Простецкий рэпачок.
Он младше, чем я. Она старше, чем я. Ни об одном из них я не помню нихуя. Помню, он давал машину ебануть куб, а я и ебанул - был молод и глуп, потом тащило, пёрло, но больше мазало, ровно так, как в американских фильмах показано, потом блевал, проклинал их всех, молился, на следующий день - опять пришёл и убился. Она давала всем, кто бы ни попросил, я тоже, кажется, как-то её раз затащил в дворовые кусты, а нас спалил дворник, типа: "Уёбывайте нахуй отсюда, good morning!"
И вот я пересекаюсь с этой странной парой: она идёт с шоколадкой, он - с пустой тарой, - ясен хуй, убитые, но угостили, я даже охуел, с того, что намутили: пришибло нахуй, два часа в отрубе, потом очнулся в каком-то стрёмном клубе, поднялся, вышел подышать. Мороз, звёзды. Я и не думал, что ночь может быть такой пёздой. Ни души вокруг, я к охраннику: "Друг, а я где? И почему здесь нет людей?" Он улыбнулся: "Я тебе больше скажу, меня здесь тоже нет". Я думал, щас рожу. "Ты хули гонишь? Я же с тобой общаюсь!" А он тихонько: " Ну разве что самую малость. Такая тема: ты и не жил никогда, но это всё хуйня, всё это не беда. И все эти ребята - ты их никогда не знал, а если думаешь, что знал - то ты это погнал". Я медленно охуеваю и пытаюсь уйти, а он меня за плечо: "Парниша, погоди. Во-первых, если ты свалишь, всё это пропадёт, и если ты уйдёшь - всё это тоже уйдёт. Пока тебя не заберут - сидел бы поровнее". Я всё выслушиваю и потихоньку хуею: "Какое, нахуй, "всё"?! Кого ты, нахуй, лечишь?! Ты посмотри на охуительно прекрасный вечер! Меня ломает разводить этот гнилой базар, я поебашил". А он напоследок сказал: "И во-вторых, ты здесь не по собственной воле. Меня уже, к примеру, Вечность не могут уволить. Ты здесь не просто так, ты что-то должен сделать, чтоб у тебя забрали это убогое тело". Я тормознулся: "И хули? Давай мне брифинг миссии, кто и зачем меня из Рая намеренно выселил? Кому чего я должен, чтобы вернуться назад? Ну, я там хуй его знает, или не Рай, а Ад". Он говорит, от спички прикурив сигарету: "А я ебу? Я нихуя не знаю об этом. Короче, я предупредил, пока ещё не время. Когда тебя заберут - увидишься со всеми". "Так я же сам их всех придумал, как я их найду?" А он в ответ устало: "Иди-ка ты в пизду. Ты нихуя не рубишь фишку, на своей волне, пиздуй отсюда и не подходи ко мне". Я отъебался и ушёл. Осталась память. Пиздато было бы её всю до конца оставить, чтоб я хотя бы помнил, на кого он учился и как он бросил это всё, когда в неё влюбился.
