Написано 2 года назад. Не мной.
"В ночь на 4 (17) июля 1918 в Екатеринбурге в доме Ипатьева были убиты:
Государь Император Николай Александрович, Его Супруга Императрица Александра Феодоровна и Их Дети – Наследник Цесаревич Алексей и Великие Княжны Ольга, Татьяна, Мария и Анастасия.
Убиты зверски.
Убийцы попытались выдать это злодеяние за казнь.
Казнь – одно из возможных (или не-) наказаний за преступление.
Преступление должно быть доказано в суде.
Не было суда – не может быть и наказания.
В любом случае, Екатеринбургское убийство не было первым (или единственным) в русской истории.
Бывали и иные цареубийства и, даже, неудачные покушения на цареубийства.
Но, в данном случае, речь идет о монархиеубийстве!
Революция – не защищалась; она – разила!
Но не стоит все валить на революцию.
И на масонов, вкупе с иными-прочими…
Русский народ – «какая-то банда профессиональных цареубийц»?
С каждой годовщиной отдаленней дата;
Чем она далече, тем страшней она.
Писал уже в изгнании, на чужбине, Поручик Русской Армии Адмирала Колчака Митропольский. Он же – поэт Арсений Несмелов.
Это – о той ночи, когда в Екатеринбурге, в подвале дома Ипатьева, были убиты Государь Император Николай Александрович, Его Супруга Императрица Александра Феодоровна и Их Дети – Наследник Цесаревич Алексей и Великие Княжны Ольга, Татьяна, Мария и Анастасия.
Думается, что пришло время честно признать, что все беды России начались именно с того момента, как Государь «отрекся от престола»: именно «отречение» стало той вехой, тем водоразделом, за которым и началось неудержимое, все ускоряющееся движение России в пропасть.
И раньше, и теперь многие говорили и говорят об «отречении» как об ошибке или даже вине Императора, как о проявлении Им, якобы, слабости и безволия. И, пожалуй, никто из этих обличителей попросту не осознает того, что вина России в «отречении» была не меньше, а, пожалуй, больше вины ее Государя.
Не будем прятаться за лукавые фразы. Россия предала своего Государя, допустив Его заточение, глумление над Ним и Его гибель. И даже самые честные, – те, кто развернул знамя Белой Борьбы и встал под него, – оказались неспособными защитить своего Императора.
Белое Движение не стало под знамя монархизма. И пусть одни видели в его «непредрешенчестве» трагическую ошибку (В. В. Шульгин), другие – напротив, мудрость и дальновидность (М. В. Алексеев), – но вряд ли можно отрицать тот простой факт, что тягчайший грех – грех предательства – мог быть искуплен только в том случае, если бы Русский Солдат сумел бы спасти Русского Царя.
А этого не произошло. «Именем Советской власти» в подвале, ночью, тайно были умерщвлены Государь-Мученик, Его Семья и немногие Верные слуги.
Это злодеяние имело и еще одно продолжение: морозной зимней ночью 7 февраля 1920 в Иркутске был злодейски убит Адмирал Александр Васильевич Колчак.
Злодейски убит, ибо назвать произошедшее «казнью» или «расстрелом» нельзя, – так же, как и убийство большевиками Государя Императора Николая Александровича и Его Семьи.
И оба эти преступления – злобная месть человеку, уже сложившего с себя бремя Верховной Власти, – вообще имеют немало сходных черт.
И в том, и в другом случае и организаторы, и исполнители смертельно трусят, прячут тайный приказ «центра», и, прикрываясь мнимой «инициативой местной власти», измышляют мифические заговоры, пресекают несуществующие попытки освобождения.
И в том, и в другом случае преступники не в состоянии предъявить никакого обвинения своим жертвам, – и потому все время откладывают обещанный «судебный процесс» над Помазанником Божьим («процесс», который сам по себе был бы кощунством!), и потому так затягивают допросы Адмирала, и потому с такой поспешностью используют не существовавшую «угрозу подступающих к городу войск противника».
И в том, и в другом случае после тайного ночного умерщвления убийцы спешат скрыть следы своего преступления: в Екатеринбурге – огонь и кислота, в Иркутске – под лед…
И еще одно. 17 июля 1918 в Совдепии еще не был официально объявлен красный террор, То есть, как бы еще не расстреливали. С 1 февраля 1920 в Совдепии была отменена смертная казнь. То есть, как бы уже не расстреливали.
