На первую страницу

Семейная история. Родословия

• В. Безроднов. Родословие князей Стародубских и происхождение князей Путятиных
• Н. Цветкова. Судьба потомков декабриста
• А. Кравцов. Современные потомки декабриста Бодиско
• А. Акиньшин. Вицинские из Воронежа
• А. Фомкин. Священнический род Орловых
• М. Талалай. Русские мемории графского рода Коронини-Кронберг

В. Безроднов

Родословие князей Стародубских и происхождение князей Путятиных (по материалам синодика князей Микитиничей-Головчинских)

Князья Стародубские ведут своё происхождение от кн. Ивана Всеволодовича (1198–ок.1248), младшего сына великого кн. Всеволода Большое Гнездо. Свою самостоятельность Стародубское княжество сохранило до середины XIV в. В 1363 г. войска Московского кн. Дмитрия Ивановича захватили Стародуб и Галич и изгнали князей Ивана Фёдоровича Стародубского и Дмитрия Ивановича Галицкого, которые отъехали к нижегородскому кн. Дмитрию Константиновичу. Не желая ссориться с московским князем, кн. Дмитрий Константинович не принял беглецов, и те были вынуждены удалиться в Новгород, под защиту Новгородского архиепископа .
Младший брат кн. Ивана Стародубского кн. Андрей предпочел, видимо, путём потери самостоятельности сохранить все свои земельные владения, которые были в руках его потомства до середины XVI в., когда в результате опричного террора многие из стародубских князей лишились своих владений. Сам же кн. Андрей Фёдорович перешёл в разряд служилых князей.
Под 1368 г. мы имеем известие летописей о гибели стародубского князя Семена Дмитриевича Крапивы «от Ольгерда на Халхне» . С его гибелью пресеклась старшая ветвь стародубских князей. Но так ли это? Древние родословцы и Бархатная книга дают потомство только кн. Андрею Фёдоровичу, младшему из 3-х сыновей князя Фёдора Ивановича Стародубского. По родословцам кн. Андрей имел 4-х сыновей: кн. Василия Пожарского, кн. Фёдора Стародубского, кн. Ивана Ряполовского и кн. Давида Палецкого, от которого пошли все известные нам роды князей Стародубских .
В списке «Б» родословных книг кн. Андрею Фёдоровичу даётся ещё один, пятый сын, неизвестный по имени, от которого якобы пошёл род князей Путятиных . В других родословцах и Бархатной книге происхождение князей Путятиных показано от кн. Никиты Ивановича Путятина-Друцкого, который имел пять сыновей: Фёдора, Ивана, Василия, Петра и Давида. Потомство кн. Петра Никитича пресеклось в середине XVIII в., а ныне существующий род Путятиных ведёт своё происхождение от кн. Давида Никитича.
Но данное указание родословцев опроверг польский историк Ю. Вольф, известный исследователь Литовской метрики . Согласно его исследованиям от кн. Ивана Ивановича Путятина-Друцкого происходят князья Путятичи, род которых пресёкся на его внуке кн. Василии Богдановиче Путятине в первой четверти XVI века. Из материалов Литовской метрики видно, что в 1495 г. в свите московской княжны Елены Ивановны, дочери великого князя Московского Ивана III в Литву выехал кн. Никита Иванович, который в официальных документах того времени писался князем Ряполовским . Он остался в Литве и получил от великого князя Литовского Александра Казимировича значительные земельные пожалования. Именно у него было 6 сыновей: Фёдор, Иван, Василий, Пётр, Давид и Матвей, неизвестный по родословцам. По мнению Ю. Вольфа, кн. Матвей Никитич выехал в Литву в 1499 г. в связи с казнью кн. Семёна Ивановича Ряполовского, обвинённого в заговоре в пользу княжича Василия Ивановича . Все сыновья кн. Никиты Ивановича писались князьями Микитиничами-Ряполовскими.
В 1509 г. кн. Матвей Никитич получил от великого князя Литовского имение Головчин и стал писаться князем Микитиничем-Головчинским. Он и его потомство служили в Литве, и род пресёкся в 1658 г. со смертью кн. Николая Константиновича Головчинского-Ряполовского.
Старшие сыновья кн. Никиты Ивановича вернулись в Москву (возможно, в 1508 г. вместе с князьями Глинскими) и, как говорилось выше, от кн. Петра и кн. Давида Никитичей пошли две ветви рода князей Путятиных. Когда они стали писаться фамилией Путятиных – не совсем ясно.
Чьим сыном был кн. Никита Иванович? Несомненно, что состав свиты княжны Елены Ивановны тщательно подбирался самим великим князем, поэтому все лица, вошедшие в состав свиты и посольства, были люди в своё время весьма известные и преданные великому князю. Судя по тому, что кн. Никита Иванович писался князем Ряполовским, он должен происходить из рода князей Стародубских. Но среди потомков кн. Андрея Фёдоровича Стародубского такого князя нет. Поэтому, определив происхождение данного князя, можно узнать, от какой ветви Стародубских князей ведут своё происхождение князья Путятины и князья Микитиничи-Головчинские-Ряполовские. Ни в родословцах, ни в летописях кн. Никита Иванович не упоминается.
Единственным источником, который помогает как-то разрешить данный вопрос, является синодик рода князей Микитиничей-Головчинских. Этот синодик находится в составе Киево-Печерского помяника, опубликованного в Киеве в 1892 г.  Точно такой же синодик мы имеем и в другом помянике Киево-Печерской Лавры, находящемся в Румянцевском собрании ОР РГБ. (в копии с древнего оригинала, сделанного в 1687 г.), но несколько отличный от опубликованного .
Приводим этот синодик ещё раз: «Род князя Матвея Микитинича: кн. Фёдор, кн. Дмитрий, кн. Иван, кн. Никита, кж. Евдокия, инока Ефросинья, кн. Настасья, кн. Наталья, кн. Меланья, кн. Василий, кн. Михаил, кн. Пётр».
Во втором списке синодика, хранящегося в ОР РГБ, отсутствуют все женские имена и кн. Михаил. В остальном оба списка совпадают. Собственно, нас интересуют первые четыре имени, являющиеся прямыми предками кн. Никиты Ряполовского по восходящей линии.
При сравнении имён, записанных в синодике, с родословием князей Путятичей-Друцких видно, что эти имена совершенно отличны от имён, упоминаемых в родословии князей Путятичей-Друцких, но совершенно совпадают с именами князей Стародубских. Все имена хорошо известны.
Так, кн. Фёдор – это князь Фёдор Иванович Благоверный, убитый в Орде в 1326 г. Кн. Дмитрий – кн. Дмитрий Фёдорович, его старший сын, умер в 1354 г. Кн. Фёдор – это должен быть кн. Фёдор Дмитриевич, сын предыдущего и брат кн. Семёна Фёдоровича Стародубского, убитого литовцами в 1368 г. В родословцах и летописях он не упоминается. В синодике отсутствует кн. Семён Дмитриевич, но это можно объяснить тем, что мы имеем запись в синодике только прямых предков кн. Никиты Ивановича, без боковых ветвей. Неизвестно, покинул ли Стародуб кн. Фёдор Дмитриевич вместе с дядей, кн. Иваном Фёдоровичем, в 1363 г., при присоединении княжества к Москве, или остался, как и дядя, кн. Андрей Фёдорович, на службе у московского князя. Источники об этом молчат.
Кн. Иван – кн. Иван Фёдорович, сын кн. Фёдора Дмитриевича.
Кн. Никита – кн. Никита Иванович Ряполовский, выехавший в 1495 г. в свите княжны Елены Ивановны Московской в Литву.
Далее в синодике следует ряд женских имён. Надо отметить, что ни у одного из стародубских князей, живших в XIII–XIV веках, имён жён мы не знаем. Не упоминаются они и в летописях. Поэтому наиболее вероятно предположить, что далее в синодике записаны имена жён стародубских князей, нам неизвестные:
– кн. Евдокия – жена князя Фёдора Ивановича Стародубского (†1329);
– кн. инока Ефросинья – жена кн. Дмитрия Фёдоровича (†1354);
– кн. Настасья – жена кн. Фёдора Дмитриевича;
– кн. Иов, кн. Настасья, кн. Мелания – возможно, это родственники кн. Никиты;
– кн. Василий, кн. Пётр – это сыновья кн. Никиты Ивановича, братья кн. Матвея Никитича;
– кн. Михаил – в списке синодика ОР РГБ отсутствует. Возможно, это также кто-то из родственников кн. Никиты.
Кроме рассматриваемого синодика, мы имеем ещё одно известие о князьях Стародубских, живших в XIV веке. В так называемом «Патриаршем синодике»  среди князей XIV века (с 1310 по 1377) упоминаются 4 князя Стародубских: кн. Фёдор, кн. Ярослав, кн. Иван, кн. Фёдор. Двух князей мы знаем: первый князь Фёдор – это несомненно кн. Фёдор Иванович (†1329); кн. Иван – его сын Иван Фёдорович, изгнанный из Стародуба. Кн. Ярослав в родословцах и летописях среди стародубских князей не упоминается. Но в древних синодиках очень часто вместо имён мирских писались имена крестильные или иноческие (тому пример – Любецкий синодик). Возможно, что кн. Ярослав – это крестильное имя кн. Дмитрия Фёдоровича.
Можно было бы предположить, что второй князь Фёдор – это кн. Фёдор Андреевич Стародубский, сын кн. Андрея Фёдоровича и внук кн. Фёдора Ивановича. Этот кн. Фёдор Андреевич упоминается в источниках в I-й четверти XV века. Но в патриаршем синодике записаны князья XIV века, поэтому, видимо, здесь записан кн. Фёдор Дмитриевич, неизвестный родословцам, что в общем-то совпадает со сведениями синодика рода князей Микитиничей-Головчинских-Ряполовских.
Таким образом, рассматриваемый синодик позволяет нам выявить новую ветвь рода князей Стародубских, неизвестную по источникам. Ныне существующий род князей Путятиных оказывается представителем старшей ветви Стародубского княжеского дома.
Остаётся неясным, какими землями владели кн. Фёдор Дмитриевич и его потомки. Судя по титулу, с которым кн. Никита Иванович упоминается в Литовской метрике, владения его должны быть где-то в Стародубе-Ряполовском, но где именно – источники не упоминают. Родовые вотчины князей Путятиных находились в Новгородском и Тверском уездах с XVI века, что, вероятно, связано со службой стародубских князей новгородскому архиепископу. При составлении Государева родословца в 1550 г. князья Путятины были записаны как новгородские помещики, а не стародубские. Видимо, уже в начале XVI века они не имели земельных владений на территории бывшего стародубского княжества и были записаны в Государев родословец как литва дворовая по Новгороду.

 

---

Н. Цветкова

Судьба потомков декабриста

По преданию, Бодиско прибыли в Италию из турецких владений, а Пётр Бодиско в середине 16 века переехал из Венеции во Фландрию, в город Брюгге. Его сын упоминается в Амстердаме в 1611 г. В Голландии Бодиско занимались медициной, торговлей, избирались в органы государственного управления. Генрих (Андрей, 1660–1741) с сыном Яковом (1689–1731) в 1698 г. прибыл в Архангельск, где занимался торговлей оружием. Он стал родоначальником российской ветви рода. С 1713 г. фамилия Бодиско упоминается в Петербурге.

Декабрист Михаил Бодиско

Михаил Андреевич Бодиско (1803–1867), представитель пятого колена русской ветви рода, был 22-м ребенком в семье директора Московского ассигнационного банка, орловского и тульского помещика Андрея Андреевича (Генриха Морица, 1753–1819) Бодиско , который в 1803 г. был признан в российском дворянском достоинстве.
Окончив Морской кадетский корпус, он в 21 год стал адъютантом морского министра. За участие в выступлении на Сенатской площади 14 декабря 1825 г. он был приговорён Верховным уголовным судом к гражданской казни с лишением дворянства, чина и наград и к пяти годам крепостных работ. В Бобруйской крепости он принял православие . Вера помогла ему выдержать и каторгу, и семь лет солдатчины, последовавшей затем.
Он вернулся в родовое имение 36-летним, больным, но не сломленным морально человеком, готовым к исполнению программы, составленной им в заключении: к постепенному, терпеливому переустройству окружающей жизни, к совершенствованию себя и своих близких.
Оставаясь почти 20 лет поднадзорным, он неустанно трудился. Сначала в имении Соковнино Тульской губернии, которым он владел вместе с братьями-дипломатами Александром и Андреем, жившими за границей . А в неурожайный 1840 г. ему была доверена организация помощи голодающим. Через три года он был назначен уполномоченным по размежеванию чересполосных земель государственных крестьян, а в начале шестидесятых – мировым посредником в деле размежевания помещичьих и крестьянских земель. Крестьяне долго вспоминали: «Он не обделил нас… по совести делил землю» . Таким образом, в конце жизни он практически осуществлял отмену крепостного права, воплощая в жизнь идеалы своей молодости.
В 1844 г. М.А. Бодиско женился на Людмиле Павловне Тиличеевой (1822–1896), у них родилось семеро детей, первоначальным воспитанием которых занимались сами родители. После амнистии 1856 г. ему было возвращено дворянское достоинство , которое получили и дети, рождённые после 1825 г. М.А. Бодиско умер в чине надворного советника в своём имении в с. Богородицком (Жадоме) Чернского уезда Тульской губернии.
Дети декабриста
Старший сын Сергей (*1847) умер в возрасте 6 месяцев.
Второй сын, Михаил Михайлович (1849–1912), службу начал в Сенате, с 1894 г. стал членом Тульского губернского правления; являлся непременным членом губернского присутствия, возглавлял благотворительные общества, в 1910 г. был избран председателем Чернской уездной земской управы . Стал действительным статским советником.
Третий сын, Дмитрий Михайлович (1851–1920), получил агрономическое образование, служил чиновником по особым поручениям Главного управления землеустройства и земледелия Министерства государственных имуществ. К концу своей карьеры также был действительным статским советником.
Прекрасно зная положение дел в сельском хозяйстве России, совершая инспекционные поездки и занимаясь собственным хозяйством, он одним из первых поднял голос в защиту поместного дворянства как гибнущей опоры самодержавия. К тому времени прошло 30 лет со дня отмены крепостного права, стали очевидными результаты реформы: помещики разорялись, беднели деревни.
Д.М. Бодиско в течение ряда лет выступал в печати , доказывая, что поземельное дворянство – «опора власти в деревне», что оно связано с деревней «материально и нравственно», и что с уходом дворян со сцены на смену им придёт «новый, неизвестный элемент».
К 1906 г. оба брата, Михаил и Дмитрий, лишились своих поместий, превратившись в безземельных уездных чиновников.
Младший сын декабриста, Андрей Михайлович (1863–1922), воспитывался в Морском кадетском корпусе, в 1882 произведён в гардемарины, в 1884–1885 гг. плавал на пароходе-фрегате «Генерал-адмирал», был переведён с Балтики на Черное море. Уйдя в отставку, позднее вернулся на военную службу, дослужился до полковника. Эмигрировал в Юго-Восточную Азию через Шанхай .
Старшие дочери Михаила Андреевича, Мария (*1853, в замужестве Левицкая) и Варвара (*1854, в замужестве Алексеева), стремясь сохранить память об отце, изложили в своих «Воспоминаниях»4 рассказы о нём старшей сестры его, баронессы Шарлотты Дольст, а также семейные предания о роде Бодиско.
Младшая дочь, Анна Михайловна (1856–1920), вышла замуж за Николая Матвеевича Яковлева, блестящего морского офицера, командира императорской яхты «Мираж». Во время русско-японской войны он командовал броненосцем «Петропавловск». Когда «Петропавловск» подорвался на мине, он чудом спасся в числе семи офицеров. В Петербурге Яковлевы жили в «адмиральском» доме на Екатерининском канале, 95, на 2-м этаже. После революции уехали в имение в Орловской губернии. В 1919 его вместе с другими видными гражданами г. Орла большевики хотели взять в заложники. Он убедил всех не подчиняться и был растерзан революционной толпой на ж. д. станции Орел. Через два года его вдова умерла от рака5.

Внуки декабриста

К началу XX-го века подросло поколение внуков Михаила Андреевича. Из одиннадцати внуков десять выбрали военное поприще. Первым начал воевать единственный сын Андрея Михайловича, полный тезка деда-декабриста, Михаил Андреевич Бодиско 2-й (*1887). Четырнадцатилетним добровольцем он участвовал в китайской кампании 1900–1901 гг., затем в русско-японской войне. После этого он окончил Хабаровскую военную школу и Николаевское военно-инженерное училище. Во время Первой мировой был дважды ранен и контужен. Награжден орденами Св. Анны 2-й, 3-й и 4-й степени, Св. Станислава 2-й и 3-й степени, знаком военного ордена Св. Георгия 4-й степени, французским орденом Почетного Легиона, медалями. Вместе с родителями покинул Россию. В эмиграции в 1922 г. похоронил отца, Андрея Михайловича, на о. Ява, в Батавии .
Михаил Михайлович (*1885) учился в Императорском Александровском лицее и в последний год был избран «генералом от богословия», поскольку был первым помощником законоучителя, настоятеля лицейской церкви о. Михаила Поспелова (родного деда и воспитателя автора этих строк). Михаил Михайлович окончил лицей с большой золотой медалью и был определён чиновником по особым поручениям Министерства земледелия и землеустройства. Оказавшись в 1918 г. в той части Прибалтики, которая была оккупирована немцами, в Россию не вернулся.
Один из семи сыновей Михаила Андреевича, Алексей (1891–1917?) в Первую мировую пропал без вести. Еще о двоих, Николае (*1889) и Андрее (*1890), окончивших Морское училище (так с 1910 г. назывался Морской кадетский корпус), известно, что они выжили в огне мировой и гражданской войн и в 1920-х годах трудились: Николай на Московско-Курской железной дороге, Андрей – в Севастополе. О младшем, Иване Михайловиче, известно что он родился в 1898 г. и в 1937 г. также жил в СССР. Его сын, Дмитрий Иванович Бодиско, живет в г. Электроугли Московской области .
Несколько более подробно прослежена судьба Владимира Михайловича (1893–1942), благодаря тому, что его потомки по женской линии, пережившие все войны и ныне здравствующие, сберегли память о нем. В связи с началом войны в 1914 г. Владимир Михайлович за один год стал гардемарином и мичманом – был выпущен из Морского училища ускоренным курсом. Служил на канонерской лодке «Грозящий». За отличие в бою 29-го сентября 1917 г. с немецким кораблем был награжден именным кортиком с надписью «За храбрость» и Георгиевским крестом. Участвовал на стороне красных в гражданской войне, потом окончил сельскохозяйственную академию и занялся селекцией. С началом Великой Отечественной был мобилизован во флот. 31-го июля 1942 г. канонерская лодка 013, на которой он служил, погибла со всем экипажем у о. Василисин на Онежском озере, выполняя боевое задание .
В русско-японской войне приняли участие два сына Дмитрия Михайловича, Сергей и Алексей. Сергей Дмитриевич (1882–1904) окончил Морской корпус в 1901 г., получив назначение в Сибирскую флотилию. В начале войны служил минным инженером на броненосце «Петропавловск». Погиб при взрыве броненосца 31 марта 1904 г. .
Следом за Сергеем на театр военных действий отправился Алексей Дмитриевич (*4.09.1885), выпущенный с началом войны из стен корпуса досрочно. Участвовал в Цусимском сражении старшим вахтенным офицером военного транспорта «Анадырь» в составе 2-й Тихоокеанской эскадры, награжден орденом Св. Станислава 3-й степени с мечами и бантом.
В 1907 г. поступил в Михайловскую артиллерийскую академию. В 1910 г. произведен в лейтенанты и назначен наблюдающим за постройкой кораблей на Адмиралтейских заводах, исполнял должность помощника заведующего артиллерийским отделом. В 1915 г. «за постановку снарядного производства на бывшем заводе Крейтона» получил чин капитана 2-го ранга .
Послереволюционная судьба его, все перипетии которой подтверждены документами, оказалась самой трагичной. После закрытия завода Алексей Дмитриевич вместе с отцом (который ушёл в отставку еще в 1915 г.), матерью, молодой женой (второй брак) и новорожденным сыном Дмитрием решил перебраться поближе к земле, в Курскую губернию. В Курске в 1918 г. порядки изменились мало, но город был наводнен бывшими помещиками, изгнанными из окрестных усадеб взбунтовавшимися крестьянами. В 1918 г. было сожжено и Соковнино, поместье декабриста М.А. Бодиско. Переехали в г. Рыльск, но и там работы не было. Алексей Дмитриевич подался в Киев. Как специалист высокого класса, он был принят на работу инспектором военных заводов. В ноябре 1918 г. его командировали в Одессу, которую вскоре заняла Белая армия, а в Киев вошел Петлюра – дорога домой была отрезана. Из Одессы он перебрался в Севастополь, где весной 1919 г. его мобилизовали в Вооруженные Силы Юга России для работы в техническом бюро Севастопольского порта. Вместе с управлением Белой армией он перемещается в Новороссийск, потом в Ростов-на-Дону, где возглавил техническую службу речных сил.
В июне 1920 г. Алексей Дмитриевич пытался через Грузию пробраться в Курск, к семье, о которой ничего не знал уже около двух лет. Попытка не удалась. Он возвратился в Севастополь и в ноябре того же года, зная, что в Советской России ему не выжить, эвакуировался в Константинополь вместе с частями генерала П.Н. Врангеля. В Турции он некоторое время жил на о. Халки в семье своего брата Василия.
Василий Дмитриевич (1884–1956) окончил Первый кадетский корпус и Павловское военное училище (1904 г.), служил в 3-м стрелковом Финляндском полку, в 1910 г. был переведен в Морское ведомство. В послужном списке капитана В.Д. Бодиско числятся два ордена: Св. Анны и Св. Станислава, оба 3-й степени. Женат он был на Лидии Васильевне Султановой. Осенью 1918 г. вместе с женой, сыном Владимиром (1912–1998), дочерьми Ириной (*1910) и Людмилой (*1918) и их нянюшкой, последовавшей за ними, Василий Дмитриевич бежал из Петрограда, где работал при Советах в Главном управлении кораблей и снабжения. Приехав на Украину и раздобыв документы «громадянина», он перебрался на трубочный завод в Николаев, где работал помощником директора. В конце 1919 г. началась эвакуация белых частей из Николаева. Вместе с ними навсегда уехала из России и семья Василия Дмитриевича. Так он оказался под Константинополем на о. Халки .
В марте 1921 г. Алексей Дмитриевич обратился в советское представительство за разрешением вернуться в Россию. В апреле, по прибытии в Новороссийск, его задержала ЧК и направила в Рыльск для установления личности. Тем временем его отца, Дмитрия Михайловича, не изменившего своих взглядов после 1917 г., арестовали и поместили в тюрьму, где он, не выдержав издевательств, принял яд и умер. На следующий день пыталась покончить с собой мать Алексея – Екатерина Яковлевна. Ее удалось спасти.
Алексей Дмитриевич с матерью, женой и сыном переехал в Глушково, где с 1921 по 1929 г. работал на суконной фабрике, став, в конце концов, главным механиком. В 1930 г. его пригласили на работу в АО «Текстильстрой» в Москву. Жизнь, похоже, начинала налаживаться... Но в августе 1930 г. он был арестован органами ОГПУ «за сокрытие воинского звания и работу не по специальности». Решением «тройки» был выслан под Вологду, где три года работал инженером, участвовал в реконструкции завода. Мать не дождалась его возвращения, умерла в 1933 г. По отбытии срока Алексей Дмитриевич был назначен в Николаев младшим военпредом на военный завод. Через полтора года его аттестовали как «специалиста-артиллериста с большим опытом и стажем» и повысили в должности: он стал старшим военпредом.
«Личное дело № 171 Народного комиссариата военно-морского флота на Бодиско Алексея Дмитриевича» завершается выпиской из «Списка начальника политического управления Черноморского флота» тов. Гугина (гриф «Совершенно секретно», 1937 г.): «Бывший офицер. В 1920 году с белыми ушёл в Турцию. В 1930 году коллегией ОГПУ осужден за активную контрреволюционную работу на 3 года... Входил в группу ссыльных, участвовавших в подготовке к свержению Советской власти…» .
Больше ничего. С фотографии в деле прямо в душу смотрит печальными, бесконечно усталыми глазами красивый немолодой человек…

