но о том, чтобы на институтскую форму надевать какие-либо теплые вещи - об этом не могло быть и речи. На нас были одинаковые камлотовые платья с белыми фартучками и со шнуровкой на спине. На полуобнаженные руки мы надевали белые рукавчики. Эта привычка всегда носить белое обязывала нас к тому, чтобы быть опрятной.

На все семь лет института каждой девушке давался свой номер, под которым она должна искать свое белье после прачечной. Мой номер был 169. Спали, как в казарме: в одной большой спальной комнате - дортуаре - располагалось 30 коек. 

Рацион питания тоже мало чем отличался от армейского. Утром весь "личный состав" института - 600 воспитанниц - парами входили в нашу огромную столовую и, расположившись за столами, читали молитву перед едой. На завтрак подавали кусок масла, хлеб, ветчину, кусочек сыра, а также чай или какао. Да и дежурными, выполняющими всю работу по кухне, были сами учащиеся. 

Когда я рассказываю о нашем институте своим соседям по квартире, они в ужасе хватаются за голову: "И как вас родители отдавали в этот концлагерь?!" А ведь в то время это было одно из самых престижных учебных заведений. И я считаю, что воспитывали нас правильно.

Накануне приезда в институт вдовы императора Александра Третьего Марии Федоровны начальница выбрала 9-летнюю Долли для того, чтобы именно она читала приветственные стихи вдовствующей императрице. Как потом объяснила начальница ее маме: "Я выбрала вашу Долли из 600 воспитанниц за ее милую трогательность". 

Долли вызубрила наизусть стихотворение на французском языке, которое, кстати, помнит до сих пор. Но Мария Федоровна все не ехала и не ехала. В большом волнении прожила эти несколько дней детская душа. Три раза в день она должна была приходить к определенной наставнице для того, чтобы та ее причесывала и повторяла с ней стихотворение. Наконец, девочка не выдержала психического напряжения, пошла в церковь, поставила свечку и попросила Бога, чтобы послал ей болезнь. И она действительно тут же заболела. Краснухой. И когда приехала наконец Мария Федоровна, читать стихотворение пришлось дублерше.

Когда грянула война 1914 года, весь институт охватила волна патриотизма. Институтки демонстративно перестали посещать уроки немецкого языка. Все девушки кинулись вязать для солдатиков носки, шарфы, варежки, кисеты для махорки и отсылали посылки на фронт.

Отец, полковник Александр Де-Лазари, написал заявление на фронт в первый же день войны.

Мама, Евгения Иосифовна, изумительной красоты полячка, записалась в сестры милосердия, когда вдовствующая императрица Мария Федоровна обустроила в своем гатчинском дворце госпиталь для раненых. Нужно сказать, что туда же пошли сестрами почти все знатные гатчинские дамы.

- Сказать, что мы были преданы монархии до мозга костей, было бы не совсем верно. Мы были преданы России и самозабвенно любили свою Родину. Да, мы ежедневно молились за здравствующих членов царской фамилии и за почивших императоров. 

И в то же время мы ощущали себя жуткими демократками. Например, мы с сестрой каждые летние каникулы приезжали в имение наших близких родственников в Смоленской губернии. Там мы целыми днями играли с деревенскими ребятишками. А по воскресным дням я, Ниночка и две наших двоюродных сестры пели на четыре голоса всю литургию в деревенском храме. Крестьянские бабы после службы подходили к нам, целовали ручки и говорили: "Барышеньки вы наши золотые, вы ангелочки". Мне трудно представить, что потом эти же люди разграбили все имение...

Революция оборвала институток на половине образования. В России, по меткому выражению Ивана Бунина, начинались "окаянные" дни. В эти дни часть однокашниц Долли вместе со своими родителями, бежала в Европу (как, например, княгини сестры Шаховские). Многие из оставшихся были репрессированы, как Нина Энгельгардт, которая провела в лагерях 26 лет, где познакомилась с гениальным ученым Александром Чижевским и, по освобождении, вышла за него замуж.

23 февраля 1918 года отец Долли вступил во вновь создаваемую Красную армию, которой позарез в то время не хватало военных специалистов. Он сказал жене и дочкам: "Девочки, эта власть пришла всерьез и надолго. Идите за ней и не колеблитесь. И выбросьте из ваших голов романтизм Белой гвардии". 

Трудно сказать, что двигало в этот момент Александром Де-Лазари: желание обезопасить семью от неминуемых репрессий или искреннее желание послужить новой власти. Таким образом бывший полковник царской армии стал начальником штаба западного фронта Красной армии в Смоленске, а затем вместе с семьей переехал в Москву.

Здесь Долли поступила на работу - сначала корректором в типографию, а затем - секретарем-референтом к академику Колли. Знавала многих знаменитостей. Ее знакомили с Осипом Мандельштамом, который искал себе машинистку. Но стихи молодого поэта показались Долли бредом, и она отказалась.

В 30-х годах Долли стала заведующей экспериментально-сценической лабораторией МХАТа. Достаток, интересная работа, любимый муж... Знаменитый музыкант Вадим Борисовский, внук известного российского водочника Смирнова. Борисовского называли "альтист всея Руси". 

Но семейному счастью мешала острая тревога за родителей. Отца, к тому времени уже генерала Красной армии, пять раз арестовывали по самым невероятным обвинениям. Советская власть так и не могла простить Александру Де-Лазари его происхождение. Последний раз он оказался арестован на третий день войны по подложному обвинению как итальянский шпион и расстрелян в 42-м (реабилитирован в 1953-м).

- Моя мамочка была арестована вслед за отцом и выслана в Красноярский край, в самую глушь, за 30 километров от железной дороги, где можно было зарабатывать только валкой леса. Так как мама была очень верующим человеком, она это восприняла как свой крест, который она должна донести до конца. 

Выжила мама только благодаря тому, что я имела возможность высылать ей деньги. Освободилась она уже после войны с подорванным здоровьем и умерла в 1949 году. Казалось, репрессии власти по отношению к родителям уже обошли стороной и Долли. Но в начале 45-го ее увольняют из МХАТа.

Александра (Долли) Де Лазари

- Как мне объяснили по секрету, боялись, что я, как дочь врага народа, взорву правительственную ложу. С тех пор муж запретил мне работать. Вадим Васильевич работал 16 часов в сутки и, кроме концертной деятельности, являлся профессором Московской консерватории. Так что средств на жизнь нам хватало.

В 1953 году ее нашла в Москве однокашница по институту и родственница Нина Энгельгардт-Чижевская, недавно освободившаяся из лагерей. Подруги проговорили целый день... Воспоминания всколыхнули душу Долли Александровны, и вскоре она смогла найти нескольких своих институток. С тех пор они регулярно встречались, вспоминая свой институт как нечто самое светлое, что было в их жизни.

Долли Александровна просматривает альбом со старыми, пожелтевшими от времени фотографиями. Это все, что осталось от тех далеких лет. Одна за другой уходили в мир иной ее "милые девочки", институтки. На многие годы она пережила мужа. Три года назад умерла младшая сестра Нина. А память вновь и вновь возвращается к тем дням, когда скрипели прюнелевые ботинки на балу в Институте благородных девиц ордена Святой Екатерины.

Современная компьютерная обработка исторических снимков
http://p-i-f.livejournal.com/6158074.html
http://www.pravoslavie.ru/rusdom/200107/21.htm
http://supotnitskiy.ru/book/book5_ob_avtore2.htm

Опубликовал Дегустатор Жизни , 17.09.2014 в 10:44

«Телевизор насилует зрителей»: Мария Кожевникова высказалась о федеральных каналах

Актриса раскритиковала федеральные каналы, сообщают Новости в Мире

Несколько часов назад на личной странице «Инстаграма» известной благодаря сериалу «Универ» Марии Кожевниковой появился пост, посвященный недавним предвыборным дебатам, в ходе которых представитель ЛДПР Владимир Жириновский неоднократно оскорбил своего оппонента, кандидата от «Гражданской инициативы» Ксению Собчак.

«Вы не заметили, что федеральные каналы решили » изнасиловать' своих зрителей?! Причем настолько цинично и много раз, что уже даже сама история меркнет по сравнению с тем, что «творит» наше ТВ" (здесь и далее орфография и пунктуация автора сохранены, — прим. Womanhit.ru), — возмутилась актриса. «Теперь телевизор показывает кого угодно, главное, чтобы рейтинги были!!! А рейтинги будут и тут надо признать, что вина лежит не только на руководителях и редакторов каналов, но и на нас, потому как мозг на негатив реагирует ярче и быстрее!» — подчеркнула она.

Напомним, что зимой 2011 года Кожевникова была избрана депутатом Госдумы от партии «Единая Россия». Также артистка является одним из инициаторов законопроекта «О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации по вопросам защиты интеллектуальных прав в информационно-телекоммуникационных сетях», ограничивающего пользователей и сайты в использовании материалов, нарушающих авторские права.

 

 

Источник

Ключевые слова: кино и тв, Мария Кожевникова, наши звезды

Опубликовано 04.03.2018 в 10:01

Таль Александр Яковлевич фон (1840-1911)

генерал от кавалерии, герой русско-турецкой войны 1877—1878 годов.

 

Родился 18 июля 1840 года, происходил из дворян Херсонской губернии. Образование получил во 2-й Санкт-Петербургской гимназии, после чего поступил в Михайловское артиллерийское училище, из которого выпущен 6 декабря 1856 года.

16 июля 1859 года произведён в прапорщики и зачислен в Михайловскую артиллерийскую академию, 14 сентября 1860 года произведён в подпоручики. Из академии выпущен 5 августа 1861 года во 2-ю батарею гвардейской конно-артиллерийской бригады с переименованием в прапорщики гвардии и проходил службу на Сестрорецком оружейном заводе, 30 августа вновь получил чин подпоручика.

В 1863—1864 годах Таль принимал участие в подавлении восстания в Польше.

Произведённый 5 апреля 1866 года в поручики Таль поступил в Николаевскую академию Генерального штаба, из которой выпущен по 2-му разряду 31 марта 1868 года с чином штабс-капитана.

В 1877—1878 годах Таль принимал участие в военных действиях против турок на Балканах, состоял в отряде генерал-майора Клодта и 5 мая 1878 года был награждён орденом св. Георгия 4-й степени.

В воздаяние за отличие, оказанное во время сражения, 21 Декабря 1877 года, под Горным-Бугаровым, находясь в продолжение 4-х часов под жестоким огнем неприятеля, успешным действием своей батареи, заставил замолчать и сняться с позиции втрое сильнейшую неприятельскую артиллерию, а за тем убийственным огнем своих орудий обратил в бегство атаковавшую наши позиции турецкую пехоту.

За другие отличия во время этой кампании Таль был награждён орденом св. Владимира 4-й степени с мечами и бантом и получил золотую шашку с надписью «За храбрость». 28 декабря 1878 года он был назначен флигель-адъютантом.

21 сентября 1884 года Таль был назначен командиром 15-го драгунского Александрийского полка, а 9 декабря 1887 года получил в командование лейб-гвардии Кирасирский Его Величества полк, 30 августа 1888 года произведён в генерал-майоры.

 

На фото: Комстадиус Николай Николаевич с детьми, отчимом А. Я. фон Талем и гувернанткой М. Перкинс. Зима. 1907 г. Царское Село

 

 

 

Георгий Александрович фон Таль (1884-?), сын А.Я. фон Таля, второго мужа Софьи Николаевны Комстадиус, корнет лейб-гвардии Гусарского Его Императорского Величества полка в 1916 г. — подполковник, адъютант дворцового коменданта В.Н.Воейкова.

 

Скончался Александрович Яковлевич фон Таль 16 октября 1911 года в Царском Селе, похоронен в Санкт-Петербурге на Волковом лютеранском кладбище. На его похороны полк целиком ходил в конном строю в Петербург. Это было замечено в Петербурге, так как генерала похоронили в мундире Гвардейской Конной Артиллерии и полагался дивизион от первой бригады, — а провожал его весь полк, по ходатайству полка, а не по приказу.

 

Источники:

1. Александр Яковлевич фон Таль в Википедии
2. Царскосельский некрополь / Под ред. Давыдовой Н.А., Груздевой Г.Ф. СПб.: Серебряный век, 2014 — 280 с, ил.
3. материалы tsarselo.ruhttp://tsarselo.ru/yenciklopedija-carskogo-sela/is...jakovlevich-fon-1840-1911.html

Что будет, если не бриться год? 28-летняя девушка решила это проверить на себе. И как вам?

Жительница Польши Соня Цитровска решила провести собственный эксперимент - в течение года она не удаляла волосы со всего тела. Результатами девушка поделилась в своём Instagram-аккаунте. Как признаётся замужняя Соня, сначала её супруг был не в восторге от эксперимента, а теперь поддерживает её "натуральность".

Еще в подростковом возрасте Соня поняла, что принятые в обществе "стандарты красоты" только вселяют женщинам неуверенность в себе. В какой-то момент она решила, что современное общество давит на девушек, навязывая им то, что они должны быть "гладкими".

Когда год назад девушка взялась за свой эксперимент, она полностью отказалась от бритвы, и пока еще не возвращалась к ней. Супруг Сони активно поддерживает её, однако сначала эта идея показалась ему странной - ему потребовалось время, чтобы привыкнуть к изменениям.

Своим примером Соня хочет вдохновить женщин не следовать стандартам красоты, которые навязывает общество: "Я надеюсь, что мои фотографии покажут другим женщинам, что волосы на теле - это нормально и даже красиво".

Эксперимент Сони оказался очень популярным среди женщин. "Я решила не бриться, потому что я считаю себя красивой, и мне так комфортно, - пишет Соня. - Я получаю много сообщений от женщин, находящихся в похожей ситуации. Я всегда поддерживаю их".

ссылка

Ув. комментаторы, настоятельно рекомендую придерживаться предложенной темы обсуждения, ибо весь оффтоп будет из каментов удаляться по мере его появления. Оффтопите?Потом не спрашивайте - а где мой камент типо, ясно?

Белка

Ключевые слова: блог, Красота, страсти

Опубликовала Белка Затейница (Шелл) , 03.03.2018 в 00:53

 

Тюремные нравы... Смольного института

Начальницу заведения княжну Ливен обвинили в том, что она поощряет систему угодничества и всепослушания

Смольный институт благородных девиц обычно воспринимается сегодня с ностальгией по «блистательному Санкт-Петербургу» как закрытое учебное заведение с практически безупречной репутацией. Между тем век назад петербуржцам представала совсем иная картина: странные события, происходившие в Смольном институте, давали повод говорить о царивших там деспотических нравах и порядках.

Детская шалость или?..

Поводом к таким разговорам послужила трагедия, случившаяся в Смольном институте в середине апреля 1913 года: две воспитанницы выпали с третьего этажа во двор. Одна выжила, другая разбилась насмерть. По официальной версии, трагедия стала следствием недосмотра администрации: «две воспитанницы увлеклись своей шалостью настолько, что очутились на полураскрытом окне и, сильно облокотившись на стекло, раздавили его и обе вместе рухнули вниз с высоты третьего этажа».

Правда, вскоре выяснилось, что в этой истории все шито белыми нитками. Достаточно сказать, что трагическая «детская шалость» случилась почему-то глубокой ночью. Стало ясно, что администрация Смольного института во главе с его начальницей светлейшей княжной Ливен тщательно скрывала подробности этого происшествия. Дотошные газетчики все-таки пронюхали, в чем было дело. Оказалось, что падение двух воспитанниц из окна не было случайностью.

«Кулуары женского аристократического учебного заведения с его режимом и патриархальными началами создали такую атмосферу, которую не вынесли две юные девочки», - утверждалось в одной из влиятельных городских газет. Обе смолянки учились в институте уже четвертый год, и трагедия назревала долго.

Погибшая 14-летняя Надежда Кондаурова, дочь полковника, давно тяготилась обстановкой и режимом институтской жизни. Еще перед рождественскими каникулами ее «уловили» с недозволенными к чтению книгами. Они не были «преступного» содержания, но и не входили в программу института. Еще несколько подобных «выходок» - и Кондаурова оказалась на плохом счету у администрации. В результате при 12-балльной системе отметок ей поставили два балла за поведение.

Кондаурова стала писать жалобные письма домой. В Петербурге у нее были мать, братья и сестры, старшие из которых тоже были воспитанницами-смолянками. Она умоляла, упрашивала забрать ее домой, но не встретила поддержки у родных. Сочувствие она нашла лишь у своей подруги Ольги Савинковой, которая происходила из зажиточной дворянской семьи.

В три часа ночи 13 апреля, когда все смолянки спали, Кондаурова и Савинкова решили исполнить задуманное. Потом уже говорили, что девушки хотели бежать из института и утопиться в Неве, но когда попытку их бегства раскрыли, вылетели из окна. Как бы то ни было, Кондаурова закрылась простыней и бросилась вниз из окна. За ней последовала ее подруга...

Прессу в Смольный не пускали

Когда стало понятно, что администрация Смольного института скрывает происходящее и всеми силами препятствует огласке, по Петербургу поползли самые разные слухи. Главным образом обвиняли внутренние распорядки институтской жизни, установленные тогдашней начальницей  княжной Ливен. Поговаривали, что в институте развилась система угодничества и всепослушания, в ученицах воспитывают чувство лести, а порядки угнетают не только воспитанниц, но и педагогов. Некоторых уже уволили за «вольный нрав».

