Роберт Капа (Robert Capa)

Жизнь Роберта Капа была короткой, но очень яркой и насыщенной разными событиями. Немного найдется людских историй подобных его судьбе, ведь он стал легендой еще при жизни.
Капу по линии всей жизни сопровождала госпожа удача.
Свою жизнь он сам поделил на две части: до и после 22-х лет, когда он придумал почти безукоризненного первоклассного фотографа, будучи в тени его славы. А уже в молодые 40 лет добился такой славы, о которой, пожалуй, никогда раньше и не мечтал.
Роберт Капа считал, что: «Фотография – это документ, глядя на который имеющий глаза и сердце начинает ощущать, что в мире не все благополучно».
А однажды он произнес чем-то пророческие слова: «Если твои снимки недостаточно хороши, значит, ты был недостаточно близко».

Андре Ерно Фридман (Endre Erno Friedmann) родился 22 октября 1913 года в Будапеште в достаточно состоятельной еврейской семье.
Первую часть жизни именно такое имя имел Роберт Капа.
Не особо хорошо учась в школе, он слишком рано начал интересоваться политикой, принимая участие во многих митингах и демонстрациях. В результате очередной такой акций бунтаря в возрасте 17-ти лет арестовали, безжалостно побили и выслали из страны.
Но таких как он было немало, поскольку на протяжении 1920-1930-х годов творческая элита была одним из основных врагов венгерской власти. Поэтому научные работники, математики, физики, писатели, художники, режиссеры, фотографы покидали свою родину и переезжали в другие страны, более лояльны к их работе и призванию.
Как-то позже он шутил: «Мало иметь талант. Еще нужно родиться венгром».

В 1931 году Андре Фридман, прибыв в Берлин начал учить журналистику и социологию. Будучи на грани банкротства родители не могли в финансовом плане помочь Андре, поэтому в то время он понимает, что такое бедность – он часто не имеет денег даже на питание, не говоря об учебе.

В начале 1932 года Андре Фридман решает стать фотожурналистом – как он считал, что эта профессия близка тем, кто не наилучше знал язык. Сам же он на протяжении жизни учил семь языков, но владел всеми достаточно плохо, не считая родной венгерский язык.

Молодой Андре начал работать лаборантом в фотоагентстве «Дефот», которое поставляло фотографии во многие иллюстрированные журналы.
Спустя некоторое время занялся фотосъемкой разных политических мероприятий.
Так, в ноябре 1932 года в Копенгагене, описав и сняв митинг при участии Льва Троцкого, он таким образом, в первый раз показал те способности по истечении времени сделавшие его одним из знаменитейших фоторепортеров столетия.
Ни один человек с фотокамерой не мог сфотографировать Троцкого, который строго запретил это делать. Однако лишенному внимания 19-тилетнему Андре Фридману, без преград удалось приблизиться к трибуне Троцкого и имея в кармане миниатюрную Лейку, сделать несколько снимков. Тогда немало изданий опубликовало его первый крупный репортаж.

В период управления Германией нацистами, большинство журналистов, в особенности еврейской национальности, старались покинуть страну. Так, в начале 1930-х годов не имеющий даже 20-ти лет Андре, посещая Вену и Будапешт, на шесть лет останавливается во Франции.

Париж в 1933 году был платформой свободы, даже вседозволенности, характеризовался экономической и политической непостоянностью. Здесь было множество писателей, художников, других представителей искусства, фотожурналистов, что было причиной великой конкуренции между ними.

В 1934 году Андре Фридман знакомится с немецкой коммунисткой Гердой Таро, которая незадолго до этого приехала в Париж, а потом она стает его компаньонкой и любовницей.
Живя в очень скромных финансовых условиях, молодые Герда и Андре, желая хоть немного подзаработать денег, придумали весьма необычный способ.
Они вместе создают фотоагентство, которое состоит якобы из трех человек: Герды, которая была секретарем и торговым агентом по совместительству, Андре выполнял обязанности лаборанта и наконец, фотографом а также владельцем был фотожурналист из Америки Роберт Капа.
В Париже ширились высказывания о необычной хватке фотографа, называя его «гением фоторепортажа», первым успевающим всегда и всюду.
Герда, рекламируя таинственного фотографа, говорила клиентам: «Его фотографии стоят недешево, но они действительно того стоят». Конечно же, богатый и незнакомый американец выглядел более выигрышно, нежели бедный еврей из Венгрии.

Роберта Капу придумала Герда Таро, а работал под его именем никто другой как Андре Фридман, которому надо было много работать, высоко держа планку американского фотожурналиста: он старался первым добывать скандальные события, сопровождая их интересными фотографиями пусть даже не наилучшего художественного уровня.
Как-то он советовал своему другу – известному фотографу Анри Картье-Брессону: «Если ты называешь себя художником, тебя никто не напечатает. Говори, что ты фотожурналист и делай что хочешь».

В 1935 году чувствуя себя уже достаточно стабильно во Франции, молодые Герда и Андре, осуществив недолгое путешествие в Новый свет, хотели лучше связаться с прессой Соединенных Штатов, что им не совсем удалось.
Пребывая в Америке, Герда знакомила всех с богатым и известным фотожурналистом из Франции, называя его Робертом Капою.