Письма из эмиграции – правнуки

Исход белых из Крыма был массовым. С Врангелем ушло из России около 150 тысяч человек, их временно приняла Турция. Оттуда перебирались в славянские страны – Болгарию, Чехию, Сербию, которая с 1923 г. входила в состав «Королевства Сербов, Хорватов и Словенцев», а также в Германию, Францию и др.
Устраивались, как могли. Семье Василия Дмитриевича повезло: в городе Нови Сад много лет жила его сестра Ксения (1879–1935?), уехавшая в Сербию вместе с мужем С.Р. Минцловым, русским писателем и библиографом, известным в Европе и в России. Поначалу у них и обосновались.
Небогатое королевство предоставило русским возможность выжить, остальное было за ними. Работали все, не гнушались никаким трудом, сохраняли единую организацию: отчисляли заработанные средства для содержания 6 тыс. инвалидов, 2 тыс. семей погибших воинов, на обучение 5 тыс. учащихся в средних учебных заведениях и 3-х тысяч студентов вузов. Сохраняли армию – единственную в Европе силу, способную бороться с большевиками: 40 тысяч солдат и офицеров были готовы встать в строй по первому сигналу. Дети учились в эвакуированных генералом Врангелем и воссозданных на чужбине училищах: Николаевском кавалерийском, трех женских институтах (в том числе знаменитая «Кикинда» – осколок Смольного института благородных девиц), трех кадетских корпусах – «Русском», «Крымском», «Втором Донском».
Обучали по старым русским традициям: иностранным языкам, правилам хорошего тона, истории России, русской литературе. Готовили к трудной жизни в эмиграции: девушек учили основам ухода за детьми и больными, готовить пищу, шить, стирать; юношей – быть стойкими и мужественными, способными взять в руки ружьё, владеть ремёслами; и тех и других – быть готовыми поступить в югославские вузы в соответствии с местными требованиями.
Было бедновато, было трудно, многое делали сами. Но – никогда не жалели денег на книги. В училищах не было отстающих, порядок и дисциплина были безукоризненные.
О шести годах обучения в Крымском кадетском корпусе с восторгом писал из Венесуэлы Владимир Васильевич Бодиско. Вот описание корпусного праздника: «Он совпадал с Днем Святых Елены и Константина, 21 мая по старому стилю, начинался с церковной службы, парада, с выносом свято хранимого знамени Императорского Сумского кадетского корпуса. Был праздничный обед и бал, который открывался полонезом из «Евгения Онегина», в первой паре выступали директор корпуса генерал Промптов и начальница приглашенных девиц из Донского Мариинского института Н.В. Духонина. Танцы продолжались до полуночи, после чего разгоряченные вальсами и мазурками институтки выстраивались в «эскадрон» и прощались с участниками бала глубоким реверансом» . В тихом югославском городке, далеко от России, продолжал жить осколок старого мира.
7 апреля 1928 г. умиравший от скоротечной чахотки генерал Врангель продиктовал последний приказ, в котором наказывал молодому поколению, подрастающему в эмиграции: «Когда падет ненавистная власть и воскреснет Национальная Россия, для каждого будет счастьем отдать ей все силы. К этому бескорыстному служению Родине и должны все готовиться» .
В 1930 г. сын Василия Дмитриевича, Владимир, был выпущен из корпуса. До конца дней он был верен духу крымцев, чувству гордости за Россию, товарищеской взаимопомощи, был деятельным участником Международного кадетского объединения, существующего и поныне.
О трудностях студенческой жизни в Югославии в предвоенные годы рассказывала в письмах Людмила Васильевна Бодиско, младшая дочь Василия Дмитриевича, жившая у дочери в США: «Жить вначале было негде, одно время группой ночевали на кладбище, в склепе. Вставали рано, устроились разносить по домам молоко, к восьми часам были уже в университете. Жить стало легче, когда с помощью короля открыли общежитие для неимущих студентов. Когда приходили деньги от близких, устраивали праздник: ужин с хлебом, чаем и сахаром…» Это рассказ о среднем из пяти внуков адмирала Н.И. Казнакова, её будущем муже .
В 1935 г. Владимир Васильевич поступил на агрономический факультет Белградского университета. В 1939 г. он женился на студентке философского факультета университета балерине Наталии Владимировне Ставрович*.
С началом Второй мировой войны бедствия русских усугубились еще и тем, что партизаны Тито считали их своими врагами: ведь они были врагами Советов! Борьбу с фашизмом они начали с того, что стали убивать русских специалистов и священников, а затем, особенно в провинции, вырезать целые семьи. Многих это толкнуло на сотрудничество с немцами: в 1941 г. Владимир Васильевич был зачислен ветеринаром в Русский корпус. Капитуляцию он встретил в американской зоне оккупации.
В лагере для перемещенных лиц у него произошла встреча с двоюродным братом Дмитрием, сыном расстрелянного в России Алексея Дмитриевича Бодиско. Он прошел через ад плена, концлагеря, службу в РОА. Возвращение в Россию для него было закрыто. Дмитрий женился на немке и вместе с ней уехал в Австралию.
Коммунистические порядки, насаждавшиеся в послевоенной Югославии, заставили Владимира Васильевича переехать в Южную Америку, куда давали визы беспрепятственно.
Пришлось снова начинать с нуля, учить испанский. В.В. Бодиско приняли на работу в агрономическую школу, и он писал лекции по-сербски, потом переводил на испанский, заучивал наизусть. Его энергия, знания и усердие были замечены, ему предложили работу в научном институте по селекции породы коров, способных давать молоко в условиях тропиков. Несколько лет он изучал местную креольскую породу, работал с привозными коровами швицкой породы, затем скрестил индийскую корову «зебу» с голландскими быками «хольштейнами». Многолетняя работа завершилась успехом: выведенная новая порода «Яракаль» унаследовала голландские надои и выносливость индийских «зебу». Сейчас коровы этой породы распространены по всей Латинской Америке. В 1965 г. Владимир Васильевич защитил диссертацию в Белграде. Он автор двух книг и более 100 статей на испанском, английском, сербском и русском языках, стал почётным профессором нескольких университетов мира. Наряду с работой по специальности, Владимир Васильевич работал секретарем правления «Объединения кадет» в Венесуэле. Он – автор и редактор «Бюллетеня» – журнала кадетского объединения в Венесуэле, г. Каракас.
Во всех начинаниях его верной союзницей была его заботливая и любящая супруга Наталия Владимировна, встречу с которой он считал самым счастливым событием жизни.
С признанием заслуг пришла обеспеченность. Супруги Бодиско начали путешествовать, более десяти раз приезжали в Россию. Первые поездки были строго регламентированы: как интуристы, они получали такси и переводчицу, возможности перемещения были строго ограничены. Начавшаяся в СССР перестройка позволила и им свободно путешествовать по России, найти своих родственников: Татьяну Сергеевну Юдинову в Москве (женская линия от Владимира Михайловича, погибшего на Онеге), Данилевских в Царском Селе. «Мы побывали почти во всех лучших театрах мира. Слушали и видели всех знаменитостей… Мы обходили все театры Москвы, Питера, Одессы. А сколько городов, знаменитых и маленьких, мы объездили! Плавали по Дунаю, Рейну, Волге, озерам. В Майами, Париже и Нью-Йорке у нас были любимые магазины – покупать платья было священнодействием. Знаменитый научный работник был светским и общественным человеком. Никто с ним не скучал», – вспоминает Наталия Владимировна. В последние свои приезды в Россию Владимир Васильевич посещал возрождаемые кадетские корпуса, рассказывал юношам о значении военных училищ в жизни кадетов-эмигрантов, успел пригласить и принять в Венесуэле трех петербургских суворовцев.

Время неумолимо. 12 апреля 1998 года на 87-м году жизни скончался правнук декабриста Бодиско-Венесуэльский, в октябре 2000-го года ушла из жизни его сестра, Людмила Васильевна.

 

---

А. Кравцов

Современные потомки декабриста Бодиско

Перед моей поездкой во Францию в октябре 2000 г. Наталья Алексеевна Цветкова попросила меня связаться там с Николаем Александровичем Соколовским, правнуком декабриста Михаила Андреевича Бодиско. Анна Михайловна, дочь декабриста, была замужем за адмиралом Николаем Матвеевичем Яковлевым, а их дочь Анна вышла замуж за драгунского офицера Александра Соколовского.
У меня два номера его телефона: один в Париже, другой в Каннах, на южном побережье. Вскоре выясняю, что живет он в Каннах, но вскоре приедет в Париж. Договариваюсь о встрече. Его квартира в центре Парижа, рядом с Сорбонной и Люксембургским садом. Симпатичный старый дом. Маленький дворик, дверь на лестницу и через полтора этажа – маленькая табличка с фамилией «Sokolowsky». Дверь открывает невысокий, лысый, очень доброжелательный человек лет семидесяти. Жена, симпатичная и улыбчивая, намного моложе. Немножко понимает по-русски. На вопрос об имени жены – ответ: «Ренэ, что значит вновь рожденная». Маленькая квартирка, прихожая, комната с окнами в потолке на крышу, кухня. На стенах небольшие гравюры, виды Петербурга (приятно это увидеть во Франции). Фотография деда, адмирала Яковлева.
Родители Н.А. Соколовского уехали из России в 1920 г. на французском торговом пароходе в Турцию, затем перебрались в Югославию, в г. Птуй. Николай Александрович там и родился в 1922 г. Вскоре они переехали во Францию. Благодаря знакомству с адмиралом Ляказом они смогли дать сыну морское образование на льготных условиях, т. е. за малую плату. Учился он во время войны в Марселе. В последний год учения ему грозила высылка на работы в Германию. Пришлось скрываться от немцев у партизан в горах. В 1949 г. Николай Александрович решил не сдавать экзамен на капитана и стал лоцманом. Три года проводил суда в Сайгоне (когда французы воевали в Индокитае), потом 7 лет в Алжире, тоже во время войны (жена говорит «всю войну!»). Затем много лет был лоцманом в Марселе.
«Я француз, – говорит он, – русского языка не знал, пока не заинтересовался своими предками, в частности, дедом-адмиралом. Стал общаться со своим троюродным братом Николаем Мусиным, внуком Марии Михайловны Бодиско и Николая Ивановича Левицкого, который много знал о своих предках».
Выучил русский, составил родословное дерево, связался с представителями американской ветви рода Бодиско: Александр Константинович Бодиско (*1931) живет во Флориде, США. Побывал Соколовский в России, был в Орле и Туле, где жили Бодиско. На прощанье подарил мне копию родословной, составленную, по его словам, отцом Александра Константиновича в 1936–1937 гг. , которая содержит сведения о 344-х Бодиско. Во Франции у Анны Михайловны Бодиско-Яковлевой уже 33 потомка!
В мое «задание» входило также выяснение судьбы Александра Константиновича Бодиско (*1869), а также Дмитрия, сына репрессированного Алексея Дмитриевича Бодиско. Кроме того, хотелось бы узнать побольше о современных северо-американских Бодиско, о которых вообще мало что известно.
Судьба Александра Константиновича прояснилась благодаря Н.А. Соколовскому: он – отец составителя родословной, подаренной мне Соколовским, и дед Александра Константиновича Бодиско. Родился в Вашингтоне, в 1883 г. поступил в Пажеский корпус, после выпуска – офицер Кавалергардского полка. В 1894 г. был назначен в Департамент торговли, в 1899 переведен во 2-й Департамент Министерства иностранных дел. С 1907 г. – камергер, с 1914 г. – статский советник. Был членом Петроградской городской управы (как таковой он упомянут на мемориальной доске на мосту им. Петра Великого в С.-Петербурге), членом совета директоров Березовского и Южноалтайского золотопромышленных обществ. После революции 1917 г. остался в Сибири, затем эмигрировал в США. С 1923 г. был избран председателем Союза пажей в Нью-Йорке, в 1934–1935 гг. – членом совета Союз русских дворян в Америке. Первым браком был женат на Александре Евгеньевне Ламанской (*1874), у них было два сына, Евгений (1896–1927) и Константин (*1901). После развода женился в 1921 г. на Любови Ивановне Ивановой .
Поиски Дмитрия Алексеевича решил начать в Интернете, на слово «Бодиско». «Вывалилось около 90 сайтов, в том числе знаменитый венесуэльский Владимир Васильевич Бодиско; само собой, русский посол в США, XIX век; голландские, американские Бодиско и Бодиско-Массинк, а вот мелькнули и австралийские: Лавиния Бодиско, студентка университета в Куинсленде, и Пол Бодиско, да ещё с электронным адресом! Тут же посылаю Полу письмо-запрос, которое вскоре возвращается по причине недействительности адреса: сайт в Интернете датирован 1997 г., адрес, видимо, сменился. Однако на другой странице вижу опять Пола Бодиско: он член сената университета Маккуэри в Сиднее, избранный студентами. Электронного адреса, однако, нет. «Брожу» по университетским страницам, и вижу «доктора Джудит Дикинсон», декана, ответственного за работу со студентами. Адрес, номер корпуса, комнаты, e-mail, телефоны, факсы… Вот кто мне поможет: все-таки не простой студент, а член сената! Д-р Дикинсон дня через четыре сообщает мне, что передала мое письмо мистеру Полу Бодиско.
Через день-другой получаю от него письмо. Сообщает, что у него, кроме отца, есть дядя Алексис в Куинсленде (видимо, отец Лавинии, которую я уже «видел»), и дед, который сейчас очень подавлен смертью бабушки в позапрошлом месяце. По поводу наших поисков Дмитрия Алексеевича Пол пишет, что это вполне может быть дед, который действительно попал в плен во время войны, в Германии женился на немке и после войны уехал в Австралию. Бабушка Мэри как раз недавно умерла, а дед зовется Джозеф. А вовсе не Дмитрий! Обещает показать мое письмо деду . Звоню Наталье Алексеевне Цветковой, рассказываю. «Да, – говорит она, – в надежде освободиться от немцев Дмитрий поступил во власовскую армию, потом решил затеряться и сменил имя на… Джозеф». Ей всё это сообщили венесуэльские Бодиско, с которыми она переписывается.
Мое письмо Пол, видимо, показал-таки деду, потому что связь, так легко установленная, оборвалась. Полвека страха за семью… Уже из Петербурга сообщил по электронной почте адрес Дмитрия/Джозефа Наталии Владимировне Бодиско, она обещала написать ему.
А на американских страницах «паутины» увидел: «Ричард Бодиско, торговля недвижимостью», и на home-page, среди рекламы этой конторы, вижу: «Мы занимались недвижимостью ещё до прибытия в Сан-Франциско: в 1867 году мой двоюродный дед, русский посол в США, подписал соглашение о продаже Аляски»! Есть, разумеется, и электронный адрес . Пишу ему, он отзывается моментально, сообщает о своем деде Михаиле Андреевиче Бодиско 2-м, внуке декабриста, тепло вспоминает бабушку Полину (Полина Владимировна Кашкина, дочь штабс-капитана конной артиллерии ), отца Андрея.
Андрей Михайлович Бодиско  родился 13 января 1912 г. во Владивостоке. Окончил школу в Сан-Франциско, затем колледж там же. Поступил на юридический факультет Калифорнийского университета. В 1931–1933 гг. служил в армии США, занимал призовые места в плавании, стрельбе и легкой атлетике. В 1936 г. женился на американской гражданке Хелен-Дороти Джоунс. Ричард сообщает, что отец стал известным адвокатом и умер в 1963 г., оставив сыновей Ричарда и Майкла.
Брат Ричарда Майкл (1941–1996) имел четверых детей: Эндрю, Алекса, Маделин и Эллен. У самого Ричарда (*1944) – сын Ричард Бретт (*1971) и дочь Одри Энн (*1976) .
Американец Ричард Бодиско помнит, что он потомок декабриста: по его словам, революционность наследственна: он был первым в Калифорнии и Сан-Франциско, кто предложил ввести ограничение на срок службы законодателей штата (в отличие от президента и сенаторов, этот срок конституцией США не ограничивается, что, в принципе, увеличивает возможность коррупции). Его голос был услышан, и последние 30 лет его часто привлекает правительство для разработки законодательных инициатив.

---

А. Акиньшин

Вицинские из Воронежа

Главы семей, получивших дворянское достоинство на военной либо гражданской службе или по награждению орденом и внесенные таким образом в первую, вторую или третью части родословной книги благородного сословия, происходили из самых разных слоев общества: купцов, мещан, мелких канцелярских чиновников, духовенства, солдатских детей. Род воронежских Вицинских, о котором идет речь, имел священнические корни.
В последней четверти XVIII в. в селе Верхний Мамон Павловского уезда священником в деревянной Казанской церкви (построена в 1771 г.) служил Григорий Вицинский. Еще один Вицинский (очевидно, его брат), Павел, после окончания Киевской духовной академии в 1779–1784 гг. преподавал философию в Воронежской духовной семинарии. Его учеником в синтаксическом классе был Евфимий Болховитинов (1767–1837), известный в будущем церковный деятель, историк и археограф, основоположник воронежского краеведения. Весной 1784 г. Павел Вицинский, принявший в монашестве имя Палладия, умер . А через год в семинарии появился ученик Вицинский-младший, сын верхнемамонского священника Григория, Михаил.
Михаил Григорьевич родился в 1774 или 1775 г. в Верхнем Мамоне (ныне это районный центр Воронежской области), в семинарии он провел двенадцать лет. Теперь ему уже было не миновать обучаться у семинарского префекта, павловского протоиерея Евфимия Алексеевича Болховитинова. Одолев все классы бурсы, вплоть до высшего философского, Михаил Вицинский не стал принимать духовного сана. В 1797 г. он показан выбывшим в «медицинское ведомство» . Однако в это десятилетие нужда в учителях была гораздо большей, чем в священнослужителях и лекарях, а потому, пройдя своего рода «педагогические курсы» при губернском Главном народном училище, в июле 1799 г. он был определен в Малое народное училище, открытое в уездном Павловске. С именем Вицинского связано становление и развитие этого учебного заведения в городе на Дону. Он был единственным преподавателем в училище, имевшем статус начальной школы, и обучал питомцев азам всех наук, которые сам знал.
За время службы М.Г. Вицинского в Павловском народном училище сменилось несколько смотрителей (заведующих), которыми назначались городские плац-майоры или городничие. Одни хвалили молодого учителя и представляли к чинам и наградам, другие притесняли его, лишая положенных казенных дров и свечей, а иногда и задерживая жалованье. В разбирательство конфликтных ситуаций втягивались директор народных училищ губернии Г.А. Петров и сам гражданский губернатор тайный советник А.Б. Сонцов. Михаил Григорьевич не раз собирался покинуть Павловск, то, намереваясь поступить в число казеннокоштных студентов Харьковского университета (уже и замену ему находили), то, прося о переводе смотрителем училища в уездный Богучар. Приобретя на службе расстройство нервной системы (дрожание головы и рук), он многократно лечился на Липецких минеральных водах, а к осени вновь возвращался в Павловск .
Летом 1812 г. М.Г. Вицинский, наконец, расстался окончательно с училищем и ушел в отставку, имея чин губернского секретаря. Надо полагать, такое решение было вызвано его женитьбой на дочери павловского помещика, подпоручика Григория Яковлевича Зацепина, Наталье . Сами Зацепины были не очень богаты, хотя мать невесты, Александра Михайловна, происходила из рода крупных землевладельцев Бабаниных, и в приданое ей дали лишь несколько крестьянских душ в селах Гвазде Павловского уезда и Масловке Бобровского уезда. Наталья Григорьевна Вицинская по отцу была внесена в шестую часть дворянской родословной книги (она и числилась хозяйкой крепостных), её же супруг получил заветное дворянство через двадцать лет.
Родственные связи позволили М.Г. Вицинскому получить должность на государственной службе и обосноваться в уездном Боброве. Здесь родились тринадцать его детей, кроме старшей дочери, Александры, которая появилась на свет в 1813 г. в селе Клеповке Павловского уезда, в имении Зацепиных. Сыновей и дочерей у Михаила Григорьевича и Натальи Григорьевны было поровну, по семь человек, и я укажу лишь тех, кто продолжил династию Вицинских, тем более, что о дальнейшей судьбе почти ни одной из дочерей нет известий. Старшим был Николай (р. 5 марта 1816 г.), за ним шли Павел (р. 20 апреля 1817 г.), Алексей (р. 1 марта 1819 г.), Ипполит (р. 22 января 1822 г.), Измаил (р. 10 июня 1823 г.), Валериан (р. 18 февраля 1830 г.) и Владимир (р. 17 мая 1831 г.) . Восприемниками при крещении Павла были коллежский секретарь Алексей Шарапов и титулярного советника Ивана Малчевского дочь Александра.
В конце 1820-х гг. Михаил Вицинский занимал должность уездного казначея в Боброве. 17 апреля 1831 г. он был награжден орденом св. Анны 3 степени, дававшим право на потомственное дворянство, чем и не преминул воспользоваться, сразу же подав соответствующее прошение в Воронежское дворянское депутатское собрание. Определением Сената 27 октября 1831 г. Вицинские были внесены в первую часть дворянской родословной книги. В апреле 1832 г. М.Г. Вицинский был произведен в коллежские асессоры, этот чин тоже давал право на дворянство. Уездным казначеем он показан еще в середине 1830-х гг., но как долго продолжал службу – неизвестно; последнее упоминание о нём, отставном чиновнике, владельце деревянного дома в Боброве, относится к 1853 г.
В 1830–1840-е гг. уездным стряпчим в Боброве служил Николай Иванович Афанасьев, отец известного фольклориста и собирателя русских народных сказок Александра Николаевича Афанасьева (1826–1871). Безусловно, семьи Вицинских и Афанасьевых были хорошо знакомы между собою, тем более, что многие сыновья казначея, как и старший сын стряпчего, учились в губернской гимназии. В 1840 г. гимназию окончил Измаил Вицинский. На счёт местного дворянства он намеревался поступить в Строительное училище, но не выдержал положенных экзаменов и в следующем году поступил на службу . В 1851–1859 гг. И.М. Вицинский – квартальный надзиратель Московской полицейской части в Воронеже, с 1861 г. – чиновник губернского правления. В 1868 г. он возвращается в родной Бобров и становится уездным стряпчим, с 1870 г. – заседатель уездной дворянской опеки, коллежский асессор. Измаил Михайлович жил в доставшемся от родителей доме, своей семьи не имел. Последний раз в документах он упоминается в начале 1890-х гг. . Ипполит Вицинский был поручиком корпуса лесничих, в 1850–1853 гг. он печатался на страницах «Воронежских губернских ведомостей» . В 1870 г. вместе с супругой Анной Андреевной жил в Туле .
Алексей, Валериан и Владимир вообще не оставили следов в позднейших архивах. Старшие же сыновья начинали свое образование, по примеру отца, в Воронежской духовной семинарии. Николай Вицинский в 1833 г. выбыл из среднего отделения семинарии и поступил на медицинский факультет Московского университета . В 1838 г. он окончил Медико-хирургическую академию и стал лекарем, дальнейшая судьба его неизвестна. Но внук кого-то из многочисленных братьев, Иосиф Вицинский, работал до войны в Воронеже врачом-рентгенологом, врачом была и его дочь Галина. К сожалению, сейчас носителей этой фамилии в нашем городе не осталось .
Павел Михайлович Вицинский (1817–1884) в 1835 г. выбыл из философского класса семинарии на медицинский факультет Харьковского университета и окончил его в 1840 г.  Его однокашниками по семинарии были такие известные, хотя и весьма разные люди, как издатель и журналист Виктор Ипатьевич Аскоченский (1813–1879) и соратник Н.И. Пирогова, главный военно-медицинский инспектор русской армии, тайный советник Орест Иванович Рудинский (1816–1889). П.М. Вицинский служил уездным врачом, нёс военную службу, в середине 1850-х гг. состоял врачом Воронежской губернской палаты государственных имуществ, имел чин коллежского асессора. Собственного угла в Воронеже Вицинский не приобрёл, проживал в Тулиновском переулке в доме своего коллеги И.А. Малышева. В начале 1850-х гг. П.М. Вицинский был избран членом-корреспондентом Губернского статистического комитета.
Помимо служебных обязанностей, требовавших от него поездок по многочисленным селениям государственных крестьян, Павел Михайлович имел и частную практику. Среди его воронежских пациентов был поэт Иван Саввич Никитин (1824–1861), содержавший неподалеку, на Третьей Дворянской, постоялый двор, а затем владевший книжной лавкой на Большой Дворянской. Постепенно отношения врача и больного переросли в дружеские. Об их достаточно тесном общении в Воронеже на протяжении ряда лет свидетельствует письмо И.С. Никитина от 3 февраля 1861 г., адресованное Вицинскому в Кострому, куда Павел Михайлович незадолго перед этим переехал . Сообщая о городских литературных новостях, передавая привет от общего приятеля, литератора и общественного деятеля Михаила Федоровича Де-Пуле (1822–1885), И.С. Никитин интересовался здоровьем сестры Павла Михайловича, Софьи, и просил передать ей с ближайшей почтой поклон. Никитинское письмо было обнаружено и опубликовано в самом начале ХХ в., однако пристального внимания биографов поэта адресат не вызвал. П.М. Вицинский умер в г. Буе Костромской губернии .
Его потомки оказались вдали от отчего края. Старший сын, Владимир (1868–1955), унаследовал профессию отца. Военный врач В.П. Вицинский зарекомендовал себя как опытный офтальмолог. В 1900 г. он участвовал во Всемирном конгрессе естествоиспытателей в Париже, где познакомился с И.И. Мечниковым . С 1912 г. он служил врачом Нижегородского графа Аракчеева кадетского корпуса. После революции Вицинский сполна хлебнул лиха: обыски, аресты, угрозы расстрела самому и его близким. Работая в лазарете, сам заразился сыпным тифом и чудом избежал смерти. В 1920-е гг. Владимир Павлович стал одним из организаторов медицинского факультета Нижегородского университета и занял должность старшего преподавателя кафедры глазных болезней. До конца своих дней вёл приём в поликлинике.
Дворянское прошлое семьи не было забыто. Когда в 1990-е гг. возрождалось Нижегородское губернское дворянское собрание, внук старого врача – Г.В. Вицинский – стал его предводителем. Под его редакцией вышли два выпуска «Дворянского альманаха» (1996, 1997). Воронежские Вицинские живут теперь в Нижнем Новгороде.
Кстати, с воронежской семинарией связаны еще двое Вицинских. Первый – Марк Алексеевич Вицинский (1807–19.11.1987), сын дьячка церкви Рождества Богородицы в уездном Богучаре, вероятно, приходившийся дальним родственником отцу Григорию. Семинарию Марк покинул в 1829 г., служил священником, затем окончил Киевскую духовную академию и принял монашество с именем Митрофана. Впоследствии он занимал видное место в церковной иерархии: епископ Екатеринбургский, епископ Оренбургский, архиепископ Донской . Второй – сын священника с. Донецкого Богучарского уезда, выпускник Воронежской духовной семинарии 1853 г. Яков Васильевич Вицинский (1829–22.01.1884) .