Ходили слухи, что начальница института высокомерно обращается с педагогами, что в институте процветает принцип служения слову, а не делу. Будто бы смолянок зачастую наказывают не за серьезные проступки, а за самые невинные проявления живого характера.

В самом Смольном институте публикации о царящих там нравах называли наглой ложью. Представителей прессы вообще не пускали за порог института. Впрочем, некоторые считали, что дело не только в смольнинских порядках, поскольку демонстративные самоубийства среди молодежи стали, без преувеличения, настоящим «веянием времени». А законоучитель и духовник Смольного института священник Егоров и вовсе объяснял поступок Кондауровой ее «ненормальностью». «Она была нервной, экзальтированной натурой, - заявлял он, - часто беседовала со мной и говорила, что она «скверная, не годная для жизни». Она была талантлива, и развитие ее шло выше окружающих. Вечное искание чего-то лучшего».

Свободу пленницам!

Через три дня после трагедии Надежду Кондаурову похоронили на Никольском кладбище Александро-Невской лавры. Среди провожавших ее в последний путь было немало офицеров гвардейских полков, а также бывших смолянок. Воспитанниц, учившихся вместе с Кондауровой, не было: администрация просто не разрешила им появляться здесь, опасаясь «массового психоза».

Между тем разоблачения порядков, царивших в институте, продолжались. Дошло до того, что Смольный институт во всеуслышание обозвали «школой самоубийц». Оказалось, что только в 1906/1907 учебном году пять смолянок покушались на самоубийство.

«В женских институтах для того, чтобы пересоздать женщину если не в цветок, то в говорящую (по-французски) куклу, применяется особый режим, который весьма близко напоминает тюремный, - возмущался газетчик «Петербургского листка». - Результаты известны... Теперь, когда повеяло свежим воздухом, здоровым, впечатлительным, чутким, увлекающимся девушкам стало еще тяжелее переносить затхлую атмосферу институтской тюрьмы. И они бросаются из окон... Не лучше ли вместо того, чтобы закрывать институтские окна железными решетками, широко открыть двери институтов? И выпустить на волю всех институтских пленниц»...

Сергей Глезеров

Фото из Центрального государственного архива кинофотофонодокументов Санкт-Петербургаhttp://www.smena.ru/news/2007/03/26/10444/

Ливен Елена Александровна

• 19 фев, 2014 в 20:08

helwdis

Елена Александровна Ливен — русская княжна, камер-фрейлина, начальница Московского Елизаветинского института благородных девиц до 1894 года и Смольного института благородных девиц в 1895—1917 годах. Правнучка светлейшей княгини Ш. К. Ливен, воспитательницы детей императора Павла I, так что педагогические традиции в семье насчитывают более столетия.

Светлейшие князья Ливен всегда были близки к императорской фамилии, так же, как их близкие друзья и свойственники Бенкендорфы. Двоюродный дед Елены Александровны, Христофор Андреевич Ливен, был женат на Доротее (Дарье) фон Бенкендорф, знаменитой красавице прошлого века, блиставшей при многих (практически всех, имеющих хоть какое-то политическое значение) дворах Европы.  Она умерла, когда Елене исполнилось 14 лет.

Елена Ливен получила домашнее образование, причем в числе ее учителей были профессора Московского Университета, а так же один из будущих министров народного просвещения.

В семье было восемь детей, и, когда ее мать умерла, на 25-летнюю Елену Александровну легли заботы о воспитании и образовании младших сестёр, заботы по домашнему хозяйству и имению. После завершения образования младших сестёр, княжна Елена в течение 9 лет занималась в московской пересыльной тюрьме. Она читала заключенным книги соответственного содержания, зимой устраивала школу и вела в ней занятия.

В 1880 году умер и отец, оставив дочерям по небольшому состоянию, около 10 000 рублей каждой. Елена Александровна, не вышедшая замуж, должна была искать заработка. Она обратилась к императрице Марии Александровне, фрейлиной которой она была, с просьбой дать ей работу.
В 1880 году княжна Ливен была назначена начальницей Малолетнего отделения Московского Сиротского Института императора Николая I. Туда принимались не только сироты девочки, но и мальчики, преимущественно дети офицеров. Княжна Ливен считала, что Малолетние Отделение должно заменить сиротам родной дом, дать ласку, которую они могли бы иметь в семье. Позже Елена Александровна исполняла обязанности начальницы Московского Елизаветинского института.
Вскоре императрица Мария Фёдоровна на смену ушедшей М. П. Новосильцевой, избрала новую начальницу Смольного института, её выбор пал на светлейшую княжну Ливен.
5 января 1895 года[4] Елена Александровна приступила к своим новым обязанностям. Вступив в должность, первым делом она дала воспитанницам полную свободу при их прогулках в саду, отменив прогулки парами. Изменила характер распределения помещений в Смольном и улучшила гигиеническую обстановку в институте. Учебная программа Смольного была реформирована: сокращены программы по некоторым предметам, чтобы не перегружать воспитанниц, но зато в особом почете были рукоделие, гимнастика, подвижные игры на воздухе. В 1909 году во всех помещениях Смольного было проведено электричество.
По инициативе княжны Ливен в 1898 году было создано Общество вспомоществования бывшим воспитанницам Императорского Воспитательного Общества благородных девиц. Его задачей было оказание материальной и нравственной поддержки нуждающимся воспитанницам института при выходи их из заведения. Благодаря заботам княжны Ливен и членов общество, деятельность его быстро развивалась. В 1908 году, по мысли княжны Ливен, было начато строительство на выделенном участке из Адлербергского сквера собственного каменного дома для Общества бывших смолянок.
Царственные особы высоко ценили заслуги княжны Ливен, она была пожалована камер-фрейлиной императрицы Александры Фёдоровны и кавалерственной дамой ордена Святой Екатерины. В 1914 году, в год 150-летия Смольного института, княжна Ливен была награждена настольным портретом императрицы Марии Фёдоровны, усыпанный бриллиантами.

Она, как и все Ливены, крупного роста, светловолосая, с синими глазами. Её нельзя назвать красивой, а ей уже перевалило за пятьдесят  и у ней начинала сказываться общая в её семье склонность к полноте. Она в настоящем и хорошем смысле слова - «grande dame».

Чувство доброты уживается в ней  у ней с чувством долга, в отношении к которому она одинаково требовательна как к другим, так и к самой себе. Но особенно силен у неё такт — результат её настоящего светского воспитания и близости ко двору. Моральное чувство у неё развито чрезвычайно, и в отношении его она за всю долгую жизнь никогда не погрешила.

Следуя заветам своего отца, она предана своему государю и монархистка не только умом, но и сердцем.

Прекрасно зная четыре языка — русский, французский, немецкий и английский — она много читает, а умение её окружать себя просвещенными и культурными людьми, которые ценят её общество, сделало из неё образованную женщину.https://smolny.livejournal.com/33764.html

Новосильцева, Мария Петровна

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 1 января 2017; проверки требуют 2 правки.

Перейти к: навигация, поиск

В Википедии есть статьи о других людях с фамилиями Новосильцева и Кожина.

Мария Петровна Новосильцева
Художник П.П.Заболотский, 1902 год
Имя при рождении	Кожина
Дата рождения:	ок.1830
Дата смерти:	9 октября 1910
Страна:	Российская империя
Род деятельности:	начальница Смольного института благородных девиц
Место работы:	Смольный институт благородных девиц
Награды и премии:
Отец:	Петр Артамонович Кожин (1800—1864)
Мать:	Наталья Ивановна Новикова (1807—3.11.1836)
Супруг:	Ивана Николаевич Новосильцев (1823—1870)
Дети:	сын Николай

Мария Петровна Новосильцева (урождённая Кожина) (ок.1830—9 октября 1910) — сестра милосердия; начальница Смольного института благородных девиц в 1886—1894 годах; кавалерственная дама ордена Св. Екатерины меньшего креста.

Содержание

• 1 Биография
• 2 Сестра милосердия
• 3 Начальница Смольного института
• 4 Дети
• 5 Примечания

Биография[править | править код]

Родилась в семье полковника Кавалергардского полка Петра Артамоновича Кожина, выйдя в отставку в звании генерал-майора, он был предводителем дворянства Порховского уезда. Дед Марии, отставной полковник Артамон Осипович Кожин был богатым помещиком, обладателем нескольких имений, а также известным в Порховском уезде предпринимателем, ему принадлежали парусиновая фабрика и винный завод[1]; он был женат на Вере Васильевне Лопухиной[2], родной сестре светлейшего князя П. В. Лопухина.

Марии было шесть лет, когда умерла её мать. Вместе с сестрой Екатериной (в замужестве Лашкарева), она выросла в имении отца в селе Алешкино Коломенского уезда Московской губернии и получила домашнее образование.

12 ноября 1848 года вышла замуж за Ивана Николаевича Новосильцева (1825—1870), служившего сначала в кирасирском полку Её Величества, а затем в лейб-гусарском полку. Он был сыном статс-секретаря императрицы Марии Федоровны, члена попечительского совета в Воспитательном обществе благородных девиц Н. П. Новосильцева (1789—1856) и графини Е. И. Апраксиной; старшая сестра его Екатерина, была замужем за Э. Д. Нарышкиным, незаконным сыном Александра I.

В 1870 году Мария Петровна овдовела и поселилась в своём имении Княжьи Горки Псковской области, которое досталось ей от родного дяди Г. А. Кожина.

Сестра милосердия[править | править код]

Во время Русско-турецкой войны Новосильцева поступила сестрой милосердия в Свято-Троицкую общину, с которой отправилась на войну, и сопровождала поезда с ранеными из г. Яссы в разные города России. Их отряд, возглавляемый Елизаветой Алексеевной Кублицкой, включал 11 сестер милосердия и 9 дам, среди которых была и хорошо известная баронесса Ю. П. Вревская.

Все сестры общины, участвовавшие в Русско-Турецкой войне, за свой героический труд были награждены медалями и знаками Красного Креста[3].

Начальница Смольного института[править | править код]

Иван Новосильцев на портрете С. К. Зарянко

Своей самоотверженной неутомимой, исполненной сердечной заботливостью о раненых и больных деятельность во время турецкой компании Новосильцева была лично известна Цесаревне Марии Фёдоровне. Когда в 1886 году в Смольном институте из-за отставки О. А. Томиловой, освободилась должность начальницы, императрица избрала на эту должность М. П. Новосильцеву.

Должность начальницы М. П. Новосильцева занимала до 1894 года. При ней жизнь Смольного института протекала без особых изменений: Новосильцева не стремилась, к каким либо преобразованиям и нововведениям, ценя и уважая заведение, она управляла им в духе его традиций. Отсутствие педагогического опыта затрудняло работу Новосильцевой, она выполняла её, однако, с чрезвычайной добросовестностью и большой энергией.

Новосильцева любила воспитанниц, относилась к ним с добротой. Особую заботу и ласку она проявляла по отношению к больным воспитанницам. Она ежедневно посещала лазарет и много сделала для улучшения ухода за больными. Она сама ухаживала за тяжелобольными воспитанницами, дежурила ночами у их постели. В хозяйственных и финансовых вопросах Новосильцева принимала мало участия, её тяготила ответственность начальницы по этим вопросам, необходимость подписывать счета и контракты.

Императрица Мария Фёдоровна неоднократно выражала Новосильцевой знаки своего удовольствия по поводу её деятельности в качестве начальницы. В 1889 году она была удостоена ценного подарка, таким же знаком была награждена в 1892 году. В 1894 году была пожалована орденом Св. Екатерины меньшего креста[4].

Сын Николай с супругой

В конце 1894 года Новосильцева по болезни оставила Смольный институт. При её уходе, императрица пожелала, чтобы в Воспитательном Обществе имелся портрет Новосильцевой. Согласно воле императрицы, Новосильцева в 1895 году прислала в Смольный свою фотографию, а 1902 году — портрет, написанный Заболотским. Скончалась Мария Петровна Новосильцева 9 октября 1910 года.

Дети[править | править код]

В браке имела одного сына:

• Николай Иванович (09.08.1849—05.11.1916), егермейстер, в 1895—1904 годах предводитель Псковского дворянства; был женат с 1886 года на княжне Елизавете Дмитриевне Оболенской (1854—1926), дочери князя Д. А. Оболенского; её сестра Мария (1864—1946) была замужем за князем А. Г. Гагариным.

Примечания[править | править код]

1. ↑ Имение Княжьи Горки
2. ↑ Лопухины, родословная роспись.
3. ↑ Свято-Троицкая община сестер милосердия
4. ↑ Императорское воспитательное общество благородных девиц 1764—1914. Т.2. — Петроград, 1915. — 662 с

Начальницы Смольного института благородных девиц
А. С. Долгорукая (1764) С. И. де Лафон (1764—1797) Е. А. Пальменбах (1797—1802) Ю. Ф. Адлерберг (1802—1839) М. П. Леонтьева (1839—1875) О. А. Томилова (1875—1886) М. П. Новосильцева (1885—1896) Е. А. Ливен (1895—1917)

Источник — «https://ru.wikipedia.org/w/index.php?title=Новосил...ия_Петровна&oldid=91089476»

Категории:

• Умершие 9 октября
• Умершие в 1910 году
• Кавалерственные дамы ордена Святой Екатерины
• Начальницы Смольного института благородных девиц
• Новосильцевы
• Женщины в войнах
• Участники Русско-турецкой войны (1877—1878)
• Сёстры милосердия Российской империи
• Персоналии по алфавиту

Леонтьева, Мария Павловна

Леонтьева Мария Павловна
Имя при рождении:	Шипова
Роддеятельности:	начальница Смольного института благородных девиц
Дата рождения:	24 марта (4 апреля) 1792
Место рождения:	Костромская губерния
Подданство:	Российская империя
Дата смерти:	18 (30) мая 1874 (82 года)
Место смерти:	Санкт-Петербург
Отец:	Павел Антонович Шипов (1759—1844)
Мать:	Елизавета Сергеевна Шулепникова (ум.1808)
Супруг:	Николай Николаевич Леонтьев (1772—1827)
Дети:	сын Владимир
Награды и премии:

Мария Павловна Леонтьева (урождённая
Шипова) (1792—1874)— начальница Смольного института благородных девиц в 1839—1875 годах, статс-дама российского императорского двора.

Содержание

• 1 Биография
  • 1.1 Молодые годы
  • 1.2 Замужество
  • 1.3 Начальница Смольного института
  • 1.4 Последние годы
• 2 Дети и внуки
• 3 Примечания
• 4 Литература

Биография
Молодые годы

Родилась в имении Бельково Солигаличского уезда Костромской губернии 24марта (4апреля)1792 года, в семье надворного советника Павла Антоновича Шипова и Елизаветы Сергеевны (урождённой Щулепниковой). Мария была вторым ребёнком и старшей дочерью в семье. У неё было пять братьев и три сестры: Сергей (1790—1876), Иван (1793—1845), Надежда (1795—1877), Елизавета (1796—1883), Александр (1800—1878), Домна (1802—1862), Дмитрий (1805—1882), Николай (1806—1887).

До восьми лет Мария росла в кругу семьи под надзором матери, которая была женщиной умной, образованной и религиозной, она развила в детях религиозные чувства и учила их молитвам. Она смогла дать им хорошее первоначальное образование. Уже в семь лет Мария знала русский и французский язык, обладала некоторыми знаниями в научных предметах, занималась музыкой и рисованием.

В январе 1800 года Мария была определена в число воспитанниц Смольного института благородных девиц, окончила курс с отличием в 1809 году и получила 3-й шифр. Вскоре после выпуска она была назначена фрейлиной к великой княгине Екатерине Павловне, которая вместе с мужем принцем Ольденбургским отправилась в Тверь, где формировалось ополчение. Там 18-летняя фрейлина Шипова познакомилась с работавшим на постройке Тихвинского канала 38-летним генерал-майором Николаем Николаевичем Леонтьевым, первая жена которого, Софья Ивановна, урождённая Крок (1776—1810), тётка декабриста П.И.Пестеля, умерла, оставив троих сыновей. Замужество

Свадьба состоялась 29 апреля 1810 года в Твери. Вскоре работы по проведению Тихвинского канала были окончены и генерал Леонтьев вышел в отставку. Супруги жили имениях генерала: то в Рыскине (в Пензенской губернии), то в Сумино (в Петербургской губернии).

Воспитание детей, музыка, живопись, изучение английского языка и чтение наполняли жизнь Марии Павловны. Так как у её малолетних пасынков и сына Владимира были учителя и гувернеры, то, она взяла к себе на воспитание двух младших своих братьев. В 1827 году Мария Павловна овдовела и переселилась в Петербург. Начальница Смольного института
Мария Павловна Шипова на акварели В. И. Гау, 1840-е.

В 1838 году она была назначена гофмейстериной двора великой княгини Марии Николаевны. В день её свадьбы Леонтьева получила от императора Николая I великолепный браслет. В этой должности она пробыла недолго.