Вернувшись в Европу, они в том же духе продолжали работать. Так Андре Фридман, присутствуя на начавшейся драке во время заседания Лиги Наций в Женеве, привычно очутился в эпицентре ярких событий. Это уловил популярный издатель из Парижа и по совместительству основатель модных журналов «Vu» и «Vogue» Люсьен Фогель, кстати долго и безрезультатно искавший встречи с нашумевшим фотожурналистом из Америки.
Таким образом, увидев фотографии этих женевских событий с автографом Роберта Капы, Люсьен Фогель быстро разгадал загадку.
Так наблюдательному Фогелю удалось уменьшить доходы выдуманному «американскому фотографу». Правда, Андре Фридман уже сам не хотел прикрываться славой «заокеанского гения», но все-таки решил оставить себе как псевдоним имя, которое уже было хорошо известное. Немного позже он произнесет: «Роберт Капа родился в Париже в возрасте 22-х лет».

В средине 1936 года внезапно начавшаяся гражданская война в Испании сделала ее эпицентром заинтересованности со стороны мировой общественности, которая внимательно следила за происходящими событиями.
Этому способствовали тысячи журналистов и фотографов, прибывавших сюда с разных стран мира для сбора информации и освещения всего происходящего в прессе.
Поэтому где-то в августе Люсьен Фогель кроме других фотожурналистов направил в Испанию также Герду Таро вместе с Робертом Капою.
Когда с началом сентября в горах Сьерра-Морена начинается повышенное движение со стороны военных генерала Франко, Роберт Капа спешит в это место.
Так, утром 5 сентября он уже находился в окопе, ожидая атаки чрезвычайно уверенных и жестоких марокканских добровольцев.
Позднее, описывая те события, он признавался в том, что всем пребывающим здесь было очень страшно, и он лично прятался в окопе на протяжении целого дня, и в то время как «началась атака республиканцев, я высунул из окопа свою Лейку, а когда услышал автоматную очередь, вслепую нажал на пуск».

Получившийся снимок был опубликован 23 сентября того же года сперва в журнале «Vu», а потом – в «Life» и других журналах мира. Довольно долгое, зато полное название снимка «Лоялистский ополченец в момент смерти, Сьерра-Морена, 5 сентября 1936 года» («Loyalist Militiaman at the Moment of Death, Cerro Muriano, September 5, 1936») достаточно часто сокращенно называют: «Смерть Солдата Лоялиста» или же «Падающий Республиканец». Именно эта работа сделала Роберта Капу известнейшим в мире фотожурналистом, и большинство экспертов называют этот снимок лучшей работой фотографа, а также лучшей военной фотографией всех времен и народов.

Однако, уже не один десяток лет идет дискуссия между сторонниками и противниками фотожурналиста касательно его известного снимка: некоторые считают фотографию постановочной (тогда это было распространенным явлением), другие уверенно выдвигая свои факты опровергают такую критику.
Но в любом случае никого из критиков не оставляет равнодушным фотоснимок «Смерть Солдата Лоялиста» и где-то с 1960-х годов экспертами тщательнейшим образом изучена эта фотография в мельчайших подробностях.

27 июля 1937 года в Испании погибла Герда Таро, не дожив нескольких дней до своего 27-летия. Существует предположение о том, что незадолго до случившегося Роберт сделал ей предложение, но она не согласилась, считая, что их совместная работа дороже этого.
Достоверность этой истории в их отношениях никому не известна.
Герда Таро став первой представительницей женского пола в военной фотожурналистике, оказалась и первой женщиной этой профессии, которая погибла во время военных действий.

В 1938 году Роберт Капа ненадолго отправляется в Китай, исполняя поручение некоторых изданий, делать фоторепортажи о событиях японской агрессии.
Фотографии вместе с комментариями Роберта Капы изображали истинное лицо войны с помощью простых людей. Снимки испанского беженца или же стоявшей у разрушенного дома заплаканной женщины говорили сами за себя о жестоком военном времени.


В 1939 году Роберт ненадолго переехал в Нью-Йорк, а после этого переместился в Лондон в связи с началом войны Германии против Англии.

В период с 1940 по 1945 годы Капа побывал на многих фронтах, делая фоторепортажи для журнала «Life», среди которых самый известный – о высадке союзников в Нормандии.
Роберт Капа считал, что профессия военного фотокорреспондента всегда связанна с огромным риском для жизни, а про себя он сказал: «Я – игрок. Поэтому я решил принимать участие во вторжении в первом эшелоне», став единственным фотожурналистом, который был в самом центре опаснейших событий.