---

А. Фомкин

Священнический род Орловых

Орловы – династия священнослужителей Воронежской епархии, начало которой восходит к XVIII веку. Потомком одного из них, впрочем, не состоящим в числе служителей Христова алтаря, является и автор данной статьи. Отправной точкой моих генеалогических исследований стало семейное предание, записанное прадедом, А.М. Орловым, в 1950-х годах, которое, по возможности, было проверено по архивным документам и материалам периодических изданий. Большую помощь в этом оказал воронежский исследователь А.Н. Акиньшин, предоставивший ценные сведения по данной теме.
Согласно семейной легенде, основателем священнической династии Орловых является Юхим (Ефим) Орёл, родившийся в 20-х годах XVIII века на Волыни. Выпускник Киевской духовной академии, он некоторое время служил писарем Переяславского куреня войска Запорожского. После ликвидации Запорожской Сечи в 1775 г. он перешел на Слободскую Украину и поселился в местечке Уразова Слобода, расположенном на левой стороне реки Оскол и принадлежавшем роду князей Голицыных.
 Первый историограф Воронежского края митрополит Евгений (Болховитинов) в своем труде «Историческое, географическое и экономическое описание Воронежской губернии», вышедшем в 1800 г. писал, что «Уразова помещичья слобода, населена черкесами, великороссами и малороссами, от уездного города Валуек в 15 верстах. В ней господской конный завод и ярмарок в год бывает 6, на оныя, кроме прочих товаров, много выгоняют для продажи рогатого скота» . В настоящее время это город Уразов Белгородской области.
По преданию, Юхим Орёл принес на своей груди антиминс с церковного престола и, приняв духовный сан, стал настоятелем церкви Уразовой Слободы. В её ограде он и был похоронен в первой половине 90-х гг. ХVIII в. Сказать что-либо определенное о церкви, в которой служил Юхим Орёл, затруднительно. Известно лишь, что его потомки служили в церкви во имя иконы Божией Матери Знамение, построенной помещиком кн. Александром Николаевичем Голицыным в 1806 г. В слободе её именовали «базарной», вероятно, она находилась недалеко от рынка. В 1877 г. она была перестроена, в приделах были устроены ещё два престола: во имя перенесения мощей св. Александра Невского и трёх святителей . Возможно, что этот каменный храм имел деревянного предшественника.
Сын Юхима Орла – Алексей Орёл, родившийся в 70-х гг. XVIII в., также получил богословское образование, наследовал отцовское место и священствовал до конца 30-х гг. ХIХ в.
У алтаря Знаменской церкви его сменил один из сыновей – Алексей, фигурирующий в документах уже под фамилией Орлов. Он родился в 1804 г., получил образование в Киевской духовной академии и дослужился до сана протоиерея. Он был женат на Елизавете Алексеевне Штурба, происходившей из запорожских казаков, осевших после разгона Сечи в слободе Алексеевке Харьковской губернии. Как указывается в семейном предании, Елизавету Алексеевну, вышедшую замуж 13-летней девушкой, пришлось с большими трудностями выкупать от помещиков Шереметевых (которым, вероятно, принадлежала Алексеевка), ибо своих крепостных они не продавали. Известно, что фамилия Штурба и сейчас представлена в городе Алексеевка Белгородской области.
 Приход, который занимал Алексей Алексеевич, в материальном отношении считался одним из наиболее благополучных в Воронежской епархии, ибо давал до 1750 рублей годового дохода. Поэтому в отличие от «тогдашнего духовенства, забитого светской и духовной властью, Алексей Алексеевич жил открыто и свободно» . В среде окрестного духовенства он слыл богачом. И не потому, что был очень состоятелен. Он никогда не жаловался на скудость средств, любил принимать у себя людей и угощать, но сам в гости хаживал редко.
У Алексея Алексеевича и Елизаветы Алексеевны было двенадцать детей, некоторые из которых умерли в юношеском возрасте. Первоначальное воспитание и образование дети получали дома. Хозяйство в доме А.А. Орлова держалось на супруге и трёх прислужниках – работнике, работнице и няньке . Нянька смотрела за детьми и исполняла всё, что приказывала мать. Когда ребёнок капризничал, мать кричала няньке: «Дашка (или Варька), возьми Павлушу (или Ваню) и забавь его!» Нянька спрашивала, чего хочет ребёнок, и предлагала ему поесть. Если он отказывался от еды, то забавляла его, как умела. Если ребёнок продолжал капризничать или кричать, то нянька получала приказание «занести» ребёнка, т. е. унести его на кухню, во двор или на улицу. С трёх лет для ребёнка начинался новый период воспитания. Мальчику одевали особые «штанишки с прорешкой». Он выходил из-под опеки матери и делался более самостоятельным. С шести лет, обыкновенно осенью, «с Семёна», а еще лучше – «с Наума» (по народной пословице: «пророк Наум наставляет на ум») начиналось домашнее обучение. Образованием детей заведовала сама Елизавета Алексеевна – женщина очень добрая, внимательная и гуманная. У нее всегда была своя домашняя школка, где кроме собственных обучались девочки и мальчики зажиточных местных торговцев. Детей сажали за азбуку и при том непременно за гражданскую, ибо церковной азбуки Елизавета Алексеевна не любила. Обучение велось по буквослагательному методу. Отец в обучение детей не вмешивался. Лишь позже, когда они овладевали чтением и письмом, он брал их с собой в казённую «народную» школу слободы, где преподавал до 1854 г. Здесь изучались все предметы, кроме грамматики. Ею и древними языками Алексей Алексеевич занимался с детьми сам. В 1850-х гг. Алексей Алексеевич Орлов был назначен благочинным в Валуйском уезде и получил под надзор 14 церквей . Умер он в 1868 г.
Но еще за восемь лет до его смерти приход Знаменской церкви перешёл к выходцу из протоиерейской семьи села Троицкого Харьковской губернии – Павлу Владимировичу Гравировскому, до этого служившему преподавателем в воронежском и бирюченском духовных училищах. За него вышла дочь Алексея Алексеевича Орлова – Александра, родившаяся в 1843 г.
 В клировых ведомостях Валуйского уезда за 1911 г. среди заштатного духовенства Знаменской церкви показана Александра Алексеевна Гривировская, 68 лет, вдова протоиерея Павла Владимировича Гравировского, который прослужил 40 лет священником и был уволен по болезни в сентябре 1899 г. О. Павел умер 6 сентября 1901 г. Их дети: Василий 44 лет (р. 1867), инспектор врачебной управы в Воронеже, Александра, замужем за протоиереем Котовым, Николай 33 лет (р. 1878), хирург Военно-медицинской академии в Петербурге .
 С 1860 г. (т. е. с назначения Павла Гравировского) прервалось священнослужение рода Орловых в Уразовой Слободе. Оно продолжилось в других местах. Сыновья Алексея Алексеевича: Пётр, Ксенофонт и Александр – окончили духовные учебные заведения. К сожалению, дальнейшая судьба их неизвестна .
Ещё один сын Алексея Алексеевича – Павел Алексеевич Орлов, родившийся в 1831 г., окончил Воронежскую духовную семинарию. Как указано в аттестате, «по еврейскому – хорошо, медицине и языкам латинскому, греческому, французскому – очень хорошо, по остальным предметам равно и по способностям, прилежанию, успехам и поведению – весьма хорошо»  В 1858 г. он стал выпускником Киевской духовной академии со степенью кандидата богословия. После этого служил преподавателем словесности и экономом в Пермской духовной семинарии. В 1860 г. переведён в Орловскую духовную семинарию учителем гражданской истории, затем – в Воронежскую, преподавателем словесности. В семинарии проявил себя хорошим знатоком своего предмета и опытным наставником. Состоя на епархиальной службе в Воронеже, как сказано в некрологе, «выделялся из ряда городского духовенства, почему близко стоял к епархиальному управлению» . Служил священником домовой Богословской церкви Воронежской семинарии Троицкого кафедрального собора, ключарем которого и скончался. Обстоятельства его смерти так описываются в некрологе: «Человек уже преклонных лет, давно страдал слабой деятельностью сердца. Приглашённый накануне смерти для совершения требы на городскую окраину, он вынужден был пешком спуститься под крутую гору, что и повлияло пагубно на сердце. На другой день, утром 14 декабря 1900 г. он скончался. Лица, близко знавшие покойного, вспоминают о нём, как о сердечном и простом человеке, чуждом гордости и самомнения» . Павел Алексеевич был женат на дочери задонского протоиерея Владимира Попова Елизавете и имел сына Александра. В делах Воронежской духовной консистории за 1894 г. Павел Алексеевич назван вдовцом .
 Его брат Алексей избрал юридическую карьеру. Окончив Демидовский лицей в Ярославле, служил по судебному ведомству, сначала в Новочеркасске, а затем перешёл в Курский окружной суд, где закончил службу в должности председателя. После Октябрьской революции работал в г. Фатеж Курской губернии, где и умер в 20-х гг. ХХ в. В сохранившихся письмах его матери сквозит её тревога по поводу членства Алексея в коммунистической партии: «Алексей все толкует о какой-то коммуне» . Алексей Орлов – автор статьи о стоянке каменного века на реке Оскол близ села Шалаева Валуйского уезда .
Его брат, Василий Алексеевич Орлов, родился около 1820–1824 гг. Обучался в Воронежской духовной семинарии и Киевской духовной академии, которую окончил в 1847 г. и тогда же был определен в Воронежскую духовную семинарию преподавателем математики . Кроме этого он безвозмездно там же преподавал латинский и немецкий языки, сельское хозяйство, церковное красноречие, обличительное богословие, гражданскую и естественную истории. Как сказано в некрологе, «все эти обязанности он исполнял со свойственной ему аккуратностью, о чем свидетельствуют полученные им благодарности ближайшего и академического начальств» . Студент Воронежской семинарии Александр Бунин в «Автобиографических записках» отмечал, что «преподавал математику человек опытный и знающий В.А. Орлов» .
В 1856 г. Василий Алексеевич был определен смотрителем Новочеркасского духовного училища. С этого времени в продолжение 27 лет он уже не расставался с Донским краем, «а интересы и благополучие его духовенства он всегда считал своими собственными интересами» . В 1865 г. он был назначен секретарём местной духовной консистории, а спустя четыре года – инспектором вновь открытой Донской семинарии. При его участии как активнейшего члена строительного комитета разрабатывался её проект, возводились новые здания. В своих трудах В.А. Орлов оправдал клятву, данную им при начале службы: работать не щадя себя и своей жизни. Благо семинарии он считал выше своего собственного. Так, при начале построек ему как инспектору разрешено было получить из местных средств квартирные деньги, но он отказался от них и употребил их на покупку дополнительного участка земли. Со своей семьёй он поместился в неудобной квартире – тёмной, тесной, пыльной из-за близости производящихся построек. Скончался Василий Алексеевич в чине статского советника 2 марта 1885 г. в Воронеже. Похоронен на Чугуновском кладбище, могила не сохранилась . Как отмечается в некрологе, «личность Василия Алексеевича для Донского края как общественного деятеля незабвенна. Его житейская опытность, широкое образование, готовность всегда трудиться не только за себя, но и за других, лишь бы только была возможность к тому, при полном христианском смирении, его не формальное, а тёплое отношение к своему делу, гуманное, отеческое действование на учеников, широкая христианская вера и преданность православной церкви служили лучшим воспитательным средством для его питомцев» .
 Его брат, Иван Алексеевич Орлов, родился в 1836 г. Окончив Бирюченское духовное училище и Воронежскую духовную семинарию, он поступил на место своего отца учителем в народную школу Уразовой Слободы. Постоянно сопровождая отца при его разъездах по благочинию, Иван близко познакомился с бытом сельского духовенства. Вероятно, этот факт стал одной из причин, побудивших его отказаться от заманчивого предложения местного архиерея. Преосвященный Иосиф, просматривая однажды формулярные списки благочинных, обратил внимание на то, что сын Орлова уже пять лет учительствует в сельской школе и не просит священнического места. В виду заслуг отца владыка прислал Ивану назначение в один бедный приход священником и билет на женитьбу «со взятием девицы духовного звания». Иван Алексеевич очень огорчился этим предложением. Несмотря на уговоры родителей, он поехал к архиерею и сказал: «Лучше буду хорошим приказчиком, чем плохим попом». И, вместо принятия сана, сдал экзамен на звани

09.10.2015

Бриллиант «Лазарев», известный под именем «Орлов»

Огранённый в виде индийской розы, с большим количеством мелких, расположенных ярусами граней (около 180), бриллиант*, известный под именем «Орлов», или «Большой императорский алмаз», имеет вес от 189,62 до 194 ¾ [1] карата**. Долгое время он считался четвёртым по величине в мире***, а сейчас – первейшим из семи исторических бриллиантов, хранящихся в России. С 1774 года украшая Императорский скипетр русских монархов, сохранивший древнюю индийскую огранку, чистейшей воды бесцветный бриллиант, с едва заметным синевато-зеленоватым отливом, в настоящее время хранится в Алмазном фонде Российской Федерации.

Бриллиант «Орлов» в императорском скипетре. Фотография 1967 г.

 

В прошлом он носил имя «Лазаревского», или «Амстердамского» [2] бриллианта. История его появления в России связана с именем владельца подмосковного Фрянова и шелкоткацкой фабрики, основателя сохранившегося каменного храма Собора Иоанна Предтечи, Ивана Лазаревича Лазарева (23 ноября 1735, Новая Джульфа – 24 октября 1801, Санкт-Петербург).

Широкому распространению авантюрных преданий и небылиц, связанных с происхождением этого уникального сокровища, мы обязаны творчеству Георга Адольфа Вильгельма фон Гельбига (ум. 1813), служившего саксонским посланником при русском дворе в 1787 – 1796 годах, и в начале 1809 г. на немецком языке выпустившего книгу «Русские избранники» (Russische Günstlinge), и русского писателя Евгения Петровича Карновича (1823 – 1885), в 1874 году издавшего книгу «Замечательные богатства частных лиц в России». Г.А. Гельбиг, которого Екатерина II характеризовала не иначе как «истого врага русского имени», который «говорит и пишет о моем царствовании все дурное, что только можно себе представить» [3], характеризовал Ивана Лазаревича Лазарева как «мелкого армянского торговца», указывая, что «…при участии этого же Лазарева (Lasarew) был привезен в Петербург огромный бриллиант. Он стоял во главе этого дела и извлек из него наибольшую выгоду, так как выговорил себе условие, по которому получал ежегодно, пока был жив, пенсию в 4000 рублей. С его стороны было очень умно поставить такое условие, но с другой стороны было очень дурно, что на такое условие согласились» [4]. 

Титульный лист первого издания книги Г. фон Гельбига, 1809 г.

 

 

 

Ссылаясь на Гельбига, Е.П. Карнович также считает, что «…по происхождению он [И.Л.Лазарев] был одним из самых незначительных армянских купцов, торговавших в персидских владениях» [5]. Описание появления у И.Л. Лазарева бриллианта в полной мере характеризует выдающиеся способности автора к сочинительству: «Есть известия, – пишет Карнович, будто бы бриллиант, привезённый Лазаревым, заменял глаз золотого льва у трона Великого Могола, и что другой глаз этого льва, под названием Ко-и-нур (Гора света), находится ныне у английской королевы. По другим известиям, лазаревский бриллиант был глазом индийского идола в храме Серенгама [Шрирангапатнам – город индуистских храмов на юге Индии – прим. А.П.]; бриллиант этот будто бы украл какой-то французский солдат, бывший в Индии в испанской службе, и убежал с этой драгоценностью на Малабар. Там этот камень был куплен капитаном корабля, продавшим его за 2000 гиней еврею, у которого и перекупил его Лазарев. Персидский шах, узнав об этом, принуждал Лазарева выдать купленный им бриллиант, но Лазарев, сделав разрез в ляжке, спрятал туда бриллиант, и так как бриллиант у него не был найден, то его, наконец, выпустили на свободу. Он приехал в Петербург, где по просьбе его, сделали ему операцию для вынутия бриллианта, но Лазарев запросил за него такую цену, что Екатерина II отказалась от покупки. Тогда Лазарев отправился в Амстердам, и здесь граф Алексей Орлов купил бриллиант за 450 000 рублей, и кроме того выдал Лазареву обязательство на получение пожизненной ренты в 2000 рублей. Бриллиант этот находится теперь в скипетре русских государей. Он весил до полировки 194 ¾ карата, а теперь имеет весу 185 карат и считается самым лучшим и самым крупным бриллиантом в свете» [6]. 

Портрет Ивана Лазаревича Лазарева. Худ.: Федор Степанович Рокотов (1735? – 1 808) (?), 1760-е гг. (?). Холст, масло. 62x47 см. Национальная галерея Армении.

 

В многочисленных вариациях эти предания до сих пор «кочуют» по разным публикациям, посвящённым этому сокровищу. Рассказывают, что бриллиант, «на самом деле» служил глазом статуи индуистского бога творения Брахмы, и в XVI веке попал в сокровищницу империи Великих Моголов, существовавшей на севере Индии, Пакистана и юго-восточного Афганистана, что персидский шах Надир (1688 – 1747) заполучив сокровище в ходе своего Индийского похода 1738 – 1739 годов, украсил им свой трон, что похититель, британский солдат, выдавал себя за индуса, что бриллиант был куплен Лазаревым за бесценок у человека, не знавшего его настоящей стоимости, что врезал его себе в ногу вовсе не Лазарев, а какой-то «кавказский житель», по поручению Лазарева, пешком добравшийся из Индии до самого Санкт-Петербурга, и, конечно, большинство согласно с тем, что И.Л. Лазарев именно продажей бриллианта графу Григорию Григорьевичу Орлову (1734 – 1783) составил себе баснословное состояние в России. 

Надир Шах на Павлиньем троне после завоевания Дели. Индийская миниатюра, ок. 1850 г. Музей искусства Сан Диего.

 

Уже в конце XIX века русский писатель и журналист Михаил Иванович Пыляев (1842 – 1899) указывал на то, что «…необычайность такой драгоценности, находившейся сначала в собственности частного лица и, может быть, самые обстоятельства, при которых он был поднесён императрице, подали повод к фантастическим выдумкам и породили много слухов» [7]. Попытаемся отличить правду от вымысла. 

Портрет И.Л. Лазарева. Офорт. Гравёр Е.О. Скотников по ориг. И.Б. Лампи-старшего, 1821 г. ГМИИ им. А.С. Пушкина.

 

 

Иван Лазаревич Лазарев родился 23 ноября 1735 года в Новой Джульфе (Персия, Иран) в семье калантара армянской григорианской общины города, Лазаря Назаровича Лазарева (также Газарян или Егизарян; 1700 – 1782), с 1720 г. находившегося на русской дипломатической службе [8]. Один из предков И.Л. Лазарева «…находился при втором шахе Аббасе главным начальником над Монетным Персидским двором и Хранителем сокровищ» [9]. Действительно, уже в XVI – XVII веках джульфинские купцы, наряду с торговлей персидским шёлком-сырцом, специализировались на торговле драгоценными камнями из Индии, находившими широкий сбыт в европейских странах [10]. 

Портрет графа Ивана Лазаревича Лазарева. Худ.: Иоганн Баптист Лампи Старший (Johann Baptist Lampi I) (1751 – 1830), 1790 г. Холст, масло. 109х91 см. Калужский областной художественный музей.

 

После переезда семьи в пределы России (в 1749 или 1758 г.), Иван Лазаревич обосновался в Санкт-Петербурге, сначала у своей тётки, сестры его отца, Лазаря Лазарева, которая была замужем за «астраханским купцом», дворянином Григорием Сафрасовичем Ходжеминасовым (также Гаджиминасов, Григорий Сафрас; ум. 1778), – одним из богатейших представителей армянской общины. Переехав в Россию из Голландии, с 1717 года Григорий Ходжеминасов занимался торговлей шёлком-сырцом [11], а ко времени приезда племянника сосредоточился на торговле драгоценными камнями в России и Европе [12]. Не имея своих сыновей, Григорий Сафрас ввёл племянника в своё дело, раскрыв ему секреты международной торговли. Уже в 1760 году Иван Лазаревич основал при Санкт-Петербургском порту собственную торговую компанию, а 20 мая 1764 года [13] И.Л. Лазарев получил должность «придворного ювелира» при дворе императрицы Екатерины II, по случаю больших событий любившей играть на бриллианты в карты [14]. Понятно, что такая «придворная должность», даже не упоминавшаяся в Табели о рангах, была связана не с ремесленной стороной дела, хоть и сама императрица увлекалась гранением алмазов, а с поставками этих драгоценных камней к русскому императорскому двору. 

Портрет графа Орловского Чесменского (слева) и князя Г.Г.Орлова (справа). Худ.: Ж.Л.де Велли. 1770-е гг.

 

Обладая незаурядным умом, предприимчивый Иван Лазаревич легко вошёл в ближайшее окружение императрицы и установил доверительные отношения с наиболее влиятельными лицами Высочайшего двора, графами Григорием и Алексеем (1737 – 1808) Григорьевичами Орловыми, генерал-прокурором Сената Александром Алексеевичем Вяземским (1727 – 1793), впоследствии, – со светлейшими князьями Александром Андреевичем Безбородко (1747 – 1799) и Григорием Александровичем Потёмкиным (1739 – 1791). Женившись на представительнице другого известного армянского рода, Екатерине Ивановне Мирзахановой (1 апреля 1740 – 17 августа 1819), 3 марта 1771 года Иван Лазаревич вместе с братьями заключил контракт на шестилетнюю аренду (с оплатой 40 000 рублей в год) пермского имения члена Коллегии иностранных дел, камергера, барона Александра Сергеевича Строганова (1733 – 1811) в связи с отъездом последнего в Париж. Огромное арендованное имение включало Новоусольские соляные промыслы, Билимбаевский чугуноплавильный, Домрянский (Добрянский) медеплавильный и железоделательный и Очерский железоделательный заводы. В 1778 году И.Л. Лазарев выкупил часть этого имения в Соликамском уезде Пермской губернии с Чермозским заводом, Усольскими, Ленвенскими и Чусовскими соляными промыслами, 504 203 десятинами земли и 7142 ревизскими душами. Потомки и наследники Лазаревых владели и успешно управляли этими предприятиями почти 150 лет, по 1918 год. 

Вид Чермозского завода Лазаревых. Худ.: Иван поляков, 1837.

 

Ко времени аренды заводов в Пермском крае относится и история, связанная с приобретением императрицей Екатериной II бриллианта. 

Рисунок огранки алмаза «Орлов» из кн. М.И. Пыляева, 1896 г. В Альманахе опубликован в нат. величину.

 

 

Из документов следует, что владельцем сокровища был дядя Ивана Лазаревича, Григорий Сафрасович Ходжеминасов, первая жена которого приходилась родной сестрой отцу И.Л. Лазарева. Известно, что 1 октября 1767 года Г.С. Ходжеминасов положил свой бриллиант на сохранение в один из крупных амстердамских банков [15]. О том, когда и каким образом он приобрёл драгоценность, иногда приводится предание, восходящее к рассказам об изворотливости и хитрости армянских купцов и распространённой в XIX веке пословице: «мужика обманет цыган, цыгана обманет еврей, а еврея – армянин». Рассказывают, что как-то раз, в персидский порт Энзели прибыль корабль с сахаром, который вёз на продажу Григорий Сафрас. Здесь он застал три английских корабля с тем же товаром из африканских колоний. Проведав, что англичане торгуют сахаром по 10 туманов за центнер, Сафрас начал продавать свой сахар по 9 туманов. В ответ английские торговцы также снизили цену на 1 туман. Затем ситуация повторилась, и когда англичане установили цену на свой товар в 6 туманов, предприимчивый армянин через подставных лиц скупил у англичан весь их товар, на следующий день вернув на него цену в 11 туманов за центнер. Получив огромную прибыль, он «…купил у шаха, нуждавшегося в наличных деньгах для увеличения армии и подавления восставших племен» указанный бриллиант [16]. Впрочем, и у этой легенды есть разночтения. Опираясь на исследования директора Эрмитажа Сергея Николаевича Тройницкого (1882 – 1948) [17], авторы альбома «Сокровища Алмазного фонда СССР» уточняли: «После падения Надир-шаха [В 1747 году Надир-шах был убит одним из своих военачальников – прим. А.П.] армянский купец Сафрас (Шафрас) купил этот бриллиант у персидского воина, а спустя 10 – 15 лет привёз его в Астрахань. Не найдя покупателя в России, Сафрас 1 октября 1767 года поместил этот алмаз в Амстердамский банк» [18]. Так или иначе, согласно документам, предоставленным в редакцию «Русского архива» в 1866 году арменистом Никитой Осиповичем Эмином (Мкртич; 1815 – 1890), в 1771 году, отправляясь в Голландию, Григорий Сафрасович написал завещание, назначив его исполнителями («душеприказчиками») своих племянников Ивана и Якова Лазаревичей Лазаревых. По завещанию им было доверено требовать выдачу им алмаза из амстердамского банка [19]. Посетив Амстердам, И.Л. Лазарев привёз драгоценность в Россию, где, в целях облегчения его продажи, по его указанию была изготовлена «модель большого камня армянина Сафраса», на рубеже 1772 – 1773 гг. представленная Екатерине II [20]. Модель понравилась императрице, а её изготовление было частично оплачено 6 марта 1773 года из казны [Сведения С. Н. Тройницкого приводятся по статье А.Е. Ферсмана «Исторический алмаз ”Орлов”».]. 

 

Среди документов, предоставленных Н.О. Эмином, находилась докладная И.Л. Лазарева из дела по поводу раздела наследства между наследниками Сафраза, составленная в 1779 году. По словам И.Л. Лазарева, 20 октября 1772 года Григорий Сафраз продал ему половинную часть своего алмаза за 125 000 рублей и особым документом доверил ему хранить камень с тем, чтобы стараться его продать, «…и за расходом что в выручке будет, ровною половиною нам разделить» [21]. Иными словами, владелец Фрянова, на следующий же год после выплаты первого арендного взноса в 40 000 рублей А.С. Строганову выплачивает (возможно, всё-таки в рассрочку) столь существенную сумму своему родственнику. Хорош же был «один из самых незначительных армянских купцов»! 

Выход императрицы Екатерины II в Царскосельском дворце. Худ.: А.Н. Бенуа, 1909 г.

