Миром правят люди восторженные, люди умеющие мечтать и  найти дело своей жизни. В один из ноябрьских дней 1853 года в дневнике шестнадцатилетнего юноши, работавшего ретушером у  харьковского фотографа, Ивана Крамского, появится следующая запись: "О! Как я люблю живопись! Милая живопись! Я умру, если не постигну тебя хоть столько, сколько доступно моим способностям... Живопись! Я готов это слово повторять до изнеможения, оно на меня имеет сильное влияние; это слово - моя электрическая искра, при произнесении его я весь превращаюсь в какое-то внутреннее трясение. В разговоре о ней я воспламеняюсь до последней степени.  Она исключительно занимает... все мое внутреннее существо - все мои умственные способности, одним словом, всего меня."  Сколько страсти, сколько юношеского максимализма... а ведь все это воплотилось в жизнь, мечты сбылись: Иван Крамской стал великим художником, основателем знаменитого Товарищества передвижных художественных выставок, пропагандистом реалистического национального искусства.

Крамской И.Н. Автопортрет 1867
(Государственная Третьяковская галерея)

Многие работы этого замечательного художника большинству из нас знакомы еще со школьной скамьи: это портреты русских писателей, художников, общественных деятелей, людей из народа. Крамскому выпало жить в эпоху, когда Россия меняла свой общественный строй с крепостнического на буржуазный. Идеи народничества, идеи реального отражения окружающей действительности в искусстве,  все больше волновали умы молодежи того времени. В этот период и произошел знаменитый "бунт четырнадцати" в стенах Петербургской Академии Художеств.

Иван Николаевич Крамской Фото конца 50-х годов XIX века

Уроженец захолустного городка Острогожска Воронежской губернии, Иван Николаевич Крамской, попал в Петербург в возрасте двадцати лет.  Жизненный опыт уже имелся, и даже было несколько специальностей: от писаря до ретушера. Но главной была мечта - поступить в Академию Художеств, которая и сбылась в 1857 году. Мечта сбылась, но вот творческой радости она не приносила. Обучение проводилось по накатанной схеме: рисование сюжетов на мифологические или библейские сюжеты,  зарисовка гипсовых слепков и никакого отражения реальной жизни. Скучно? Очень, о чем прямо и писал в 1877 году в статье "Судьбы русского искусства" И.Н.Крамской: "Одно за другим стали разлетаться создания моей собственной фантазии об Академии и прокрадываться охлаждение. В классе живописи наступили для меня настоящие муки: я не мог понять, что такое живопись и что значат "краски". Самые колоритные вещи здесь, при натуре, казались мне неестественными; замечания же профессора отличались и в этом случае тем же лаконизмом: "Плоско, коленка дурно нарисована, и чулок вместо следка"; на другой день другой с равнозначащими замечаниями, но с иными вариациями: "Не худо, не худо!.. Э... это не так, да и то не так! Все не так!.." Оставалось товарищество - единственное, что двигало всю массу вперед, давало хоть какие-нибудь знания, вырабатывало хоть какие-нибудь приемы и помогало справляться со своими задачами".

Крамской И.Н. Портрет художника Павла Петровича Чистякова 1860
(Государственный Русский музей) 

Однако дела художника были не так уж и плохи: его работы регулярно выставлялись на академических выставках и он получал за них положенные награды. В 1860 году за картину "Смертельно раненный Ленский"  Крамской получает вторую серебряную медаль,  пишет целую серию превосходных портретов своих товарищей  - Чистякова,  Венига, Корзухина, Крейтана и картины на библейские сюжеты  "Молитва Моисея по переходе израильтян через Чермное море" (1861) и "Моисей источает воду из скалы" (1862).

Крамской И.Н. Молитва Моисея после перехода израильтян через Чермное море 1861
(Национальный художественный музей Республики Беларусь)

Крамской и его друзья считались лучшими учениками Академии и в 1863 году должны были держать испытание на Большую золотую медаль, награжденный ею ученик получал право шестилетнего пребывания за границей за счет Академии. Вот именно в этот момент и случился знаменитый "бунт четырнадцати", круто изменивший не только судьбу его участников, но и саму историю живописи в России.

Ученики подали в Совет Академии не задолго до экзаменов прошение с просьбой предоставить им полную свободу в выборе сюжетов,  чтобы каждый выбрал тему, соответствующую его характеру и наклонностям. Но Совет остался глух и нем. А дальше вот как описывает сам Крамской произошедшее 9 ноября 1863 года: "Наступило утро. Мы все собираемся в мастерской и ждем роковых десяти часов... Тихо мы взошли, скромно поклонились и стали вправо, в углу... Вице-президент поднялся со своего места с бумагой в руке и прочел не довольно громко и маловнятно: "Совет Императорской Академии художеств к предстоящему в будущем году столетию Академии для конкурса на большую золотую медаль по исторической живописи избрал сюжет из скандинавских саг: "Пир в Валгалле". На троне бог Один, окруженный богами и героями; на плечах у него два ворона; в небесах, сквозь арки дворца Валгаллы, в облаках видна луна, за которой гонятся волки, и проч., и проч., и проч..." Чтение кончилось; последовало обычное прибавление: "Как велика и богата даваемая вам тема, насколько она позволяет человеку с талантом высказать себя в ней и, наконец, какие и где взять материалы, объяснит вам наш уважаемый ректор, Федор Антонович Бруни".  Уполномоченный заговорил:
- Просим позволения сказать перед Советом несколько слов... Мы подавали два раза прошение, но так как Совет не нашел возможным исполнить нашу просьбу, то мы, не считая себя вправе больше настаивать и не смея думать об изменении академических постановлений, просим покорнейше Совет освободить нас от участия в конкурсе и выдать нам дипломы на звание художников.
- Все? - раздается откуда-то из-за стола вопрос.
- Все, - отвечает уполномоченный кланяясь; и затем компактная масса шевельнулась и стала выходить из конференц-залы.
Один по одному из конференц-залы Академии выходили ученики, и каждый вынимал из бокового кармана своего сюртука вчетверо сложенную просьбу и клал перед делопроизводителем, сидевшим за особым столом... Когда все прошения были уже поданы, мы вышли из правления, затем из стен Академии, и я почувствовал себя наконец на этой страшной свободе, к которой мы все так жадно стремились. Дальше вспоминать нечего. Началась действительность, а не фантазии".

