Однажды я заметила, что при прослушивании любимой музыки у меня перед глазами возникают нечёткие, обрывистые, но всё же крайне интересные и красивые пейзажи. И тогда я решила поставить маленький эксперимент: попробовать прогуляться по окрестностям моей фантазии при помощи полного погружения в музыку.

И вот так вот я нашла где-то часик свободного времени и одиночества, вырубила все телефоны, занавесила окна, уселась поудобней на свой любимый стул, заткнула уши наушниками и…

Через некоторое время привычная буро-чёрная темнота перед глазами рассеялась, и я обнаружила себя на какой-то бесконечной площади из придурочных  булыжников, постоянно менявших свой цвет и форму: то это абсолютно правильные по форме бирюзовые квадраты, то нечто, больше похожее на зелёные комочки жёваной бумаги, а то я и вовсе стою на площади из бриллиантов. А небо… Оранжево-голубое.  «Ну прямо как выборы н
а Украине в 2005м году»- приходит мне в голову идиотское сравнение. Но мало того: на небе три солнца! Одно синее, большое; второе зелёное, среднее; ну а третье красное и такое мелкое, что я его даже не сразу разглядела. И при всём при этом непонятно откуда доносится Engel от  Rammstein.  «Ну и бред! Кто ж такой умный всё это придумал? Хотя, какая разница… Эх, знать бы сейчас хоть где я…»- грустно думаю я и смотрю себе под ноги. Прямо под моим носом на камнях, ставших теперь тёмно-синими кирпичами, всплывает надпись, будто бы вырезанная не очень аккуратным дошкольником из цветной бумаги:

                                                  СТОЛИЦА. ГЛАВНАЯ ПЛОЩАДЬ.

«Ну, ни фига себе! Это что, главная площадь такая?! - возмущаюсь я-  Ну а где тогда Кремль? Где ГУМ, Храм Василия Блаженного, да где сам город, в конце концов?! Что за сплошные голые камни?!» И тут обнаруживаю перед собой… Нет, не Кремль. Постамент. Но это же уже лучше, чем совсем ничего! Подхожу поближе. Раздолбай какой-то, а не постамент: добрая треть от него мирно лежит у меня под ногами в виде милой такой груды из облетевшей побелки и обломков кирпичей, или чего-то ещё, из чего этот памятник искусства делали. Табличка есть, правда она треснула пополам, и буквы стёрлись до такой степени, что я уже не могу разобрать, кому, за что, и когда, была установлена эта груда камней. «Безобразие! Что ж такое творится в моём городе?»- спрашиваю я постамент, но его ответа уже не слышу, потому что песня закончилась, а вместе с ней и завершилось моё пребывание в этом дурном городе.

Пейзаж изменился. Передо мной предстали прекрасные высоченные горы. Я и сама стою на вершине одной из них, причём (что довольно-таки странно) мне не холодно. Горное озерцо лежит у моих ног таким…такой…блин, как его… Честно, я так и не поняла, на что озеро было похоже: то ли очень чистая лужа, то ли жутко грязное зеркало. Хотя, что я тут пытаюсь выкакать из себя какие-то неимоверно красивые словесные конструкции! Зайдите в любой магазин, купите любую огромную (от 500 пазлов и дальше) мозаику: на них подобные пейзажики очень любят помещать. Ну вот стою я там, наслаждаюсь прекрасными видами и за одно дельфиновской песней «Радость»… И всё бы прекрасно и замечательно, но я тут ощущаю сильный такой толчок в спину и стремительно падаю навстречу зеркальной луже! ААААА!!! Спасите, мать вашу!!! АААА!!! «прочие реплики вырезаны цензурой» Ой… а я, кажись, лечу… Всё, не спасайте…  

Вот так я полетела… Покружила так над горами. Как же, всё-таки, прикольно! Ветер дует мне в лицо, подо мной проносятся острые пики гор, уютные альпийские деревеньки, глухие горные леса… Так бы летала бы и летала… Эй, а что я падаю?! Что, песня, говоришь, закончилась? А что она такая короткая?! Блин…