 

 

Церемониальное преподнесение бриллианта Екатерине II было приурочено ко дню её тезоименитства (именин) и состоялось 24 ноября 1773 года. Небывалая драгоценность была вручена императрице её бывшим фаворитом Григорием Григорьевичем Орловым. В описании торжеств этого дня в Камер-фурьерском церемониальном журнале, к сожалению, нет упоминания об обстоятельствах преподнесения этого небывалого подарка [22]. Их сохранил для нас прусский чрезвычайный посланник в России граф Виктор Фридрих фон Сольмс-Зоннневальде (1730 – 1783) , который 26 ноября того же года доносил прусскому королю Фридриху II по-французски: «Третьего дня праздновали в Царском Селе день тезоименитства императрицы. /…/ Тот знаменитый большой бриллиант, который был доставлен несколько лет тому назад из Персии в Европу и хранился долгое время в амстердамском банке, и который, наконец, был привезён сюда для продажи русскому двору, но не был продан потому, что не могли сойтись в цене, бриллиант этот был поднесен в этот же день. Граф Орлов, купив его за 400 тысяч рублей у армянского купца, которому было доверено это драгоценное сокровище, поднес его Ея Величеству Государыне как букет ко дню Ее тезоименитства (фр. comme un bouquet pour sa fête), и Монархиня удостоила принять его» [23]. Бриллиант был поднесён как простой «букет к празднику», то есть самым обычным порядком, на что и обратил особенное внимание посланник. По мнению некоторых исследователей, Г.Г. Орлов преподнёс Екатерине драгоценность, желая восстановить свое положение любимца императрицы в виду опасного соперничества других её фаворитов. Другие, помня о взаимном охлаждении былых отношений между императрицей и графом и пылком увлечении последнего его двоюродной сестрой и будущей законной женой Екатериной Николаевной Зиновьевой (1758 – 1781), обоснованно считали, что граф в данном случае выступал в качестве «орудия сделки» по покупке бриллианта казной. Тот же В.-Ф. фон Сольмс указывал весной 1773 года на то, что граф Орлов «не ищет и не добивается ничего, и не имеет никаких намерений мстить тем, которые были причиной его удаления [от двора]. /…/ Кажется, и сам он не желает вернуться к той степени милости, в которой он был, и, напротив, очень доволен своей полной независимостью» [24]. 

Изображение герба И. Л. Лазарева с оригинала диплома на пергаменте. Эстонский исторический архив, ф.854 (архив эстляндcкого рыцарства), оп.1, д.1099.

 

Екатерина II одобрила сделку по приобретению бриллианта, но в силу того, что «ювелир» И.Л. Лазарев, являясь стороной сделки, пускай и был бароном Священной Римской Империи*, не мог напрямую вступать контракт о приобретении бриллианта с императрицей как с другой, юридически – равной, стороной, в качестве «посредника» был выбран обладавший достаточным «финансовым авторитетом» у европейских банкиров, граф Орлов. 

 

 

По словам самого И.Л. Лазарева, в 1774 году бриллиант был продан им графу Орлову за 400.000 рублей с рассрочкой уплаты на семь лет [25]. Вероятно, эту рассрочку выплат и имел в виду вышеупомянутый Гельбиг, назвав её «пенсией». С успешным заключением сделки, видимо, было связано получение баронами Священной Римской империи Лазаревыми* русского дворянства. [19 марта 1768 г. отец И.Л. Лазарева, Л.Л. Лазарев вместе со своими наследниками был удостоен титула потомственного барона Священной Римской Империи; в 1788 г. И.Л. Лазарев был пожалован наследуемым титулом графа Священной Римской империи.] 20 мая 1774 года отец И.Л. Лазарева и его дети были пожалованы в российское дворянство [Грамота о возведении Лазаревых в потомственные дворяне Российской империи была выдана Л.Н. Лазареву 3 марта 1776 года – при. А.П.]и эстляндское рыцарство [26] «за заведение знатной Мануфактуры [во Фрянове – прим. А.П.]» и «оказанные им многия заслуги» [27]. 

 

Герб рода Лазаревых из Общего гербовника дворянских родов Всероссийской империи, 1799 г.См.

 

В то же время, императрица, представив Орлова стороной сделки, получила возможность подтрунить над бывшим фаворитом, стремительно отдалявшемся от неё. Историк, биограф графа Орлова Александр Александрович Гоздаво-Голомбиевский (1863 – 1913) опубликовал документ, хранившийся в Архиве Министерства императорского двора, в котором 11 января 1774 года Екатерина II повелевала своему статс-секретарю Адаму Васильевичу Олсуфьеву (1721 – 1784) секретно выдать из Кабинета Его Императорского Величества И.Л. Лазареву 75 000 рублей «…за купленный им у него большой бриллиант, в подарок нам от него преподнесенный, так чтоб он, князь Орлов, о заплате за него сей суммы сведал не прежде, как когда Лазарев, возвращая ему обязательство по оной, благодарить будет за полученный уже исправный платеж сих 75 т. руб.» [28]. По всей видимости, речь шла о первом из ежегодных взносов в уплату оговоренной стоимости сокровища в 400 000. Немного странный размер выплаты, сделанный Кабинетом заставил С.Н. Тройницкого предположить, что императрица не знала полной цены бриллианта, назначенной Лазаревым, на которую, особо не размышляя, зная о своей ничтожной роли в этой сделке, согласился граф Орлов. Зная о склонности к «женскому коварству» Екатерины, и, конечно, не собираясь ничего платить И.Л. Лазареву из своего кармана, тем самым граф сохранял особый паритет в отношениях с императрицей. По справедливому замечанию исследователя Ашота Патвакановича Базиянца, «…что касается Екатерины, то она, во-первых, не очень легко могла найти в казне 300 – 400 тыс. рублей на бриллианты, когда нужны были средства на подавление восстания Пугачева. Во-вторых, ей приходилось считаться с тем, как отнеслось бы дворянство к царице, легкомысленно тратящей деньги на “камешки”, в тот момент, когда горят дворянские усадьбы» [29]. Желанию императрицы поставить бывшего фаворита в зависимость за счёт выплаты определённой суммы тот противопоставил молчание или неверное указание его подлинной стоимости. Оплата всей суммы со стороны графа грозила ему «шумным» разорением, но и на это императрица пойти не могла. 

 

Неизвестно, получил ли И.Л. Лазарев вторую и третью выплаты 1775 и 1776 годов по семилетней рассрочке. По сообщению А.А. Гоздаво-Голомбиевского, 25 января 1777 года императрица повелела Кабинету в четыре срока (январь 1777 – январь 1780) выплатить И.Л. Лазареву 190 000 рублей [30]. Выплачена ли была эта сумма – пока источники умалчивают. Но по доступным источникам можно думать что И.Л. Лазарев к 1778 году получил за бриллиант около 122 500 рублей (75 000 + ¼ от назначенных 190 000). В том же году состоялась и покупка И.Л. Лазаревым части владений Строгановых на Урале за 450 000 рублей. 

 

В 1778 году «астраханский мещанин» Гилянчев, будучи женат на дочери скончавшегося к тому времени Григория Ходжеминасова, вспомнив о том, что И.Л. Лазареву юридически принадлежит лишь половина бриллианта, решил «попытать счастья в суде», обратившись на имя астраханского губернатора Ивана Варфоломеевича Якоби (1726 – 1803) [31]. Тяжба отразилась в докладной И.Л. Лазарева от 1 сентября 1779 года, в которой он, видимо, ссылаясь на невыплату полной суммы, указал, что «…и до продажи камня и в течении пятилетнего времени [до 1779 г.] на счет старания о продаже оного камня расходу издержано было одиннадцать тысяч восемьсот рублев» [32]. По всей видимости, эта тяжба затянулась на долгие годы. Известный поэт Гаврила Романович Державин (1743 – 1816), бывший министром юстиции с 1802 по 7 октября 1803 год, относит ко времени своей отставки любопытную историю, связанную с бриллиантом. Так, он рассказывал, что коллежский советник Иван Павлович Лавров (1768 – 1836) «…выкрал важные бумаги, которые, при смене Державина с министром [Петр Васильевич Лопухин (1753 – 1827), министр юстиции с 8 октября 1803 по 1 января 1810 г. – прим. А.П.], не могли найти по делу Лазаревича о драгоценном бриллианте, находившемся в скипетре Императора, что он обманом присвоен был Лазаревичем от некоторых персиян, по наследию от своей матери получивших сей камень от времени шаха Надира ей доставшийся, у тех персиян нагло отнял тот камень, дав им другой, поддельный, из чего происходило дело по нижним правительствам, а, наконец, и в самом Сенате, где все доказательства и улики бедных персиян, по выбытии Державина из Министерства, и уничтожены. Лазаревич оправдан, а они едва ли куда в кибитках не отосланы. Сие вопиющее дело Бог рассудит» [33]. К указанному времени упоминаемый поэтом «Лазаревич», – И.Л. Лазарев уже скончался и дело перешло на его младшего брата Екима (1744 – 1826), которому, по всей видимости, удалось его благополучно «замять». 

Жан-Батист Тавернье в восточном платье. Худ.: Н. де Ларжильер, XVIII в.

 

 

Но каково же подлинное происхождение самого бесценного бриллианта? Русский геохимик и минералог, один из основоположников геохимии, академик Александр Евгеньевич Ферсман (1883 – 1945), описывая сокровище в своей статье «Исторический алмаз ”Орлов”» считал, что камень был найден в начале XVII века в Центральной Индии, в Голконде (копях Коллура), получил неудачную огранку с потерей большой части веса при падишахе Империи Великих Моголов Шахе Джахане I (1592 – 1666). Впервые бриллиант был упомянут ювелиром и путешественником Жаном-Батистом Тавернье (1605 – 1689), осмотревшим и впервые описавшим его в 1665 году [34]. Тогда сокровище принадлежало падишаху Империи Великих Моголов Мухаммаду Аурангзебу Аламгиру (1618 – 1707). 

Титул книги Тавернье. Франция, 1692 г.

 

Фронтиспис книги Ж.-Б. Тавернье. Франция, 1692 г.

 

Рисунок бриллианта из кн. Ж.-Б. Тавернье, 1692 г.

 

 

 

Кроме того, в его сокровищнице находился и другой камень, также огранённый в виде индийской розы. Разгромив войско Империи Великих Моголов и вступив в г. Дели в 1739 году шах государства Афшаридов Надир-шах-Афшар (1688 – 1747) завладел сокровищами Великих Моголов. Словами А.Е. Ферсмана, при шахе Надире «”Орлов” носил наименование «Дерианур» – море света*, а другой камень был “Коинур” – гора света» [35].

Бриллиант Кохинур в виде до 1852 г.

 

 

После упадка государства Афшаридов 1743 – 1747 гг. «Орлов» каким-то образом попал к Г.С. Ходжеминасову, а «Коинур» в 1850 году захваченный англичанами, попал в сокровищницу английской короны и в 1852 году утратил свою историческую огранку. В наши дни он украшает корону королевы Англии. 

 

Бриллиант Кохинур в короне английской королевы.

 

...Лишний пример тем двум простым истинам, что полностью долги не погашают даже императоры, а историческая правда никогда не бывает проста настолько, чтобы удовлетворить всех в виде легенды. 

 

При использовании материала обязательна ссылка на trojza.blogspot.com

 

Ссылки и примечания 

*В отличие от алмаза (природного самородка) бриллиантом называют ювелирный продукт, получаемый путём огранки алмаза. 

** В разное время специалисты оценивали его то по весу, если удавалось вынуть его из скипетра, то по размеру. 

*** Высота – 22, ширина – 31-32, длина - 35 мм. Предполагается, что первоначальный вес алмаза до огранки был от 300 до 500 каратов (Ферсман А.Е. Кристаллография алмаза. – М., 1955, с. 475.). 

 

1. Ферсман А.Е. «Исторический алмаз ”Орлов”» / Ферсман А.Е. Кристаллография алмаза. – М., 1955, с. 472. 

2. Базиянц А.П. Над архивом Лазаревых. – М., 1982, с. 107, 118. 

3. Письма императрицы Екатерины II к Гримму (1774 – 1796) / Сборник Императорского русского исторического общества. Т. 23. – СПб., 1878, с. 651 (№ 96). 

4. Helbig G.A.W. Russische Günstlinge. – Tübingen, 1809, s. 410 (№ 92); Гельбиг Г. фон. Русские избранники. – Берлин, 1900, с. 253. 

5. Карнович Е.П. Замечательные богатства частных лиц в России. – СПб., 1874, с. 363. 

6. Карнович Е.П. Замечательные богатства частных лиц в России. – СПб., 1874, с. 364-365. 

7. Пыляев М.И. Драгоценные камни. Их свойства, местонахождения и употребление. – СПб., 1896, с. 158. 

8. Базиянц А., Мартиросян Р. Обелиск. – Ереван, 1993, с. 29. 

9. Общий гербовник дворянских родов Всероссийской империи. - Ч.3, с. 143.// http://gerbovnik.ru 

10. Байбуртян В.А. Армянская колония Новой Джульфы в XVII веке. – Ереван, 1969, c. 95, 139. 

11. Армяно-русские отношения в первой трети XVIII века. Т. II. Ч. I. – Ереван, 1964, с. 127-140. 

12. См.: Гассельблат Г.В., Попова Е.Г. Лазаревы на Урале / Сплетались времена, сплетались страны… – СПб, 2002, http://ugo10.narod.ru/laz.htm 

13. РГИА, ф. 880, оп.5, д.111, л.10 - л.10об. 

14. Пыляев М.И. Драгоценные камни. Их свойства, местонахождения и употребление. – СПб., 1896, с. 158. 

15. О большом императорском алмазе // Русский архив, 1866. Вып. 4. Стб. 646. 

16. Забозлаева Т.Б. Драгоценности в русской культуре XVIII – XX вв. – СПб., 2003, с. 22; Валаев Р. Алмаз – камень хрупкий. Новеллы о драгоценных камнях. – Киев, 1973, с. 39. 

17. См.: Тройницкий С. Н. Коронационные регалии // Алмазный фонд СССР. Вып. II. – М., 1925. 

18. Сокровища Алмазного фонда СССР. – М., 1967, с. 84. 

19. О большом императорском алмазе // Русский архив, 1866. Вып. 4. Стб. 646. 

20. Базиянц А.П. Над архивом Лазаревых. – М., 1982, с. 119. 

21. О большом императорском алмазе // Русский архив, 1866. Вып. 4. Стб. 646. 

22. Камер-фурьерский церемониальный журнал 1773 г. – СПб., [1850-1916], с. 887-892. 

23. Донесения графа Сольмса Фридриху II и ответы короля, 1772 по 1774 г. / Сборник Императорского русского исторического общества. Т. 72. – СПб., 1891, с. 397-398 (№ 727). 

24. Донесения графа Сольмса Фридриху II и ответы короля, 1772 по 1774 г. / Сборник Императорского русского исторического общества. Т. 72. – СПб., 1891, с. 356 (№ 713). 

25. О большом императорском алмазе // Русский архив, 1866. Вып. 4. Стб. 646. 

26. Эстонский исторический архив. B. 854 (Adelswappen im Estnischen Historischen Archiv), F. 1, A. 1099. 

27. РГИА, ф. 880, оп.5, д.111, л.10 - л.10об; Общий гербовник дворянских родов Всероссийской империи. Ч. III. – СПб, 1799, № 142. 

28. Голомбиевский А.А. Биография князя Г.Г. Орлова. – М., 1904, с. 62. 

29. Базиянц А.П. Над архивом Лазаревых. – М., 1982, с. 121. 

30. Голомбиевский А.А. Биография князя Г.Г. Орлова. – М., 1904, с. 62. 

31. О большом императорском алмазе // Русский архив, 1866. Вып. 4. Стб. 645. 

32. О большом императорском алмазе // Русский архив, 1866. Вып. 4. Стб. 646. 

33. Записки Гавриила Романовича Державина 1743 – 1812. – М., 1860, с. 483. 

34. Ферсман А.Е. Кристаллография алмаза. – М., 1955, с. 476. Описание Ж.-Б. Тавернье: Tavernier J.B. Les six voyages en Turquie, en Perse et aux Indes. T. II. – Paris, 1692, p. 278, 392. 

35. Ферсман А.Е. Кристаллография алмаза. – М., 1955, с. 482.]. [ Под тем же названием, «Дарья-и-Нур» в сокровищнице Центрального банка Ирана в наши дни хранится другой, самый большой розовый алмаз в мире.

 

Отправить по электронной почтеНаписать об этом в блогеОпубликовать в TwitterОпубликовать в FacebookПоделиться в Pinterest

Ярлыки: история городов, Лазаревы, усадьбы, Фряново

http://trojza.blogspot.ru/2015/10/blog-post_13.html

Жительница Севастополя вернулась с короной конкурса красоты «Миссис Вселенная»

Многодетная мама Ольга Половкова вернулась с конкурса «Миссис Вселенная» с короной, ее выделили в номинации «Мисс солидарность». Конкурс проходил в Южно-Африканской Республике с 26 августа по 2 сентября.

Конкурсанток каждый день ждали различные мероприятия, они посещали школы и реабилитационные центры, общались с детьми. В рамках конкурса проходил форум на тему: «Насилие в семье». Ольга подготовила тематический видеоролик, в съемках которого принимала участие вся ее дружная семья. Кроме того, она участвовала в творческом конкурсе, исполнила песню Аллы Пугачевой «Без меня тебе, любимый мой».

У Ольги — четверо детей: девочка 12 лет и три мальчика, которым 6, 4 и 1 годик, по образованию она бухгалтер, увлекается мотоспортом, поет и пишет картины.

Источник →

Ключевые слова: Общество

Опубликовано 08.09.2017 в 13:15

17

Почему этот казак без рубашки?

Художник Илья Репин славился своим тщательным подходом к созданию картин. На его полотнах всё продумано до мелочей. Художник бережно вынашивал идеи своих будущих творений, обдумывая каждого персонажа. Конечно же, это занимало уйму времени. Например, всемирно известная картина «Запорожцы» создавалась в течение 13 лет. Однако результат того стоил!

Это полотно можно рассматривать часами, всё время находя новые захватывающие детали. Об истории создания картины «Запорожцы» можно написать целый роман, но сегодня мы сосредоточимся только на одной занимательной детали.

 

Вопрос вот какой. Посмотрите на картину и попробуйте догадаться, почему казак, который сидит слева от писаря, голый по пояс?

 

Не спешите с ответом, а лучше внимательно рассмотри увеличенный фрагмент картины. Здесь есть подсказка!

 

 

Ответ. Всё дело в том, что он банкомет, то есть человек, который раздает карты. Рядом с ним нарисована игральная колода! Во времена Запорожской Сечи такие люди традиционно снимали верхнюю одежду, чтобы показать остальным свою честность,

 

Просто диву даешься, насколько серьезно Илья Ефимович Репин относился к своей работе. И если сегодняшняя загадка пришлась тебе по душе, предложи своим друзьям тоже разгадать ее.

Источник

Ключевые слова: Культура

Опубликовал Александр Николаевич , 10.09.2017 в 08:37

Почему религиозные евреи носят особенную одежду

Почему религиозные евреи носят особенную одежду

Ортодоксальный еврей должен ежедневно соблюдать минимум 613 правил «Пятикнижия». Согласно им, кошерной бывает не только еда, но и одежда. Блогер Сергей Анашкевич решил разобраться, как именно одеваются религиозные евреи, и почему у них такая одежда.

Если вы думает, что они все одинаково черно-белые, то очень ошибаетесь. Оказывается, только черных шляп существует 34 вида, каждый из которых несет информацию о своем хозяине. Знающие люди по цвету чулок, материалу лапсердака и форме головного убора могут точно указать: это йерушалми, это хасид такого-то адмора, это бахур, а этот уже женился.

— Ребе, разве Авраам ходил в черном сюртуке?
— Я не знаю, – ответил ребе, – ходил ли Авраам в шелковом халате и штраймле. Но я точно знаю, как он выбирал одежду. Смотрел, как одеты неевреи, — и одевался иначе.

Уже в библейское время евреи одевались иначе, чем другие народы, и, по мнению еврейских мудрецов, народ Израиля удостоился выхода из Египта благодаря тому, что не изменил своей одежде. Еврейский народ с тех времен рассеялся по всему миру. Но только религиозные его представители, встретившись, смогут узнать в друг друге собрата по крови по характерному виду черной одежды.

По мнению самих ортодоксов: «Одежда не столько скрывает, сколько обнажает сущность человека. Написано: «Будь скромен перед Всевышним». Мы предпочитаем темные костюмы, потому что они скромны, праздничны и опрятны. Именно поэтому «в моде» ортодоксального еврейства — …

Источник →

Ключевые слова: Интересные факты

Опубликовано 08.09.2017 в 09:56

Мускулы или пузо? Лучшие и худшие звездные тела пляжного сезона

Пляжный сезон-2017 закончился и многие из наших звезд уже успели как следует отдохнуть и подкопить свежих снимков. Мы изучили отпускные и просто «раздетые» похождения отечественных знаменитостей, чтобы отобрать лучшие и худшие звездные тела. Смотрите, кто с удовольствием позировал в купальнике, а кто стыдливо прикрывал лишние килограммы.

Анна Седокова. «Худеть надо, маман!»

Экс-солистка группы «ВИА Гра» Анна Седокова, как многие помнят, этой весной в третий раз стала мамой: певица родила от сына крупного бизнесмена, совладельца Челябинского трубопрокатного и Первоуральского новотрубного заводов Артема Комарова. Только вот вскоре после рождения ребенка пара рассталась.

Расставание и третий ребенок не могли не сказаться на фигуре певицы. Несмотря на старательные попытки следить за собой, Анна, как считают ее подписчики в Instagram, все еще весьма полновата. Впрочем, это не мешает многодетной маме демонстрировать фигуру в купальнике.

Несмотря на критику подписчиков, которые то и дело советуют певице «взяться за тело», сама Анна предпочитает следовать зову сердца и тела и пропускает замечания злопыхателей мимо ушей. Более того, девушка как-то заявила, что любит свои килограммы и не собирается сидеть на диетах.

«Я люблю свои плюс десять кг. Люблю свое тело после Гектора и не хочу больше сидеть на диетах и страдать из-за своей полноты . Ну не смогу быть я худой и томной с грустным многозначительным лицом», - поделилась мыслями Анна Седокова в Instagram.

Анна Семенович. «Не грудь, а…Ну разве это красиво?»

Тезка и коллега по цеху Анны Седоковой тоже не сумела угодить фанатам свежими пляжными снимками. А все почему? По мнению подписчиков Семенович, летние старания Анны по борьбе за подтянутую фигуру так ни к чему и не привели.

«Не грудь, а вымя! Ну разве это красиво? Телеса!», - засыпали комментариями свежие фото Семенович подписчики в Instagram.

Валерия. «Больше не ем!»

Совсем иначе обстоят дела этим летом у певицы Валерии, фигуре которой черной завистью завидует даже собственный муж.

Иосиф Пригожин честно признается, что порой не узнает собственную супругу на пляже. И лишь основательно приглядевшись, радостно убеждается, что «это моя богиня не перестает меня удивлять».

При этом сам Иосиф предпочитает ограничиваться исключительно обрезанными снимками – выше груди.

Подписчики Валерии в Instagram единогласно заявляют, что певица выглядит гораздо привлекательнее многих 20-летних, чему просто нельзя не завидовать.

«“Больше не ем! Мне только 30 лет, а выгляжу я гораздо хуже”. “Я хочу тоже так выглядеть в вашем возрасте!”», - рассыпаются в комплиментах девушки-подписчицы.

Олег Газманов. «Вот она, вечная молодость!»

Пока 48-летний Иосиф Пригожин скромничает и прячется на фотографиях за тростинкой-женой, 66-летний Олег Газманов вовсю демонстрирует подкачанное тело: и на море, и на подмосковных лужайках.

Подписчики в Instagram, как водится, восхищаются, слегка завидуют, а еще намекают, что Газманова не отличить от сына, если он вдруг решится покрасить волосы.

Владимир Путин. «Обнаженный торс для российского лидера обязателен»

Не менее потрясающую форму продемонстрировал в начале августа российский президент в ходе рыбалки в Туве.

РИА Новости/Владимир Агафонов

РИА Новости/Алексей Никольский

Оценив фотографии российского президента, таблоиды хором отметили, что сниматься с голым торсом стало доброй традицией Владимира Путина, ну и признали, что глава государства, как ни крути, мускулист.

«Обнаженный торс — у Путина уже традиция. Хоть на охоте, хоть во время верховой езды, хоть на рыбалке — уже многие годы обнаженный торс для российского лидера обязателен. В сравнении с ранними снимками из отпуска видно, что он почти не изменился. На животе и руках заметны мускулы, Путин, как и в прошлые годы, в хорошей форме», - написало немецкое издание Bild.

Павел Дуров, «Как веган может такую мышечную массу набрать?»

Мускулистые фотографии Владимира Путина чрезвычайно взбудоражили создателя «Вконтакте» Павла Дурова. Предприниматель настолько впечатлился президентским торсом, что решил тоже показать поклонникам свое тело.

«Моему Instagram пришлось серьезно так продвинуться, чтобы справиться с усилившейся конкуренцией, возникшей из-за снимков Путина с голым торсом», - написал Дуров под собственным фото без рубашки.

Подписчики Дурова снимок оценили, правда, не обошлось без вопросов.

«Как веган может такую мышечную массу набрать?», - недоумевают в комментариях.

Максим Галкин, «Круче, чем у Волочковой»

Доподлинно неизвестно, ставил ли юморист и супруг Аллы Пугачевой цель поразить кого-либо или переплюнуть, но факт остается фактом: фотографий с голым торсом в Instagram Максима Галкина прибавилось. Благо, как считают подписчики, артисту есть, что показывать. К тому же отмечают, что пластика у Максима не хуже, а даже круче, чем у Анастасии Волочковой.

За фотосессиями в белье не забывает Максим Галкин и о супруге. Памятуя о том, что Алла Борисовна жуть как не любит фотографироваться, юморист дожидается, пока любимая заснет, и лишь потом щелкает затвором.

Сергей Шнуров. «Клевые соски»

А вот лидер «Ленинграда» так и не нарастил за это лето шикарный пресс. Впрочем, Шнурова этот факт мало беспокоит. Певец без малейшего стеснения выкладывает в Instagram фотографии с голым торсом, да еще и срывает аплодисменты.

