Про президентские выборы, новую старую машину, встречу с попутчицами, построение на непальском плацу и долгожданный отъезд из Порт-о-Пренса.

Выборы - это наше всё. Выборы - слово знакомое каждому миротворцу. Ибо на любой миссионной территории, где ООН пытается создать демократическое, так сказать, общество, рано или поздно будут выборы. А то и не одни. Срок полномочий действующего президента Гаити уже давно истёк, однако, в марте, воспользовавшись грандиозной сумятицей, возникшей после страшного землетрясения, господин Рене Преваль волюнтаристским решением продлил себе их еще на несколько месяцев. Помогло это гаитянам или нет, судить не мне (порою кажется, что им уже ничего не поможет), но вот подошел срок завершения его правления. Выборы были назначены на 28 ноября этого года. Естественно, что миссия ООН в Гаити приняла самое живейшее в них участие. За 2 недели до указанной даты нам объявили, что практически весь персонал штабных подразделений международной полиции в Порт-о-Пренсе будет временно переназначен и откомандирован в различные регионы Гаити для обеспечения безопасности на выборах. Как и положено в ООН, все судьбоносные решения принимаются в самый последний момент, и практически до  конца мы не знали кто куда поедет, и как это будет в принципе. За пару дней до отправки пришел приказ, и я узнал, что я, и еще двое сотрудников российского контингента отправятся миротворить на выборах в регионе Гранд-Анс, что в самой юго-западной оконечности острова. Народ был отсортирован в региональные конвои по 30-50 машин, по 2-3 человека в каждом автомобиле. Первое, что бросилось мне в глаза - то что я был записан водителем совершенно чужой машины из другого подразделения, а свою должен был оставить своему тимлидеру для передачи в другой конвой. Мне совершенно это не понравилось, так как вместо машины, на которой езжу более полугода, я должен был получить древнюю кока-колу из кинологической службы (Кока-кола - это не только пойло для идиотов американская газировка, но и патрульный автомобиль международной полиции ООН, кузов которого белый, а двери и капот - красные. Обычно оборудован свето-звуковой установкой, в просторечии именуемой мигалками и сиренами, на милицейском сленге - "попугай"). Снимок ниже называется "Не всякая Кока-кола - газировка, или, осталось подстричься.

Единственным плюсом было то, что за неделю до выборов я поставил своё авто на техобслуживание из-за вышедшего из строя кондиционера, и его так и не сделали, оставалось надеяться, что в кока-коле кондей жив. Накануне отъезда я получил ее из рук улыбчивого бразильца, который искренне посочувствовал мне, сказав, что это - самая ушатанная машина в Порт-о-Пренсе, и он желает мне проехать на ней хотя бы часа три без поломок. Многообещающее начало, ничего не скажешь... Рация в авто была мёртвая, но кондей, как ни странно, слабо, но работал. Угнетало отсутствие инструментов по замене колес, но попытки получить его в транспортной службе миссии позитивного результата не дали. Клерк-транспортник рассказал мне долгую историю о том, что я должен написать рапорт, подписать его в службе безопасности и у тыловиков, совершить еще массу бесполезных телодвижений и может быть тогда, мне выдадут заветные железяки. Послав про себя бюрократа к его чернокожим праотцам, я решил, что в конвое мне всё равно помогут, тем более, что в нем еще двое наших, и не стал заморачиваться больше по этому поводу.  Жаловаться на несправедливость судьбы не в русских национальных традициях, поэтому я добросовестно вымыл свою новую лошадку, надеясь на благосклонность машинки к случайно полученному водителю. Другим жизнеутверждающим откровением явилось то, что двое других члена экипажа моей "антилопы гну" - это филиппинские мадамы из службы технического сервиса. Жизнь становилась все интереснее и интереснее. Аккуратно навел через кадры и общих знакомых справки о будущих спутницах, и выяснил, что люди-то они может быть, и хорошие, но толку от них в плане вождения авто или патрульной службы по охране общественного порядка - ноль без палочки. (Вот они, мои красавицы, мощные, опасные, бестолковые...)