Приземлилась я быстро и, главное, безболезненно. Проще говоря, законы физики попраны начисто. Но чего я хочу от мира, в который попала? Ничего. Вот поэтому я затыкаюсь и разглядываю новый пейзаж. Печально. Даже очень.
Вместо земли- нечто, похожее на мелко толчёный асфальт. Вместо нормального, радостного голубого неба- небо огромного, мрачного мегаполиса. Моросит мелкий противный осенний дождь. Вокруг меня повсюду растут скорчившиеся в предсмертных судорогах коряги, которые только с большой натяжкой можно назвать деревьями. Откуда-то издалека доносятся звуки горького, душераздирающего плача. Жуть… Чувствуя, что и у меня самой на глазах стоят слёзы, я говорю деревьям: «Нет, народ, вы как хотите, а я, пожалуй, пойду. Хреново у вас тут как-то…»

Где-то там, далеко в нашем мире, её рука тянется к плееру, жмёт кнопку перемотки, и…

Теперь всё было таким белым, что можно было бы ослепнуть. Хотя, нет, ослепнуть было нельзя: это была не такая белизна, какой светится в рекламе рубашка, постиранная «Ариелем», это была белизна этой рубашки в реальности: с почти не заметными бежевыми пятнами. Никакой видимой опоры под ногами не  было в принципе, хотя я и ощущала, что стою на чём-то твёрдом. Задрала голову вверх. Солнца нету совсем. Вместо него огромных размеров шестерёнка, не спеша вращающаяся вокруг своей оси. Приглядевшись, я заметила, что у неё не хватает нескольких зубчиков, и на ней вырезан загадочный узор. Шестерёнка эта была цвета очень тусклого золота. Только она ещё и не просто солнце, но и динамик! Из неё, как из огромного магнитофона доносится Do What They Say группы KoRn.
«Офигеть!»-единственное, что пришло в мой в конец поражённый мозг. Но помимо этой песни я слышала ещё и очень странное бряцанье, стремительно приближающееся ко мне. О, сейчас я увижу первого жителя моего сознания! Но вот тот факт, что обитает это существо в мире цвета недобросовестно постиранной рубашки с  шестерёнкой-магнитофоном вместо солнца напрягал меня очень и очень сильно. Мне даже страшно стало... И вот это чудо предстаёт передо мной. О Господи… Множество ног самых разнообразных форм и размеров: тут и нога от человеческого скелета, и часть робота, и какой-то плавник… Но они все непременно металлические (наверно, поэтому и бряцали!) и непременно какого-то бронзового оттенка. Тело сплошь покрыто тонкими бронзовыми пластинками. Там, где они куда-то делись, можно было лицезреть внутренности чуда: жутко сложный, но слегка поломанный мотор. Тут эта мечта сумасшедшего биолога-иженера-селикционера оборачивается ко мне…ммм…лицом: на тонкой шейке, очень похожей на антенну от древнего радиоприёмника, гордо покачивается старый футбольный мяч, на который спереди была нацеплена некогда бывшая роскошной карнавальная маска, левая глазница которой пустует, а из правой меня изучает маленький моторчик, очень похожий на глаз киборга. Я стою как столб и не могу даже дышать. Единственная мысль стучится в голове: «Ой, кажись, я попала… А может, оно дружелюбное? Эх, говно из меня Алиса в Стране Чудес…» Но Оно постояло-постояло, да и рассыпалась на кучу мошек-моторчиков. Эти механические насекомые построились в дивно организованный косяк и полетели прочь. Между тем песенка подходит к концу…

Вдруг подул пронзительный колючий ветер, и странноватый, но симпатичный мирок покрыла холодная, страшная тьма. Меня охватил липкий, тягучий ужас. Захотелось бежать сломя голову куда угодно, лишь бы подальше от этого места. Но у меня не было ног. У меня не было никакого тела: я всего лишь маленький комочек, волей случая занесённый в этот кошмар. Тут передо мной возникла страшная гримаса. Смысла описывать её я не вижу, скажу лишь, что выражения этих огромных безумных глаз я не забуду никогда. Потом ещё и ещё… Склизкие руки тянулись ко мне, злой шёпот звал меня… Меня изучали миллионы чудовищных глаз… Мерзкий хохот бил по моим ушам…

Через несколько секунд я не выдержала и очнулась в нашем мире. Сердце бешено билось, я вся дрожала. Вышла из своей комнаты, налила себе воды и не без опаски подошла к зеркалу, ожидая увидеть там отражение того мира детских кошмаров. Но меня встретило моё бледное, напуганное отражение. «Ну что, за удачную прогулку»-сказала я и чокнулась с моей зеркальной сестрой. Выпили воду одновременно, посмотрели друг на друга и улыбнулись. «Как-нибудь повторим?»-предложила я-«Обязательно»-усмехнулась моя копия.