«Красавец! Клевые соски!», - засыпают Шнура комплиментами подписчики.

А ведь Сергей Шнуров далеко не единственный, кто совершенно не беспокоится за свою фигуру. Среди звезд существует огромная группа тех, кто не просто не стесняется своих неидеальных форм, но гордится ими.

Источник

Ключевые слова: знаменитости, лето, мода и красота, пляжная мода

Опубликовано 09.09.2017 в 10:15

Красиво или вульгарно? 14 милых девушек в экстремально обтягивающих платьях

Если фигура женщины позволяет ей носить очень обтягивающую одежду, то почему бы и нет? А как вы считаете, это красит или уродует девушек?

Мы нашли 14 красавиц, которые примерили очень обтягивающие и короткие платья.

Источник →

Опубликовала Наталья Егорова , 08.09.2017 в 12:21

Секрет успешности женщины на сайте знакомств

Вот как вы думаете, каких женщин любят мужчины? Красивых, молодых, умных? А вот и нет! Главное, чтобы женщина была… вульгарной. Тогда мужики вьются вокруг неё, как осы, осыпают комплиментами и готовы платить за шпили-вилли. Успешности этой анкеты на сайте знакомств я не смогла найти другого объяснения.

В том, что она нравится мужчинам, сомнения нет. Достаточно взглянуть на комментарии к её фоткам. Главное в ней, это наличие внушительного бюста и готовность им работать. На фоне этого достоинства такие недостатки, как пенсионный возраст, лишний вес, тучная комплекция, сильно скрадываются. Мужчины в восторге от груди, остальное не важно. Но иногда кажется, что мужчины в конец охренели, или думают, что эта мамботётка бесплатно их обслужит? А вы сколько ей заплатили бы?

Так что, в принципе, любая дама, готовая торговать грудью, обречена на успех среди мужчин на сайте знакомств. Другой вопрос, станет ли она это делать? Но это, скорее, вопрос риторический, правда?

Источник

Ключевые слова: желтые, наши звезды, шоу-бизнес

Опубликовано 08.09.2017 в 13:01

Как же хочется еще лета!

Солнце, вода и девчонки, что может быть лучше? Всегда же приятно, когда девушки влажные;)
 

 

 

 

 

 

https://dymontiger.livejournal.com/8373880.html

Ключевые слова: бассейн, девушки, красота, лето

Опубликовала Соня Бережная , 06.09.2017 в 16:56

 

ПОЛКОВНИЦА ТАТЬЯНА ФЕДОРОВНА ЯРОСЛАВОВА — КТО ОНА ПО РОЖДЕНИЮ?

 

yaroslavova

March 1st, 2013

©  ШИГАРЕВСКАЯ О.В.
     20 января  2012 года

          
            Первый вопрос, который встал передо мной, когда я впервые увидела это имя — кем Татьяна Федоровна Ярославова приходилась Алексею Тихоновичу Ярославову, Дневные дневники которого стали, по выражению Риммы Михайловны Лазарчук, энциклопедией вологодской жизни ? Ответ на этот вопрос до настоящего времени так и не нашелся.
            В какой-то степени это вообще загадочная фигура. Ни в одном из многочисленных просмотренных  дел нет упоминания ни о ее отце , ни о ее муже.  Много лет занимающаяся историей своей фамилии Наталья Борисовна Чистякова-Ярославова, которая как никто другой много знает о Ярославовых, на мой вопрос относительно того, была ли фамилия Ярославова у Татьяны Федоровны по рождению или в браке, ответила, что она тоже не встречала информации о том, что та была в браке до отношений с Ф.Г. Орловым.  От Ф.Г.Орлова Татьяна Федоровна имела …. сыновей.
            ТАТЬЯНА ФЕДОРОВНА ЯРОСЛАВОВА, полковница. Судя по этому званию, была замужем за полковником Ярославовым , но кто это был, не знаю. Ни в одном деле не упоминается имя ее мужа. Нет данных и об ее отце. У меня сложилось впечатление в результате просмотра исповедных ведомостей за значительный промежуток времени, что Татьяна Федоровна Ярославова  являлась одной из крупнейших землевладелиц Вологодского уезда. В период с 1807  по 1834 г.г. она владела  значительным количеством крепостных крестьян во множестве деревень в приходах нескольких церквей — Васильевской Едковской, Крестовоздвиженской Закубеницкой, Воскресенской Подкубеницкой, Ильинской Кубенской.
            По ревизской сказке 1834 года в собственности «помещицы полковницы Татьяны Федоровой вдовы Ярославовой», т. е. Татьяны Федоровны Ярославовой, находилось крупнейшее село Кубенское (оно же Ильинское), село Воздвиженское, деревни Куровское, Деревенцово, Погорелово, Кулемесово, Коротково, Илейкино, Долгово, Сопятино, Холодушево, Евлашево, Федурино, Попково.                  
            В деле за 1847 год  упоминаются вотчины уже покойной Татьяны Федоровны Ярославовой.
            Взяв за основу данные ревизской сказки, проследим, как на протяжении времени сменялись владельцы указанных в ней сел и деревень. В связи с тем, что в исповедных ведомостях Вологодского уезда, на основании которых  мы проведем этот анализ, не всегда  можно найти все нужные  церкви, по годам может быть некоторый разнобой. Кроме того объем имеющихся у меня  по разным церквям данных зависит от степени моего интереса к той или иной местности в процессе работы с архивными документами. Изначально цели собрать сведения именно по этой теме у меня не было. 
            Село Кубенское ( именуемое еще иногда Ильинским) состояло в приходе Ильинской Кубенской церкви.  Вот какой расклад по владельцам этого села:
1737  год — Подпоручик Преображенского полка Петр Михайлович САЛТЫКОВ
1743 год — Действительный ее Императорского Величества камергер и Архангелогороцкой губернии губернатор Алексей Михайлович ПУШКИН. «Статцкой» действительный советник и Белогороцкой губернии губернатор Петр Михайлович САЛТЫКОВ.
1752 год — Действительный камергер Воронежской (?) губернии губернатор и кавалер Алексей Михайлович ПУШКИН да действительный статской советник и Белогородской губернии губернатор Петр Михайлович САЛТЫКОВ.
1760 год — Петр Михайлович Салтыков да Алексей Михайлович Пушкин.
1772, 1780  годы — Петр Михайлович САЛТЫКОВ.
1788 год — полковник Федор Алексеевич ПУШКИН
1795 год — Его сиятельство господин генерал аншеф действительный камергер и разных орденов кавалер  граф Федор Григорьевич ОРЛОВ.

1810 год — Ее высокоблагородие госпожа полковница Татьяна Федоровна ЯРОСЛАВОВА
Село Воздвиженское входило в приход Крестовоздвиженской Закубеницкой церкви. Там же деревни Федурино, Попково, Евлашево. Их владельцы:
1737 год — Петр Михайлович САЛТЫКОВ
1752 год — Петр Михайлович САЛТЫКОВ
1772 год — Петр Михайлович САЛТЫКОВ
1788 год — Федор Алексеевич ПУШКИН
1795 год -  Федор Григорьевич ОРЛОВ 
1810 год — Татьяна Федоровна ЯРОСЛАВОВА
1825 год — Татьяна Федоровна ЯРОСЛАВОВА
Деревни Деревенцово, Погорелово, Куровское, Холодушево  входили в приход Воскресенской Подкубеницкой церкви. Их владельцы:
1729 год — Фендрик Петр Михайлович САЛТЫКОВ
1737 год — Петр Михайлович САЛТЫКОВ
1760 год — Петр Михайлович САЛТЫКОВ
1772 год — Тайный советник Петр Михайлович САЛТЫКОВ
1810 год — Полковница Татьяна Федоровна ЯРОСЛАВОВА
1847 год — Граф Алексей Федорович ОРЛОВ
Деревни Кулемесово, Коротково, Илейкино, Долгово и Сопятино состояли в приходе Васильевской Едковской церкви Кубенской волости. По этой церкви у меня более подробные сведения, поскольку именно эти деревни интересовали меня в связи с одной из родословных, которыми я занималась в архиве. Их владельцами являлись:
1729 год — Боярин Алексей Петрович САЛТЫКОВ
1737 год — Петр Михайлович САЛТЫКОВ
1743 год — Боярин Петр Михайлович САЛТЫКОВ
1752 год — Петр Михайлович САЛТЫКОВ да Алексей Михайлович ПУШКИН
1760 год — Петр Михайлович САЛТЫКОВ да Алексей Михайлович ПУШКИН
1766 год — Петр Михайлович САЛТЫКОВ
1772 год — Петр Михайлович САЛТЫКОВ
1788 год — Федор Алексеевич ПУШКИН
1791-1793 годы — Граф Федор Григорьевич ОРЛОВ
1794 год — Федор Алексеевич ПУШКИН
1795 год —  Федор Григорьевич ОРЛОВ
1797 - 1802 годы — Вотчина покойного графа Федора Григорьевича ОРЛОВА
По исповедным ведомостям Васильевской Едковской церкви деревни значатся за  ним до 1802 года
В то же время в метрической книге этой церкви за 1798 год эти же деревни указываются как вотчина Татьяны Федоровны  ЯРОСЛАВОВОЙ
1803-1806 годы — Татьяна Федоровна ОКУЛОВА
1807 год — Татьяна Федоровна ЯРОСЛАВОВА
1819-1825 годы  — Татьяна Федоровна ЯРОСЛАВОВА
1834 год — вдова полковница Татьяна Федоровна ЯРОСЛАВОВА
1849-1852 годы — Господа ОРЛОВЫ
1853 год — Граф Михаил Михайлович ОРЛОВ
1856-1859 годы — Граф Николай Михайлович ОРЛОВ
            Как видите, последовательность владельцев по всем указанным  селениям  в принципе одинаковая — Петр Михайлович Салтыков и Алексей Михайлович Пушкин, Федор Алексеевич Пушкин, граф Федор Григорьевич Орлов и Татьяна Федоровна Ярославова. Сначала, когда я заметила эту закономерность смены владельцев по всем указанным селениям,  подумала, что Татьяна Федоровна Ярославова   была дочерью Федора Алексеевича Пушкина,  а не урожденная Ярославова. Ведь указание в ревизской сказке, что она полковница и вдова Ярославова свидетельствует о том, что она была замужем за полковником Ярославовым.  Но вот как объяснить, что среди владельцев деревень в приходе Васильевской Едковской церкви оказалась еще и Татьяна Федоровна Окулова — вот это загадка.
            Исключив на время имя последней, попробуем разобраться в наследовании. Петр Михайлович Салтыков и Федор Алексеевич Пушкин были в родстве — жена Пушкина Марья Михайловна  была урожденная Салтыкова. Поэтому некоторое время  ряд селений находился во владении их обоих, скорее всего были получены Салтыковыми (Петром Михайловичем и Марьей Михайловной) в наследство от Петра Алексеевича Салтыкова.
            Федор Алексеевич Пушкин — это, видимо, сын Алексея Михайловича Пушкина. Если исходить из предположения, что Татьяна Федоровна была дочерью Федора Алексеевича, то она, наверно, могла после его смерти получить какие-то имения, но навряд ли все. Что-то должно было уйти к другим наследникам того же рода.  В порядке наследования после  графа Орлова она вряд ли могла что-то получить, если брак не был зарегистрирован. Скорее всего здесь могло быть наследование не по закону, а по завещанию. В этом случае Татьяна Федоровна Ярославова могла и не быть дочерью Федора Пушкина. Правда, остается вопрос- каким образом сам граф Орлов получил все эти имения.
* * *
            В фонде Вологодского верхнего земского суда имеется дело о споре помещиков Алексея Бердяева, Федора Пушкина и Анны Пушкиной на право владения над недвижимым имением в деревне Чигорово Вологодского уезда. Дело рассматривалось в 1792-1794 годах. Там кроме указанных имен фигурируют имена камергера  Петра Михайловича Салтыкова и  графа Федора Григорьевича Орлова.
            Суть дела заключается в следующем: Рядом деревень в Сямской волости Вологодского уезда, в том числе и деревней Чигорово в разное время владели разные лица, которые совершали сделки с этими имениями также с разными людьми. В конечном счете получилось так, что их интересы вступили в противоречие друг с другом. Из дела видно, что в 1741 году вдова Дмитрия Тихоновича Кушелева продала  часть деревни Чигорово, принадлежавшую ей, камергеру Петру Михайловичу Салтыкову. Дальше в деле есть такое решение — часть , которая за Салтыковым, и  вотчинной коллегией уже утверждена, господину камергеру Петру Михайловичу Салтыкову, а по смерти его по данной от брата его Михаила Михайловича Салтыкова  Марье Михайловне Пушкиной купчей, а после ее по купчей же, данной от детей ее Федора и девицы Анны Алексеевых Пушкиных утвердить за господином Федором Григорьевичем Орловым.(ГАВО, фонд 832 опись 1 дело 628, л.14-17)
            Таким образом, исходя из того, что опять был такой же порядок перехода владения от Салтыкова к Пушкиным, а потом к графу Орлову, можно предположить, что и имения  вблизи Кубенского озера, ранее принадлежавщие Салтыковым, а потом Пушкиным, перешли к Орлову также в порядке купли-продажи. Указания на наличие каких-либо родственных связей между Пушкиными и Орловым не имеется.
* * *
            Заслуживает внимания еще одно дело 1863 года, на сей раз из фонда Вологодской палаты гражданского суда  о совершении купчей крепости  надворным советником Николаем Михайловичем Орловым на проданное имение с землей надворному советнику Дмитрию Федоровичу Резанову. Имение это досталось Николаю  Михайловичу Орлову от генерал-аншефа и кавалера Федора Григорьевича Орлова по наследству и по раздельному акту, совершенному во 2-м департаменте Санкт-Петербургской палаты гражданского суда 8 апреля 1852 года, на недвижимые имения в Вологодской губернии и уезде в павшнях: Лендобе, Мегляеву наволоке тож, и других. (ГАВО, фонд 178 опись 2 дело 564, л.3-4).

          

Tags: Орлов, Пушкин

(http://yaroslavova.livejournal.com/187813.html

Потомки Михаила Васильевича Ломоносова 1711-1765

(до 8-го поколения; фрагмент родословной)

 

Михаил Васильевич Ломоносов 1711-1765 &1740 Елизавета Андреевна Цильх (Елизавета-Христина Цильх) 1720-/1766
1. Екатерина-Елизавета Михайловна Ломоносова 1739-1743/
2. Иван Ломоносов 1741-1742
3. Елена Михайловна Ломоносова 1749-1772 &1766 Алексей Алексеевич Константинов 1728-1808
3.1. Алексей Алексеевич Константинов ca 1767-1814
3.2. Софья Алексеевна Константинова 1769-1844 &ca 1794 Николай Николаевич Раевский, генерал от кавалерии 1771-1829
3.2.1. Александр Николаевич Раевский, камергер 1795-1868 &1834 Екатерина Петровна Киндякова 1812-1839
3.2.1.1. Александра Александровна Раевская 1839-1863 &1861 Иван Григорьевич, граф Ностиц 1824-1905
3.2.1.1.1. Григорий Иванович, граф Ностиц 1862-1915
3.2.2. Екатерина Николаевна Раевская, фрейлина 1797-1885 &1821 Михаил Федорович Орлов, генерал-майор 1788-1842
3.2.2.1. Николай Михайлович Орлов 1821-1886 &1857 Ольга Павловна Кривцова 1838-1926
3.2.2.1.1. Елизавета Орлова 1859-1860
3.2.2.1.2. Елизавета Николаевна Орлова 1861-1940
3.2.2.1.3. Михаил Николаевич Орлов 1866-1907
3.2.2.1.4. Екатерина Николаевна Орлова 1869-1957 &1898 Сергей Андреевич Котляревский 1873-1939
3.2.2.2. Анна Михайловна Орлова 1826-1887 & Владимир Владимирович, князь Яшвиль 1815-1864
3.2.2.2.1. Мария Владимировна, княжна Яшвиль 1852-1927
3.2.2.2.2. София Владимировна, княжна Яшвиль 1854 & Сергей Аполлонович Уваров, гофмейстер 1847-1900
3.2.2.2.2.1. Анна Сергеевна Уварова ca 1878-1899
3.2.2.2.2.2. Михаил Сергеевич Уваров 1880 & Аполлинария Петровна N & Вера Васильевна N
3.2.2.2.2.3. Владимир Сергеевич Уваров 1883
3.2.2.2.2.4. Сергей Сергеевич Уваров 1885-1932 & Наталья Федоровна Терещенко 1889 & Софья Михайловна Алфераки 1893-1953
3.2.2.2.2.4.1. Сергей Сергеевич Уваров 1913 & Жаклин Пуассон
3.2.2.2.2.4.1.1. Клавдия Уварова
3.2.2.2.2.4.1.2. Жак Уваров
3.2.2.2.2.4.1.3. Франсуаза Уварова
3.2.2.2.2.5. Прасковья Сергеевна Уварова 1891
3.2.2.2.3. Павла Владимировна, княжна Яшвиль 1856-1881
3.2.2.2.4. Николай Владимирович, князь Яшвиль 1857-1893 &1890 Наталья Григорьевна Филипсон 1862/1861-1939
3.2.2.2.4.1. Татьяна Николаевна, княжна Яшвиль 1892-1933 & Георгий Михайлович Родзянко 1890-1919
3.2.2.2.4.2. Владимир Николаевич, князь Яшвиль 1893-1917
3.2.2.2.5. Лев Владимирович, князь Яшвиль 1859-1917 &1897 Домника Владимировна Стахович 1874-1898 &1900 Анастасия Петровна Стахович 1881-1952
3.2.2.2.5.1. Владимир Яшвиль 1898-1898
3.2.2.2.5.2. Михаил Львович, князь Яшвиль 1902-1950 &1928 Елизавета Александровна Никольская 1902-1983
3.2.2.2.5.2.1. Серафим Михайлович, князь Яшвиль 1931- & Мария-Франс Дорнбергер 1939-
3.2.2.2.5.2.2. Анастасия Михайловна, княжна Яшвиль 1940- & Эрве Этьен Плисен 1940-
3.2.2.2.5.3. Мария Яшвиль 1903-1905
3.2.3. Софья Раевская ca 1798-ca 1799
3.2.4. Николай Раевский 1800
3.2.5. Николай Николаевич Раевский 1801-1843 &1839 Анна Михайловна Бороздина, фрейлина 1819-1883
3.2.5.1. Николай Николаевич Раевский 1839-1876
3.2.5.2. Михаил Николаевич Раевский, генерал-майор 1841-1893 &1871 Мария Григорьевна, княжна Гагарина 1851-1941
3.2.5.2.1. Мария Михайловна Раевская, фрейлина 1872-1942 &1892 Николай Сергеевич Плаутин, генерал-майор 1868-1918
3.2.5.2.1.1. Николай Николаевич Плаутин 1893-1942
3.2.5.2.1.2. Михаил Николаевич Плаутин 1895-1920
3.2.5.2.1.3. Сергей Николаевич Плаутин 1897-1969 &1927 Елизавета Ивановна, княжна Куракина 1905-1980
3.2.5.2.1.3.1. Николай Сергеевич Плаутин 1928-1991 &1961 Бьянка-Мария Штикельберг фон Брайденбах 1926-
3.2.5.2.1.3.1.1. Николай Николаевич Плаутин 1963-1989
3.2.5.2.1.4. Георгий Николаевич Плаутин 1898-1942 & Татьяна Владимировна, княжна Шаховская 1899-1976 &1937 Мариамна Сергеевна Денисова ca 1895
3.2.5.2.1.4.1. Михаил Георгиевич Плаутин 1928-ca 1978 & Мария N
3.2.5.2.1.4.1.1. N Михайлович Плаутин
3.2.5.2.1.4.2. Мария Георгиевна Плаутина 1930- & Иван Николаевич Свечин 1930- &1962 Люк де Сегун дес Хонс 1918-1998
3.2.5.2.1.4.2.1. Михаил Иванович Свечин 1954-
3.2.5.2.1.4.3. Елена Плаутина ca 1938-1942
3.2.5.2.2. Николай Михайлович Раевский 1873-1900 & Анна Николаевна Прилежаева
3.2.5.2.3. Михаил Михайлович Раевский 1875-1922 &1909 Ольга Сергеевна, княжна Гагарина 1883-1955
3.2.5.2.3.1. Сергей Михайлович Раевский 1910-ca 1943 &1937 Анна Ивановна Савельева 1909
3.2.5.2.3.2. Михаил Михайлович Раевский 1912 &1937 Ирина Михайловна Лебедева 1917
3.2.5.2.3.3. Ольга Раевская 1913-1916
3.2.5.2.4. Анна Михайловна Раевская 1876-1967 &1901 Николай Николаевич Шипов, генерал-майор 1875-1958
3.2.5.2.4.1. Мария Николаевна Шипова 1902-1993 & Поль Шаню 1885-1975
3.2.5.2.4.2. Николай Николаевич Шипов 1904
3.2.5.2.4.3. Михаил Николаевич Шипов 1908
3.2.5.2.5. Григорий Раевский 1878-1883
3.2.5.2.6. София Михайловна Раевская, фрейлина 1881-1950 &1909 Михаил Анатольевич, князь Гагарин 1881-1964
3.2.5.2.7. Петр Михайлович Раевский 1883 &1908 Софья Павловна, графиня Ферзен 1888-1927 &1921 Зора Орнадак 1891
3.2.5.2.7.1. Михаил Петрович Раевский 1921/ & Ирина Михайловна N
3.2.5.2.7.1.1. Юлия Михайловна Раевская 1950/-
3.2.5.2.8. Елена Раевская 1888-1889
3.2.5.2.9. Анастасия Михайловна Раевская 1890-1963 &1913 Владимир Николаевич Звегинцев 1891
3.2.5.2.9.1. Михаил Владимирович Звегинцев 1919- & Ирина Георгиевна Шебеко 1922-
3.2.5.2.9.1.1. Елена Михайловна Звегинцева 1945-
3.2.5.2.9.1.2. Анна Михайловна Звегинцева 1946-
3.2.5.2.10. Ирина Михайловна Раевская 1892-1955 &1915 Александр Михайлович, граф Толстой 1888-1918 &1920 Георгий Георгиевич, граф фон Карлов 1899-1963
3.2.5.2.10.1. Ирина Александровна (Нина Александровна), графиня Толстая 1917-1998 &1939 Френсис-Фердинанд, принц д'Исенбургский 1901-1956
3.2.5.2.10.1.1. Ирена-Фредерика Исенбургская 1940-
3.2.5.2.10.1.2. Мария Исенбургская 1943-
3.2.5.2.10.1.3. Елизавета-Христина Исенбургская 1946-
3.2.5.2.10.2. Михаил Александрович, граф Толстой 1918- &1948 Френсина-Паула Брегентцер 1923-
3.2.5.2.10.2.1. Марина Толстая 1950-
3.2.5.2.10.2.2. Александр Толстой 1951-
3.2.5.2.10.2.3. Борис Толстой 1955-
3.2.5.2.10.2.4. Наталия Толстая 1958-
3.2.5.2.10.2.5. Христина Толстая 1963-
3.2.5.2.10.3. Георг фон Карлов 1921-1996
3.2.5.2.10.4. Хелена фон Карлов 1924-1962
3.2.5.2.10.5. Карл-Грегор фон Карлов 1933-
3.2.6. Елена Николаевна Раевская, фрейлина Е.И.В. 1804-1852
3.2.7. Мария Николаевна Раевская 1805-1863 &1825 Сергей Григорьевич, князь Волконский 1788-1865
3.2.7.1. Николай Сергеевич Волконский 1826-1828
3.2.7.2. Софья Сергеевна Волконская 1830-1830
3.2.7.3. Михаил Сергеевич, князь Волконский 1832-1909 &1859 Елизавета Григорьевна, светлейшая княжна Волконская 1838-1897
3.2.7.3.1. Сергей Михайлович, князь Волконский 1860-1943
3.2.7.3.2. Петр Михайлович, князь Волконский 1861-1948 &1890 Елизавета Алексеевна, княжна Шаховская 1867-1950
3.2.7.3.2.1. Михаил Петрович Волконский, князь Волконский 1891-1961 &1931 Кира Георгиевна Петкевич 1911-1995
3.2.7.3.2.1.1. Андрей Михайлович Волконский, князь Волконский 1933- & Хелви Юриссон 1929-
3.2.7.3.2.1.1.1. Петр Андреевич Волконский, князь Волконский 1954-
3.2.7.3.3. Мария Михайловна, княжна Волконская 1863
3.2.7.3.4. Григорий Михайлович, князь Волконский 1864-1912 &1894 Джин-Мария (Ида Витовна де Дампьер), графиня де Дампьер 1869-1962
3.2.7.3.4.1. Вадим Григорьевич, князь Волконский 1895-1973 &1923 Елена Петровна Столыпина, фрейлина 1893-1985
3.2.7.3.4.1.1. Елена Вадимовна, княжна Волконская 1924- &1949 Саид Халим &1953 Эрменджильдо Чичонани 1906
3.2.7.3.4.2. Елизавета Григорьевна, княжна Волконская 1896-1984 & Лев Никулин
3.2.7.3.4.3. Мария Григорьевна, княжна Волконская 1898-1929 & Михаил Павлович Голенищев-Кутузов-Толстой 1896-1980
3.2.7.3.4.4. Ирина Григорьевна, княжна Волконская 1905 & Николай Павлович Потолов 1887-1935
3.2.7.3.5. Александр Михайлович, князь Волконский 1866-1934 &1900 Евгения Петровна, княжна Васильчикова 1871-1924
3.2.7.3.5.1. Даниил Александрович, князь Волконский 1902-1979 &1947 Ксения Павловна, княжна Щербатова 1919-1975
3.2.7.3.5.2. Никита Александрович, князь Волконский 1904-1924
3.2.7.3.5.3. Мария Александровна, княжна Волконская 1906-1968 &1938 Александр Александрович Пашков 1890-1968
3.2.7.3.5.4. Владимир Александрович, князь Волконский 1908 & Анналена Трианджи 1910-1961 & Александра Конус 1913
3.2.7.3.6. Владимир Михайлович Волконский 1868
3.2.7.4. Елена Сергеевна, княжна Волконская 1835-1916 & Дмитрий Васильевич Молчанов +1857 & Николай Аркадьевич, граф Кочубей 1827-1868/1865 & Александр Алексеевич Рахманов 1830
3.2.7.4.1. Михаил Николаевич Кочубей 1863-1935 & Наталия Дмитриевна Трегубова +1941
3.2.7.4.1.1. Василий Михайлович Кочубей +1920 & Людмила Александровна Подляская
3.2.7.4.1.1.1. Ольга Васильевна Кочубей 1911-1982 & Павел Иванович Побежинов 1911-1950
3.2.7.4.1.2. Елена Михайловна Кочубей & Александр Дмитриевич Витберг
3.2.7.4.1.3. Николай Михайлович Кочубей 1892-1929 & Софья Грабовская
3.2.7.4.1.4. Михаил Михайлович Кочубей 1893-1963 & Ольга Викторовна Маньковская
3.2.7.4.1.5. Сергей Михайлович Кочубей 1896-1960 & Ирина Георгиевна Габричевская
3.2.8. Софья Николаевна Раевская, фрейлина 1806-1881
3.3. Екатерина Алексеевна Константинова ca 1771-1846
3.4. Анна Алексеевна Константинова ca 1772-1864/http://www.russia-today.narod.ru/past/gen/lomonosov.htm

Актёры в трусах и "голых" платьях вышли на красную дорожку в Венеции: фото

Итальянцы, представлявшие на кинофестивале в Венеции фильм Ammore E Malavita, отличились на красной дорожке. Вечером 6 сентября в Венеции показали картину итальянских режиссеров Антонио и Марко Монетти с итальянскими же актерами в главных ролях - Ammore E Malavita. Одной из ярких неожиданностей стал выход на красную дорожку итальянского актера Коррадо Сасси. Крепкий бородатый брюнет выбежал перед фотокамерами в одних трусах. Что означал его перфоманс, не уточняется.