В это время начальница Смольного института Ю.Ф.Адлерберг, желая подготовить себе преемницу, обратилась к императрице с просьбой назначить себе помощницу. Выбор пал на Леонтьеву. Помощницей Мария Павловна пробыла один год, когда Адлерберг скончалась, 21 сентября 1839 года последовало Высочайшее повеление о назначении начальницей Смольного института, с окладом в 6000 рублей, М.П.Леонтьевой; а 23 ноября 1839 года она получила малый крест ордена Святой Екатерины.

С этого времени началась её самостоятельная деятельность. Мария Павловна вставала между 6 и 7 утра, обходила все дортуары, бывала в столовой, ещё до начала уроков, принимала доклады служащих, просматривала списки больных воспитанниц, отчеты классных дам о поведении воспитанниц, делала свои замечания. Она была настолько поглощена свое работой, что даже, уезжая летом на две недели в отпуск, возвращалась раньше срока. Особое внимание Леонтьева обращала на воспитательскую часть, она заботилась об усвоении воспитанницами иностранных языков и музыки.

На период правления Леонтьевой пришлась учебная реформа, произведенная в Смольном Ушинским. Он убрал сословное разделение, ввел практику преподавание предметов на русском языке, воспитанницы получили право проводить каникулы и праздники у родителей. Все эти нововведения, изменившие склад жизни Смольного, не соответствовали убеждениям Леонтьевой. Она обвинила Ушинского в вольнодумстве, а институтский священник написал на него донос. Конфликт между ними привел к публичным обвинениям друг друга в присутствии императрицы Марии Александровны. Инцидент дорого стоил обоим: у Ушинского усилилось кровохарканье, у 70-летней Леонтьевой случился нервный срыв. Все это привело к отставке Ушинского, уже позже Леонтьева отзывалась о нем как об умном, но гордом человеке.

В 1863 году было торжественно отпраздновано двадцать пять лет деятельности Леонтьевой, от императрицы она получила второй золотой браслет — с бриллиантовым вензелем; 5 мая 1864 года была пожалована в статс-дамы.

Е.Н.Водовозова в своих воспоминаниях писала о Леонтьевой следующее:

Она действительно была немаловажною особой: начальница старейшего и самого большого из всех институтов России, она и помимо этого имела большое значение по своей прежней придворной службе, а также и вследствие покровительства, оказываемого ей последовательно тремя государынями; она имела право вести переписку с их величествами и при желании получать у них аудиенцию. К тому же Леонтьева имела огромные связи не только при нескольких царственных дворах, но и вела знакомство с высокопоставленными лицами светского и духовного звания. Своего значения она никогда не забывала: этому сильно помогали огромное население двух институтов и большой штат классных дам и всевозможных служащих той и другой половины Смольного, которые раболепно пресмыкались перед нею.

Последние годы

В мае 1870 года Леонтьева сильно простудилась при освящении прачечной в холодный ветреный день и заболела серьёзно, но почти не лечилась. Уступая настоянием друзей, она пригласила С.П.Боткина, который, осмотрев её, прописал ей лекарство, не понравившееся ей потому, что в составе его входил опиум, и она просила институтского врача, доктора Зандера, вычеркнуть из рецепта наркотическое средство. После лечения ей стало лучше, но прежние силы не могли вернуться.

Заботясь о дальнейшей судьбе Смольного института, Леонтьева приготовила себе преемницу, подобно тому, как она сама подготовлялась к своей должности под руководством Ю.Ф.Адлерберг. Она ходатайствовала за назначение О.А.Томиловой, которую помнила, как одну из блестящих учениц выпуска 1839 года. В январе 1873 года О.А.Томилова была утверждена в должности помощницы.

18(20)мая1874 года М.П.Леонтьева скончалась внезапно, без всяких страданий, ещё накануне кончины, она принимала экзамены, а в день смерти рапорты и доклады. После, из отчетных книг, было выяснено, что начальница, в течение всей своей 36-летний службы, не требовала никаких расходов лично для себя. В её письменном столе нашлось только 50 рублей; по ходатайству члена Совета по хозяйственной части А.Г.Евреинова расходы по случаю похорон Леонтьевой казна взяла на себя. Она была похоронена в петербургском Новодевичьем монастыре. Дневниковая запись профессора Никитенко о похоронах М. В. Леонтьевой 22 мая 1874 года, среда
Похороны начальницы Смольного монастыря, Марии Павловны Леонтьевой. Обедня и отпевание происходили в церкви заведения. Собрание было чрезвычайно многолюдное и состояло большею частью из девиц и дам всех выпусков, которыми начальствовала покойная. Служил митрополит Исидор с двумя архиереями и множеством священников. Все было величественно и торжественно. Присутствовавшие, особенно питомицы заведения, оказали много сочувствия и любви к усопшей, которая действительно и заслуживала этого своею добротой и заботливостью о детях. Вообще она была женщина умная и благородных свойств, хотя и отличалась некоторою странностью манер и, может быть, излишним пристрастием к формам. Но царедворческого в ней ничего не было. Со мною во все время моей службы в заведении она была чрезвычайно дружелюбна, внимательна и ласкова. Она любила литературу и умела ценить умственные достоинства. Ей было 85 лет. Она умерла тихо и спокойно, как бы погрузившись незаметно в вечный сон. За несколько часов до смерти она, несмотря на слабость сил, принимала ещё участие в делах заведения. Дети и внуки

В браке Мария Павловна Леонтьева имела сына Владимира (11.10.1812— 18..), который с 1828 года служил в гвардейском экипаже юнкером, на корабле плавал в Балтийском море, с 1830 года мичман, на фрегате Княгиня Лович плавал в греческих водах, с 1833 года в отставке для определения к статским делам, действительный статский советник, камергер двора. Был женат на дочери сенатора Софье Константиновне Ховен, их дети:

• Владимир Владимирович (04.04.1853 — 21.06.1864), восприемниками были императрица Александра Фёдоровна и принц П.Г.Ольденбургский.
• Мария Владимировна (10.6.1857—?), восприемниками были императрица Александра Фёдоровна и император Александр II.

Литература

• Леонтьева, Марья Павловна Русский биографический словарь: в 25 томах.— СПб.—М., 1896—1918.
• Гиргас Л. Ф. Статс-дама Мария Павловна Леонтьева. — Киев, 1895. — 71 с.

Начальницы Смольного института благородных девиц
А. С. Долгорукая(1764) С. И. де Лафон(1764—1797) Е. А. Пальменбах(1797—1802) Ю. Ф. Адлерберг(1802—1839) М. П. Леонтьева(1839—1875) О. А. Томилова(1875—1886) М. П. Новосильцева(1885—1896) Е. А. Ливен(1895—1917)

https://ru.wikipedia.org/wiki/Леонтьева,_Мария_Павловнаhttp://facenews.in.ua/novosti-ukrainy/item/5133-1453991987

Вокруг площади Труда

Ксениинский институт благородных девиц

31.01.2011 раздел: Прогулки по Санкт-Петербургу 0 комментариев

После смерти Николая Николаевича его сыновья — наследники, запутавшись в долгах, продали отцовский дворец в казну. 25 июля 1894 года последовал царский указ: в ознаменование бракосочетания великой княгини Ксении (дочери Александра ) учреждался Ксениинский институт благородных девиц, ему передавался бывший Николаевский дворец.
В том же 1894 году началось приспособление дворцовых помещений к потребностям института: конюшню перестроили в столовую, манеж — в спальные комнаты, в первом этаже дворца разместились канцелярия и квартиры начальницы, настоятеля церкви, тридцати должностных дам и других служащих. Бельэтаж был отведен для учебных классов, в том числе рисовальных, рукоделия, гимнастического. Здесь же был актовый зал. В коридорах поставили шкафы с книгами обширной библиотеки института.

25 марта 1895 года состоялось торжественное открытие Ксениинского института. К тому времени в два младших класса было набрано 60 девочек (30 казенных— за счет казны, и 30 — на оплачиваемые родителями места) и, кроме того, еще 25 девочек (соответственно 11 и 14) в малолетнее отделение. Поступившие должны были знать молитвы, читать и писать по-русски и по-французски (или по-немецки). В последующие годы контингент института стабилизировался — здесь обучалось около трехсот воспитанниц-полусирот из дворянских семей.

Это учебное заведение было рангом ниже Смольного института. По утвержденному царем положению в Ксениинский институт принимались исключительно полусироты, причем пояснялось, что допускались сюда дочери недостаточного состояния генералов, штаб- и обер-офицеров и соответствующих им классных гражданских чинов, которые либо принадлежали к дворянству по рождению, либо приобрели права дворянства потомственного и личного службою.
Инициаторы создания этого благотворительного учреждения исходили из того, что не всякой девушке выпадет счастье обрести свою собственную семью и быть вполне обеспеченной... и плохо приходится девушке, которая, не имея должной подготовки к самостоятельному труду, принуждена искать заработок интеллигентного характера.

Специальная комиссия, учрежденная по приказу Александра , пришла к выводу, что следует в видах обеспечения безбедного существования в будущем окончивших институт воспитанниц обратить особенное внимание на правильную постановку преподавания прикладных знаний. Учебная программа предусмотрела семь классов общего курса и три класса специально профессиональных. А в этих трех профессиональных классах решено было ввести на первое время два отдела: 1) счетоводство для приготовления счетчиц, конторщиц, бухгалтеров и 2) изящных рукоделий для приготовления мастериц и учительниц преимущественно тех отраслей женского ручного труда, для развития которых теперь мастерицы выписываются из-за границы.
Учредители Ксениинского института подошли к делу сугубо утилитарно: предусмотрели, что преподавание бухгалтерии и счетоводства должно иметь железнодорожный уклон, поскольку при современном развитии железнодорожного дела и проведении великого сибирского пути девицы, изучившие бухгалтерию, скорее будут обеспечены в средствах к существованию, чем подготовленные к другим профессиям. Из других рекомендаций этой комиссии в практику Ксениинского института вошло также усвоение воспитанницами необходимых сведений по домоводству. Их приучали самим делать многое из того, что в других институтах исполняется прислугой. В отличие от смолянок — аристократок Смольного института, воспитанницы Ксениинского института сами убирали постели, шили и чинили белье и соблюдали требование: держать в порядке свою обувь. А старшеклассницы по очереди дежурили в кухне и в кладовых, осматривали провизию, участвовали в составлении счетов по произведенным расходам.

Несмотря на некоторые элементы мнимого демократизма, Ксениинский институт был замкнутым, строго сословным учреждением, призванным воспитывать дворянских девиц в монархическом духе. В журналах правления Ксениинского института за 1905 год нет ни малейшего отголоска на происходивший в стране первый натиск революционной бури... В то время, когда революция нарастала, в тихом мирке Ксениинского института все оставалось по-старому.
В годы первой мировой войны количество воспитанниц Ксениинского института несколько увеличилось, что было связано с увеличением контингента полусирот. В 1914 году здесь обучалось 308 воспитанниц, в 1915 году—344, в 1916-м —348...
Последний выпуск воспитанниц состоялся 4 марта 1918 года. К этому времени Николаевский дворец уже обрел свое современное имя — Дворец труда.

http://www.ilovepetersburg.ru/content/kseniinskii-institut-blagorodnykh-devits

Гимназистки, ученицы. Российская империя.

г. Новочеркасск. Донской Мариинский институт благородных девиц. 1904-05 гг.

Лица учениц и студенток Российской империи.
(100 фотографий, кликабельны)

Мариинская Донская женская гимназия. 1899-1900 гг.

 

Правила Мариинской Донской женской гимназии. 1-я стр.

 

Правила Мариинской Донской женской гимназии. 2-я стр.

г. С.-Петербург. Екатерининский институт, 1912 г.

 

г. С.-Петербург.

 

г. С.-Петербург. Екатерининский институт, 1915 г.

 

г. С.-Петербург.

 

г. Москва.

 

г. С.-Петербург.

 

г. С.-Петербург.

 

г. С.-Петербург.

 

г. С.-Петербург.

 

г. Киев.

 

г. Пенза.

г. Пенза.

 

 

г. С.-Петербург.

 

 

 

 

 

г. Псков.

 

 

г. С.-Петербург.

г. С.-Петербург.

г. Петроград. С наградой за отличное окончание  Института Благородных Девиц.

 

г. Москва.

г. Москва. 1903г. Серафима Владимировна Пономарёва, воспитанница Московского Елизаветинского Института благородных девиц,  дочь коллежского советника Владимира Ильича Пономарёва (был главным казначеем г.Боброва Воронежской губернии).

 

г. Москва. Воспитанницы Московского Елизаветинского Института благородных девиц, княжна Софья Туркестанова (слева), и Каземира Ярковская. 1895г.

 

г. Москва. 1890г. Княжна Елизавета Ухтомская, воспитанница Московского Елизаветинского Института благородных девиц.

 

г. Москва. 1890г. Княжна Мария Оболенская, воспитанница Московского Елизаветинского Института благородных девиц. В дальнейшем М.Оболенская, приняв монашеский постриг, была одной из близкого окружения ЕИВВК Елизаветы Фёдоровны.

 

Царское Село.

Царское Село. 1911г. Ксения Густавна Берман, дочь царскосельского пастора.

Текст на обороте фотокарточки Ксении Берман:

Голоса сосен, уносимые ветром, раздавались далеко, как будто они стояли не тут, близко так над нами. Но иногда стихавший ветер делал слышными их голоса, и тогда они как-будто говорили: "Мы стоим здесь давно, когда вас никого ещё не было на свете, но люди были уже; вы умрёте и любовь ваша, и злоба и слава ваша исчезнут, а мы всё ещё будем стоять – и нет у нас ни любви ни злобы, а есть вековая красота и слава; но пройдут века, и мы упадём, и поднимутся вершины наших детей, и они с веками тоже падут, а вечная душа наша – созидающая нас вечная природа, и Бог, вечно живущий над ней, пребудут вечно. И вы, рождаясь на мгновенье, живите, познавая вечную общую душу природы, вечного Бога, и умрите с верой, что останетесь в природе и в Боге. И не старайтесь увидеть их умом и глазами, потому что слабы глаза ваши, и ум ваш безсилен; но сердцем вашим всеведущим, но душой вашей вечной слушайте наши голоса, голоса всей великой вечной природы, и в звуках её неумирающей музыки услышите красоту, истину и добро, и утишатся страсти ваши, и познаете любовь, и в ней познаете вечного Бога, - узнаете Бога, узнаете вечного Бога… вечного Бога… Бога".

Будьте счастливы, дорогая Лидочка, и вспоминайте иногда искренно Вас любящую Ксеню Берман.
26 мая 1911г. Церковная, 36

1915 г.

г. Киев. Гимназистка Меланья Чернова. 1888г.

 

г. Киев.

 

г. Киев.

 

г. Киев.

г. Киев.

 

г. Киев.

 

г. Киев.

г. Киев. Воспитанницы с классными дамами. Киевский институт благородных девиц. 1909г.

г. Киев. Киевский институт благородных девиц. 1881г.

 

г. Киев.

 

г. Киев.

г. Киев.

г. Киев.

г. Киев. Памятная надпись на оборотной стороне одной из фотокарточек.

г. Киев.

г. Киев. (не в гимн. форме)

г. Ровно, 1905г.

 

г. Варшава

г. Варшава

г. Мариуполь.

г. Мариуполь. Памятная надпись на оборотной стороне фотокарточки.

г. Мариуполь.

г. Харьков. 2-ая женская гимназия.

Харьковский институт благородных девиц.

 

г. Харьков. Гимназистка.

 

г. Харьков. 2-ая женская гимназия. В руках книга к 50-летнему юбилею отмены крепостного права.

 

г. Харьков. Гимназистка. 1909 г.

г. Харьков. Ольга Оберемкова, ученица 1-й женской гимназии, дочь харьковского купца А.А.Оберемкова.

 

г. Харьков. Ольга Оберемкова (на качелях) с подругой - ученицы гимназии.

г. Харьков.

 

г. Харьков. 2-ая женская гимназия.

 

г. Харьков.

 

Гимназистки с классной дамой Севастопольской женской гимназии, 1912г.

г. Симферополь. Гимназистка Нина Попруженко.

г. Вильна. Выпускница гимназии Вера Космачевская.

г. Вильна. Выпускница гимназии Нина Янишевская, ок. 1911 г.

 

г. Полтава. Институт благородных девиц. 1898г.

Зинаида Карзина. Казанский институт благородных девиц.

 

01.06.1909 г.

 

г. Нежин.

г. Нежин.

 

г. Астрахань.

 

Гимназистка Астраханской Мариинской женской гимназии.

Астраханская Мариинская Женская Гимназия.

 

Астраханское епархиальное женское училище.

 

г. Тверь, 1915 г.

 

Гатчинская женская гимназия, 1916 г.

 

Плоцкая женская гимназия.

 

г. Славянск

 

Ученицы Ольгинского Осетинского женского приюта во Владикавказе. Татарова Вера, Туаева Ольга, Дзугаева Вера (стоит).

Групповая фотография Одесского Института благородных девиц. В центре у двери — Габриэль Хриановская (в замужестве — Блаватская) в возрасте 22 лет.

