Ну, какбэ, с ключевой мыслью первого поста я не просто не согласен, а придерживаюсь во взгляде на этот вопрос почти диаметрально противоположной позиции. Именно разум и трагическое ощущении конечности жизни (всё конечное бессмысленно sub specie aeternitas - можно даже проводить аналогии с понятием последовательности) и выделяют человека как образ и подобие Божие из мира материи. Нет, материя сама по себе не плоха и не хороша, но главное и определяющее в человеке, на мой взгляд - не его мясо, а его душа. Вопрос о том, кем себя чувствовали (и кем были) в райских кущах Адам и Ева, конечно, заведомо ведёт к упражнениям в схоластике - но я их вижу скорее бестелесными созданиями (наподобие каких-нибудь ангельских чинов), не чувствующих себя скованными узами плоти и не осознающих свою "материальность", а не идеальными животными, в чьей целостности и гармоничности нет места для духа. Да, Адам и Ева стали ощущать себя между Сциллой и Харибдой двух конфликтующих ипостасей и осознали себя глубоко несчастными, но, имхо, не потому что ощутили тягостное бремя мысли, а потому, что осознали себя в "темнице тела", причём темнице во многом определяющей modus vivendi. Вот ты пишешь: "идеи разуму ближе, чем их воплощения, и потому, отделив душу от тела он объявляет душу прекрасной и бессмертной, а тело низменным и презренным". И да, ты права, идеи ближе разуму, чем их воплощения, как менее искажённые реальностью греховного мира, как более близкие божественному разуму. Я не вижу возможности объявить тело бессмертным и прекрасным: тело смертно - это непреложный закон и проклятие материального мира, и тело не имеет смысла оценивать в эстетических категориях (ведь не считать же эстетическим мерилом проявления, пускай порой и опосредованные, примитивных инстинктов). Тело не различает добра и зла, тело не может сострадать, тело не только не может познать Бога, но даже и хоть сколько-нибудь приближаться к этому познанию. У тела другая функция - оно, извиняюсь за каламбур, функционирует. И только. Путь к Богу лежит через умерщвление плоти и приобщение к жизни духа - и мысль эта не является прерогативой христианской аскезы, она не меньше чувствуется и в сократовских диалогах. Почему я не хочу подвергать гонению разум? Да потому, что только мысля, человек может оторваться от затягивающего "круговорота плоти" этого мира и приобщиться к миру духа, миру, озарённому божественным присутствием. Почему я вижу смысл в занятиях математикой? Да, потому что, занимаясь математикой, человек прославляет разум божественный, отражённый в разуме человеческом. Я, пожалуй, не буду комментировать "христианскую тему" первого поста (это заведёт слишком далеко и сделает этот комментарий совсем уж огромным). И, возвращаясь к философской проблематике, скажу лишь, что я несомненный идеалист, я верю в первичность духа над материей. Я знаю, что это не вопрос, где возможно установить истину, это - вопрос выбора, вопрос веры, в конце концов. И я не верю в величие человеческого тела, я верю в величие человеческого духа. Духа и мысли.
P.S. Слегка стыдно отправлять проникнутый таким махровым пафосом текст, но уж, была не была...

С уважением, провинциальный читатель.