Коррадо Сасси. Getty Фото:

Еще один удивительный персонаж появился на премьере - актер Лука Томмассини позировал на красной дорожке в шикарном красном халате в восточном стиле.

Лука Томмассини. Getty Фото:

Итальянская актриса Мартина Пинто тоже привлекла особенное внимание на красной дорожке в Венеции. Она надела платье из прозрачной ткани, под которой были видны все нюансы голого тела красавицы. Примечательно, что эти герои, появившиеся на красной дорожке на премьере фильма, не снимались в картине. Но впечатлила гостей в Венеции и исполнительница главной роли. Актриса Клаудиа Джерини появилась на премьере в весьма откровенном черном платье - с разрезом от бедра и бретельками вместо лифа. Черный пышный наряд открывал взорам ноги и грудь знойной красавицы. Добавим, накануне в Венеции также состоялся премьерный показ фильма "Любить Пабло", который ознаменовался выходом на красную дорожку звездной пары, давно не появлявшейся вместе. Пенелопа Крус и Хавьер Бардем вызвали настоящий фурор в Венеции.

 

Источник →

Ключевые слова: Шоу-бизнес

Опубликовано 07.09.2017 в 09:41

Орлов, Михаил Николаевич[

Материал из Ртищевской краеведческой энциклопедии

Михаил Николаевич Орлов
М. Н. Орлов среди агав в имении Отрадино (1900~1905)
Предводитель дворянства Балашовского уезда (1899—1902)
Предшественник	Николай Николаевич Львов
Преемник	Семён Александрович Унковский
Дата рождения	10 апреля 1866
Место рождения	Брюссель, Бельгия
Дата смерти	22 января 1907
Место смерти	имение Отрадино, Макаровская волость, Балашовский уезд, Саратовская губерния, Российская империя[П 1]
Учебное заведение	Московский университет
Семья
Отец	Николай Михайлович
Мать	Ольга Павловна (ур. Кривцова)
Шаблон: Просмотр • Обсуждение • Править

Михаил Николаевич Орлов (16 апреля 1866, Брюссель — январь 1907, имение Отрадино Балашовского уезда) — земский деятель Саратовской губернии, предводитель дворянства Балашовского уезда (1899—1902), поручик запаса.

Содержание

• 1 Биография
• 2 Имение
• 3 Произведения
• 4 Примечания
• 5 Источники

Биография

Михаил Орлов — гимназист (Москва, 1879~1880)

Михаил Орлов родился в 1866 году в Брюсселе в дворянской семье. Его отец — Николай Михайлович Орлов (1821—1886) был депутатом дворянства Петергофского уезда и уездным предводителем дворянства; мать — Ольга Павловна, происходила из дворянского рода Кривцовых. По отцовой линии Михаил Николаевич приходился праправнуком младшей дочери Михаила Васильевича Ломоносова — Елены Михайловны Константиновой.

В январе 1879 года Михаил поступил в Первую Московскую гимназию Поливановскую, которую окончил в 1885 году. Там он познакомился с сыном Л. Н. Толстого — Ильей, другом которого позднее стал. Михаил Орлов не раз гостил у Толстых в Ясной Поляне. Он оставил записки со своими воспоминаниями о Льве Николаевиче Толстом.

В июле — августе 1888 года по совету Дмитрия Ивановича Менделеева и с его рекомендательными письмами М. Н. Орлов вместе с Сергеем Львовичем Толстым и Дмитрием Адамовичем Олсуфьевым совершил поездку по шахтам и промышленным предприятиям Донецкого края. Этот визит был описал С. Л. Толстым в очерке «Д. И. Менделеев и самозванцы поневоле». В поездке с Михаилом Николаевичем случился казус: донские казаки приняли его за великого князя Михаила Михайловича Романова, который в тоже время отправился с визитом на Кавказ.

В 1889 году Михаил Орлов закончил юридический факультет Московского университета. В течение пяти лет он служил в Нижегородском Драгунском полку на Кавказе, корнет (на 1894, на 1899 — корнет запаса).

В 1890-х годах Михаил Николаевич поселился в имении Отрадное Балашовского уезда. В 1894 году он был избран гласным Балашовского уездного земского собрания, с 1899 по 1902 он председательствовал в этом учреждении. С 1894 по 1899 год Орлов был также гласным Саратовского губернского земского собрания от Балашовского уезда. С 1897 по 1903 год он также являлся членом Балашовского уездного училищного совета (председательствовал с 1899 по 1902).

В 1898 году его избрали на должность церковного старосты к Никольской церкви села Репьёвки Балашовского уезда на первое трёхлетие[1].

В 1899 году М. Н. Орлова избрали членом судебного присутствия Уездного съезда Балашовского уезда, в том же году он стал председателем съезда. В этой должности находился до 1902 года. С конца 1890-х годов Орлов являлся заместителем предводителя уездного дворянства Николая Николаевича Львова. В 1899 году был избран предводителем дворянства Балашовского уезда, находился в этой должности до 1902 года.

В качестве предводителя дворянства М. Н. Орлов являлся председателем ряда уездных учреждений: дворянской опеки, присутствия по воинской повинности, комитета общественного здравия, комиссии по составлению списков присяжных заседателей, отделения Комитета общества попечительного о тюрьмах (председательствующий директор), комитета попечительства о народной трезвости (ранее присутствия по питейным делам).

Михаил Николаевич являлся также председателем: попечительного совета Женской четырёхклассной прогимназии (на 1899), Балашовского местного комитета Российского общества Красного Креста (на 1900), правления Общества взаимного вспомоществования учившим и учащим в начальных народных училищах г. Балашова и его уезда (на 1899—1901); членом: Балашовского уездного отделения епархиального училищного совета (до 19 мая 1905)[2] и попечительного совета Женской четырёхклассной (с 1902 — пятиклассной) прогимназии (на 1901—1902).

М. Н. Орлов оказывал помощь в строительстве деревянной церкви в сельце Калиновке (ныне Тамалинского района), которая была освящена во имя святителя и чудотворца Николая в 1904 году (20 октября 1934 года исполком Нижне-Волжского крайсовета вынес постановление о закрытии церкви и передаче её под народный дом).

На 1906 год проживал в селе Макарово Балашовского уезда.

Михаил Николаевич Орлов умер 22 января 1907 года от брюшного тифа в имении Отрадное.

Имение

Имение Отрадное Михаил Николаевич Орлов унаследовал, по всей видимости, после смерти своего отца — Николая Михайловича. В последние годы жизни Михаил Николаевич много времени уделял управлению имением. В свои записках он гордился тем, что подшивал валенки и косил траву намного лучше, чем Л. Н. Толстой.

Так как М. Н. Орлов умер бездетным, имение перешло к его младшей сестре, Екатерине Николаевне (17 марта 1869—1957), которая была замужем за потомственным дворянином Сергеем Андреевичем Котляревским.

Произведения

• Орлов М. Н. Воспоминания о Л. Н. Толстом. «Новые Пропилеи». — Под ред. М. О. Гершензона. Том I. ГИЗ. М. — П. 1923. Стр. 85—95.

Примечания

1.  

1. Ныне — п. Отрадное, Ртищевский район, Саратовская область, Российская Федерация

Источники

1.  

• Саратовские епархиальные ведомости. — 1898. — 15 марта. — № 6. — С. 95
•  

1. Саратовские епархиальные ведомости. — 1905. — 29 мая. — № 13. — С. 307

• Гершензон-Чегодаева Н. М. Первые шаги жизненного пути (Архивировано из первоисточника 24.09.2013).
• Справочная книга Саратовской Епархии. — Саратов: Типография Союза печатного дела, 1912. — С. 176
• Толстой С. Л. Очерки былого (Архивировано из первоисточника 12.05.2014).
• Адрес-календарь Саратовской губернии на 1895 год. — Саратов: Издание Саратовского губернского статистического комитета, 1895
• Адрес-календарь Саратовской губернии на 1898 год. — Саратов: Издание Саратовского губернского статистического комитета, 1898
• Адрес-календарь Саратовской губернии на 1898 год. — Саратов: Издание Саратовского губернского статистического комитета, 1898
• Адрес-календарь Саратовской губернии на 1900 год. — Саратов: Издание Саратовского губернского статистического комитета, 1900
• Адрес-календарь Саратовской губернии на 1902 год. — Саратов: Издание Саратовского губернского статистического комитета, 1901
• Адрес-календарь Саратовской губернии на 1903 год. — Саратов: Издание Саратовского губернского статистического комитета, 1902
• Адрес-календарь Саратовской губернии на 1904 год. — Саратов: Издание Саратовского губернского статистического комитета, 1904
• Памятная книжка Саратовской губернии на 1907 год. — Саратов: Издание Саратовского губернского статистического комитета, 1907
• Воспоминания Нонны Воеводиной о своей семье на сайте Большой Русский Альбом
• Descendants of Николай1 * Раевский. Fourth Generation
• КАЛИНОВКА Тамалинского района Пензенской области

Обнаженная Ким Кардашьян разочаровала своих поклонников

развернуть

Американская звезда Ким Кардашьян решила порадовать своих фанатов очередным эротическим снимком. Жаждущая публика забросала фотомодель гневными комментариями, сообщил сайт «Ридус».

На своей странице в Instagram Кардашьян выложила фотографию, где она, словно возбужденная амазонка в поисках очередного самца, затаилась на дереве в ожидании новой жертвы.

Многие из пользователей посчитали для 36-летней матери двоих детей такой снимок неуместным, но нашлись и любители обнаженного тела.

Да, Ким, да

— пользователь Instagram.

Фотография собрала уже 2289 лайка и, судя по физической форме Ким, в ближайшие годы новые шедевры еще заставят истекать слюной ее фанатов.

---

Кайли Дженнер, младшая сестра Ким Кардашьян, набрала миллион лайков за час, сняв бюстгальтер. Читать далее>>

 

---

Источник →

---

Опубликовано 06.09.2017 в 14:52

-

Крутые красотки, которым за 40…

Им за сорок!

Парк. Утро. Пробежка. Вдруг меня обгоняет девица. Любуюсь на ее круглую задницу, думаю: «Обгоню, посмотрю, кто такая!». Девице оказывается больше 40. Несется, как шустрая козочка.
Ресторан. Вечер. Читаю меню. Вдруг в мой «кадр» попадают женские ноги: облегающие джинсы, тяжелые зеленые «мартензы». Что за модная красотка? Поднимаю глаза. Красотке лет за 40….
Им за сорок! Они спортивны, веселы, угарны. Их юность пришлась на 1990-е, тогда они вдохнули веселящего газа свободы и до сих пор летают и резвятся. «Пили всю ночь, гуляли всю ночь до утра», как примерно пел Цой.

Маникюр и педикюр – обязательно. Косметолога и парикмахера не пропустят ни за что.
Тем, кому за 40, это феномены нашего времени. Я от таких женщин балдею.
У таких красавишен нет проблем. Они собой довольны. А если и недовольны, подмигивают себе в зеркало и – шмыг за дверь. Вперед, в театр, на тусовку, в фитнесс- зал. Они классно выглядят, им прикольно жить. Они приводят в зал своих дочек-подростков. А дочки вполне могут привести такую маму в свою компанию, та зажжет так, что чахлая молодежь упадет.

На модных выставках сплошь – они, за 40. Молодых мало, молодые смотрят сериалы. Крутые же тётки везде успевают. У них ровное дыхание, горячее сердце, насмешливый взгляд.

У них за плечами – трагедии, потери, несчастья. Измены мужа, скандалы с детьми, первые морщины. «О, боже, нет!» А теперь все отболело, дети очень взрослые, морщины? Ну не сходить же с ума от них. Они не делают пластические операции, они не сумасшедшие. Хотя кремики утром и на ночь – святое. И волосы подкрасить – может, рыжей стать?

Они лихо наряжаются. И не выглядят нелепо. Нелепо можно выглядеть в молодости: дурацкая сумка, дешевое платье, немодные джинсы. В молодости вся эта чепуха важна. У тебя «контракт» с обществом, ты должна вписываться в каноны, регламент, протокол. Ты – социальный планктон.

Когда тебе за сорок- контракт разрывается. Как сказала мудрая Изабелла Росселлини, «возраст – это свобода». Ты уже никому ничего не должна, ты живешь, как тебе хочется, ты – свободна. Тебе плевать, будут ли мужики пялиться на твою задницу, тебе начхать, что скажут занудные подруги. Рыжие кудри, цветастое платье, кеды. «О, моя маленькая бейба!», как пел Сукачев. И, черт возьми, в этой свободе, в этом смехе, в этой развинченной походке сексуальности больше, чем вон в той юной полногрудой цыпочке, которая сидит в ресторане и глядится ежеминутно в смартфон: как помада, как челочка лежит, как реснички хлопают? Цыпочка головой шевельнуть боится, цыпочка вся на нервах, цыпочка себя продает. Она на «контракте».

А рядом сидят три крутые женщины за 40, пьют вино и хохочут. У них впереди веселый вечер. У них впереди большая интересная жизнь. Да и какие они «женщины»? Девчонки! Пусть и с морщинами. Девчата, можно я к вам присяду, а? Хочется угара, а с юными скучно.

http://pepperhumor.com/krutye-krasotki-kotorym-za-40/

Опубликовал Игорь Молд , 06.09.2017 в 14:41

Илья Куксин: Александр Михайлович Орлов

Май 24, 2015и
Статья просматривалась 463 раз(а)

До конца 1952 года, когда американский журнал Лайф стал публиковать серию его сенсационных статей о преступлениях Сталина, его имя было известно только узкой группе руководства советской внешней разведки.

Александр Михайлович Орлов

Илья Куксин

Есть все основания считать, что к середине 30-х годов А.М. Орлов являлся одним из наиболее квалифицированных работников среднего руководящего звена разведслужбы того времени (1, с.146).

Из рецензии Леонида Володарского на переиздание книги Олега Царева и Джона Костелло «Роковые иллюзии. Из архивов КГБ: дело Орлова, сталинского мастера шпионажа»:

В истории любой страны есть люди, которых без преувеличения можно назвать героями своего времени. Судите сами:

— руководитель нелегальной группы «Экспрес» по разработке разведывательного отдела французского генерального штаба.

— главный оператор величайшего разведчика двадцатого века Кима Филби.

— резидент НКВД и главный советник по внутренней безопасности и контрразведке при республиканском правительстве в Испании.

— организатор нескольких диверсионных школ, готовивших людей для работы во франкистском тылу.

— один из организаторов похищения генерала Миллера — главноуполнолномоченного по военным и морским делам в Париже, «главного казначея» великого князя Николая Николаевича, председателя Русского общевоинского союз.

— организатор вывоза в СССР золотого запаса Испании (на тот момент четвертого в мире!)

— организатор вербовки Морриса Коэна — будущего связного Рудольфа Абеля, радиста Конона Молодого.

— человек, тридцать пять лет водивший за нос две самые могущественные разведки мира, никого не предавший, умерший своей смертью в собственной постели (2, с.1).

В разведке Орлов имел много псевдонимов (Берг, Голдин, Лев Николаев, Никольский, Фельдель, Швед), но, поскольку в России и Америке он больше известен, как Александр Орлов, то мы и будем использовать это имя в дальнейшем изложении. До конца 1952 года, когда американский журнал Лайф стал публиковать серию его сенсационных статей о преступлениях Сталина, его имя было известно только узкой группе руководства советской внешней разведки. На основе этих статей в 1953 году в Нью-Йорке вышла его книга «The secret history of Stalin’s crimes»(3), Она мгновенно стала бестселлером и переведена на многие языки. Книга широко известна, и мы не будем на ней останавливаться, кроме небольших заметок о её переводах на русский язык.

Александр Михайлович Орлов

Александр Орлов скончался в апреле 1973 года на 77-м году жизни в Кливленде, штат Огайо. Спустя четыре месяца издательство правительства США выпустило в свет книгу под интригующим названием «The legacy of Alexander Orlov» (4), в которой приводится информация, полученная американскими спецслужбами (ФБР и ЦРУ) от Орлова в ходе неоднократных бесед с ним, а также показания Орлова и его жены Комиссии Сената США (5). Вначале я предполагал, что ее составитель, бывший председатель сенатского Комитета по внутренней безопасности сенатор Джеймс Истленд, сумел ознакомиться с воспоминаниями Орлова. Но это оказалось не так. Просто в доверительных беседах с сенатором Орлов поведал ему то, о чем впоследствии написал в своих мемуарах. В предисловии к (4) ее составитель пояснил цель этого издания. Приближался визит Л.Брежнева в США, и Истленд решил ознакомить своих коллег с тем, что представляет из себя руководство СССР. В качестве основного источника он взял вышеупомянутую книгу Орлова., его статьи и стенограммы слушаний в Сенате США. Истленд также подчеркнул, что наследие Орлова представляет собой бесценный источник по анатомии того строя, который установился в России после большевистского переворота в октябре 1917 года. Cенатор несколько раз встречался с Орловым для частных бесед. В одной из них он спросил, не изменились ли со временем руководители СССР. Ответом послужило решительное Нет и пояснение: Я не думаю, что они действительно изменились. Они те же самые сталинисты. Они не изменили ничего ни в своей политике, ни в своем строе. Все это позволило Истленду следующим образом охарактеризовать Орлова: Он был человеком высоких моральных качеств и лишенным иллюзий, но система, от которой он отказался, была полностью безнравственной (4)

В 1993 году выходит в свет книга об А.Орлове «Deadly illusions» (6). Ее cоавторами были ныне покойный английский историк Д.Костелло и полковник КГБ О.Царев. Первый представил американские материалы, второй-российские.

В издательской аннотации утверждалось, что книга основана на документах. Через несколько лет её перевели и издали в России (15). Западные историки заметили, что ряд материалов опущен в русском переводе и, кроме того, выразили сомнение в утверждении российской стороны об идентичности архивных данных.Лейтмотивом русской версии книги было то, что Орлов — участник революции и Гражданской войны, верный ленинец, вынужден был сбежать на Запад, но и там он остался порядочным человеком. Более четко ответил на это в своей рецензии Л. Володарский: «И вот, главный вопрос — был ли Орлов предателем? Перебежчиком — да, предателем — ни в коем случае! Такое заключение вынесла специальная комиссия КГБ ещё в первой половине пятидесятых. Ведь память Орлова хранила столько! … Например — сведения о почти шестидесяти нелегальных аггентах, которые продолжали работать после его бегства, многое из биографии Рудольфа Абеля. Когда того арестовали, то Орлова много и методично допрашивали — не знаком ли? “Да, кажется, сталкивались в коридорах Лубянки”…А ведь Абель был его личным радистом в Лондоне в период зарождения “Кембриджской пятерки”» (2,с.2).

Однако, несмотря на скептическое отношение некоторых журналистов и особенно историов, книга Д.Костелло и О.Царева является единственнной, как утверждают её авторы, полностью основанной на девяти томах дела Александра Орлова, которые хранятся в архивах российских cпецслужб, и результатов его допросов в Комитете Сената и спецслужбами США.

Прошло почти 30 лет после смерти Орлова, и западных историков снова заинтересовала эта личность. С перерывом в два года выходит книга Эдварда Газура «Alexander Orlov: The FBI’s KGB General» (7) и воспоминания самого Орлова «The March of Time: Reminiscences» (8), которые позволяют ответить на вопрос: кем же был Александр Орлов, верным рыцарем революции или разведчиком-профессионалом экстра класса? А самое главное, кем он сам считал себя? Прежде всего, необходимо вкратце рассказать об отставном агенте ФБР Эдварде Газуре, который стал не только другом Орлова в последние три года жизни, но и его душеприказчиком. Именно благодаря Газуру были изданы воспоминания Орлова, и именно он сумел показать, кем был в действительности этот человек. Когда в 1953 году вышла в свет книга А.Орлова «Тайная история сталинских преступлений» (3), она сразу попала на стол директора ФБР Гувера, который, как вспоминают его подчиненные, впал в неистовство. Он кричал: трехзвездочный генерал советской разведки (американцы знали, что за вывоз испанского золота Орлову было присвоено звание старшего майора НКВД, что соответствовало званию генерал-лейтенанта американской армии) вот уже 15 лет живет в Америке, и его ведомство об этом узнает только сейчас. Гувер приказал его арестовать, допросить и депортировать из Америки. Но после приезда в Америку Орловы нашли опытного адвоката, который сумел узаконить их пребывание в стране. Следовательно, арестовать его нельзя, так как ни в чем противозаконном он замечен не был, и нет никаких оснований для депортации. В ФБР даже не было дела Орлова, которое оказалось в другом разведывательном ведомстве на имя Александра Берга. Последовало затем несколько слушаний Орлова и его жены в Сенате США, которые ничего не дали. Орлов принял правильную тактику, не скрывал того, что было известно, и отметал все обвинения в свой адрес. Да, он организовал вывоз испанского золота, но ничего об его дальнейшей судьбе не знает. Он смело называл имена бывших советских агентов в США, зная, что их давно нет в живых. Правда, спецслужбы Америки несколько раз приглашали Орлова на длительные беседы, в ходе которых он постарался удовлетворить их любопытство о том, как оказался в США, чем занимался все это время. Относительно своей деятельности в СССР заявил, что все рассказал на сенатских слушаниях. Не было найдено никаких доказательств его участия в разведывательеых операциях против США. Сотрудники ФБР проверяли каждый счет Орловых, опрашивали соседей, но не смогли собрать даже намеков на компромат. На всякий случай, они поручили сотруднику ФБР Эдварду Газуру присмотреть за Орловым, который тогда жил в Кливленде. Опытный профессионал Орлов заметил интерес к нему незнакомого человека, пошел, что называется во-банк и спросил Газура об этом. Они стали встречаться и нашли интересные темы для бесед.

В начале 70-х годов умерла жена Орлова Мария. Он остался один в чужой стране, без друзей, приятелей и близких знакомых. Газур помог ему с похоронами, затем пригласил к себе домой и, как он пишет, у них сложились доверительные отношения. Орлов стал другом их семьи. Все продолжительнее становились их беседы, особенно после того, как Газур вышел в отставку. Он узнал, что Орлов пишет воспоминания, и всячески приветствовал это. Орлов писал их на русском языке и сам переводил на английский. Когда была готова первая часть мемуаров, он попросил своего нового друга просмотреть его перевод с точки зрения английского языка. Незадолго до кончины Орлов сделал Газура своим душеприказчиком.

После внезапной смерти Орлова, федеральный судья опечатал и отправил в архив все его документы, в том числе и рукопись воспоминаний, с указанием не предавать их гласности до 1999 года. Газур взял на себя похороны приятеля. В вышеупомянутой книге он высказывает подозрения, что Орлову «помогли» уйти из жизни его бывшие коллеги. Он не имел прямых доказательств, но косвенные указывали на «длинную руку» наследников НКВД. Газур имел связи в архивах спецслужб и смог ознакомиться с результатами их бесед с Орловым, которые тогда были секретными, и публиковать их в 70-е годы было невозможно.

Когда истек срок моратория на публикацию материалов Орлова, Эдвард Газур, хотя и был его официальным душеприказчиком, встретился с трудностями при получении их в архиве. Цензуры в Америке нет, но первый вариант своей книги об Орлове Газур издать в США не смог. Пришлось издавать в Англии. Кстати, и воспоминания Орлова были изданы не в США, а в Англии. В книге Газура имется много совпадений с воспоминаниями Орлова, поэтому ниже мы остановимся на наиболее противоречивых вопросах, которые до сих пор обсуждаются в различных изданиях.

В книгах Д.Костелло и О.Царева, Э.Газура, воспоминаниях Орлова приводится много фактических данных о герое этой статьи. Анализируя и сопоставляя их, мы постараемся дать основные биографические сведения об Александре Орлове.