Ученицы 3-го Мещанского женского начального училища. 1897 г.

Ученицы 2-го Красносельского женского начального училища. 1911 г.

Корсунская женская гимназия. Примерно 1911-1913 г.г.

 

Корсунская женская гимназия.

 

Смольный Институт Благородных девиц. На катке. 1889 год.

 

 

Преподавательский состав учебного заведения Российской империи.

 

Преподавательский состав учебного заведения Российской империи.

Ученицы Ольгинского приюта. Осетия.1870-е гг.

Ссылка:
http://xponolog.blogspot.com/2013/04/blog-post_28.html

Источник - 1 >>>>>>
Источник - 2 >>>>>>

http://xponolog.blogspot.ru/2013/04/blog-post_28.html

Благородные девицы из Смольного

Необычные судьбы выпускниц знаменитого института

5 мая 2017, 09:00

Евгения Приемская

0

Фото: commons.wikimedia.org

Озвучить текст

Выделить главное

вкл

выкл

5 мая 1764 года Екатерина II подписала указ о создании Императорского воспитательного общества благородных девиц, будущего Смольного института. Это было первое в России и одно из немногих в мире женских учебных заведений. Согласно императорскому указу, целью его было «дать государству образованных женщин, хороших матерей, полезных членов семьи и общества».

Институт, созданный скорее в экспериментальном порядке, просуществовал почти полтора столетия, дав начало всему женскому образованию в России. За это время среди его выпускниц действительно оказалось немало выдающихся женщин.

«Известия» вспомнили судьбы лишь некоторых из них — святых, дипломатов, тайных агентов и бойцов, в разное время вышедших из стен института.

Смолянка-юродивая

Будущая Евфросиния Колюпановская родилась в семье князя Вяземского и при рождении получила имя Евдокии. В 18 лет княжна попала в только что созданный Смольный институт, а оттуда — во фрейлины императрицы Екатерины II. Перед ней, принадлежавшей к первому, самому любимому императрицей, выпуску смолянок, были открыты все двери. Но, прожив некоторое время при дворе, она исчезла.

​​​​​​​

Платья фрейлины и еще двух девушек, входивших в свиту императрицы, обнаружили на берегу царскосельского пруда. Их сочли утонувшими, поднялся переполох. Однако девушки, инсценировавшие собственную смерть, в действительности были живы — переодевшись крестьянками, они бежали от императорского двора, чтобы начать скитальческую жизнь.

По версии одного из биографов, беглянки все-таки были пойманы и доставлены к императрице во дворец. Однако после разговора с Евфросинией по душам Екатерина II отпустила ее, дав уйти от мира. После долгих лет скитаний по монастырям, приняв имя Евфросиния, она стала жить в избушке при женском монастыре под Серпуховом. Желая искупить суетность своей жизни при дворе, Евфросиния вела жизнь юродивой — ходила босой, а спала на полу вместе с животными, которых держала там же, в избушке. После того как новая игуменья изгнала ее из монастыря, Евфросиния поселилась в селе Колюпаново на Оке, где за ней и закрепилась слава обладающей даром исцеления. Говорили также, что она способна видеть будущее.

Приняла ли Евфросиния в итоге постриг, неизвестно. Однако до конца жизни ее называли матушкой Евфросинией. После ее смерти вера в помощь старицы лишь усилилась, а к 1911 году было собрано уже 55 сообщений о случаях исцелений после обращения к ней в молитвах. В 1988 году Евфросиния Колюпановская была канонизирована в Тульской епархии.

Первая женщина-дипломат России

Дарья Бенкендорф, дочь Христофора Бенкендорфа и сестра будущего шефа жандармов, рано потеряла мать. Ее и еще одну сестру, Марию, императрица Мария Федоровна, дружившая с покойной, отдала в Смольный институт. Считается, что девочки в виде исключения были поселены в отдельной комнате, а Мария Федоровна еженедельно навещала их.

После выпуска из Смольного в 1800 году Дарья Бенкендорф стала фрейлиной императрицы. Та сперва предложила ей в качестве жениха графа Аракчеева, но когда невеста пришла от этого предложения в ужас, устроила ей партию с 26-летним военным министром Христофором Ливеном. Вскоре Дарья Ливен вместе с мужем, назначенным посланником Российской империи, оказалась за границей — сперва в Берлине, а затем и в Лондоне. Именно там за ней закрепилась слава хозяйки литературных салонов и законодательницы мод. Считается, например, что именно Дарья Ливен познакомила англичан с вальсом.

 

Современники оставили о ней крайне противоречивые воспоминания: кто-то говорил, что это была волевая женщина, сочетающая женскую чувствительность и мужскую трезвость ума, кто-то — что она была интриганкой, не отличавшейся обширными знаниями в сфере искусства или в политике. Однако какими бы ни были отзывы, писали о ней в том числе и Рене де Шатобриан, и герцог Веллингтон. А сама Дарья Ливен, пользуясь тем, что ее салоны посещали знаменитые литераторы, политики, представители аристократии, о содержании их бесед сообщала в Россию, а нередко и сама влияла на ход бесед. В письме к министру иностранных дел Нессельроде император Александр I даже отметил, что если бы графиня Ливен не носила юбки, из нее вышел бы блестящий дипломат.

Позднее вместе с супругом она вернулась в Россию, однако со временем вновь покинула страну и до конца жизни жила в Париже, где держала один из известнейших салонов.

Легенда русской кулинарии

Среди выпускниц Смольного института 1848 года была и Елена Бурман. Дочь архангельского купца, вернувшись после окончания учебы в родной Архангельск, она выйдет замуж и возьмет фамилию мужа — Молоховец. В 1861 году, уже в Курске, она выпустит книгу «Подарок молодым хозяйкам, или средство к уменьшению расходов в домашнем хозяйстве». Книга Елены Молоховец на долгие годы станет главным отечественным кулинарным хитом.

Только при жизни автора она выдержала 29 переизданий, общий тираж которых превысил 300 тыс. экземпляров. Если в первом издании было представлено около 1,5 тыс. рецептов, то вскоре их количество увеличилось до 4,5 тыс. Описывались в ней, например, такие блюда, как пудинг из кур, пулярда разварная, овсянка с ромом и миндалем и сыр из зайца к завтраку.

«Кухня есть также в своем роде наука, которая без руководства и если нельзя исключительно посвятить ей несколько времени, приобретается не годами, но десятками лет опытности», — писала сама Елена Молоховец.

Однако книга «Подарок молодым хозяйкам», с которой Елена Молоховец вошла в историю, —отнюдь не единственное литературное произведение смолянки. В 1886 году, после того как Молоховец с семьей переехала в Санкт-Петербург, она увлеклась идеями спиритизма и мистицизма. Среди ее более поздних книг была, например, такая как «Голос русской женщины, по поводу государственного и духовно-религиозно-нравственного возрождения России».

Начальница всех лазаретов

Если еще изначально главной целью Смольного института считалось воспитание женщин, способных дать отечеству достойных и благородных сынов, то Ольга Скобелева, окончившая институт в 1842 году, стала его образцовой выпускницей. Жена генерал-лейтенанта Дмитрия Скобелева, командовавшего ротой императорских гренадер, она всецело посвятила себя своему сыну — Михаилу Дмитриевичу Скобелеву.

Своей славой Михаил Скобелев во многом обязан участию в Русско-турецкой войне и в борьбе за независимость славянских народов на Балканском полуострове. Его мать, отличавшаяся, по воспоминаниям современников, сильным и строгим характером, тоже отправилась на Балканы. Выпускница Смольного института, дочь помещика, она в 1877 году, в возрасте 52 лет, сперва стала начальницей всех лазаретов Русско-турецкой войны, а затем, в 1879 году, возглавила болгарский отдел Общества Красного Креста. Кроме того, Ольга Скобелева, оставшись на Балканах, где в это время был и ее сын Михаил Скобелев, успела открыть в Болгарии приют для 250 сирот и собиралась основать школу и церковь в память о покойном муже.

Однако в 1880 году, во время ночной поездки в соседний город, на нее и сопровождавшую ее свиту напал разбойник. Ольга Николаевна и большая часть сопровождавших ее слуг были зарублены. Нападавшего задержали — им оказался ординарец Михаила Скобелева. «Белый генерал» был потрясен смертью матери — он провел сутки, не выходя из своей палатки.

На месте ее гибели болгары воздвигли памятник — в память об Ольге Скобелевой и в благодарность за всё, сделанное ею для их земли.

Женщина-солдат

«Молоденькая, красивая девушка с круглым лицом, с круглыми голубыми глазами, в своем военном мундире прапорщика казалась нарядным и стройным мальчиком. Дочь русского генерала, воспитанная в военной среде, она не подделывалась под офицера, а усвоила себе все военные приемы естественно, как если бы она была мужчиной. В круглой меховой шапке, надетой немного набекрень, в высоких лакированных сапогах и в хорошо сшитой военной поддёвке, она не могла не нравиться» — так вспоминал участник Белого движения, депутат дореволюционной Государственной думы Николай Львов служившую вместе с ним в Добровольческой армии Софию де Боде.

Дочь барона, воевавшего в русско-японской войне и в Первой мировой, София окончила Смольный в 1914 году. В 1917-м вступила в женский ударный батальон, созданный на фоне усиливавшихся на фронтах Первой мировой солдатских волнений, и вскоре окончила офицерские курсы. В 1917 году, во время боев в Москве, 20-летняя София де Боде командовала отрядом юнкеров и во время перестрелки у столичных Никитских ворот была ранена в ногу. В том же году она присоединилась к Белому движению и приняла участие в тяжелейшем Ледяном походе Добровольческой армии на Кубань. Впрочем, помимо храбрости и красоты, многим де Боде запомнилась непримиримой жестокостью к большевикам — по сохранившимся воспоминаниям, она могла хладнокровно расстрелять пленных в упор.

Однако и к себе де Боде на фронте относилась безо всякой жалости. В апреле 1918 года она погибла в бою, во время конной атаки белых на Екатеринодар. Ей был 21 год.

Последний выпуск

Среди тех воспитанниц Смольного, чей выпуск пришелся на сумбурные предреволюционные годы, многие так или иначе повторили судьбу Софии де Боде.

Так, тогда же, накануне революции, окончила Смольный Мария Захарченко-Шульц, дочь действительного статского советника, в 1920-е годы ставшая одним из лидеров Белого движения в эмиграции. Она приняла участие сразу в нескольких операциях основанного в эмиграции Российского войскового союза (РОВС), получив от соратников прозвище Бешеная Мария. Мария Захарченко-Шульц, прибывшая в Москву для совершения диверсии, была убита сотрудниками ГПУ в 1927 году при попытке покинуть пределы страны.

​​​​​​​

Примерно в те же годы училась в институте будущая баронесса Мария Будберг, гражданская жена Максима Горького и Герберта Уэллса. Ее подозревали в шпионаже и работе двойным агентом на СССР и Англию, но никто никогда так и не смог этого доказать.

Последний российский выпуск Смольного института благородных девиц состоялся вскоре после революции, �https://iz.ru/news/699644

Страшнее, чем кино: кого на самом деле любила, ненавидела и убивала помещица Салтычиха

Создать демотиватор

КАДР ИЗ СЕРИАЛА «КРОВАВАЯ БАРЫНЯ»

В основу стартовавшей на телеканале «Россия-1» многосерийной драмы «Кровавая барыня» с Юлией Снигирь в главной роли легла биография самой жестокой женщины в русской истории – безжалостной помещицы Дарьи Салтыковой

Как только не называли Дарью Салтыкову, вошедшую в историю под именем Салтычихи, современники и потомки – «черной вдовой» и «черной злодейкой», «сатаной в юбке», «дворянкой-садистской», «серийной убийцей», «кровавой помещицей», «троицкой людоедкой», «маркизом де Садом в женском обличьи»… Ее имя много десятилетий произносили с содроганием, а императрица Екатерина Великая в приговоре злодейке, который она лично переписывала несколько раз, даже избегала называть эту женщину-монстра «она».

История, рассказанная режиссером Егором Анашкиным в новом сериале «Кровавая барыня», близка к тому, что произошло в реальной жизни, но во многом мягче, чем суровая действительность. Потому что, если бы режиссер экранизировал самые страшные зверства, которые, как рассказывают, учиняла Салтычиха, – фильм, скорее всего, просто бы запретили.

Леди Макбет Подольского уезда

Создать демотиватор

В СЕРИАЛЕ «КРОВАВАЯ БАРЫНЯ» ДАРЬЯ САЛТЫКОВА В ИСПОЛНЕНИИ ЮЛИИ СНИГИРЬ СТРАСТНО ВЛЮБЛЕНА ВНАЧАЛЕ В РОДСТВЕННИКА СВОЕГО НЕНАВИСТНОГО МУЖА, ЗАТЕМ – В НИКОЛАЯ ТЮТЧЕВА (ВЛАД СОКОЛОВСКИЙ)

Дочь столбового дворянина, потомка петровского сподвижника Николая Иванова, Дарья стала Салтыковой в 20 лет, выйдя замуж за ротмистра лейб-гвардии конного полка Глеба Салтыкова. Это был типичный брак для своего времени – два знатных рода объединились, чтобы преумножить богатство. Особых свидетельств ненависти к мужу, равно как и адюльтера со стороны молодой жены, правдоподобно показанных в фильме «Кровавая барыня», историкам не попалось. Точно так же остается неизвестным, от чего глава семейства скончался через шесть лет брака, оставив 26-летнюю вдову с двумя сыновьями на руках – и огромными деньгами. Впоследствии возникали версии, что Салтыкова сама избавилась от мужа, но они историкам кажутся беспочвенными.

Так как ее мать (которая в реальности вовсе не была маньячкой-убийцей) и бабка жили в монастыре и отказались от семейного состояния, Дарья Николаевна оказалась баснословна богата. В ее владении было около 600 душ, обширные поместья в Вологодской, Костромской и Московской областях, несколько усадеб, в том числе в подмосковном селе Троицкое Подольского уезда, где она проводила большую часть времени. В Москве, в районе Кузнецкого моста, у нее был шикарный особняк.

Вдова вела светский образ жизни и одновременно слыла очень набожной – несколько раз в год совершала паломничество к святыням, не жалела денег на церковные нужды. О страшных «забавах» Салтычихи стало известно лишь спустя несколько лет. В 1762 году двое крестьян, потерявших от рук помещицы нескольких жен одну за другой, смогли передать жалобу на 32-летнюю помещицу-садистку .

Было начато расследование – и стали открываться ужасающие подробности. Крестьяне жаловались на хозяйку уже около пяти лет, но благодаря связям знатной помещицы бумагам ход не давали, а судьба жалобщиков оказывалась незавидной – одних за клевету наказывали кнутом и отправляли в Сибирь, другие, по возвращении, попадали в руки жестокой хозяйки – и исчезали. Всего следствию удалось обнаружить бесследное исчезновение 138 крепостных душ.

Таинственная страсть

По рассказам свидетелей, свои садистские наклонности Салтычиха начала проявлять примерно через полгода после смерти мужа. В фильме «Кровавая барыня» показывается, что первые признаки психического заболевания проявились у помещицы еще в раннем детстве – но историки таких свидетельств не нашли. Впрочем, режиссер отмечает, что он не ставил своей целью снять исторический фильм, «Кровавая барыня» — это, скорее, страшная сказка.

Создать демотиватор

В СЕРИАЛЕ «КРОВАВАЯ БАРЫНЯ» МУЖА САЛТЫКОВОЙ СЫГРАЛ ФЕДОР ЛАВРОВ. КАДР ИЗ СЕРИАЛА

По всей видимости, Дарья Салтыкова начала «трогаться» умом именно после смерти супруга. По версии современной психиатрии, у нее была эпилептоидная психопатия – расстройство психики, при котором у человека часто случаются «приступы» садизма и немотивированной агрессии.

Первые жалобы на ее зверства, которые были уже далеко не единичными, датируются 1757 годом. С каждым годом Салтычиха становилась все более жестокой и изощренной. По рассказам крепостных, она секла их до смерти – а если уставала, передавала кнут или плеть помощникам — гайдукам, вырывала у женщин волосы на голове или поджигала их, клеймила уши молодух каленым железом, обваривала кипятком, замораживала до смерти на морозе или в ледяном пруду зимой, даже хоронила заживо.

Особенно часто жертвами Салтычихи становились молодые девушки, служившие в доме, – злость помещицы могла вызвать, скажем, неправильно прибранная постель или плохо подметенный пол. Провинившихся она нередко забивала прямо на месте. Есть версия, что помещица испытывала к красивым женщинам сексуальное влечение. Эта страсть пугала ее, разрушала психику – и заставляла идти на преступления.

Между тем, известно о вполне «нормальной» любви Дарьи Салтыковой, которая также чуть не закончилась преступлением. Однажды объектом ее страсти стал инженер-землемер Николай Тютчев, дед знаменитого русского поэта. А после того, как он женился на другой, злодейка решила расправиться с ним и разлучницей. Она несколько раз планировала их убийство – но каждый раз ее планы срывались.

