Предисловие к книге "ЧУГУЕВЦЫ. Стихи и воспоминания офицеров Русской Императорской Армии". Отдал материал на верстку. А предисловие - вот оно:

ОТ СОСТАВИТЕЛЯ

Едва ли найдется на бескрайних когда-то просторах нашего Отечества еще один провинциальный городок, которому было бы посвящено столько воспоминаний, сколько их было посвящено Чугуеву. Причем в то время, куда относит нас большинство из этих воспоминаний, Чугуев не являлся даже уездным центром. Заштатный городок Змиевского уезда Харьковской губернии, «глухая дыра», «медвежий угол» - и вдруг такое внимание мемуаристов! Парадоксальным выглядит и тот факт, что в самом Чугуеве почти все посвященные ему воспоминания до сегодняшнего дня оставались неизвестны.
Что же заставило десятки людей оставить сотни страниц, посвященных этому городку и времени проведенном в нем? И почему их мемуары находят чугуевских читателей лишь много лет спустя? Чтобы понять феномен Чугуева, необходимо обратиться к его истории.
Если в общественно-политической и экономической жизни Российской Империи Чугуев не играл сколь либо важной роли, то в жизни Русской Императорской Армии являлся заметной величиной. В становлении Чугуева как военного центра, начавшемся еще в XVIII веке с учреждения Чугуевского казачества, наибольшее значение имел период военных поселений первой половины XIX века. «Аракчеевщина», так нелюбимая советскими историками и освещаемая ими исключительно тенденциозно, обеспечила Чугуеву импульс развития на многие десятилетия вперед. Доставшиеся в наследство от военно-поселенного Чугуевского уланского полка комплекс построек и развитая инфраструктура, сделали город «вечно гарнизонным». Не всякий губернский центр мог похвастаться возможностью содержать такой большой гарнизон, какой имелся в Чугуеве.
В конце XIX – начале ХХ века в Чугуеве располагалось юнкерское (с 1910 г. – военное) училище, 10-й гусарский (в 1882-1907 гг. – 30-й драгунский) Ингерманландский полк 10-й кавалерийской дивизии, а в окрестностях города – входившие в ту же дивизию две Донские казачьи батареи. Кроме того, на лето в сам Чугуев и окрестные села стягивались части войск из Харькова и губернии, а иногда здесь устраивались грандиозные маневры. Тысячи офицеров прошли через Чугуев – учились здесь, служили или просто бывали.
Большинство из них принадлежало к тем поколениям, чьи судьбы, как и судьба всей России, были грубо и безжалостно поломаны революцией и гражданской войной. Для многих прекрасная пора беззаботной юности совпала с последними годами существования старой России - вольготной, мирной, сытой, светлой Родины.
Большая часть воспоминаний, вошедших в данный сборник, писалась их авторами в пожилом возрасте, в эмиграции. Собственно, такие воспоминания и могли быть написаны только заграницей. В стране Советов существовало жесткое табу на описание дооктябрьского прошлого иначе, как в мрачных тонах. Тем паче, если речь шла об Императорской Армии и ее офицерском корпусе – оплоте самодержавия. Да и некому было писать об этом – те офицеры, кто выжил в мясорубке советского террора, не афишировали свое «золотопогонное» прошлое…
Иное дело – эмиграция, где люди имели не только возможность, но и испытывали потребность в том, чтобы оставить свидетельства пережитого. В широком смысле именно эмигрантам мы обязаны сохранением огромного пласта нашей истории и культуры. Люди, вставшие на защиту России с оружием в руках, но вынужденные прекратить ставшую бессмысленной вооруженную борьбу, все же сумели спасти свою Родину от варварского попрания и забвения. Они увезли Россию с собой – в документах и фотографиях, в памяти, а главное – в душах и сердцах. И сделали все возможное, чтобы донести Ее до потомков, до тех поколений, которые будут жить после падения большевистского ига, до нас с вами. Донести такой, какой видели и помнили Ее они. Частью той, спасенной России, суждено было стать и Чугуеву.
Главная заслуга в этом принадлежит Объединению бывших юнкеров и преподавателей Чугуевского военного училища, действовавшему в Югославии и Франции в межвоенный период. Основал эту организацию и долгие годы являлся ее бессменным председателем многолетний инспектор классов Чугуевского училища генерал-майор Иннокентий Андреевич Зыбин (1862-1942). Члены объединения, помимо оказания материальной взаимопомощи, занимались сбором материалов по истории Чугуевского училища, главным образом – воспоминаний. Некоторые из них были опубликованы в виде двух сборников под названием «Чугуевцы», вышедших мизерными тиражами в 1936 и 1939 году в городе Новый Сад под Белградом, где проживал И.А. Зыбин. В годы Второй мировой войны Объединение прекратило существование, а его архив собранных воспоминаний и других материалов по истории Чугуевского военного училища, повторил судьбу архивов многих эмигрантских организаций и после войны оказался в СССР. В настоящее время эти бесценные для нас документы хранятся в Государственном Архиве Российской Федерации. Некоторые из них публикуются в настоящем сборнике.
Наряду с воспоминаниями бывших юнкеров и преподавателей Чугуевского военного училища в сборник вошло несколько рассказов, представляющих собой беллетризованные воспоминания, из книги офицера 10-го гусарского Ингерманландского полка Юрия Слезкина «Голубые гусары», а также мемуары, оставленные когда-либо служившими или бывавшими в Чугуеве людьми и публиковавшиеся в различных русских эмигрантских или дореволюционных изданиях. Среди авторов таких воспоминаний встречаются как известные деятели, например – военный министр Сухомлинов, так и люди, идентифицировать которых не удалось.
Кроме 19 очерков воспоминаний, в сборник также вошли 7 стихотворений, написанных выпускниками Чугуевского юнкерского училища Н. Аладьиным, А. Колпаковым, А. Мершейд фон Гелиссем, супругой Ю. Слезкина – Л. Слезкиной, а также отрывки из юнкерского «фольклора» - фрагменты «Звериады» Чугуевского училища. Не стоит рассматривать эти стихотворения с точки зрения их художественной и литературной ценности. Их авторы не претендовали на лавры поэтов, а просто излагали в свои воспоминания, мысли, чувства и впечатления юности в стихотворной форме. В одном из своих стихотворений, не вошедших в настоящий сборник, Н. Аладьин откровенно говорит:

Я не поэт, я дилетант…
Чтоб быть поэтом надо много,
А главное – иметь талант,
Что безусловно лишь от Бога

Я не поэт… Но иногда
Я в рифму грезу облекаю
Особенно в тот миг, когда
Душой былое вспоминаю.
…
Я вспоминаю и пишу,
Чтоб душу облегчить немного
И об одном, друзья, прошу:
«Да не судите меня строго!»

Не будем же и мы судить автороа за шероховатость рифм и незамысловатость образов. Да и не в этом главная ценность их произведений. Стихи и воспоминания офицеров-чугуевцев ценны для нас в первую очередь как исторический источник, красноречиво передающий дух безвозвратно ушедшего времени, его атмосферу и неповторимый колорит.
Разумеется, данным сборником не исчерпывается весь массив посвященных Чугуеву воспоминаний. В распоряжении автора этих строк имеется в несколько раз больше материалов, чем вошло в книгу. Их публикация еще впереди. И работа по поиску, сбору и обработке мемуаров и других источников по истории Чугуева продолжается...
Выражаю искреннюю глубокую благодарность моим друзьям и коллегам – историкам Андрею Марыняку (Москва), Ярославу Тинченко (Киев), Павлу Стрелянову (Калабухову) (Москва), Альберту Хохлову (США), Александру Воронову (Москва), Роману Смирнову (Москва), Ольге Шевченко (Чугуев), культурологу Дарье Болотиной (Москва), коллекционерам Роману Рогуле (Чугуев), Николаю Бордунову (Москва) и другим людям, оказавшим и продолжающим оказывать мне неоценимую помощь в работе.
Неслучайно слова «мемуары» и «мемориал» являются однокоренными. Хотелось бы, чтобы данный сборник мемуаров стал своеобразным мемориалом, венком на разбросанные по всему миру могилы земляков, горячо и искренне любивших наш город и завещавших нам любить его так же... Таким завещанием выглядят пророческие строки из помещаемого здесь очерка чугуевца Д. Персиянова:
«...Патриархальный, императорских времен, Чугуев останется навсегда в памяти. Хорошие, светлые были люди, слуги «без страха и упрека» Царя и Родины. Родные и близкие и за гробом... Да, все это не вернется! А, может быть, когда-нибудь, через неизвестное число лет, к чертам этих людей прошлого вернутся русские люди настоящего, как к источнику живительного будущего».
Вот и сбылось пророчество. После долгих десятков лет, на протяжении которых посвященные Чугуеву воспоминания оставались абсолютно неизвестными его жителям, город получает принадлежащее ему по праву мемуарное наследие. Для многих оно станет открытием. Надеемся, приятным и полезным...

Артем Левченко