В августе 1895 года в городе Бобруйске Могилевской губернии, в ортодоксальной еврейской семье лесопромышленника Лейзера Фелдбина родился сын, которого назвали Лейбой. Впоследствии в гимназии он русифицировал свое имя и стал Львом Лазаревичем. Уже в США, беседуя с сенатором Истлендом, Орлов рассказал ему, что его прадед, австрийский еврей, поселился в России в начале ХIХ века перед нашествием Наполеона и создал процветающий лесной бизнес, который унаследовали его дед и отец. Дед Льва в 1885 году в составе делегации российских евреев посетил Палестину. Главной целью была помощь немногочисленной тогда еврейской общине в приобретении новых земель. Это был так называемый период Алии Ришома — первой еврейской эмиграции в Палестину. На деньги российских евреев был куплен заболоченный участок, названный «Ворота надежды», и выделены средства на его осушение. Сенатор Истленд вспоминает, что Орлов с большим удовольствием упоминал, что именно на этом месте впоследствии возник город Петах Тиква (4,c.3). Бобруйск, где прошло детство и юность Александра, был типичным городком черты оседлости Российской империи, большинство его жителей были евреи. У Фелдбинов была многочисленная родня и Александр дружил со своими кузенами. После революции 1905-1906 года, многие из этих родственников эмигрировали в США и поселились в Нью-Йорке, Филадельфии, Лос-Анжелосе и Бостоне.

С началом Первой мировой войны бизнес Лазаря Фелдбина пришел в упадок, и семья переезжает в Москву. Александр завершает среднее образование, и встаёт вопрос о дальнейшем жизненном пути. «Голубой мечтой» юноши была карьера кавалерийского офицера, но по законам Росссийской империи, ему, как еврею, этот путь был закрыт. Пришлось последовать советам родителей и поступить в юридическую школу Московского университета и, одновременно, в Лазаревский институт восточных языков. Он пошел по пути своего кузена Зиновия Кацнельсона, впоследствии видного деятеля советских спецслужб. Поселились они в одной квартире, но учебу прервало решение царского правительства о мобилизации в армию студентов высших учебных заведений.

В первые месяцы войны большие потери в младшем офицерском составе заставили правительство впервые в истории страны пойти на столь беспрецедентные меры. Большинство студентов направили в ускоренные офицерские школы, евреев же в запасные полки, где они должны были пройти начальную военную подготовку. Александр стал рядовым солдатом 104-го резервного пехотного полка, расположенного в Оренбурге. В своих воспоминаниях Орлов описывает ужас культурного юноши, попавшего из благоустроенной московской квартиры в грязную казарму, кишащую насекомыми и паразитами. Он не мог есть из общей миски на 5-6 человек, не имевших понятия, что существуют зубные щетки и зубы хоть один раз в день надо чистить. Правда, унтер-офицер заметил, что Орлов питается одним хлебом и приказал давать ему еду в отдельной посуде. К концу 1916 года бывших студентов перевели в Царицын.

Произошда Февральская революция. Одним из первых декретов Временного правительства Российской республики стала отмена всех национальных ограничений, и Орлов смог исполнить свою мечту. Он был направлен в Москву, через три месяца после окончания школы прапорщиков был произведен в офицеры, и на его погонах засверкала первая звездочка. Ещё в Москве кузен Кацнельсон ознакомил его с революционными идеями радикального направления, а после производства в офицеры Орлов стал членом РСДРП (Российской социал-демократической рабочей партии). Вступал он не в ленинскую фракцию большевиков, а во фракцию «группы интернационалистов», которой руководил Соломон Лозовский, член РСДРП с 1901 года, впоследствии генеральный секретарь Профинтерна (Красного интернационала профсоюзов), зам. наркома (министра) иностранных дел, начальник Совинформбюро в годы Великой Отечественной войны. Работая у Лозовского, Орлов завязал множество полезных контактов в международном рабочем движении, усовершенствовал свои знания в английском, немецком и французском языках. В большевистскую партию Орлов вступил только в мае 1920 года по рекомендации старого марксиста В.А.Тер-Ваганяна.

В Октябрьском перевороте Орлов непосредственного участия не принимал. С конца 1917 и следующий год он служил в скромной должности зам. заведующего справочным бюро Высшего финансоваго совета. Разгоревшаяся Гражданская война привела Орлова в Красную Армию.Он был назначен следователем в особый отдел 12-й армии, затем — уполномоченным по борьбе с контрреволюцией. Советско-польская война в 1920 году стала звездным часом армейской службы Орлова. Будучи руководителем диверсионной и партизанской деятельности 12-й армии в тылу польских войск, Орлов провел ряд успешных операций, проявив при этом большое личное мужество. Вскоре он получает свой первый псевдоним, став из Фелдбина Никольским. Успехи Никольского обратили внимание главы чекистов Дзержинского, и после окончания войны его переводят на службу в ЧК и направляют в Архангельск. Там произошло весьма важное событие в его личной жизни — первого апреля 1921 года он женился на киевлянке Марии Рожнецкой.

Впервые он увидел её в штабе 12-й армии еще до начала войны и обратил внимание на красоту и интеллект этой 18-ти летней девушки. Мария была на 8 лет младше Орлова, в 16 лет вступила в партию, затем добровольно —  в Красную Армию. Впоследствии, в беседах с Газуром Орлов вспоминал, что в жизни не встречал такой красивой и образованной женщины. У них были общие взгляды, общие интересы, и, несмотря на всякие перепетии, их союз оказался прочным. Она до конца дней оставалась не только любимой женой, нежной матерью единственной дочки, но и соратницей в их беспокойной жизни.

В конце 1921 года они демобилизовались из армии и переезжают в Москву, где Орлов работает в начале следователем Верховного трибунала при ВЦИК, а затем — помощником прокурора уголовно-кассационной коллегии Верховного суда РСФСР. Орлов восстановился на юридическом факультете университета, а Мария поступала в медицинский институт. В этот период произошел интересный случай — во время очередной партийной чистки Орлов недостаточно четко отвечал на вопросы специальной комиссии и на полгода был переведен из членов в кандидаты РКП(б) с формулировкой «за незнание партийной программы». В 1924 году Орлов получает диплом юриста в Московском университете и возвращается на службу в органы безопасности. Дзержинский просит его расследовать спорное дело об экономических преступлениях, в ходе которого Орлов устанавливает, что подследственные не занимались спекуляцией, не расхищали государственные средства и, следовательно, не виновны в предъявленных им обвинениях. Так как они занимали высокие государственные должности, то Орлову пришлось докладывать это дело на Политбюро. Присуствовал Сталин, он молча слушал, не возражал против освобождения обвиняемых, но, как впоследствии узнал Орлов, приказал расстрелять их в назидание остальным.

Менее года Орлов проработал в экономическом управлении ОГПУ, а затем переведен на Кавказ и назначен командиром бригады пограничных войск. Бригада была усиленного состава, в нее входило 6 пограничных полков общей численностью в 11 тысяч человек. Кавказ был очень беспокойным районом, и командира бригады редко можно было застать а штабе. В его многочисленные обязанности входила охрана рубежей с Турцией и Персией, а также обеспечеие охраны Сталина в периоды его отпусков, которые вождь любил проводить на Кавказе. Частенько приходилось взаимодействовать и с Лаврентием Берия, который в то время возглавлял ОГПУ Грузии. Через год Орлова возвращают в Москву, и он становися кадровым сотрудником иностранного отдела ОГПУ, который ведал вопросами зарубежной разведки. Вскоре Орлов под именем Льва Николаева уже в Париже. Официальная должность — сотрудник торгпредства СССР во Франции. На самом деле — резидент внешней разведки. В Париже он встречается со своим грузинским знакомым Дмитрием Лордкипанидзе, который выполнял специальное задание Сталина. Он должен был уговорить старого грузинского революционера Рамишвили написать историю социалистического движения в Грузии, разумеется, с подчеркиванием выдающейся роли Сталина. Рамишвили категорически отказался и судьба Лордкипанидзе оказалась печальной.

За Парижем последовал Берлин, где под прикрытием должности торгового советника Орлов стал основателем советского промышленного шпионажа. СССР вел тогда обширную торговлю с Германией, но немцы поставляли только готовую продукцию, не делясь технологиями и другими так называемыми но-хау. Добывать их стали люди Орлова. Кроме этого, он создал а Германии и ряде стран Европы разветвлённую разведывательную сеть, включая знаменитую «Красную капеллу», которая в течение долгого времени снабжала СССР весьма ценной информацией.

В 1930 г. Орлов уже руковолитель экономической разведки иностранного отдела ОГПУ. В качестве представителя Льноэскспорта он посетил США. Во время этой командировки он встретил родственников, обосновавшихся в Америке. Главным трофеем поездки стал подлинный американский паспорт на имя бизнесмена Вильяма Голдина, но с фотографией Орлова, который позволял ему беспрепятственно посещать Англию и Францию.

После возвращения в Москву, Орлов работает в центральном аппарате НКВД и преподаёт в школе разведки. Он написал учебник «Руководство по разведывательной и партизанской войне». Впоследствии в Америке Орлов перевёл это руководство на английский язык и издал его в 1963 году (16). В предисловии к книге он писал:

До Второй мировой войны, когда я был одним из руководителей советской разведки, то читал курс стратегии и тактики разведки и контрразведки. В 1936 году я издал его в виде руководства, которое было одобрено и применялось в качестве учебника в школе НКВД, готовящей разведчиков.

Книга эта переиздавалась в США. Мне удалось найти её первое издание, на красной обложке которого изображен ключ. Несмотря на специфический характер книги, читается она с интересом благодаря многочисленным примерам. В 1933 году Орлов по американскому паспорту был направлен в Париж главой оперативной группы «Экспресс» для разработки отдела разведки генерального штаба армии Франции. Но ему не повезло — он был опознан беглым сотрудником советского торгового представительства, и ему пришлось спешно покинуть страну. В 1934 году представитель несуществующей американской компании Вильям Голдин уже в Лондоне якобы по делам фирмы, а на деле руководит деятельностью «трех мушкетеров» из Кембриджа, советских агентов Кима Филби, Дональда Маклейна и Гая Бёрджеса. Именно от них в СССР поступали сведения, о которых не знали даже ближайшие союзники Великобритании.

В ряде источников Орлова обвиняют, что он организовал и участвовал в похищении в Париже среди белого дня руководителя РОВС (Российского общевоинского союза) генерала Кутепова, а через некоторое время — заменившего его генерала Миллера В своих мемуарах Орлов полностью отрицает это. Что касается Кутепова, то Орлова в то время не было в Париже (8, с. 167). Более того, он пишет, что когда на короткое время был вызван в Москву, то только во время беседы со своим начальником Артузовым узнал об этом похищении, осуществленное Яковом Серебрянским, за что и был награжден орденом Красного Знамени. Что же касается генерала Миллера, то Орлов был посвящен в детали этой операции и даже представил несколько рекомендаций. Он считал, что она была выполнена бездарно. Засветилось несколько советских агентов, некоторым из них пришлось срочно покинуть Францию. Повидимому, Володарский, слова которого мы привели выше, несколько преувеличил роль Орлова. Сам же он в своих воспоминаниях отметил, что если бы исполнители следовали его советам, то все бы прошло без сучка и задоринки (8, c.191-198).

В феврале 1936 года впервые в истории Испании состоялись демократические выборы, на которых победу одержал Народный фронт, объединивший левые силы страны. С этим не могли смириться правые и откровенно фашистские партии, которые подняли мятеж с целью свержения демократического правительства. Началась кровавая Гражданская война. В сентябре 1936 года Орлов был направлен в Испанию на должность атташе по политическим вопросам при советском посольстве, а на деле — резидентом НКВД и главным советником по внутренней безопасности и контрразведке при республиканском правительстве страны. Уже в декабре этого же года Орлов организовал контрразведывательную службу республиканцев. Он не только руководил, но и принимал непосредственное участие в раскрытии агентуры франкистов, создал несколько школ для подготовки партизанских и диверсионных действий в тылу противника, в которых прошли подготовку не менее тысячи человек. В конце 1937 года Орлов организовал разведшколу. В неё весьма тщательно отбирались бойцы интернациональных бригад, которые приехали из разных стран мира в Испанию для борьбы с мятежниками. Орлов смотрел в будущее — ряд курсантов этой школы впоследствии стали агентами советской внешней разведки. Одним из них был американец Моррис Коэн, позже участвовавший в передаче СССР секретов создания атомного оружия.

Долгие годы Орлов считался руководителем подавления мятежа анархистов и троцкистской организации ПОУМ (Рабочая партия марксистского единства) в Каталонии, а также ответственным за гибель лидера ПОУМ Андре Нина. В своих мемуарах Орлов категорически это отвергает, назывет имена участников событий (8, с. 307,311).

Самым секретным делом, которое успешно осуществил Орлов в Испании, стал вывоз золотого запаса страны, мифы и спекуляции вокруг которого не прекращаются до сих пор. Орлов посвятил ему отдельную главу своих мемуаров (8, с.237-253). Мы сопоставили его воспоминания с работой «Золото испанской республики» (9), основанной на фундаментальных исследованиях испанских специалистов и недавно рассекреченных советских архивных документах, в том числе и «Особой папки», в которой находились протоколы Политбюро ЦК ВКП(б). Разумеется, этими материалами Орлов не располагал, однако, хочется отметить, что его мемуары не расходятся с документальными данными.

Согласно (9), на начало Гражданской войны в Испании золотой запас страны был четвертым в мире и составлял 783 миллиона долларов, из них 155 миллионов республиканское правительство заплатило Франции за поставки оружия и военной техники. До сих пор идут споры — кто принял решение об отправке в СССР части золотого запаса банка Испании. Некоторые исследователи считают, что это было сделано под нажимом Сталина, и только после получения золота СССР стал поставлять оружие и прислал в Испанию военных специалистов. Однако, никаких доказательств этому нет, а факты свидетельствуют о другом. Первых советских военных советников отправили в 20-х числах августа 1936 года, а в октябре этого года в Испанию были доставлены на пяти кораблях 50 танков с горючим и боеприпасами, 30 скоростных бомбардировщиков, стрелковое оружие. К концу октября в Испанию прибыло из СССР 60 бронемашин, эскадрилья истребителей, артиллерийские системы с боеприпасами. Решение же на отправку в СССР части золотого запаса было принято премьер-министром республиканского правительства Кабальеро и министром финансов Негриным. В то время мятежники подошли к Мадриду, и бои уже шли на окраинах испанской столицы. Правительство страны переехало в Валенсию. Но взять Мадрид с ходу мятежникам не удалось — они были отброшены недавно сформированными интернациональными бригадами во главе с генералом Клебером (под этим именем воевал советский разведчик Манфред Штерн). Где-то в первой половине октября 1936 года Кабальеро и Негрин обратились к СССР с просьбой принять на хранение примерно 500 тонн золота. Подтверждением этого является приводимая в (9) выписка из протокола Политбюро ЦК ВКП(б):

Поручить т. Розенбергу (полпред СССР в Испании — И.К.) ответить испанскому правительству, что мы готовы принять на хранение золотой запас, и что мы согласны на отправку этого золота на наших возвращающихся из портов судах с тем условием, что золото будет сопровождаться уполномоченными испанского правительства или минфина, и что наша ответственность за сохранность золота начинается с момента сдачи его Наркомфину СССР в нашем порту.

Орлов 15 октября 1936 года получил шифровку наркома внутренних дел Ежова:

Передаю вам личное распоряжение Хозяина (Сталина —  И.К.). Совместно с полпредом Розенбергом организуйте по согласованию с Кабальеро отправку золотого запаса Испании в Советский Союз. Используйте для этой цели советское судно. Операцию следует провести в абсолютной тайне. Если испанцы потребуют от вас расписки, откажитесь, повторяю, откажитесь подписывать какой бы то ни было документ и объясните, что формальная расписка будет выдана Госбанком в Москве. На вас возланается персональная ответственность за успех этой операции. Розенберг, соотвественно, уведомлён. Иван Васильевич (Сталин любил звучные псевдонимы — И.К.)

Вскоре около 510 тонн золота (а точнее 510 079 529,3 грамма) было вывезено в Картахену и хранилось в старых пороховых погребах недалеко от порта. Золото было в слитках, брусках и монетах, помещенных в 7800 стандатных ящиках по 65 килограмм каждый. Они были распределены между четырьмя советскими судами, которые доставили в Картахену оружие и боеприпасы. Погрузка шла ночью, и никто не знал, что хранится в этих ящиках. Обеспечивал охрану судов в порту и затем в море военно-морской атташе СССР в Испании капитан первого ранга Николай Кузнецов, впоследствии видный деятель советского военно-морского флота.

К началу ноября золото было доставлено в СССР и отправлено на хранение в Наркомфин. Начиная с этого времени, вооружение и техника поставлялись в Испанию на коммерческой основе. Этим же золотом оплачивалась поставка вооружения из других стран и другие расходы СССР, связанные с войной в Испании.

Операция долгие годы хранилась в глубокой тайне. В марте 1939 года республиканская Испания потерпела поражение. СССР не истратил всего золота, но возвращать его фашистскому режиму Франко не желал. После смерти Франко, когда к власти в Испании пришло демократически избранное правительство, остатки золота были воззвращены в страну поставками нефти и нефтепродуктов, а также другими советскими товарами.

По данным отца и сына Судоплатовых (10, с.46), за успешно проведенную операцию по вывозу испанского золота Орлову присвоили звание старшего майора и наградили орденом Ленина. Но не пришлось ему добавить очередной ромб на петлицу гимнастерки и получить орден. Из СССР приходили плохие новости, начались репрессии командного состава Красной Армии. В своих воспоминаниях Орлов пишет, что первый червь сомнения зародился у него в то время, когда после возвращения из длительной зарубежной командировки он получил приглашение на процесс Зиновьева и Каменева,который считал самой большой провокацией Сталина после убийства Кирова. Он знал, что многие из его коллег были объявлены предателями и репрессированы и не верил этим обвинениям.

Летом 1938 года Орлов получает распоряжение прибыть в Антверпен на советский пароход для получения важных указаний от советского представителя. Он понял, что настал и его черёд, и вместо Антверпена поехал во Францию. Там, недалеко от границы с Испанией, жили его жена и дочь. Забрав их, Орлов сумел в канадском посольстве в Париже получить разрешение на въезд в страну, откуда перебирается в США. Зная, что его будут искать, Орлов, чтобы обезопасить себя, свою семью и родственников, которые остались в СССР, написал письмо Сталину и тогдашнему наркому НКВД Ежову. Его американский кузен доставил эти письма в советское посольство во Франции. Орлов, знавший Сталина с 1924 года, сообщил диктатору, что если за ним начнется охота, или репрессируют его мать, мать и сестер жены, то он опубликует все, что знает о тайных операциях советской разведки. О том, что письма достигли адресатов, известно из воспоминаний Судоплатова (10,с.48). При очередном посещении нового наркома НКВД Судоплатов получил строгий приказ прекратить поиски сбежавшего из Испании Орлова. Копия письма Ежову приводится в американском издании книги об Орлове (6, с.308-311), в советском переводе книги о нём только упоминается. Именно этот и ряд других фактов заставили иностранных специалистов сомневаться в идентичности документов, приводимых О.Царевым.

Как у Судоплатова, так и у ряда других авторов написано, что после бегства Орлова изчезли 60 тысяч долларов из сейфа советской резидентуры. Орлов подробно объяснил свое финансовое положение при въезде в Америку на слушаниях в службе иммиграции и натурализации США в 1955 году (6, с.304-305). Он объявил в декларации 22 тысячи 800 долларов, объяснив, что это все, что осталось от зарплаты его и жены за два года работы в Испании (вместе они получали 1250 долларов в месяц). Кроме того, у них были сбережения, которые они собирали для помещения дочери в специальный пансионат, после того, как ей исполнится 16 лет.

Газур считает, что 60 тысяч долларов, которые Орлов якобы похитил, не что иное, как выдумка НКВД с целью дискредитации перебежчика. Как известно, еще в советский период КГБ узнал, что при беседах в Сенате США Орлов не выдал людей, которых завербовал в советскую разведку, когда был резидентом НКВД в ряде стран Европы. Газур спрашивал Орлова, почему он, в ответ на попытку убить его, не разоблачил советских агентов, в частности, знаменитую «кембриджскую пятерку», в которую входили Г.Бёрджес, Д.Кернкросс, Э.Блант, Д.Маклейн и К.Филби. Орлов ответил, что если честность и верность привиты человеку с детства, то это, независимо от обстоятельств — навсегда. Он не мог выдать людей, которые поверили ему и безвозмездно служили идее, в которую много лет верил он сам.

Уже в послесталинские времена представитель КГБ разыскал Орлова в США и попытался проникнуть в его квартиру, но Мария под угрозой применения оружия заставила этого человека удалиться. После этого посещения Орловы решили, что их уже разыскивать не станут. Они вели в США очень замкнутую жизнь. Практически, кроме врачей, они с кем не встречались. Жили очень экономно.Однако, после публикации в журнале статей о преступлениях Сталина, гонорары немного облегчили их жизнь. После выхода в свет книги Орлова и её многочисленных переводов их финансовое положение значительно упрочилось.. Орловы переезжают в Кливленд и Александр стал искать работу в местных университетах. В начале 60-х годов он стал работать старшим научным сотрудником в Мичиганского университета в Анн Арборе. Проработал там 7 лет.

Во многих российских источниках утверждается, что представитель КГБ сумел встретиться с Орловым ещё раз и предложил ему вернуться в СССР, где тот будет принят с уважением, как герой, обеспечен квартирой в центре Москвы и приличной генеральской пенсией. Он заявил, что КГБ никогда предателем его не считал, и прежние заслуги разведчика оцениваются очень высоко. Затем его заверили, что, если ему не понравится в СССР, то он сможет вернуться обратно в Америку. Более того, представитель КГБ предложил Марии просто приехать в СССР, чтобы встретиться с сестрой. Мария отказалась. Александр стал колебаться, но затем понял, что это ловушка КГБ, и они любыми путями желают заманить его в СССР.

Когда Газур готовил к печати воспоминания Орлова, то ознакомился с книгой бывшего генерала КГБ Калугина, изданной в США (11). (В период «перестройки» генерал Калугин был за откровенные высказывания разжалован, лишен наград, но по суду сумел все восстановить, а затем эмигрировал в Америку). Калугин в своих мемуарах писал, что после побега на Запад дочери Сталина Светланы Аллилуевой, в КГБ была задумана операция по возвращению в страну бывших старых большевиков, которые по разным причинам оказались на Западе. В качестве одного из них и был выбран Александр Орлов. Когда он, а затем Мария отказались приехать в СССР, Орлова снова стали уговаривать, и он согласился при условии, если ему дадут твердые гарантии безопасности и не будут препятствовать возвращению в США.

Калугин тогда был резидентом КГБ в США и запросил свое начальство выслать ему эти гарантии. В ответ он получил указание оставить Орлова в покое. Когда Калугин вернулся в Москву, то стал интересоваться, почему произошел такой поворот: вначале ему поставили задачу уговорить Орлова приехать, а затем, когда это стало возможным, отказались от этого намерения. Калугину объяснили, что дело Орлова рассматривалось на Политбюро и было сочтено, что признать старого предателя героем, а затем по прибытии в страну арестовать и отдать под суд будет глупостью (11, p. 97-98). Орлов в своих воспоминаниях пишет, что оказался прав, когда понял, что все эти уговоры КГБ — только ловушка.

Недостаток места не позволяет нам остановиться подробно на воспоминаниях Орлова, поэтому рассмотрим наиболее важные, по нашему мнению, места. Некоторые западные рецензенты считают, что мемуары остались незавершенными, или это только их первая часть. Действительно, они охватывают период с 1917 по 1938 годы. Описывая его, Орлов ставил главной целью снять с себя целый ряд обвинений в тайных делах НКВД, к которым был непричастен. Что он мог написать о своем пребывании в США? Ведь много лет он просто скрывался, переезжая с места на место. Его беседы-допросы в Сенате опубликованы. Ни один человек ни в СССР, ни за рубежом после этого не был арестован. Выставлять себя, как офицера, не изменившего присяге, он не пожелал. И сенатор Джеймс Истленд, и сотрудник ФБР Эдвард Газур имели долгие доверительные контакты с Александром Орловым и оба они, не зная друг друга и не сговариваясь, считали его порядочным человеком, которого никак нельзя назвать изменником.

Эдвард Газур в своей книге достаточно подробно изложил жизнь Орлова в Америке. Он использовал не только беседы с Орловым и опубликованые материалы сенатских слушаний, но также рассекреченные материалы спецслужб США. Хотелось бы остановится на идее-фикс Орлова, что Сталин был агентом-провокатором царской охранки. Во время своей службы в Испании Орлов иногда посещал Париж. В один из таких приездов он встретился со своим кузеном Кацнельсоном, и тот поведал ему страшную тайну. Один из его чекистов проводил архивные изыскания и наткнулся на дело, которое полностью изобличало Сталина, как агента царской охранки. Чекист этот застрелился или его застрелили, но этого дела пока не нашли. Орлов до конца жизни верил, что оно хранится в самых секретных архивах и что его читал Н.Хрущев при подготовке своего знаменитого доклада на ХХ съезде КПСС. Нужно сказать, что идея-фикс Орлова о Сталине широко обсуждалась в России. Американский историк российского происхождения Ю.Фельштинский стал редактором-составителем специального сборника статей, в которых рассматривались все, как нам кажется, pro and contra этой гипотезы, но к окончательному решению он так и не пришел (12).

В воспоминаниях Орлова можно найти малоизвестные детали о Гражданской войне в Испании, о советских добровольцах, о его коллегах, павших жертвами сталинских репрессий. Книга очень интересная и маловероятно, что будет переведена на русский язык на родине автора. Нам кажется, кое — кто в России до сих пор не может простить Орлову разоблачения преступлений их кумира. Кроме того, наше убеждение, что воспоминания не будут изданы в России, базируется и на истории перевода книги Орлова о сталинских преступлениях. Имеются сведения, что Хрущев распорядился перевести ее на русский язык, при этом ограниченный тираж книги был предназначен только для высшего руководства страны. Когда на Запад проник секретный доклад Хрущева о культе личности Сталина, исследователи обратили внимание на полное совпадение основных положений книги Орлова с этим докладом. Некоторые историки даже полагали, что Хрущев взял их у Орлова. Это, разумеется, не так. Орлов не располагал архивными документами, а доклад Хрущева базировался именно на них. То, что факты, приведенные в материалах, которые подготовила Хрущеву специальная комиссия ЦК КПСС под руководством Поспелова, совпадают с данными Орлова, лишь свидетельствует о его осведомленности.