Создать демотиватор

РИСУНОК ИЗ КНИГИ НАЧАЛА ХХ ВЕКА, ИЗОБРАЖАЮЩИЙ ЗВЕРСТВА ПОМЕЩИЦЫ САЛТЫЧИХИ

Дело о пропавших душах

Самый страшный слух, который распространяли о помещице Салтыковой, – что она пила кровь юных девушек и была людоедкой. Этим, мол, объяснялось то, что тел или захоронений большинства душ, числившихся бесследно пропавшими, во время следствия, которое длилось больше пяти лет, обнаружить так и не удалось. Все дело строилось на рассказах крепостных.

Тем не менее следствие сочло доказанными 38 случаев убийств и пыток дворового люда. Этого было достаточно, чтобы отправить Дарью Салтыкову на плаху.

Есть версия, что громкое дело Салтычихи было выгодно Екатерине Великой и ее сторонникам – чтобы морально ослабить Салтыковых и не допустить даже гипотетической возможности занять русский престол представителям немецкой династии Вельфов, к которой принадлежали трое трагически погибших русских императоров (Петр II, Петр III и Иван VI) и которая состояла в родстве с Салтыковыми. Поэтому, вполне возможно, что историю преступлений помещицы могли раздуть.

В самый последний момент Екатерина заменила смертную казнь пожизненным заключением в особой, «покаянной» подземной камере – без света и общения с людьми. Помещицу императрица именовала не иначе, как «он» — историки считают, что таким образом Екатерина лишила ее не только дворянства, но и права зваться женщиной.

Через 11 лет Салтычиху перевели в камеру с окном, также к месту ее заключения стали допускать посетителей – посмотреть на злодейку через решетку. В последние годы своей жизни узница уже вела себя как настоящая сумасшедшая – громко бранилась, плевалась, пыталась тыкать в зевак палкой.

А была ли красавица?

Создать демотиватор

ФРАНСУА ЮБЕР ДРУЭ, «ПОРТРЕТ ГРАФИНИ ДАРЬИ ЧЕРНЫШОВОЙ-САЛТЫКОВОЙ», 1762 ГОД. ЭТОТ ПОРТРЕТ ДОЛГОЕ ВРЕМЯ СЧИТАЛСЯ ПОРТРЕТОМ САЛТЫЧИХИ

Внешность Салтычихи – еще одна тайна за семью печатями. В фильме «Кровавая барыня» ее играет темноволосая стройная красавица Юлия Снигирь. По свидетельствам современников, в юности Дарья Иванова-Салтыкова действительно была очень хороша собой. Но вот как она выглядела – доподлинно не известно.

Чаще всего за портреты Дарьи Николаевны Салтыковой принимали многочисленные портреты ее тезки и родственницы по мужу Дарьи Петровны Салтыковой, урожденной Чернышевой, супруги генерал-фельдмаршала Ивана Петровича Салтыкова, которая была младше помещицы на 9 лет.

Создать демотиватор

АВГУСТИН ХРИСТИАН РИТТ, «ПОРТРЕТ ГРАФИНИ ДАРЬИ ПЕТРОВНЫ САЛТЫКОВОЙ», 1794 ГОД, ЕЩЕ ОДИН ПОРТРЕТ ЯКОБЫ САЛТЫЧИХИ

Уже в наше время историкам удалось доказать, что все портреты, которые считались портретами Салтычихи, на самом деле изображают других женщин. Сохранились свидетельства видевших Салтыкову уже в преклонном возрасте, во время ее заточения – они рассказывали, что она «была полной женщиной».

Создать демотиватор

ЕЩЕ ОДИН ПОРТРЕТ АВТОРСТВА ДРУЭ, ОШИБОЧНО ПРИЗНАВАЕМЫЙ ЗА ПОРТРЕТ ДАРЬИ САЛТЫКОВОЙ, НА САМОМ ДЕЛЕ ПОРТРЕТ ЖЕНЫ ХУДОЖНИКА

Что удивительно – душегубка, отличавшаяся отменным здоровьем, дожила до 71 года. Похоронили Дарью Салтыкову на кладбище Донского монастыря, рядом с родными. Но навещать ее могилу желающих не было.

Источник

Ключевые слова: "Кровавая барыня" наши звездыкино и тв

Опубликовано 28.02.2018 в 10:01

Графиня Бобринская: Отца считали критиком марксизма, его привлекал некоммунистический путь развития России

 

Автор: Ульяна КИМ. Великая Эпоха (The Epoch Times) | 2012-07-11

 

Нажмите на фото, что бы открыть галерею!

Мы продолжаем интервью с Татьяной Николаевной Бобринской (Тимашевой), дочерью профессора Николая Сергеевича Тимашева и Татьяны Николаевны Рузской, поэтессы и защитницы русской культуры.

В этот раз речь пойдёт об отце.

Николай Тимашев по праву считался в Америке одним из самых выдающихся современных учёных в области социологии и права. К 50-летию его научной деятельности (1965 г.) Обществом друзей русской культуры в Нью-Йорке был издан сборник статей и материалов «На темы русские и общие» под почётной редакцией профессора Питерима Сорокина, в котором участвовали корифеи русской культуры.

В дополнение к изучению теоретической социологии, тема России, исторической судьбы и назначения стояла в центре общественно-публицистической работы Тимашева. Он считал, что с первых веков русской истории основы цивилизаций и культур России и Запада были очень близки, общей была христианская основа и свобода выбора государства, т. е. вече.

Тимашев писал, что в российской истории был целый ряд явлений, которые говорили о том, что Россию ждало демократическое, а не тоталитарное будущее. Он доказывал, что революция в России не была ни необходимой, ни неизбежной.

Николай Сергеевич был человеком чрезвычайно одарённым. Он был увлечённым знатоком садоводства, играл на рояле, сочинял сказки для своих детей, писал стихи (сохранилось четыре тома его ненапечатанных стихов). Вот одно из его стихотворений, написанных в эмиграции:

Открой мне, о Боже, где я осяду, Где найду себе новый я дом: Сберу урожай, вскопавши где гряду, Заживу снова мирным трудом.

Везде я чужой, бездомный. Далёкий Я умру от родимой земли. Но казни её сократи ты сроки И воскресшей свой взор ниспошли!

— Татьяна Николаевна, Ваш отец нашёл своё место в Америке, там жизнь вашей семьи нормализовалась?

Т.Б.: Да, наконец. В Соединённых Штатах его признали, ему дали возможность возобновить научную деятельность, в то время как Франция не признавала дипломов, полученных за рубежом — только свои.

Культурное американское общество приняло нашу семью, наверное, ещё и потому, что все мы говорили на хорошем английском языке. Америка признала Тимашева как своего выдающегося теоретика права.

Гораздо позже, когда я вышла замуж за графа Бобринского, мы познакомились с элитой американского общества. Наша дочь была приглашена на знаменитый International Debutante Ball в Нью-Йорке, чтобы представлять императорскую Россию. Раньше дворян представляли при дворе, а в Соединённых Штатах — на балу. — Кого ещё Вы встретили из русских дворян?

Т.Б.: Русское дворянское общество в Америке представляли князь Оболенский, доктор Кирилл Гиацинтов, граф Д. С. Шереметев, князь М. К. Горчаков, граф Э. П. Беннигсен, граф В. А. Бобринский, князь С. В. Гагарин, князь А. Д. Голицын и другие.

Мы были близкими друзьями князя, профессора Алексея Павловича Щербатова, который происходил родом от князей Черниговских, родоначальником которого являлся князь Василий Андреевич Оболенский, по прозвищу «Щербатый» (XVII колено от Рюрика – новгородского князя и родоначальника княжеской, ставшей впоследствии царской, династии Рюриковичей).

 

Алексей Павлович был одним из самых интересных людей, с которыми я когда-либо встречалась. Он говорил на шести языках, имел прекрасное образование и очень глубокую эрудицию. 30 лет он был предводителем русского дворянского собрания в Америке. По его просьбе я основала Русский дворянский бал, который существует и теперь. Грустно, что такого человека уже нет в живых. — С какого времени исчисляется род Тимашевых?

Т.Б.: Мой отец происходил из очень древней дворянской семьи Тимашевых, родом из Астрахани, которые затем переселились в Оренбург, и были одними из многочисленных потомков Чингисхана. Известно, что при Екатерине Великой и Александре I они выдвигались на государственные должности. Один из Тимашевых был министром внутренних дел, мой прадед был генералом. Отец не любил об этом говорить, наверно ему было слишком тяжело вспоминать.

Мой дед, Сергей Иванович Тимашев, окончил с золотой медалью Александровский лицей при императоре, затем поехал изучать финансовые науки в Германию. Он быстро продвинулся в карьере и, будучи управляющим государственным банком, спас падение курса рубля после неудачной японской войны.

Столыпин выдвинул деда на должность министра торговли и промышленности. На этом посту он сумел поднять промышленность, особенно в восточной части России, о чём я узнала из книг о его деятельности, присланных мне из России теперь.

Отец также окончил с золотой медалью Александровский лицей и поехал в Германию продолжить образование. В ноябре 1914 года он защитил в Петербургском университете диссертацию на степень магистра на тему «Условное осуждение», и её тут же опубликовали.

Вскоре он получил степень доктора права за двухтомную диссертацию «Преступное возбуждение масс», посвящённую подрывной деятельности с правовой точки зрения.

Временное правительство с опозданием утвердило закон по этому вопросу. Текст диссертации никогда не был опубликован, но рукопись хранится в петербургской университетской библиотеке, я её там видела. Будь «закон Тимашева» приведён в исполнение на пару месяцев раньше, возможно, что вожди восстания летом 1917 года были бы арестованы, и могла бы произойти мирная смена власти.

В 1914–1917 годах, помимо научной деятельности в политехническом институте, мой отец исполнял обязанности секретаря своего отца. Благодаря этому опыту он узнал, как работает государство.

В 1918 году он был избран сначала экстраординарным, а потом ординарным профессором на кафедру права. Когда в политехническом институте ему, исключительно молодому профессору, предложили читать главный курс теории права, декан попросил вести преподавание теории права с социологической точки зрения. На ответ моего отца, что этой науки не существует, декан сказал: «А вы создайте». Мой отец попросил дать ему месяц на обдумывание. Через месяц ответил согласием, так он создал своё направление в науке.

Из-за революции и жизни в западной Европе, его труд не был напечатан. Он был издан спустя 20 лет Гарвардским университетом в 1940 году, что принесло Тимашеву мировую известность.

— Сколько лет исполнилось Вашему отцу, когда началась революция?

Т.Б.: Если я не ошибаюсь, 30 лет. Революционеры заключили деда в тюрьму вместе с одним из братьев моего отца. Оба умерли там.

Но отца они не смели трогать, хотя несколько месяцев он всё же провёл в тюрьме. Однако университет затребовал его обратно, надо же было кому-то преподавать. Кроме того, его очень любили рабочие, потому что он всегда относился к ним очень справедливо, обращался как с равными, он вообще был уважителен к людям.

В те годы университет был открыт для всех желающих, и в лекционный зал набивалось до тысячи человек. Все они были полуграмотны, ничего в науках не понимали, и мой отец вынужден был преподавать в таких условиях. Конечно, через пару месяцев количество студентов стало таким, как и раньше.

Мой отец не был ярым монархистом. Он более-менее признавал конституционную монархию, но не считал её необходимой для России. Он хорошо понимал происходящее в стране.

— А Ваша мать тоже из дворянского рода?

 

Т.Б.: Да, моя мать происходит из очень старинного рода. Когда я рассказала о предках своей матери князю Щербатову, он просто удивился: «Да ведь это же столбовые дворяне!» Я ничего не знала, потому что родители никогда об этом не рассказывали.

Её отец был крупным деловым специалистом, очень состоятельным человеком. Также очень образованным и культурным. Кроме работы, дед был активным членом дирекции Петербургского музыкального общества, другом Глазунова, спонсором Прокофьева, очень много помогал Шаляпину.

Двоюродный брат деда Николай Владимирович Рузский (1854–1918 гг.) был генерал-адъютантом от инфантерии. Во время Первой мировой войны командовал 3-й армией Северо-Западного фронта, выигравшей битву с немцами.

В его ставке произошло отречение Николая II. Генерал очень винил императора за то, что ему не был дан приказ, несмотря на его просьбу идти на Петербург, чтобы остановить революционный мятеж.

Император колебался, момент был упущен. После его отречения деда и его семью тут же посадили в тюрьму. Но их спас друг, доктор Манухин, который лечил жену коммуниста, занимающего крупный пост, и потребовал освобождения семьи моей матери. Так мама узнала, что такое советская тюрьма.

Родители чудом спаслись, когда по делу «таганцева», по которому расстреляли Гумилёва, под подозрение попал мой отец, и они сбежали на запад через Финляндию.

— Почему Ваш отец выбрал социологию как науку?

Т.Б.: Русское уголовное право никого за границей не интересовало. Социология — новая наука. С помощью Горького, который помог высвободить более 200 русских учёных, президент Чехословакии Т. Г. Масарика устроил для них «русский отдел», и отец решил преподавать новую науку.

В скором времени его пригласили помощником главного редактора газеты «Возрождение» в Париже. Он стал изучать тему России с точки зрения социологии. Он знал всё, что можно было знать о событиях в России, и делал выводы. Полученные сведения дали ему возможность написать множество статей и две очень известные книги, напечатанные в США: «Религия в России» и «Великое отступление».

Переехав в Париж в 1928 году, помимо газеты «Возрождение», он работал профессором Славянского института при Сорбонне, франко-русском институте, и много разъезжал, читая доклады в западноевропейских университетах.

Как я ранее рассказывала, в 1936 году он приехал в США на год по приглашению Гарвардского университета. Хотя его лекции имели огромный успех, он не согласился на новый контракт, потому что, с одной стороны, не имел достаточной свободы давать курсы на разные темы, а с другой — отец чувствовал к себе какую-то зависть.

И он принял предложение создать аспирантуру по социологии в Фордэмском университете. В течение 18 лет отец читал курсы по социологии права, этики и государства; по криминологии; о развитии социологических теорий; о структуре фашистского и коммунистического обществ; о методологии в социологии; о социальной динамике; о расовых и этнических проблемах и др.

Помимо этого, отец очень много писал. 20 лет он не мог ничего писать из-за положения страны. Ему надо было торопиться, но он многое не успел из того, что намечал, несмотря на 16 книг, сотни научных статей, много сотен научных рецензий и газетных статей, изданных при жизни.

Слушать его лекции приезжали из Западной Европы, Японии, Индии и других стран. Он давал консультации Конгрессу Соединённых Штатов. Когда его пригласили в Голландию преподавать американскую социологию, он в 70 лет выучил голландский язык, хотя немецкий знал с детства.

В 1958 году, когда отец не мог больше ходить, он вышел в отставку с пожизненным почётным званием заслуженного профессора. Но он всегда оставался русским учёным. Когда отец читал лекции в Институте советоведения, какие-то советские агенты пришли устроить там скандал, но публика их выкинула.

Мэримаунтский колледж, небольшое женское учебное заведение, где он очень любил преподавать, учредил стипендию его имени. — Однако в России его труды не так известны?

Т.Б.: Отца считали критиком марксизма, его главным образом привлекала проблема некоммунистического развития России. Он не считал, что власть большевиков будет долговечной. Поэтому понятно, почему его работы не были известны в Советском Союзе.

— Большое спасибо за интервью, желаю Вам всего доброго!

 

Если Вам понравилась статья, не забудьте поделиться в соцсетях

Рубрики:Развлечения

https://www.epochtimes.ru/content/view/64441/66/

Серые джинсы: 20+ модных образов для стильных женщин

развернуть

Джинсы без преувеличения стали незаменимым предметом базового гардероба. Даже ярые поклонницы платьев и шпильки успели оценить их практичность, удобство и красоту. Сегодня большую популярность обретают серые джинсы.

 

Пепельные брюки имеют близкое расположение к классике. Они ложатся в основу повседневного, вечернего и делового стиля. Фото сдержанных и одновременно благородных образов являются подтверждением верного выбора.

Кому подойдут

Серые джинсы – воплощение элегантной простоты. Цветовая универсальность позволяет создавать самые разные комбинирования для женщин всех типов и возрастов.

Очень гармоничное сочетание с пастельными тонами является воплощением нежности, женского очарования. Игра стального, угольного, белоснежного подчеркнет природную элегантность. Полосатый принт замечательно впишется в любую композицию, подчеркивая женскую индивидуальность.

Дымчатый — отличная основа для модного имиджа современной девушки. Изделие подходит как бизнес-леди, так и юной красотке, тяготеющей к практичному, спортивному типу.

Какой оттенок выбрать

Популярные серые джинсы становятся основой трендовых комплектов. «Мышиный» вовсе не значит скучный, благодаря множеству разновидностей. Правильный выбор тона позволит сотворить изысканные очертания.