… И так же, как и летом 1918, некому было помочь, заступиться, спасти. И так же, как и летом 1918, так же, как и в марте 1917: «кругом измена, и трусость, и обман».
Из вагона, обильно декорированного флагами великих держав, с ведома командующего союзными войсками в Сибири французского генерала Жанена, Адмирал Колчак был предательски выдан своим будущим палачам. И напрасно рвались к Иркутску «каппелевский» генерал Войцеховский и «семеновский» генерал Скипетров: производящий образцовую эвакуацию своей армии чешско-словацкий генерал Сыровы блокировал все попытки русских войск спасти своего Адмирала. Да и одного ли только Адмирала предали союзники – позавчерашние «братушки», вчерашние соратники, сегодняшние предатели…
И напрасны были тщетные попытки мести и запоздалая злость. Что мог изменить бешеный «даурский барон» Унгерн, выкатывая на прямую наводку орудия, чтобы картечью в упор разнести салон-вагон генерал-предателя Жанена? (Лишь Атаману Семенову удалось уговорить своего строптивого подчиненного не создавать международных осложнений…) Что мог изменить амурский казак Есаул Новиков, кричавший в гарнизонном собрании в Чите об Иудином предательстве, после чего Сыровы был послан мешок с тридцатью серебряными рублями? (Сыровы, не принявший двух последовавших один на другим вызовов на дуэль: от генерала Каппеля и Атамана Семенова, – принял свои тридцать серебряников. Что могли изменить любые упреки союзникам, если ни мученическая смерть Государя, ни гибель Адмирала не пробудили русского народа для борьбы против их убийц?
Русские позволили убить своих Верховных Вождей.
Русские более семи десятилетий позволяли забрасывать их имена грязью.
Русские Верховные Вожди выполнили свой долг перед Россией.
ВЫПОЛНИМ ЛИ МЫ СВОЙ ДОЛГ ПЕРЕД НИМИ?
Народ или какая-то банда профессиональных цареубийц?
Народ – безмолствует…
Александр Пушкин «Борис Годунов»
Россию цареубийством не удивить: всякое бывало в истории любезного Отечества.
И, тем не менее, Екатеринбургское действо прямо-таки выламывается из общего синонимического ряда измен, предательств, обманов, глупостей, подлостей и преступлений. Все, что было рассеяно порознь по многовековой истории России, каким-то образом сфокусировалось в подвале дома Ипатьева. И это – не постепенное количественное накопление изменений, а – резкий качественный скачок.
Согласимся, что в истории Соединенного Королевства казнь Марии Стюарт и казнь Карла I – явления разного порядка? Что в истории Франции decapitato Людовика XVII и Марии-Антуанетты и расстрел герцога Ангулемского – тоже?
История России знает и крусификацию готами Божа (помните пресловутое «время Бусово» «Слова о полку Игореве»?), и каиново деяние Святополка (убийство Бориса и Глеба), и насильственную смерть Андрея Боголюбского и многое, многое другое.
И тем не менее, согласимся, что с XVII, примерно, века Россия вступила в новый период своей истории взаимоотношений Верховной Власти и, с позволения сказать, – «верноподданными».
И что интересно отметить: темное и запутанное «угличское дело» со всеми приквелами и сиквелами привело к Смуте. Екатерининский переворот с заговорщицким цареубийством Петра Федоровича отозвался пугачевским бунтом. Цареубийство заговорщиками Павла Петровича – пролог декабризма.
«Казнь» народовольцами Государя-Освободителя со всеми перипетиями предшествовавшей «царской охоты», по идее, должно было бы переполнить чашу народного терпения. А, заодно, и терпения Верховной Власти. Тем более, что и ответ (причем, вполне адекватный) существовал: разрушение (или уничтожение) общины в ответ на столь беспрецедентное (и бессмысленное) злодеяние было бы, на мой непросвещенный взгляд, деянием и законным и легитимным.
Однако, первомартовское преступление осталось безнаказанным. И в результате – июльская бойня в подвале дома Ипатьева.
Стыдно, господа."