Крамской И.Н.  Голова старого украинца

Крамской И.Н. Портрет старого крестьянина

Крамской И.Н. Девочка в глубой шали

Крамской И.Н. Крестьянин с уздечкой. Мина Моисеев 1883
(Киевский государственный музей русского искусства)

Крамской И.Н. Мужской портрет

Крамской И.Н. Оскорбленный еврейский мальчик 1874
(Государственный Русский музей)

Крамской И.Н. Русский монах в созерцании

Бунтари организовали Санкт-Петербургскую Артель Художников. Для этой цели сняли специальную квартиру (хозяйство вела Софья Николаевна Крамская - жена Ивана Николаевича Крамского) - маленькие комнаты отвели под мастерские, а большую использовали как гостиную.

Крамской И.Н. Портрет княгини Екатерины Алексеевны Васильчиковой 1867
(Пермская государственная художественная галерея)

Крамской И.Н. Девочка в кресле с книгой 

Крамской И.Н. Портрет художника Ф.А.Васильева 1871
(Государственная Третьяковская галерея)

В гостиной проводились регулярные собрания и вечера с обсуждениями,спорами и новыми идеями. Здесь вырабатывались концепции и идеи нового национального реалистического искусства. Артель распалась в 1870 году и на ее место пришло Товарищество передвижных художественных выставок, организатором и руководителем которого стал Иван Николаевич Крамской.

Крамской И.Н. Портрет Софьи Николаевны и Софьи Ивановны Крамских, жены и дочери художника 1875
(Воронежский областной художественный музей им. И.Н.Крамского)

Крамской И.Н. Портрет Веры Николаевны Третьяковой 1876
(Государственная Третьяковская галерея)

Крамской И.Н. Портрет Павла Михайловича Третьякова 1876
(Государственная Третьяковская галерея)

Крамской И.Н. Крамской, пишущий портрет своей дочери, Софьи Ивановны Крамской, в замужестве Юнкер 1884
(Государственная Третьяковская галерея)

Передвижники старались с помощью своего творчества показать зрителям реальнуюжизнь народа, жизнь крестьян, простых горожан. Именно в этот период появляется множество живописных работ подобной тематики  и у Крамского. Удивительные портреты простых людей, окружавших его. Одновременно его мучают и философские вопросы, в 1872 году зрителям представляется его знаменитая картина "Христос в пустыне" - картина о проблеме выбора дальнейшего жизненного пути.

Крамской И.Н. Христос в пустыне 1872
(Государственная Третьяковская галерея)

Крамской И.Н. Портрет И.И.Шишкина 1873
(Государственная Третьяковская галерея)

Крамской И.Н. Портрет писателя Льва Николаевича Толстого 1873
(Государственная Третьяковская галерея)

Крамской И.Н. Портрет писателя Ивана Александровича Гончарова 1874
(Государственная Третьяковская галерея)

Крамской И.Н. Портрет Александра Сергеевича Грибоедова 1875

Крамской И.Н. Портрет Ильи Ефимовича Репина 1876

Крамской И.Н. Портрет поэта Николая Алексеевича Некрасова 1877
(Государственная Третьяковская галерея)

Крамской И.Н. Н.А. Некрасов в период "Последних песен" 1877–1878
(Государственная Третьяковская галерея)

В 80-х годах Крамской создает немалое количество женских портретов, к которым ранее обращался крайне редко. Среди них знаменитые "Неизвестная" и "Неутешное горе". Особняком стоят великолепные портреты императрицы Марии Федоровны.

Крамской И.Н. Неизвестная 1883
(Государственная Третьяковская галерея)

Крамской И.Н. Неутешное горе 1884

Крамской И.Н.  Портрет дамы (предположительно Полины Виардо)
(Государственная Третьяковская галерея)

Крамской И.Н. Женский портрет 1867
(Государственный музей искусств им. А.Кастеева Республики Казахстан)

Крамской И.Н. Портрет императрицы Марии Фёдоровны

Крамской И.Н. Портрет императрицы Марии Федоровны в головном уборе, украшенном жемчугом 1880

Крамской И.Н. Портрет Александра III 1886

Крамской И.Н. Портрет адмирала Л.Л.Хайдена

И.Н.Крамской был неутомимым тружеником, работал не переставая  до последнего мгновения своей недолгой жизни. Он так и умер за мольбертом, выполняя очередной портрет...

Крамской И.Н. Портрет доктора Карла Андреевича Раухфуса 1887 - последняя работа художника
(Государственный Русский музей)