Источник

---

Источник →

---

Опубликовано 27.02.2018 в 22:23

Павловский и Смольный институт Павловский институт

Скачать презентацию Павловский и Смольный институт Павловский институт

Павловский и Смольный институт.pptx

• Количество слайдов: 17

Пожаловаться

Павловский и Смольный институт

Павловский институт

• В первые годы существования учебного заведения оно напоминало больше казарму, чем женский пансион. Каждой девочке полагались отдельная кровать и половина тумбочки в общей спальне, а также "по три рубашки грубого полотна, три пары чулок, три носовых платка и два полотенца". Воспитанницы вставали в 6 утра, умывались ледяной водой, жили почти впроголодь и не имели ни минуты свободного времени. Преподавателями поначалу становились капралы и унтера, сами едва знавшие грамоту. Но и когда в Павловском институте появились относительно хорошие преподаватели, «музыка, танцы и светское пение не были допущены, чтобы не создавать у девиц привычек, которым они впоследствии не смогли бы найти удовлетворение в окружающей их среде» . Ведь учились здесь в те времена почти исключительно бедные девушки, и дальнейшая судьба их была незавидной.

• В 1845 -м году было решено построить для института новое здание, для чего у Мариинской больницы был куплен участок земли на Знаменской улице (так раньше называлась улица Восстания). Архитектор Р. А. Желязевич в соответствии с требованиями заказчиков построил здание "без всякой роскоши", но красивое и величественное. Интересно, что сначала в нем были предусмотрены отделения для "благородных" воспитанниц и для "солдатских дочерей", разные по степени комфорта; но когда строительство и внешнюю отделку почти закончили, император решил, что в институте будут учиться девицы только благородного звания, а "солдатских дочерей" переведут в другое учебное заведение. Пришлось срочно переделывать здание, а заведение переименовывать в Институт благородных девиц.

• С переездом в новое здание и положение воспитанниц - "павлушек" - несколько улучшилось. Им стали давать чай (в оловянных, правда, кружках) и иногда выводить на прогулки; в 1855 -м году ввели преподавание такого "излишества", как литература; позже появились французский, музыка и танцы, стали проводиться танцевальные и музыкальные вечера. Был сформирован "дополнительный" класс, готовивший институтских "надзирательниц" (для тех девушек, которым не повезло выйти замуж), а с 1884 года - и учительниц. Одним словом, начинавший как казарма, к концу XIX века Павловский институт почти сравнялся по уровню образование со знаменитым Смольным (правда, с точки зрения практичности и научности оно в обоих институтах было не ахти). Одной из выпускниц того времени стала знаменитая детская писательница Лидия Чарская, позже выпустившая подробную и увлекательную летопись будней "павлушек" - "Записки институтки".

Смольный

• В Смольный институт принимали дочерей лиц чинов не ниже полковника и действительного статского советника на казённый счёт и дочерей потомственных дворян за годовую плату, и готовили их для придворной и светской жизни. В программу входило обучение русской словесности, географии, арифметике, истории, иностранным языкам, музыке, танцам, рисованию, светским манерам, различным видам домоводства и т. п. • Первоначально воспитанницы начинали учиться в возрасте 6 и заканчивали в возрасте 18 лет. Затем срок обучения был сокращён до 9 лет (с 9 -летнего возраста). • В 1859— 1862 годах инспектором классов института был К. Д. Ушинский, который провёл в нём ряд прогрессивных преобразований (новый семилетний учебный план с большим числом часов, отведённых на русский язык, географию, историю, естествознание и др. ). После вынужденного ухода Ушинского из института все его основные преобразования были ликвидированы.

• Шифр для лучших выпускниц Смольного института • Воспитанницы института были обязаны носить особые форменные платья определённого цвета: в младшем возрасте — кофейного, во втором — темно-синего, в третьем — голубого и в старшем возрасте — белого. Коричневый цвет символизировал близость к земле и был практичен, особенно для младших детей. Более светлые цвета символизировали возрастающую образованность и аккуратность. • На выпускном публичном экзамене смолянок присутствовал император и члены его семьи. По окончании института шесть лучших выпускниц получали «шифр» — золотой вензель в виде инициала императрицы Екатерины II, который носили на белом банте с золотыми полосками. • Некоторые воспитанницы института становились фрейлинами двора. • Учебный курс института приравнивался к курсу женских гимназий.

• Вот так описывает Лидия Чарская прогулку девочек по улицам Санкт. Петербурга. Они, одетые в одинаковые зеленые пальто и вязаные капоры с красными бантами на макушке, шли парами. Впереди классная дама, сзади швейцар в ливрее. – Что это? Приютских девочек ведут? – остановилась какая-то старушка. – Parlez français! (Говорите по-французски!) – приказывала классная дама, обиженная тем, что ее воспитанниц приняли за приютских. За зданием института был большой сад с аллеями, а также крытые галереи для прогулок в плохую погоду, была гимнастическая площадка. Для купания девиц в летнее время устроили фонтан с бассейном и тентом. Летом тех девочек-сирот, которые оставались в институте, возили по окрестностям Санкт-Петербурга, а больных отправляли на воды в сопровождении институтского врача и лазаретной дамы. После выпускных экзаменов лучшие воспитанницы в Зимнем дворце получали медали из рук императрицы, под попечением которой находились все институты благородных девиц в столице.

Институтский словарик • Мовешка - плохая ученица (от фр. ) Парфетка - хорошая ученица (от фр. ) Синявки - классные дамы (по цвету платья) Старые девы - девочки старшего класса после экзаменов до выпускного. Селюльки - комнаты для музыцирования (от фр. "кельи") Живые мощи - инспекторши.

• манжи-рукава, привязываемые к рукам суфлерши-те, кто умеет хорошо и незаметно подсказывать иностранки-ученицы других классов • Таита - тайна института. Образцовые - лучшие, по институтскому определению, воспитанницы. Отпетые - худшие воспитанницы. Мертвецкая комната - такая комната куда ставят гробы с умершими в нституте. Дортуар - спальня на институтском языке. Переулок - проходы между постелями. Кричать в трубу - значило призывать тех, кого хотелось видеть.

• "После спуска газа" - когда погасят керосиновые лампы • "обожать" - выбрать себе одну из старших воспитанниц и попытаться с ней дружить. "душка" -http://present5.com/pavlovskij-i-smolnyj-institut-pavlovskij-institut/

 

Судьба семьи С.П. Берга

• 28 апр, 2015 at 12:39 PM

В новых номерах "Московского Наследия" (ДКНовского издания кто не знает, кстати с прошлого года этот журнал стал поистине профессиональным хорошим изданием.) появилась рубрика «ЛИЧНОЕ»

Эта рубрика посвящена историям семей архитекторов, меценатов, владельцев достопримечательных московских зданий, рассказанных их потомками.

В только что вышедшем номере журнала "Москва Посольская" №2/2015 в рубрике «Личное» об истории Городской усадьбы С.П. Берга в Денежном переулке, где сейчас располагается Посольство Италии, рассказывает правнучка С.П. Берга Татьяна Лющанова.

И это очень интересно, потому что до сих пор во всей литературе про особняк, и даже в той что на сайте посольства сказано, что Берги благополучно уехали в Швейцарию... Я раскопала много из истории Бергов в России до революции пока готовилась к экскурсии туда, но для меня было большим шоком то, что рассказала его правнучка.

"Сергей Павлович Берг, по образованию инженер, был сыном дворянина Павла Сергеевича Берга и его жены Ольги Ивановны Ярцовой (дочери дворянина Ивана Матвеевича Ярцова). Берги и Ярцовы – потомственные горнозаводчики Урала и Сибири. (вот тут правнучка не права Ольга Ярцева была дочерью купца владельца уральских заводов и П.В. Берг выгодно женился, как Пашков, Дурасов, Козицкий и Бекетов веком ранее. @il_ducess)

Сергей Павлович и его брат Василий Павлович оказались достойными продолжателями семейного дела. Берги прославились также немалым финансовым участием в российской культуре, образовании и благотворительности.
У Сергея Павловича и его жены Ольги Леопольдовны было семь сыновей, в том числе мой дед, Владимир Сергеевич, и одна дочь.



Дореволюционная фотография запечатлела еще счастливую и благополучную семью на даче в Быково.
После революции 1917 года судьба С.П. Берга, его жены и детей сложилась трагически.

Сыновья Павел и Сергей (на втором плане фотографии, справа от отца) были в составе спецотряда, сформированного для освобождения царской семьи в Екатеринбурге. Они погибли по дороге в Екатеринбург: очевидцы опознали их изрубленные тела.
Василий умер от болезней вскоре после освобождения из сталинских лагерей. Был женат, имел дочь Елену.
Сыновья Константин и Дмитрий, дочь Ольга умерли от туберкулеза в конце тридцатых годов. У Ольги был сын Владимир.
Сын Сергея Павловича – Николай (третий справа на переднем плане) был талантливым инженером. В 30-е годы он стал директором завода, но вскоре его арестовали и отправили в сталинские лагеря на 10 лет. Он жил в Серпухове, был женат, имел сына Константина. Умер в начале 80-х годов прошлого века.
В семейном архиве сохранилась фотография 1975 года. На ней Николай Сергеевич Берг и жена его брата Владимира Сергеевича – Татьяна Леонидовна Берг, моя бабушка, идут под руку мимо когда-то своего дома – особняка в Денежном переулке. В этом особняке родилась в 1915 году и старшая дочь Владимира Сергеевича, моего деда, – Татьяна Владимировна.
В 1920 году, уже в Крыму, родилась вторая дочь – Вевея Владимировна, моя мама.
Мой дед, Владимир Сергеевич Берг (на фото на даче в Быково – на переднем плане второй справа), воевал в Белой армии и после ее поражения оказался в Турции. Он больше никогда не смог встретиться с женой и двумя дочерьми – Татьяной и Вевеей, а их переписку запретили.

Сам Сергей Павлович Берг и его жена Ольга Леопольдовна были по причине «неправильного» происхождения лишены продовольственной карточки и умерли в нищете в начале войны. (какой войны я не поняла... получается они дожили до 1940-х в Москве...)

До старости дожили только Николай Сергеевич Берг и жена Владимира Сергеевича Берга – Татьяна Леонидовна Берг (скончалась в 1989 году), моя бабушка.

Род Бергов в России продолжили семьи Николая, Владимира, Василия и Ольги. Потомки Сергея Павловича Берга всегда следовали семейной традиции быть полезными своей стране. Среди внуков и правнуков Сергея Павловича Берга – ученые, врачи, офицеры, учителя, журналисты, писатели.

вот теперь мне очень захотелось с ней встретиться и все расспросить, потому что это очень интересно и непонятно многое...

Метки:

• Арбатские переулки,
• Бергиhttps://il-ducess.livejournal.com/434868.html

Четыре времени года в усадьбе Бергов

Традиционная русская усадьба - богатейший пласт отечественного культурного наследия, гармоничный организм, где природа и архитектура сочетаются с поэзией загородной жизни, ее экологической целесообразностью. С русской усадьбой неразрывно связаны имена многих государственных деятелей и военачальников, писателей, художников - тех, кто составлял веками славу России. Знаменитая некогда дворянская фамилия Бергов, давшая Российской империи блестящих офицеров и генералов, писателей, промышленников не была исключением. Историческая справка Известно несколько дворянских родов Бергов… Записанные в родословные книги российских губерний, все они происходили от выходцев из дворянских семей Эстляндии и Лифляндии. Впервые имя Бергов появляется в Остзейских областях еще в XV веке. В XVI, XVII, XVIII и XIX веках Берги состоят в генеральских военных чинах и занимают высокие административные посты в государстве Российском… Вот несколько примеров: Максим Васильевич Берг - генерал-аншеф, кавалер ордена св. Александра Невского. Григорий Иванович Берг - генерал от кавалерии, кавалером ордена св. Александра Невского. Федор Федорович Берг (1793 – 1874)– военный геодезист, фельдмаршал. Участник Отечественной войны и зарубежных походов русской армии 1812-1814, русско-турецкой войны 1828-1829, глава военных экспедиций в Среднюю Азию. Возглавлял работы по составлению военно-топографической (трехверстной) карты России. Под руководством Берга велись работы по военно-статистическому описанию губерний , при нем положено начало применению фотографии к топографическим работам. С тал одним из учредителей Русского географического общества. Кавалер всех высших орденов Российской империи вплоть до св. Андрея Первозванного (фото есть) Николай Васильевич Берг (1823-1884) – поэт, переводчик, художник, историк и журналист. Принимал участие в Крымской войне 1853-1856 годов. Будучи корреспондентом журнала "Русский вестник", находился рядом с Гарибальди. Во время польского восстания 1861-1863 годов он был в Польше корреспондентом газеты "Санкт-Петербургские ведомости". Известен как переводчик стихов с болгарского, сербского, словацкого, украинского языков. Его сборник "Песни разных народов" (включивший переводы c 28 языков) получил хороший отзыв Н.А. Некрасова и Н.Г. Чернышевского. Он автор "Записок об осаде Севастополя" в двух томах и книги "Мои скитания по белу свету" – это путевые заметки посещения Греции, Турции, Сербии, Палестины. (фото есть) Федор Николаевич Берг (1839 - 1909) , - писатель. Публиковался в "Современнике", в редактировал "Ниву", был редактором "Русского Вестника". В 1905 - 1906 годах стал известен деятельным участием в московских монархических организациях… (фото есть) Павел Васильевич Берг – один из богатейших промышленников России конца XIX – начала XX веков, владелец «Усадьбы Бергов» в подмосковном селе Старо-Никольское… О нем и его сыновьях – подробный рассказ. История основателей усадьбы Павла Васильевича Берга и его сыновей, Василия и Сергея называли в свое время «вторыми Демидовыми» не случайно. Сопоставимы были не только энергия и богатство, деятельность П.В.Берга, потомственного дворянина, вставшего на путь промышленника, была в первую очередь связана с освоением богатств Урала и Сибири. Ему принадлежали знаменитые Шайтанские металлургические заводы, он был одним из учредителей Зейской золотопромышленной компании, которой принадлежали крупнейшие прииски: только за 1890 год на них было добыто 2 686 кг золота… Компаньонами П.В.Берга по Зейской компании были А.Л.Шанявский (будущий основатель первого народного университета в Москве) и В.Н.Сабашников (его сыновья известные книгоиздатели). Возможно, не без их влияния Павел Васильевич оставляет в своем завещании фантастическую по тем временам сумму в 185 714 рублей (впрочем, всего 2% его денежного капитала…) на финансовое обеспечение первого женского медицинского института в России (сегодня – Санкт-Петербургский государственный медицинский университет), выступив в этом благородном деле в одной команде с семьей Нобелей… На уральских заводах Бергов применялись самые передовые технологии; на Всероссийской промышленно-художественной выставке 1882 года в Москве они были удостоены серебряной медали, так как «по благоустройству своему и ведению хозяйства принадлежали к числу лучших заводов на Урале». Летом 1899 года Дмитрий Иванович Менделеев, проезжая по Уралу особо отметил Шайтанский завод Бергов: «село (при заводе) огромное и, видимо, богатое, народ весь одет исправно, довольство видное тут, очевидно, зависит от заработков на заводах… Нам сообщали, что население выпивает водки на 30 000 рублей, что представляет своего рода характеристику». После смерти Павла Васильевича его горнорудно-золотопромышленная империя переходит к сыновьям – Василию и Сергею Бергам… Они продолжили дело отца, вкладывая огромные средства в развитие и усовершенствование производства - именно высокая технологичность позволила Бергам без потерь пережить экономический кризис первых годов XX века, который особенно заметно проявился в черной металлургии. Современники отмечали, что «особенностью сих заводов являлась постоянная забота об эффективном использовании имеющихся энергоресуров»… Братья оказались талантливыми предпринимателями, они вложили средства сразу в несколько направлений: в железоделательный и чугунолитейные заводы, в сахарные фабрики, бумагопрядильную и ткацкую мануфактуры. Ими был учрежден в Москве Торговый дом «Наследники П.В.Берга», активы которого достигали десяти миллионов рублей. Имения Бергов были разбросаны по всей стране – Орловская, Пермская, Тамбовская, Харьковская губернии. Кроме того, семья владела девятью домами в Москве. Один из них знаменит и поныне… В 1893 году Сергей Павлович обращается в Московскую управу с просьбой разрешить ему сломать старый деревянный дом в Денежном переулке и вместо него выстроить новый каменный особняк. Проект он заказывает модному архитектору Бойцову… Особняк в Денежном переулке (ныне посольство Италии) заслуживает особого внимания. В нем необычно все – и удивительная история, буквально потрясшая мир, и художественная ценность здания. Выбранный архитектором стиль сложной эклектики практически неповторим, смешать готику, барокко и модерн так, чтобы это вызывало восхищение – знак высочайшего мастерства. Изящно оформленные и богато декорированные анфилады комнат – были ярким образцом гармонии и совершенства. Любопытно, что в центре столовой находился стол на тридцать персон, стоявший когда-то в Демидовском дворце в Петербурге… Наиболее любопытным элементом интерьера были осветительные приборы разнообразных и причудливых форм в стиле модерн. Сергей Берг одним из первых в Москве провел в свой особняк электричество. Именно в его доме состоялся первый в истории города «электрический бал», о котором «король репортажа» В.Гиляровский вспоминал: «Она (жена Берга) была великолепна, но зато все московские щеголихи в бриллиантах при новом электрическом свете танцевального зала показались скверно раскрашенными куклами: они привыкли к газовым рожкам и лампам...». История дома богата, как и его убранство. Супруги Берг придерживались либеральных взглядов. У них бывали видные политические деятели той эпохи, в частности, Александр Керенский. В 1917 году в особняке проводилось голосование в Учредительное собрание. Именно в этом доме произошло событие, которое резко изменило расстановку политических сил в стране. В апреле 1918 года в особняке поселился посол Германии граф Вильгельм фон Мирбах-Харфф…. Но ненадолго. 6 июля эсеры Яков Блюмкин и Николай Андреев, снабженные мандатами ЧК, вошли в здание посольства и, вызвав посла в парадную гостиную, выстрелили в него. Убийство Мирбаха послужило сигналом к мятежу левых эсеров. Несмотря на то, что уже вечером в бывший дом Бергов прибыл Ленин и, выразив соболезнование, обещал сурово наказать убийц, германское посольство вскоре покидает Москву. Особняк переходит к новым хозяевам – руководству III Интернационала. Последний раз исполком Коминтерна заседал в особняке в феврале–марте 1922 года, затем здание передали посольству Италии… Московскому особняку второго брата- Василия Павловича Берга повезло меньше, на его месте построен ныне театр им. Е.Вахтангова. Сам Василий Павлович (по воспоминаниям Ю.А. Бахрушина) был колоритной личностью. Дворянин по происхождению, он, женившись на купчихе, не разделял великосветских привычек брата, фактически порвал со своим сословием и считал себя всецело принадлежащим к торгово-промышленному классу. Своего рода слабостью Василия Павловича стали драгоценные "камушки", в которых знал толк и в которые вкладывал огромные средства... В обращении Василий Берг был человеком весьма воспитанным и приятным, легко находил общий язык с детьми и подростками, но был пренебрежительно равнодушен бездельникам и неудачникам. В 1904 году он покупает под летнюю резиденцию часть усадьбы Старо-Никольское, принадлежавшей Мусиным-Пушкиным, и, заказав проект известному архитектору В.Д. Адамовичу, строит на живописном высоком берегу реки Десны в сосновом бору два деревянных дома: для себя и для своего сына, названного в честь деда Павлом… События 1917 года заставили братьев Бергов покинуть Россию и эмигрировать в Швейцарию… А загородная резиденция, расположенной в тридцати километрах от столицы, где Берги создали лесопарк из сибирских кедров и лиственниц, частично сохранилась до наших дней… Комплекс усадьбы включал в себя два украшенных резьбой деревянных дома, и ряд красно-белых кирпичных построек, выполненных в псевдо-готическом стиле: водонапорную башню, каретный сарай, оранжерею. Через пейзажный парк, преимущественно хвойный, к ядру поместья вела подъездная аллея, вымощенная булыжником. Двухэтажный дом самого Василия Павловича, был обшит прорезной берестой, имел резные наличники. Дом его сына, расположенный чуть дальше от реки в роще, был богато декорирован резьбой и красиво покрашен. Крыша поддерживалась двумя ярусами точеных деревянных колонн. Старая высокая пихта рядом с домом, вероятно помнит Бергов; по виду дереву никак не меньше ста лет. Протекающая рядом река Десна очень красива. Не случайно, эти места выбирали для загородных усадеб старинные дворянские семьи: Ртищевы, Протасьевы, Мусины-Пушкины, Берги… Недалекие пешеходные прогулки по окрестностям, в соседние усадьбы, во время оторых можно любоваться прекрасными пейзажами – это подарок нынешним жителям от прежних владельцев этих земель. Окрестности. Старо-Никольское Из усадьбы Бергов прекрасно видна находящаяся в Старо-Никольском церковь Святого Духа. Это так по-русски: поля, холмы, петляющая среди них речка и силуэт церкви невдалеке. Возможно, именно по этой картине и сжимались когда-то сердца вынужденных покинуть Россию Бергов… Усадьба Старо-Никольское была основана во второй половине XVII века боярином Ф.М. Ртищевым-Большим, личным другом царя Алексея Михайловича и воспитателем его сына Федора. Прославился Ртищев тем, что однажды посоветовал царю ввести в обращение медные деньги вместо серебряных, следствием чего стал знаменитый "медный бунт". Именно при Ртищеве в 1709, на высоком берегу Десны, возведена самая древняя из сохранившихся построек усадьбы – церковь Святого Духа. .. Парадные белокаменные ворота усадьбы, построенных в начале XIX в, сохранились лишь частично, от них начинается аллея, ведущая мимо северного фасада главного усадебного трёхэтажного дома и двухэтажного флигеля в стиле ампир - к церкви. Дом, как и ворота, был построен в начале XIX века, при Мусиных-Пушкиных. Вскоре впереди становится видна церковь Святого Духа. Колокольня с шатровым приделом священномученицы Иулиании была построена позже, в 1858-1864 гг. и выполнена в псевдорусском стиле .(есть фото) Афинеево Примерно в четырех с половиной километрах от усадьбы Бергов в деревне Афинеево находится еще один интересный памятник архитектуры - церковь Усекновения Главы Иоанна Предтечи. Церковь была построена в усадьбе вотчинника М.А. Протасьева в 1704-1709 гг. в стиле московского барокко. Позже, на рубеже XVIII-XIX вв., к ней была пристроена псевдоготическая колокольня, которая, собственно, и придает церкви весь колорит и необычность. (есть фото) Милюково К западу от усадьбы Бергов неподалеку от деревни Милюково – можно осмотреть любопытный образец современного храмового деревянного строительства - небольшую срубленную из бруса симпатичную церквушку, особую живописность которой придает стоящая рядом корявая сосна. Вероятно, при церкви будет в дальнейшем построен монастырь… (есть фото) Природа «Потомок длинного ряда людей, прочно сидевших на этой земле веками, я понимал вокруг себя каждую подробность, каждый оттенок жизни. Знал откуда и зачем все это, что там за этой синей далью... Чувство родины, чувство России охватывало и пронизывало насквозь душу... » Эти слова, написанные полтора столетия назад – своего рода ориентир для тех, кто в наши дни выбирает для себя жизнь за городом, в гармонии с природой – единственным реальным связующим звеном между прошлым и будущим. Деревья, посаженные Бергами растут вопреки бурной истории ХХ века, неширокая, но живописная Десна голубой нитью прошивает окружающий ландшафт, скрепленный маковками церквей и колоколен. Ее извилистые берега, поросшие склонившимися к воде деревьями, их ветви, отражающиеся быстрое течение – все это было здесь и сто и триста лет назад, и при Бергах и при царе Алексее Тишайшем …. Вне зависимости от времени года здесь красиво, у каждого сезона своя прелесть: зеленое буйство лета, нежные краски весны, покой зимних снегов или багрянец и золото осени – все гармонично в Природе. Принято считать, что есть «намоленные» места, так говорят о старых церквях, храмах - их немало в ближайшем соседстве к усадьбе Бергов – но есть еще и «нажитые» места, издавна выбираемые людьми для спокойной жизни вдали от суеты. Ценность таких мест, обладающих доброй исторической аурой, не менее велика и безусловна.

«Усадьба Бергов», 143396, г. Москва, Троицкий АО, п. Первомайское, К/П "Усадьба Бергов; тел. 8 (495) 747-3110http://bergov.ru/project_history.htm

30 фотографий Смольного института благородных девиц, где воспитывали лучших фрейлин и добропорядочных жён

Разное    

История и археология

 

 

Воспитанницы Смольного института благородных девиц.

Считалось, что из Смольного института благородных девиц выходят самые элегантные фрейлины, добропорядочные жены и просто большие умницы. После того, как девочки попадали в это учебное заведение, они практически не видели родителей, а условия, в которых они жили, были по-настоящему спартанскими. В нашем обзоре 30 фотографий из Смольного, которые позволят увидеть, как жили его воспитанницы.

Смольный институт благородных девиц, открывшийся в Санкт-Петербурге 5 мая 1764 года стал первым в России женским воспитательно-образовательным учреждением.

 

Здание Смольного института.

 

 

Главный фасад здания Смольного института.

Управление институтом императрица Екатерина доверила своему личному секретарю Ивану Ивановичу Бецкому, который и был инициатором открытия института благородных девиц. Он получил образование за границей, много общался с энциклопедистами и придерживался рационалистических взглядов, будучи уверенным, что самое главное - просвещение, просвещение и ещё раз просвещение!

 

Преподаватели Смольного института.

 

 

Преподаватели Смольного института.

 

 

В учительской.

Правда, до учебного заведения Смольный явно не дотягивал, так как науки там изучались поверхностно. Упор в заведении делали на иностранные языки, хорошие манеры и дисциплину. Рассуждающие женщины были не в чести.

 

Урок пения.Фото 1889 г.

 

 

Урок игры на арфе. Выпускной альбом института 1889 года.

 

 

Урок рисования. Выпускной альбом института 1889 года.

Устав Института разослали «по всем губерниям, провинциям и городам... дабы каждый из дворян мог, ежели пожелает, дочерей своих в молодых летах препоручить сему от Нас учрежденному воспитанию». Желающих отдать своих детей в заточение на 12 лет было немного. Многие сомневались, чему же буду учить там их чад. Но в 1764 году первый набор состоялся.

 

Экзамен по музыке.

 

 

Смольный институт.Воспитанницы на уроке.

Правда, вместо предполагаемых 200 учениц набрали только 60 девочек 4-6 лет. Это были дети из малообеспеченных, но родовитых дворянских семей. Год спустя в институте открыли факультет «для мещанских девиц». Крестьянских девочек в заведение не принимали.

 

Урок рукоделия.

 

 

На уроке.

Главная цель преподавателей Смольного заключалась в том, чтобы сделать из девушки «парфетку» (parfaite франц. - «совершенный»). Выговор девушка могла получить за малейшее отступление от правил: недостаточно аккуратно заправленная постель, громкий разговор на перемене, выбившийся локон, завязанный не по уставу бант на переднике.

 

В швейной мастерской. Выпускной альбом института 1889 года.

 

 

Начальница Смольного института Е.А. Ливен в кабинете за письменным столом.

 

 

Преподаватели Смольного института в учительской комнате

За порванный чулок за неаккуратности или за проделки девочек оставляли стоять посреди столовой в то время, как другие обедали. Девушек так тщательно оберегали от пороков, что в Библиях заклеивали седьмую заповедь о прелюбодеянии.

 

Спальня воспитанниц.

 

 

Помывочная. Фото 1889 года.

Условия в институте были спартанские, поскольку Бецкой был уверен, что только в здоровом теле здоровый дух. Он считал, что детей нужно приучать к холоду, поэтому в спальнях Смольного температуры была не более 16 градусов. Спали девушки на жестких кроватях, утром обязательно выходили на зарядку и умывались холодной водой из Невы.

 

Медицинский осмотр. Выпускной альбом института 1889 года.

 

 

Медицинский осмотр. Выпускной альбом института 1889 года.

 

 

Смольный институт. Чаепитие с гостями.

 

 

Смолянки в столовой. Выпускной альбом института 1889 года

Рацион питания в Смольном был по сегодняшним временам более, чем скромным. Дневное меню выглядело так:

- Утренний чай с булкой.
- Завтрак: кусок хлеба с небольшим количеством масла и сыра, порция молочной каши или макарон.
- Обед: жидкий суп без мяса, на второе – мясо из этого супа, на третье – маленький пирожок.
- Вечерний чай с булкой.

 

На катке. Фото 1889 года.

 

 

Смольный институт. Катание с горки. Фото 1889 г.

Бывали дни, когда в институте говорили только на французском или на немецком, а за пророненное русское слово невнимательной девочке надевали на шею картонный язык. Она должна была блуждать по галереям института и не могла даже сесть. Это длилось до того времени, пока она не услышит русскую речь от кого-то другого, и тогда язык переходил к другой жертве.

 

Смольный институт. Приём - экзамен на знание хороших манер.

 

 

Воспитанницы Смольного института благородных девиц на уроке танцев. 1901 г.

На втором этапе обучения добавляли географию и историю, а на третьем – чтение нравоучительных и исторических книг, геральдика, архитектура и физика. На последнем этапе обучения повторяли всё ранее изученное, уделяя особое внимание Закону Божьему и домоводством, что должно было подготовить девушку к будущей семейной жизни. Кроме этого, в последний год обучения девушки проводили уроки в младших классах, чтобы получить опыт в воспитании детей.

 

Жилой флигель Смольного института.

 

 

Церковь Смольного института.

Самое важное и волнительное событие в Смольном - публичный экзамен, на котором присутствовали члены императорской семьи. За день до экзамена девушке вручали билет, по которому она должна была хорошо подготовиться.

 

Фрейлина ее императорского величества, начальница Смольного института княгиня Е.А.Ливен в кресле с вязанием в руках.

Шесть лучших учениц по окончании института получали золотой шифр – металлический вензель царствующей императрицы. Его носили на левом плече на белом в полоску банте. Вручали выпускницам и золотые и серебряные медали.

После окончания Института смолянок или устраивали при дворе фрейлиной, или выдавали замуж, или оставляли в родном институте в качестве преподаватели или классной дамы.

 

Последний выпуск воспитанниц Смольного института. 1917 год.

Суровые правила в Смольном институте благородных девиц можно сравнить разве что с теми, что существуют в хореографических школах. Наш фотоцикл об изнурительном пути в русский балет позволяет погрузится в эту атмосферу.

https://kulturologia.ru/blogs/040515/24370/

«Новые люди» Российской империи

Класс!

5 мая 1764 года, 250 лет назад, в Санкт-Петербурге был основан Смольный институт благородных девиц.

istpravda.ru

Это было вовсе не просто «еще одно» учебное заведение, а великий, наверное, первый в истории эксперимент по созданию «новых людей». Некоторые считают, что опыт провалился, однако на самом деле это не так. Свой характер «смолянки» показали в годы Первой мировой войны и в борьбе с большевиками.

Не так уж и давно по одному из центральных каналов российского телевидения прошел сериал «Институт благородных девиц», якобы посвященный жизни воспитанниц известного Смольного института. Якобы – потому что события, показанные массовому зрителю, имели весьма отдаленное отношение к тому, чем на самом деле было первое в России учебное заведение для девушек. Точнее, вообще никакого отношения не имели.

…В 1764 году Екатерина II разослала всем русским послам в Европе тайный приказ: добыть программы государственных воспитательных заведений для девиц. Дипломаты удивились: «Что за новая блажь у матушки?». Однако ж повеление императрицы бросились исполнять. Но, несмотря на все свои старания, выполнить его не смогли. В Европе того времени подобное заведение оказалось только одно – пансион под Парижем, учрежденный Людовиком XIV, но программы у него не было…


Смольный институт. Фотография 1889 года. 

Между тем, приказ Екатерины вовсе не был блажью. Она задумала великий эксперимент: вывести новую породу людей, перевоспитать общество.

Начитавшись Вольтера и Дидро, императрица мечтала о России, как о государстве, построенном по законам «разума и порядка», для которого ей нужен был «новый человек», воспитанный, благородный, добродетельный, способный к созиданию.

Но как это сделать? Откуда этого человека взять? И мудрая Екатерина, понимая, что одними указами эту задачу не выполнишь, решила сначала создать воспитателей – воспитать матерей, которые будут таких людей рожать и воспитывать. Поручила она это важнейшее для нее тогда дело Бецкому.


Иван Иванович Бецкой 

Иван Иванович Бецкой был человеком необыкновенным. Причем - в самом буквальном смысле этого слова. Он появился на свет в феврале 1704 года, но кто была его мать, история умалчивает. А вот отцом оказался человек известный - генерал-фельдмаршал князь Иван Трубецкой. А потому, как незаконнорожденный, согласно тогдашней традиции, Ваня и получил свою фамилию - усеченную версию отцовской.

Князь денег на воспитание отпрыска не жалел, он окончил кадетский корпус в Копенгагене, затем поступил на военную службу в Дании, а потом вышел в отставку. Приехав в Россию, был принят на службу в Коллегию иностранных дел, много путешествовал по Европе. Там он и познакомился с герцогиней небольшого германского княжества, Иоанной-Елизаветой Ангальт-Цербстской. Когда в апреле 1728 года у герцогини и ее супруга Христиана Августа Ангальт-Цербстского родилась дочка, стали поговаривать, будто настоящим отцом девочки является молодой русский дипломат. Девочка выросла и перешла в православие, поменяв свое немецкое имя София-Фредерика-Августа на русское — Екатерина Алексеевна. Через 20 лет она стала императрицей всероссийской, Екатериной II...


Глафира Алымова - одна из первых "смолянок". 

Этим, как полагали некоторые, и объяснялись все дальнейшие успехи в карьере Бецкого. После переворота, когда Екатерина Алексеевна взошла на престол, она приблизила Бецкого к себе и осыпала милостями. Был ли он в действительности ее отцом, неизвестно, но у них было много общего. Их объединяли увлеченность идеями французских философов-просветителей, энергия, большая эрудиция, тонкий художественный вкус и, главное, огромное желание действовать, чтобы изменить жизнь страны. В 1763 году Бецкой был назначен президентом Императорской академии художеств, а потом в Санкт-Петербурге тридцать лет возглавлял Канцелярию строений.