Обе, как и я, англофонки, то есть с местной полицией мы будем общаться только языком жестов. Отправка конвоя была назначена на 6 часов утра следующего дня. Вечером набил свой дорожный сундук формой, москитками, прочими нужными в пути и на службе мелочами, почистил пистолет, подогнал бронежилет, зарядил рацию-телефон-ноутбук-фотоаппарат, собрал поесть-попить, взял у знакомого турка раскладную кровать (фиг его знает, где придется спать). Предполагаемый путь пролегал через городок Ле Кай, где служат двое наших русских ребят. Позвонил другу, который недавно ездил на машине из Ле Кая в Порт-о-Пренс, и спросил о дороге. Ответ его был ободряющим - мол, до Ле Кая трасса более-менее, а вот после него и до административного центра провинции Гранд-Анс городка Жереми потребуется очень хороший водитель, ибо там дорога ею только называется. Ничтоже сумняшеся спросил его - как ты думаешь, кто будет хорошим водителем до, во время и после Ле Кая? Друг сочуственно вздохнул и пожелал счастливого пути. Утро следующего дня. Дорожный ящик с вещами, аммуниция, походная кровать в багажнике, тихо урча двигателем мой "Патруль" бежит по пустынным в этот ранний час улицам гаитянской столицы. Пройдет всего-то час-полтора, и эти улицы, сейчас дышащие утренней свежестью, заполнятся медленными вереницами чадящих и лязгающих машин, толпами снующих, орущих, буйножестикулирующих черных людей, и свежий воздух станет привычновонючей субстанцией, от которой хочется отделиться пространством фильтрованного кондиционированного салона. Странно, вчера в машине бодро пело радио. Сегодня с утра оно хранит партизанское молчание, несмотря на то, что магнитола работает, из колонок не слышно ни звука. Нажатие на кнопки настроек не приводит ни к какому результату. Жаль, а я взял с собой FM-модулятор с хорошей подборкой русской и зарубежной музыки, чтобы долгою дорогой не было скучно. Подъезжаю в лагерю "Чарли". Здесь на достаточно большой территории размещены военные и специальные полицейские подразделения из Непала, Бразилии, Перу, Колумбии, Боливии, Аргентины, Чили и бог знает из каких ещё стран. В центре непальского компаунда находится огромный пустырь, в выходные дни использующийся как паркинг для приезжающих на местный рынок (об этом интересном месте я писал здесь - http://blog.kp.ru/users/colonel340/post129733275/). Сегодня на нём рядами строили формировавшиеся на отправку полицейские конвои. Как всегда и происходит при большом скоплении людей и машин на ограниченном пространстве, здесь царил хаос.

Подъезжающие машины искали удобные места, перекрывая остальным возможности к движению, на траве кучами лежат сброшенные чемоданы, коробки, аммуницмя, разноязыкая полицейская толпа мечется во всех направлениях сразу, люди кричат, жестикулируют, носят вещи, и только непальские солдаты на периметральных вышках, с улыбкой Будды, смотрят на эту суету и хаос с полной от него отрешенностью. Координаторы с кипами бумажек в конце концов делают какое-то подобие строя, начинается нудная процедура сверки наличия машин и людей. Я стою в самом конце этого пустыря, и не принимаю участия в этой сомнительном суетном веселии. Я нашел своих будущих попутчиц на поле, рядом с Джомолунгмой из чемоданов, коробок, мешков, сумок, рюкзаков, контейнеров и еще бог знает чего. Поприветствовав членов экипажа "Антилопы Гну", я серьезно забеспокоился о том, не треснет ли старая машина пополам от такого перегруза. Девочки, а это всё ваше? - Спрашиваю я с робкой надеждой на то, что может быть, это склад всего филиппинского контингента, а не только моих красавиц. Да, да, наше, и вот еще в той машине лежит кое-что, мы не успели выгрузить - С улыбчивых плоско-желтых лиц на меня смотрят карие вишни филиппинских глаз, в полной уверенности в том что так оно и надо, и что жизнь удалась. Так, девчата, давайте попробуем загрузить ваше барахло внутрь. Багажник машины заполняется чуть не под крышу, часть коробок приходится складывать на заднее пассажирское сиденье, ибо больше некуда. Уфф, вроде бы все. Смешно коверкая моё имя, девчонки зовут меня к соседнему "Патрулю" из которого надо перегрузить их недельный запас воды. Упаковки с водой располагаются на полу под ногами задних пассажиров.

