Степь.

Беспредельная, безмолвная.
Я иду, глядя в даль. Неотрывно, не оборачиваясь. Глаза мои прикрыты, словно в
религиозном созерцании. Спутники мои дремлют, сидя на верблюдах.

Пески.
Иду, не оставляя след. В пустыне нет следов. Не нужно смотреть вниз. Дороги там нет. Голова моя высоко.

Опасен путь. Вьюки полны. Жемчуг для вышивок и бус, сердолик из Согдианы и Бактрии, бирюза из Хорезма. Тяжела поклажа. Велик  барыш.

Далеко за спиной садится солнце. Впереди караван-сарай. Спутники шутят. Верблюды торопятся сами, там их развьючат. Прошлой ночью стояли среди барханов. Спали мало, не снимая поклажи.
Мы идём на запах воды.

"Лазуритовая дорога", "нефритовый путь"- так  скажут потом. Проведут на карте линию. И пойдут по ней.

У меня нет карты. Я слышу путь, он ведёт меня. Он и хозяин.

Скоро дом, вода, пища. Скоро отдохнём, мой хозяин и я – его верблюд.