Именно благодаря Бецкому были построены гранитные набережные Невы, с его именем связано строительство Эрмитажа, сооружение Медного всадника и здания Академии художеств.

В мае 1764 года он представил императрице устав для учреждения «Общества для воспитания двухсот благородных девиц». И вскоре предложил Екатерине свою концепцию реформы российского образования и новой системы воспитания детей. Его доклад позже был опубликован под названием «Генеральное учреждение о воспитании обоего пола юношества». Именно Екатерина и Бецкой задумали вырастить в России «новых людей».


Урок музыки 

Достичь этого они решили с помощью специальных образовательных учреждений, ограждающих своих подопечных от влияния порочного мира. Они должны были вырасти, создать свои семьи и превратиться в «новых отцов и матерей, которые бы детям своим те же прямые и основательные воспитания правила в сердце вселить могли, какие получили они сами, и так следуя из родов в роды, в будущие веки», писал в своем докладе Бецкой.

Образование в новом учебном заведении должно было включать в себя науки, изящные искусства и физическое воспитание. Кроме того, нужно было развивать в детях склонность к трудолюбию и милосердие.


Урок рукоделия

Первое воспитательное училище такого рода было создано при Академии художеств. Сначала дети учились по общеобразовательным дисциплинам, а затем в специальных классах академии. В сентябре 1763 года вышел манифест об учреждении Имперского воспитательного дома в Москве — благотворительного закрытого учреждения для сирот, подкидышей и беспризорников. Воспитательный дом строился на частные пожертвования, в том числе самой императрицы и Бецкого. Еще одним щедрым жертвователем был эксцентричный миллионер Прокофий Демидов. По инициативе Бецкого такой же воспитательный дом был создан и в Санкт-Петербурге.


Смольный монастырь

В 1764 году Бецкой, по указанию Екатерины, осуществил свой самый известный проект: создал Воспитательное общество благородных девиц, которое позже было названо Смольным институтом благородных девиц, стало первым женским образовательным учреждением России. Свое имя институт получил потому, что на месте, где был основан, во времена Петра I был Смоляный двор, на котором варили и хранили смолу для нужд молодого российского флота. Название закрепилось за построенными там Смольным дворцом Елизаветы и Воскресенским Новодевичьим монастырем, а потом и за новым институтом, который разместился в его здании.

Монастырь, как таковой, прекратил свое существование в 1797 году. Но его кельи трудно было приспособить под учебные классы, и позднее, в начале XIX века, Джакомо Кваренги на месте бывшего «монастырского двора» построил новое большое здание. В 1808 году в новое здание Смольного института уже переезжали воспитанницы.



Чтобы понять революционный характер нового учебного заведения, следует вспомнить, что в то время в России мало кто вообще понимал необходимость серьезного образования для женщин. В стране не было ни одной школы, где учились бы девочки. Дворянок в лучшем случае учили дома при помощи иностранных гувернеров, а девочек из бедных семей, как правило, не учили вовсе.


На уроке

Отношения Бецкого с Екатериной II со временем стали портиться. Вероятно, императрице не понравилось, что ее протеже приписывает себе славу в деле, в котором и она сама сыграла значимую роль. В случае с Иваном Иавновичем это была, конечно, воспитательно-образовательная реформа, от которой его, однако, со временем мягко, но решительно отстранили.

В начале 1780-х годов Бецкой стал слепнуть, а затем старика хватил паралич. На его скромном надгробном памятнике были выбиты слова из оды Гавриила Державина: «Луч милости был, Бецкой, ты». Значительную часть состояния он завещал «своим» образовательным учреждениям — Воспитательным домам в Санкт-Петербурге и Москве и Смольному институту.


Все студентки регулярно проходили медицинский осмотр.

Бецкой был убежден, что, прежде всего, надо думать о здоровье воспитанниц, ибо только в здоровом теле здоровый дух. А потому он советовал с ранних дел приучать детей к стуже, в Смольном в спальнях температура не превышала 16 градусов. Воспитанницы спали на жестких кроватях, по утрам делали гимнастику, а умывались холодной водой из Невы. 


В столовой

Питание в Смольном было скудным, дабы избежать «излишеств». Вот образчик меню Института благородных девиц во второй половине XIX века:

- Утренний чай с булкой.
- Завтрак: кусок хлеба с небольшим количеством масла и сыра, порция молочной каши или макарон.
- Обед: жидкий суп без мяса, на второе – мясо из этого супа, на третье – маленький пирожок.
- Вечерний чай с булкой.

В посты рацион становился еще скуднее: на завтрак давали шесть маленьких картофелин - или три средних - с постным маслом и кашу-размазню, в обед был суп с крупой, небольшой кусок отварной рыбы, прозванной голодными институтками «мертвечиной», и постный пирожок. Кстати, точно также скудно питались в те времена и дети даже в царской семье. Никаких излишеств не было.


Спальня благородных девиц

Чтобы избежать вредного влияния извне, девочки имели очень мало контактов с семьей, воспитание в Смольном было закрытым. Отдав их в институт, родители уже не могли потом забрать их назад. Прежде всего, как учил Бецкой, следовало бороться с леностью, которая есть «мать всех пороков», в то время как трудолюбие – отец всех добродетелей. В качестве положительного примера должен быть живой совет воспитателя и пример книги.


Смольный. Урок гимнастики.

Смольный институт был рассчитан на воспитание за казенный счет 200 девиц от 6 до 18 лет. Принимали дочерей дворян, лиц, не ниже полковника и действительного статского советника. Они делились по возрасту на четыре класса. Для каждого возраста были разработаны специальные форменные платья определенных цветов: в младшем возрасте – кофейного, во втором – темно-синего, в третьем – голубого и в старшем возрасте – белого. Более светлые тона символизировали возрастающие образованность и аккуратность.


Преподаватели Смольного

В программу обучения входили: русская словесность, география, закон Божий, арифметика, история, архитектура, геральдика, иностранные языки, музыка. Учили также танцам, рисованию, рукоделию, светским манерам, различным видам домоводства. Много времени уделялось гимнастике. Кроме этого, их приучали умению быть приятными в обществе. Словом, предметов было куда больше, чем тот минимум, что предлагает сегодня для школы наше министерство образования.


Экзамен на знание хороших манер

«Смолянки» учились также воспитанию детей, домашней экономике: каждую неделю сами производили подсчет расходов, договаривались с поставщиками, обучались платить по счетам, а, начиная с третьего класса, сами шили себе платья. На каждую девицу, поступавшую в институт, ассигновывалось по 50 рублей, эти деньги клали на ее имя в банк, и ко времени окончания считались вместе с процентами ее приданным.

Во главе института стояла начальница, совершенно не похожая на ту скучную зануду, какой ее показали в телесериале.

От начальницы требовались особые качества: она должна была быть любимой и почитаемой, а, главное, «должна была вести себя кротко, весело», ей вменялось в обязанность «изгонять все то, что имеет вид скуки, задумчивости и печали».

Такое требование было неслучайным, поскольку речь шла о воспитании «в благородстве и радости».


На занятиях 

Надо ли говорить, что в институте соблюдалась строжайшая дисциплина, подъем был в 6 часов утра, а занятия продолжались в течение восьми часов. В отличие от того, что показывают в сериале, были, конечно, немыслимы интрижки с учителем танцев, флирт или что-то подобное. Учительницами были женщины, учителей-мужчин разрешалось приглашать только в крайнем случае.


Помывочная. Все девушки ухаживали сами за собой, без прислуги. 

Конечно, воспитанниц готовили для светской жизни. По воскресеньям в институт приезжали дамы из общества и молодые люди. Воспитанницы давали концерт, разыгрывали спектакль, или же время посвящалось просто приятному разговору. Иногда устраивались балы, на которые приглашали кадетов. Воспитанницы старших классов должны были уметь играть роль учтивых хозяек. Устав требовал от них приветливости и благородства не только в обращении с равными себе людьми, но и самыми низшими.



В институте царил настоящий культ царской семьи. Императоров «смолянки» обожали, и это всячески поощрялось руководством.

На выпуском публичном экзамене «смолянок» присутствовали сначала императрица, а потом император и члены его семьи. По окончании шесть лучших институток получали «шифр» - золотой вензель в виде инициала императрицы Екатерины, который носили на белом банте с золотыми полосками.


На прогулке.

Екатерина всячески рекламировала свой эксперимент. Смольный показывали каждому иностранцу, посещавшему Санкт-Петербург. И у всех он вызывал восхищение. Ведь впервые в Европе задача воспитания была поставлена и решалась на государственном уровне! Дидро с восторгом писал: «Была решена неразрешимая проблема – воспитывать без принуждения. Там воспитываются дамы благородные и очень образованные. Там у каждой есть возможность найти применение своим силам и развиваться. И было совершено настоящее чудо – была создана школа, которой никогда не было, нет, и вряд ли появится».


Чаепитие с гостями института

Однако после смерти Екатерины, постепенно, в атмосфере близости к пышному императорскому двору система свелась к тому, что вместо воспитания добродетельных жен и матерей Смольный институт стал, по сути, формировать светских женщин. Чрезмерное внимание уделялось воспитанию «изящных манер», а учение превратилось в «долбню». 

Хорошо учиться, по мнению одной из воспитанниц, это «уметь хорошо болтать по-французски и делать книксены». Появилось понятие «институтская складка». «Тихий и осторожный голос, воздушная и, вместе с тем, торопливая походка, движения и спокойные и робкие. Яркая краска беспрестанно разливалась на наших щеках, а, приседая, мы наклоняли голову с неподражаемой скромностью», - признавались воспитанницы.

Конечно, «великий эксперимент» Екатерины по созданию «нового человека» и преобразованию России в полной мере так и не был осуществлен. Но Дидро был прав, чудо все-таки произошло.


Последний выпуск Смольного

Из «смолянок» вышло целое поколение русских женщин - носительниц высоких идеалов чистоты, благородства, человеческого достоинства, веривших в то, что эти идеалы осуществимы, несмотря на все тяготы жизни. Ведь не случайно, что потом именно из «смолянок» вышли жены декабристов, без колебаний отравившиеся за своими мужьями на каторгу в Сибирь. Возник образ русской женщины, в котором находили потом свое вдохновение Пушкин, Лермонтов, Тургенев, Толстой.

В Смольном училась дочь Суворова Наталья, знаменитая «Суворочка». Муж выпускницы Дарьи Бенкендорф, граф Ливен, стал посланником сначала в Берлине, затем в Лондоне. Прекрасно образованная, с безупречными манерами, красивая и умная, одевавшаяся с отменным вкусом, молодая графиня блистала в лондонском обществе. Как отмечали историки, привитая в Смольном вежливость и обходительность в общении позволила ей сохранить хорошие отношения со всеми группировками в лондонском высшем свете. Граф Ливен часто пользовался советами жены для составления донесений в Санкт-Петербург, а с течением времени начал полностью доверять ей их написание. В итоге, графиня Ливен стала первой русской женщиной-дипломатом.



Выпускницей Смольного была Екатерина Ельчанинова, ставшая женой морского офицера Геннадия Невельского, прославленного исследователя Дальнего Востока, будущего адмирала.

В России середины XIX – начала XX века фантастической популярностью пользовалась книга Елены Молоховец «Подарок молодым хозяйкам», которая выходит и сейчас. Ее автор, до замужества носившая фамилию Бурман, тоже была «смолянкой».


Ольга Скобелева

Выпускницей Смольного была Ольга Скобелева (Полтавцева), мать «белого генерала» Михаила Скобелева, которого называли «Суворову равным».

Во время русско-турецкой войны 1877–1878 годов она одной из первых стала организовывать санитарные отряды, отправлявшиеся на Балканы, после смерти мужа посвятила себя благотворительности и уехала в Болгарию. Там при ее содействии были открыты приюты для инвалидов, вдов, сирот, госпитали для раненых.

Показали свой характер «смолянки», когда пришли годы тяжелых испытаний – Первая мировая и революция. Журнал «Столица и усадьба» печатал на своих страницах фотографии бывших воспитанниц института, которые просила прислать редакция, и все чаще в подписи под снимком после фамилии указывалось: «Работает, как сестра милосердия», «Работает на раненых».


Лидия Зверева

Воспитанницей Смольного института была первая русская летчица Лидия Зверева, дочь генерала русской армии. В июне 1911 года, вскоре после окончания института, она поступила в только что открывшуюся в Гатчине авиационную школу. А в августе того же года состоялся ее первый самостоятельный полет, и Лидии был вручен диплом пилота-авиатора за номером 31. 

Вскоре она стала первой женщиной, исполнившей в воздухе «мертвую петлю». Когда началась Первая мировая, Зверева занималась вместе с мужем выпуском военных самолетов. Однако в мае 1916 года выпускница Смольного неожиданно скончалась от тифа. Во время похорон над кладбищем кружили аэропланы: друзья прощались со смелой летчицей.


Софья До Боде

Некоторые воспитанницы Смольного института стали настоящими героинями сражений на фронтах с немцами, а потом и Белого движения. Так, София де Боде, выпускница Института благородных девиц 1914 года, пошла на службу в женский батальон, затем училась на офицерских курсах в Александровском училище. После их окончания получила звание прапорщика. Храбро командовала отрядом юнкеров во время октябрьских боев в Москве, была ранена в ногу. Участвовала в «Ледяном походе» Добровольческой армии, служила ординарцем в коннице. Воспитанница Смольного запомнилась всем своей невероятной храбростью, талантом кавалериста, но и, правда, непреклонной жестокостью к большевикам.


Мария Захарченко-Шульц

Драматической оказалась судьба и Марии Захарченко-Шульц, урожденной Лысовой, которая окончила институт в 1911 году с золотой медалью. После смерти мужа на фронтах Первой мировой она приняла решение заменить его собой. По Высочайшему разрешению Мария под именем своего первого мужа в начале 1915 года поступила вольноопределяющимся в 3-й Елизаветградский гусарский Ее Императорского Высочества Великой княжны Ольги Николаевны полк. Это была одна из немногих частей русской армии, не затронутая разложением. Однако после большевистского переворота офицеры полка отправились по домам.

Прибыв в родные края, Мария обнаружила, что ее имение под Пензой разорено, разъяренные толпы грабили магазины, жгли помещичьи усадьбы, убивали. Мария организовала «Союз самозащиты» и партизанский отряд из учащейся молодежи, стала прятать и переправлять из Пензы офицеров к белым. Тогда же она встретила офицера 15-го уланского полка Григория Захарченко, который весной 1918 года стал ее вторым мужем. Вскоре Мария воевала у белых, под командованием ее супруга. Она отличалась бесстрашием в боях, осенью 1920 года, уже похоронив мужа, была ранена под Каховкой. 



Еще одна благородная барышня из полка Захарченко-Шульц


После крымской эвакуации Мария оказалась в Галлиполийском лагере. В июне 1927 года ее группа совершила неудачный поджог общежития чекистов на Малой Лубянке и попыталась уйти за границу, в перестрелке с сотрудниками ОГПУ под Полоцком погибла. Как сообщал красноармеец, один из очевидцев смерти бывшей «смолянки»: «На противоположной опушке леса стоят рядом мужчина и женщина, в руках у них по револьверу. Они поднимают револьверы кверху. Женщина обращается к нам, кричит: «За Россию!» и стреляет себе в висок. Мужчина тоже стреляет, но в рот. Оба падают».

Так сражались и погибали воспитанницы Смольного института благородных девиц…

В советские времена, когда безжалостно ниспровергалось все «старое», про уникальный педагогический эксперимент благополучно забыли, а в понятие «Институт благородных девиц» стали вкладывать иронический или просто насмешливый смысл, начали изображать его выпускниц, как ни на что негодных «кисейных барышень». А о Смольном, здание которого захватили в 1917 году большевики - вспоминать лишь как о «штабе революции», водрузив у его входа памятник В.И. Ленину.

В наши же времена создают на эту тему пошлые «мыльные» телесериалы…


Картина И. Бродского "Ленин в Смольном". 



P.S. После Февральской - буржуазной революции 1917 года Институт благородных девиц был закрыт и сюда переехали Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов. Ну, а после Октябрьской революции Петросовет был выселен, уступив место  ЦК партии и Совету Народных Комиссаров. У Ленина в Смольном было три кабинета. Первый кабинет находился в угловой комнате № 67 (третий этаж южного крыла) - здесь Ленин постоянно принимал посетителей. Второй кабинет находился на третьем этаже северного крыла здания - здесь Ленин писал и проводил совещания с узким кругом лиц. Наконец,  были личные покои В. И. Ленина и П. К. Крупской - комната № 86 на втором этаже северного крыла здания. Здесь они жили с 10 ноября 1917 г. до 10 марта 1918 г. После их отъезда вместе с членами правительства в Москву комната оставалась в неприкосновенном виде. В 1927 г. здесь открылся мемориальный музей. 


Первая экспозиция Музея Ленина в Смольном - траурные венки, присланные на похороны Ленина. 


Смольный в советские годы


 

Владимир Малышев, stoletie.ru

00:03 21/05/2014

ТЕМЫ: Смольный институт благородных девиц Россия Российская империя Смольный культура

http://www.istpravda.ru/pictures/9113/