Всё, больше некуда. Утирая выступивший пот, интересуюсь, зачем столько груза. "Игени" (с ударением на второй слог, это так меня зовут по-филиппински), ты же знаешь, мы едем далеко и надолго, а вдруг там не будет того, что нужно женщинам в длинном путешествии. Ах да, черт возьми, я и забыл, что женщинам иногда нужно что-то специфическое, отличное от джентльменского набора дорожных аксессуаров. Дичаю, чёрт возьми... Но в таком количестве... Неужели это всё - оно? Спросить стесняюсь, да и шут с ним. Не на своём же горбу это мне тащить. Тем временем нас уже раз пять посчитали вдоль, поперек и по-диагонали, два раза передвинули из ряда в ряд,  и пообещали что скоро-скоро начнется отправка.

Почти готовый конвой начинает разбредаться с солнцепека в тень, под забор, мы уже четвертый час танцуем идиотские танцы на этом прожаренном душном поле. Время сбора, обозначенное в приказе, было 06-00. Одиннадцатый час. Народ уже даже не фотографируется, большинство людей тихонько дремлют в машинах. Завожу двигатель, включаю кондиционер. Мои красавицы начинают шуршать какими-то упаковками с едой, они переговариваются на непохожем на другие наречия языке "галло", пытаются угощать меня печеньем, чипсами, консервированными сосисками, какими-то филиппинскими сладостями. Вежливо отказываюсь, в отличие от них, в 5 утра я впихнул в себя плотный завтрак, более похожий на обед, и поэтому голода я пока не чувствую.

Глаза слипаются, я задремываю. Просыпаюсь от резкого звука из динамиков - Уууу, параллельные, ну как вы достали мееняяяяя!!! - орёт Меладзе. Это самопроизвольно включилась магнитола, которая с утра молчала, как пленный партизан на допросе у фашистов. Уворачиваю уровень звука до приемлемого, привет, девчонки! Попутчицы уже расслабились после неожиданно-громкого звука и пытаются подтанцовывать под русскую попсу, разминая затекшие от сидения мышцы. Ого, я проспал больше сорока минут! Народ снаружи засуетился - верный признак того, что что-то будет. Координаторы мечутся меж машин, перенастраивают людям рации на отдельный канал. У меня авторация мёртвая, настраиваю портативную, Салон заполняется эфирным шипением и отрывистыми приказами на французском и английском. Всё, не прошло и 6-ти часов с момента прибытия на точку сбора, как мы ее покидаем. Вереница из полусотни "Патрулей", мигая аварийными огнями вытягивается из лагеря на проспект, и начинает неторопливо катиться по перегруженным порт-о-пренсским улочкам.

Включаю мигалки и начатием на клавиши различных сирен разгоняю с пути пытающиеся вклиниться в строй тап-тапы. Девчонки притихли, смотрят в окна, испугано вздрагивают от резких звуков спецсигналов, и продолжают хрустеть чипсами. Начинается дорога Рю Националь 1, Порт-о-Пренс сменяет его трущобный, грязный и очень криминальный пригород Каррефур, дорога ужасная, разбитая, но через десяток километров она становится лучше, езда уже доставляет удовольствие, радио поёт на родном языке какие-то незамысловатые, но такие родные и милые песни, что даже мои филиппинские красавицы повеселели и пытаются подпевать и подтанцовывать по мере возможности ограниченного пространства салона машины. Курс - на Ле Кай... (Продолжение следует)