Позже он опишет в книге 1947 года: «Немного не в фокусе» («Slightly Out of Focus») о своем пребывание в воде между летавшими вблизи от него пулями, где он вместе с каким-то солдатом сумел спрятаться за защитное сооружение.
Потом солдат, достав ружье и продолжая стрелять в противника, ушел от него, а Капа с чуть закрытого места начал «фотографировать парней, которые, как и я прятались за защитными сооружениями».
Конечно же, ему было очень страшно – он трясущимися руками фотографировал, и опять перезаряжал фотоаппарат и вновь снимал на протяжении какого-то времени, течение которого тогда для него потерялось. Он вспоминает, что страх внезапно захвативший его не позволял думать и он: «Просто вскочил на ноги и побежал к лодке.
Я осознавал, что трусливо убегаю, старался заставить себя развернуться, но не мог». При бегстве Капа всеми силами удерживал фотокамеру над водой.

После возвращения в Лондон он сдал пленки в фотолабораторию, где лаборант видимо допустив некую неосторожность, из 106-и столь сложно добытых кадров сделал лишь 11, а другие получились слишком перепроявлены.
Однако и эти одиннадцать фотографий, наполнены драматизмом и какой-то нереальностью смогли изобразить хаос, холод той воды, свист летающих над головами солдат пуль, страх надвигающейся смерти того дня. В одной из сцен фильма Стивена Спилберга «Спасти рядового Райана» использованы эти снимки Роберта Капы.


В 1945 году Капа был уже одним из самых известных репортеров мира, имея американское гражданство. Жестокая война закончилась, и все предвещало тихую мирную жизнь. Роберт утверждал о желании «остаться безработным военным фотографом до конца своей жизни».

В 1946 году Капа взялся работать в Голливуде, но не остался там долго – ему была чужда такая роскошная и одновременно грязная жизнь.
Спустя некоторое время Роберт Капа уезжает в Советский Союз вместе со знаменитым писателем Джоном Стейнбеком, чтобы попробовать отобразить мирную жизнь его жителей.
Но позже он разочарованно напишет: «… Мои четыре камеры, которыми я снимал войны и революции, им противны, и каждый раз нажимая на спуск, я ощущаю, что делаю что-то неправильное».

В 1947 году Роберт Капа совместно со своими друзьями Дэвидом Сеймуром, Джорджем Роджером и Анри Картье-Брессоном основали фотоагентство «Магнум».
В конце 1940-х годов начинающее свою деятельность агентство еле выживало, но сейчас это объединение фотографов-документалистов считается самым успешным и известным.
Капа, будучи самым изобретательным и с организаторскими задатками лидера, был избран первым директором «Magnum Photos». Порой, чтобы достать денег для оплаты труда секретаршам, ему надо было играть на скачках.

В 1948 году Роберт Капа уезжает в Израиль, которому после объявления о своей независимости огласили войну арабские государства, такие как Иордания, Йемен, Саудовская Аравия, Сирия, Ливан, Ирак, Египет. Конечно же, имея еврейские корни, Роберт переживал за израильский народ и побывав там три раза на протяжении 1948-1950-х годов, даже рассматривал вопрос переселения в Израиль навсегда.

В 1950-х годах в Америке настал драматический период известный под названием «Охота на ведьм», в результате которого серьезные проблемы коснулись большинства фотографов, в том числе и очень знаменитых.
Конечно же, Роберта Капу легко было обозвать «коммунистическим перевертышем», учитывая его левые взгляды и друзей, которые славились своим свободомыслием и наконец, рассматривая поездку в СССР.
По этим многим критериям он запросто попадал в так называемый «черный список». Тогда у Роберта забрали американский паспорт, и лишь после больших усилий его удалось вернуть.

В то же самое время возникают немалые проблемы у любимого им фотоагентства «Магнум», в том числе в его американском филиале. Спасая дела агентства, Капа несколько меняет свои взгляды, после чего выгоняет из состава «Магнума» Жизель Фройнд – хорошего фотографа, которая отличалась своими левыми симпатиями.

В 1954 году Роберт Капа вновь попадает в свою стихию, исполняя задание журнала «Life» сделать серию фоторепортажей из Индокитая. Ему была интересна жизнь обычных людей в стране, где идут боевые действия. Он решил назвать свой следующий репортаж «Горький рис», и как оказалось последний в его жизни.
Утром 25 мая 1954 года, уезжая из вьетнамского городка Нам-Динх, Роберт, будучи в хорошем юморе, говорил: «Это будет чудесная история. Я буду хорошо себя вести сегодня. … Не буду рассказывать, какой я великий журналист и фотограф».
Проехав тридцать километров пути, Капа вышел из машины, чтобы взглянуть сквозь растения бамбука на шоссе.
Он шел полем, как внезапно раздался взрыв.
Репортер Джон Маклин, узнав по звуку взорвавшуюся противопехотную мину, выбежал из машины и увидел бежавшего с поля вьетнамского лейтенанта, который ехал в машине вместе с ними. Он лишь смог произнести трагические слова: «Фотограф мертв».

Эрнест Хемингуэй написал о Капе и его гибели такие слова: «Для всех, кто знал его, непонятно, как так случилось, что случай одолел его».
Еще один из его друзей Анри Картье-Брессон высказался о Роберте так: «Капа всегда виделся мне в светящемся одеянии великого тореро, но этот тореро никого не убивал.
Он отважно сражался за себя и других в круговороте событий; по воле рока он был сражен в апогее своей славы»


http://gallery.rumi.com.ua