Впервые русский перевод книги Орлова о сталинских преступлениях был осуществлен в 1983 году в издательстве «Время и мы» с весьма интересным послесловием Иосифа Косинского (13), и только в 1991 году русский перевод вышел в свет в России (14). Послесловие было опущено, но сообщалось, что издание осуществляется под общей редакцией того же И. Косинского. К российскому изданию 1991 года было приложено не менее интересное послесловие известного российского историка Бориса Старкова, который считал, что эта книга Орлова была написана не ради временной славы и честолюбия. Следует отметить, что книга Газура и изданные им же мемуары Орлова являются объективными и весьма интересными описаниями жизни и деятельности Александра Орлова — самого высокопоставленного генерала НКВД, бежавшего на Запад.

Литература

1. Воробьев Л.И. В пламени испанской войны // Очерки истории российской внешней разведки.Том 3. 1933-1941. М., 1997, с.131-147
2. www.lvolodarsky.ru /oleg-carev-dzhon-kostello.
3. Orlov Aleksandr. The secret history of Stalin’s crimes. New York, Random House, 1953.
4. The legacy of Alexander Orlov. 93 Congress years session. Washington, U.S.Govt. Print Off. 1973.
5. Testimony of Alexander Orlov. Hearing before the Subcommittee to investigate the administration of the Internal Security Act and other internal security laws. 87 Congress. Washington, U.S. Govt. Print Off., 1962.
6. Costello John and Tsarev Oleg. Deadly illusions: the KGB Orlov dossier reveals Stalin’s master spy. New York, Crown Publishers Inc. 1993.
7. Gazur Edward. Alexander Orlov: the FBI’S KGB General. New York, Carroll and Grant Publisers, 2002.
8. Orlov Alexander. The March of Time: Reminiscences. London, St. Ermin’s, 2004.
9. Гаврилов Виктор и Рыбалкин Юрий. Золото испанской ресаублики.// Военно— промышленный курьер №28(144) 26 июля 2006.
10. Sudoplatov Pavel and Sudoplatov Anatoly; with Schecter Jerrold L. and Leona P. Special tasks: the memoirs of an unwanted witness. Boston, Mass. Little Brown, 1994.
11. Kalugin Oleg and Montaigne Fen. The first directorat. New York, St. Martin Press, 1994.
12. Был ли Сталин агентом охранки? Сборник статей материалов и документов. Ред. Фельштинский Ю. М., Терра, 1993, 477 с.
13. Орлов Александр. Тайная история сталинских преступлений. «Время и мы», Нью-Йорк-Иерусалим-Париж, 1983.
14. Орлов Александр. Тайная история сталинских преступлений. «Автор», М., 1991.
15. Царев Олег, Костелло Джон. Роковые иллюзии. Из архивов КГБ: дело Орлова сталинского мастера шпионажа. 1 издание, М., «Mеждународные отношения», 1995; 2 издание, M., «Аква Терм», 2011.
16. Orlov Aleksandr. Handbook of intelligence and guerrilla warfare. Ann Arbor, University of Michigan Press, 1963.

Опубликовано в Люди - Помечено Илья Куксинhttp://club.berkovich-zametki.com/?p=17580

Герцогиня стиля: выбираем лучший летний образ Кейт Миддлтон

Кейт Миддлтон

Сегодня, 4 сентября, весь мир облетела хорошая новость: герцогиня Кембриджская Кэтрин

и принц Уильям ждут третьего ребенка! О будущем прибавлении в семействе сообщил сам Кенсингтонский дворец, опубликовав соответствующее заявление на официальной странице в Twitter. О сроке беременности герцогини, пока не сообщается: известно лишь, что он меньше 12 недель. Третий ребенок Кейт и Уильяма после рождения станет пятым в очереди на британский престол.

Прошедшее лето для герцогини выдалось крайне насыщенным: Кейт и Уильям с детьми отправились в польско-немецкое турне, посетили памятное мероприятие в Бельгии, и это все не считая традиционных официальных мероприятий, вроде скачек Royal Ascot. Последний выход Кейт перед объявлением о ее беременности случился 30 августа, когда она, принц Уильям и принц Гарри почтили память принцессы Дианы в Белом саду в Кенсингтонском дворце.

О стиле Кейт сказано, пожалуй, уже почти все. Герцогиня славится своими нарядами, которые мало того, что подчеркивают ее стройный стан, так еще и частенько выступают помощниками в дипломатии (как это случилось в Польше и Германии, когда Кейт на коктейлях появлялась в платьях местных дизайнеров). Кроме того, Кейт отлично носит вещи демократичных марок: среди фаворитов герцогини британский Topshop и испанская Zara.

Сегодня мы предлагаем вспомнить, в чем Ее Королевское высочество появлялась на публике за прошедшие три месяца, и выбрать самый лучший из ее нарядов.

Кейт Миддлтон в темно-синем платье

Кейт Миддлтон в жакете Zara и брюках J Crew

Кейт Миддлтон в платье Alexander McQueen

Кейт Миддлтон в платье Gucci

Кейт Миддлтон в белом платье

Кейт Миддлтон в Dolce & Gabbana

Кейт Миддлтон в платье с баской от Alexander McQueen

Кейт Миддлтон в платье от Erdem

Кейт Миддлтон в платье от Gosia Baczynska

Кейт Миддлтон в платье от Catherine Walker

Кейт Миддлтон в красном платье от Alexander McQueen

Кейт Миддлтон в платье от Jenny Packham

Кейт Миддлтон в платье от Markus Lupfer

Кейт Миддлтон в платье от Emilia Wickstead

Кейт Миддлтон в платье-пальто от Alexander McQueen

Кейт Миддлтон в платье от Prada

 

Источник →

Ключевые слова: Звездный стиль

Опубликовано 04.09.2017 в 17:50

Эшли Грэм, Джулианна Хаф и другие звезды отпраздновали День труда на пляже и в бикини

Джулианна Хаф

День труда, национальный американский праздник, который отмечается в первый понедельник сентября, закончился, а звезды продолжают его праздновать и рассказывать поклонникам, как прошел их уикенд.

Большинство знаменитостей этот день провели с семьей и близкими, но на природе, не упустив возможности погреться на солнышке. Эшли Грэм загорала у бассейна с подругой и мужем, Кейли Куоко нежилась вместе с бойфрендом Карлом Куком в джакузи, Хилари Суонк каталась на водных лыжах (и хвасталась отличной растяжкой), а Элизабет Бэнкс — на яхте. Эмили Ратажковски, к слову, начала отмечать загодя — еще в субботу.

Каникулы у наших героинь получились разными, но кое-что общее в этих отпускных снимках есть — каждая продемонстрировала фолловерам фигуру в купальнике. Одни, как Сара Хайленд (которую недавно упрекали в анорексии) и та же Грэм, позировали в бикини, другие, как Бэнкс, выбрали слитные купальники. Чьи снимки вам понравились больше всех?

Джулианна Хаф

 

Сара Хайленд с подругой

 

Сара Хайленд

 

Эшли Грэм с подругой

 

Эшли Грэм с мужем

 

Элизабет Бэнкс

 

Оливия Калпо

 

Хилари Суонк

 

 

Бизи Филиппс

 

Кейли Куоко и Карл Кук

 

Источник →

Ключевые слова: Экстерьер

Опубликовано 06.09.2017 в 12:55

Прощай, “собачья” жизнь

30.08.2017 · Автор: Анастасия Иванова · 0

Обессиленную и истощенную собаку породы хаски нашли сотрудники фирмы по отлову бродячих животных. Как сложится судьба брошенного пса?

Не так давно на улицах Озерного можно было увидеть бегающую без присмотра собаку породы хаски. Красивый, но истощенный пес привлекал внимание озерчан. На просторах Интернета неравнодушные люди пытались узнать, чей это питомец. Однако быстрее в этой ситуации разобрались представители фирмы, занимающейся отловом бездомных животных.

На прошлой неделе в Озерном проходил отлов собак. И первой собакой, которую обнаружили представители фирмы по отлову собак из Вышнего Волочка, был тот самый хаски. При первом осмотре пса, который еще в Озерном провела руководитель фирмы по отлову, были сделаны следующие выводы о состоянии животного: истощен, воспаленные уши, горячий нос, животное без сил. Собаку забрали.
А теперь информация для тех, кто считает, что собака будет загублена и замучена. Ведь так многие думают о фирмах, занимающихся отловом. Нет. Его отвезут в Вышний Волочек на передержку. Пса откормят, отмоют, вычешут, сделают прививки, в общем, приведут животное в порядок. И будут ждать: либо хозяина, либо того, кто заберет в дальнейшем эту собаку.
По словам руководителя фирмы по отлову животных Анны Соколовой, эта собака быстро найдет новую семью, ведь она невероятно красивая, породистая, а главное — не старая. Почему хозяин так безалаберно отнесся к его содержанию? Нет ответа на этот вопрос.
Подробнее о том, в каких условиях содержатся отловленные собаки, что с ними происходит в дальнейшем, в общем, о судьбе тех, кого предал человек, мы расскажем в следующем номере нашей газеты.
Анастасия ИВАНОВА

 

Рубрики: Новости, Общество Теги: featured, Общество

https://www.dnioz.ru/proshhaj-sobachya-zhizn/

 

 

Мир путешествий

На берегу Костромы

 

deni_spiri

January 15th, 2015

В 30 верстах от истока реки Костромы стоит первое в Солигаличском уезде село - Верховье. От села практически нет и следа, но жив ещё храм с почти что трёхвековой историей и доживает свои последние годы колоссальных размеров богадельня, возвышающаяся неподалёку на высоком холме. Построенная петербургским купцом более ста лет назад и служившая многие десятилетия зданием Детского дома имени В.И. Ленина, ныне пребывает в запустении и медленно, но верно, разрушается.
По началу пост выходил совсем без истории, но случайно "зацепился" и накопал достаточно много информации из жизни села, церкви и детдома. Так что сегодняшний отчёт полон краеведческого материала и содержит несколько интересных архивных фотографий.



Место, куда мы прибыли на третий день Кологриво-Судайского путешествия, а именно село Верховье - территория верховий реки Костромы и часть бывшей Высокосельской волости. Село известно с 1450 г., когда здесь ещё стоял починок, который великая княгиня Мария Ярославна, жена князя Василия II Тёмного, пожаловала чухломскому Городецкому Авраамиеву монастырю. Село Верховье иногда называлось Николо-Верховье - по имени стоявшей здесь Никольской церкви. В переписи 1614 г. о Верховье (тогда погосте) записано: «А на погосте церковь во имя Николая Чудотворца, да другой храм древян клецки...». В 1628 г. погост с другими деревнями царём Михаилом Фёдоровичем был пожалован стольнику Александру Воейкову за участие его в обороне Москвы от поляков.


В начале XX века село Верховье было расположено около церкви и состояло всего из 9 домов, в которых проживали служители храма. Рядом с храмом находится кладбище, территорию которого окружала, ныне частично сохранившаяся, кирпичная ограда (1850-е гг.) с воротами, фланкирующими с двух сторон колокольню.


За оградой располагались дома причта: вдоль западной стороны каменный и три деревянных.


Уцелел лишь каменный дом причта, построенный в 3-й четверти XIX века.


Строительство новой каменной церкви началось на месте бывшей деревянной в 1776 году, но главный престол в честь Святителя Николая был освящен лишь спустя 12 лет, в 1786-м. А через сто лет, в 1886 г., иждивением солигаличского мещанина Петра Михайловича Михалёва перестроены трапезная и боковые приделы. Действительно знаменательным событием села да и всего уезда стало освящение этих приделов, ибо литургию провёл сам епископ Костромской и Галичский Александр. Поскольку на строительство было израсходовано более 20 тысяч рублей, а иконостас для приделов заказан аж в Москве, Пётр Михалёв, страшный ценитель Церкви, страстно желал, чтобы освящение было проведено именно архиереем. И добился-таки этого.


Фото С.А. Орлова, начало XX столетия. Из архива ИИМК РАН.


Фото Алфея Органова, подпись Ариадны Касторской. 1900-1905 гг.  Об этих личностях, связанных с селом, речь пойдёт чуть ниже.


В продолжение истории освящения новых приделов. Прибыв из Костромы в Верховье 19 декабря в пять часов вечера преосвященнийший Александр, устал с дороги и освящение было назначено на следующее утро... Цитата из "Костромских ведомостей" за 1887 г.: "...После окончания службы, Владыка и все служащие с ним, отправились в его квартиру, где П.М. Михалёвым был предложен чай, а затем и обед. Первый заздравный тост был предложен самим Владыкой за Государя Императора, и присутствовавшие здесь протодиакон, иподиаконы и некоторые священники, под руководством регента хора, пропели гимн: «Боже царя храни». Следующий тост, по предложению строителя  Михалёва, был провозглашён за здоровье Преосвященного, а тот, в свою очередь – за строителя, и громкое «многая лета» дружно было пропето всеми присутствующими...".
Покос ромашек на фоне верховской церкви. 1910-1914 год. Из архива Т. Дроздовой (Бартеневой), как и верхнее фото.


Благодаря сайту "Большой Русский Альбом" мне удалось, правда основательно покопавшись, найти множество старинных фото, связанных с селом. Приведу лишь некоторые из них. На нижеследующей фотографии из коллекции Татьяны Дроздовой, проживающей ныне в Санкт-Петербурге, изображён её прадед - священник Аркадий Львович Органов. Фото сделано в Солигаличе в 1915-м, в год его 50-летнего служения дьяконом в церкви села Верховье. Отпечатана в фото-мастерской его сына Алфея (вот имечко-то) Аркадиевича. На обратной стороне имеет клише "Фотографiя А.А. Органова въ Солигаличе". Так же Алфей имел свои филиалы в городах Тотьме и Кадникове Вологодской губернии. Благодаря его стараниям, как фотографа и предпринимателя, до нас и дошли столь уникальные для этого глухого края фото-кадры.


Перед войной (1939-1941 гг.) храм закрыли, но открыли в 1943-1944-х. Священником в то время был А.И. Касторский (на фото). Александр Иванович служил и в г. Чухломе и г. Солигаличе, имел чин протоиерея. После Солигалича купил себе дом в двух км от села Верховья, а затем приобрёл домик прямо возле храма. Прослужил здесь до конца своих лет. Служить делу веры в советские времена могли лишь по-настоящему призванные для этого люди, как говорится, по зову сердца.


Фотография Александра Касторского из архива Владимира Кострова.
На обратной стороне надпись: "В 1934 году. февраль. у собственного дома в Верховье. 66 лет. на 46 году службы".


Из воспоминаний деревенской жительницы А.П. Смирновой о последнем священнике Никольского храма - Николае Молодцове, прибывшим на приход в 1950-е.: «Отец Николай был очень добрый и хороший человек. Когда мы жили семьёй в Боровино, он очень часто к нам заходил. Мой муж был учителем. Нам, строго на строго, было наказано не общаться со священником, и тем более не ходить в церковь. Но, тем не менее, отец Николай был наш частый гость. Когда он входил к нам в избу, то всегда приговаривал, что мол, не к вам иду, а к вашей бабушке, так всем и объясняйте. Когда наш дом сгорел, и мы вынуждены были поселиться в квартире при детском доме, отец Николай невзирая на запреты пришёл к нам в детдом, чтобы утешить. Он принёс 150 рублей денег, полушубок, самовар, много вещей, и ещё пирог. На каждую Пасху отец Николай приносил нам большую корзину с яйцами и пирогами для того, что бы мы раздали детдомовским детям...». На фото 1970-х годов - священник Николай Молодцов с прихожанами возле часовни-склепа Никольского храма.


Батюшка был вдовцом и ему прислуживала «монашенка» (так её называли в народе) Анастасия. Более двадцати лет отец Николай прослужил в Верховье. 8 января 1972 г. когда его не стало, приход сразу осиротел. Как видно из фото, последними прихожанами были древние старушки, так что не удивительно, что спустя два года после кончины отца Николая, службы стали проходить очень редко, ведь новое поколение было воспитано на других идеалах и в церковь не стремилось.


Поскольку церковь никогда не закрывлась, внутри до сих пор целы великолепные позолоченные трёхъярусные иконостасы с тонкой резьбой, выполненые в конце XVIII века. Их фото можно увидеть здесь. Интересный факт: в 1986 г. из холодного храма был вывезен в Нерехту семиярусный иконостас, и там отреставрирован. Иконостас состоит из икон палехского письма, возможно, написанных в одной из иконописных мастерских Петербурга, т.к. на серебряных венчиках стоит клеймо петербургского серебряника. Теперь этот иконостас украшает церковь Богоявления - музей города Нерехты.


На начало XX столетия приход состоял из 35 селений в основном сельскохозяйственных, с отхожими промыслами, но было и немало торговцев. Для деревень, что были отсюда в 10-12 верстах, весеннее время разлития рек препятствовало сообщению с храмом. Это побудило жителей дальних деревень устроить в местности под названием Горы-Займищи самостоятельный приход.


Чуть позже мы побываем и в родной деревне Василия Андреевича Серова.


Чуть не забыл! Вот ещё одна историческая "справка": кирпич для церкви в количестве 50000 штук делали крестьяне усадьбы Гридино из Лосевской волости Василий Яковлев и Михаил Иванов, прибывшие в Верховье на строительные работы. «...По лосевскому образцу по цене за каждую тысячу по рублю итого за 50 рублей, а ежели в показанный срок оного кирпича не справим, то повинны мы» - записано в договоре на изготовление кирпича.
Ветер, однако, периодически так усиливался, что кренил и приземистый дом причта и могучую высоченную колокольню.


Приятной неожиданностью было увидеть неподалёку, на высоком холме, открытое ветрам и взорам огромное здание Детского дома имени В.И. Ленина (в прошлом - богадельня). Пока бродили вокруг храма, я горел желанием поскорее попасть туда, т.к. смотрится всё это очень величественно. Не говоря уже, что во всей Костромской области такие громадные постройки можно пересчитать по пальцам.


Вот она - главная достопримечательность Верховья - богадельня. Хотя мне больше импонирует название Детдом имени Ленина. Такое здание и для детей сирот! Собственно, именно для них оно прослужило приютом более 60 лет - в шесть раз дольше, чем для богомольцев. Верховская богадельня редкий для сельской местности комплекс благотворительных сооружений и отличается крупностью здания и своеобразным декором в духе эклектики.


Первоначально богадельня состояла из трёх кирпичных зданий: главного корпуса и двух вспомогательных построек: электростанции (первой в уезде) и хозяйственного флигеля. Во флигеле располагалась прачечная, кладовые и другие службы.


Богадельня возведена по заказу и на средства петербургского купца Василия Михайловича Орлова, уроженца здешних мест. Василий Михайлович происходил из крестьян деревни Бурдуково (куда мы заедем чуть позже). С 1874 г. занимался предпринимательской деятельностью в звании петербургского купца 2-й гильдии. Владел предприятием по изготовлению водопроводных труб, колокольным заводом, магазинами медной посуды и сантехнических изделий. Строительство здания богадельни велось с 1880-х, и было завершено в 1905 г.. Однако через четыре года после окончания строительства, В.М. Орлов скончался. В 1915 г. внутри была устроена домовая церковь. А после революции здесь основали детский дом.


В 1980 г. детдом был расформирован и в 1983 г. здание заняла воинская строительная часть. Вследствие жизнедеятельности военных были утрачены два исторических памятника - это дача купца Орлова и двухэтажный флигель. Кроме того, Верховскую школу, что находилась в селе, для безопасности детей и по настоянию родителей, перевели в д. Бурдуково. В 1989 г. войсковая часть село покинула, оставив о себе неприятные воспоминания. История с военными напомнила мне судьбу Кологривского техникума, который так же был "убит" военными строителями. Проще говоря стройбатом, в котором служили далеко не лучшие представители служивых людей, плюс большая часть стройбатов состояла из призывников республик Средней Азии.




Внутри, как оказалось, всё в таком состоянии, что и глазу зацепиться не за что. Поэтому внешний вид богадельни оказался единственным примечательным моментом.


Здесь когда-то был кинозал (вверху находится кинопроекторная).


Необычен такой вот довольно-таки низкий арочный вход на втором этаже. Может хоть на его наличниках подлинный декор?


Единственное, что точно тут сохранилось из старины, так это лестница со скромными перилами.




Пока ходили там, Катя всё боялась, что под нами, т.е. под ней, рухнет пол или обвалится потолок. Пришлось убеждать, что рушится всё большей частью по весне, когда промёрзшие стены начинают оттаивать, или когда ходит кто-то очень тяжёлый... Разрушения, кстати, произошли из-за перестроек советского периода. Поскольку обрушения произошли именно в кладке силикатного кирпича. Видать, не выдержала некачественная работа проверкой временем и непогодой.




До того, как в Верховье в 1940-х открыли восьмилетнюю школу (до этого была лишь начальная до 4-го класса, преобразованная из церковно-приходской), деревенские и детдомовские ребята ходили учиться в разные места: деревенские в село Зашугомье (сейчас уже в Зашугомье от Верховья напрямик никак не попасть), а детдомовцы - в школу деревни Хлопово, что рядышком. А поводом для раздельного обучения стал трагический случай, примерно 1930-1933 гг.. В начале 1930-х  в детдом завезли отчаянных беспризорников. В пасхальную ночь детдомовские ребята, придя в церковь, стали себя вести развязно. Деревенские вывели их из храма и завязалась драка, закончившаяся для детдомовцев трагедией (какой именно источник не указывает, возможно, сильно покалечили, а может кого и поленом пришибли).


Вид из окошек на костромские просторы у ребят был знатный.


В советское время в здании были проведёны водопровод, канализация, сделано отопление (руины котельной расположены рядом).


Именно здесь, в раздаточном окне детдомовской столовой, и сидела Маска, удосужившаяся в своё время индивидуального поста.




Совершенно случайно удалось найти, на мой взгляд, уникальную фотографию воспитанников этого далёкого детского дома.
На обороте фото надпись: "Орловский детский дом Костромского ГубОНО, 20.02.1924".


На следующем фото (также из архива Елены Телицыной) запечатлены сотрудники детдома, 1923-1924 гг. Одной из воспитательниц была Гали Павловна Касторская (стоит крайняя слева). Покопался в генеалогическом древе и выяснил, что Гали - дочь Павла Ивановича Касторского, коллежского регистратора, родного брата Александра Касторского - священника местной церкви (о нём я писал выше), и Ариадны Аркадьевны Органовой, дочери Аркадия Органова - служителя церкви в Верховье в самом начале XX века (он также был представлен выше). Отмечу, что Гали закончила Ярославский пединститут (учитель математики), была чемпионкой по шахматам Ярославля и, как мы знаем, стала работать в детдоме. Кстати, её сестра Татьяна также окончила пединститут (учитель истории) и посвятила себя работе с беспризорникам в Солигаличе.


Для нескольких тысяч россиян Верховье является родным отечеством - для тех, кто воспитывался в этом детдоме.
Здесь прошло их детство, а затем судьба разбросала по разным уголкам России.
После Верховья мы было решили поехать на погост Высоко, но случайно свернули в посёлок Высоковский (Высоковские Выселки). Поплутав по этому довольно крупному и вполне обитаемому селению, в конце-концов выехали на нужную дорогу.


Только эта дорога была слишком опасна и непроходима для нашего авто. Рисковать не стали и развернулись обратно.


По пути к следующему пункту заезжаем в весьма большую деревню Бурдуково, откуда был родом петербургский купец, выстроивший богадельню в Верховье. На окраине деревни расположен заброшенный льнозавод. Но его фотать не стали - не наша тематика. Поэтому сворачеваем в само Бурдуково.


Известна деревня с XVI века, когда являлась вотчиной Городецкого Авраамиева монастыря возле г. Чухломы, пожалованная в 1518 г. московским великим князем Василием Ивановичем, отцом Ивана Грозного. Скудность земли, особенно в неурожайные годы, вынуждала крепостных бежать отсюда. В 1700 г. крестьянин села Алешково, что в трёх км от Бурдукова, Осип Блинов с женой и малолетним сыном Матвеем бежали из вотчины князя Хованского. Два года они шли пешком до Астрахани и «кормились подаянием». В Астрахани Осип Блинов умер, а сын его работал на рыбных промыслах, потом нанялся на судно вверх по Волге. Приплыв в Нижний Новгород, «пошёл в свою вотчину и объявился старосте, что беглый». Галичский воевода, куда привели Матвея Блинова, приказал: «Отдать беглого под расписку в вотчину и наказания не чинить так как бежал отец его, а его свели в малых летах».


Кроме множества домов советского периода есть здесь и колоритные, богато украшенные резьбою, дореволюционные дома. А данный дом даже был застрахован в Страховом обществе (как правило, от пожара), о чём возвещает полукруглая жестяная табличка.




В середине XIX века Бурдуково вместе с другими деревнями и сельцом Ермаково принадлежали писателю Петру Петровичу Сухонину (псевдоним Шадрин). Большим успехом пользовалась его пьеса «Русская свадьба», поставленная в Александринском театре в Петербурге. Стоит отметить, что костромские селения богаты своей историей. Вот, например, недалеко расположена деревня Верково, принадлежала двоюродному дяде М.Ю. Лермонтова П.И. Петрову, который помогал поэту деньгами и советами. Хлопово, что в паре км от Бурдуково, - родина отца Серякова - первого гравёра России, работавшего на деревянных досках, и имевшего титул гравёра Его Императорского Величества. А деревня Гаврилово в 1646 г. принадлежала Матвею Годунову - дальнему родственнику царя Бориса. В 1909 г. Гаврилово числилась за Быковским и http://deni-spiri.livejournal.com/55407.htmlВойновы