Часто мы так близко к сердцу воспринимаем личные отношения, что не замечаем, как поведение партнера начинает влиять на нашу собственную жизнь. Или даже контролировать ее. Не стоит пускать проблему на самотек, дожидаясь обид, шантажа, нарушения личных границ и прочих неприятностей. Советы психолога тебе в помощь.

В нашем прекрасном мире, где есть сотни модных моделей обуви только на ближайший сезон, представлено маловато моделей здоровых взаимоотношений. Подглядеть неоткуда: любой фильм, сериал, книга – все завязано на интригах, обманах, угнетении или доминировании. Так гораздо зрелищнее и интереснее: кто-то плачет, кто-то уходит в ночь, кто-то разбивает в гневе вазу. Попробуй вспомнить пример для подражания – без лжи, без драмы, пример здоровых зрелых взаимоотношений, где партнеры относятся друг к другу с заботой и как равный к равному, не пытаясь манипулировать чувствами другого, грозить пальцем и хлопать дверями.Окинем мир более широким взглядом: вся история человечества – сплошь порабощения и эксплуатация; как-то в древности один мужчина из Назарета пытался выступить с партнерской моделью взаимоотношений, но его быстро распяли.

Не видя, что можно как-то иначе, мы спрашиваем подругу: «А у вас кто в паре главный?», даже не замечая, какой это идиотский, в сущности, вопрос. Мы все время кого-то перевоспитываем, подавляем, соблазняем, не пытаясь понять, что за человек рядом со мной, чем он живет, что для него важно. Оказывается, перекошенных, проблемных взаимоотношений в современном мире больше, чем могло показаться на первый взгляд из окна.

В чем суть
Начнем с тяжелой артиллерии. Есть такой термин «созависимость», который изначально применялся по отношению к женам алкоголиков. Потом, правда, выяснилось, что близкие люди с любой зависимостью могут обладать сходными чертами – неважно, играет человек часами в покер или испытывает неодолимое влечение к сексуальным подвигам на стороне.

Созависимость формирует поведение, направленное на контроль и спасение «неправильного» другого; при этом желание исправить и образумить приобретает навязчивый характер. Всем известны мрачные истории девушек, у которых мужья «просто утомляются на работе» и снимают напряжение ударом по челюсти своей «спасительницы». Главное тут, по мнению благородной донны, не бежать подальше, попутно сочиняя заявление в полицию, а замазать синяк тональным кремом и остаться дома, чтобы бедняжка еще больше не расстроился.

Глубокие патологии с сильно пьющими участниками и насильниками мы, с твоего разрешения, опустим. На этот раз поговорим про более распространенные перекосы. Рассмотрим модели, где нет прямого и открытого общения участников, вместо него – манипуляции, эмоциональное насилие и контроль. По определению Мелоди Пити, одного из самых известных специалистов в данном вопросе, «созависимый – человек, который позволил, чтобы поведение другого повлияло на него, и полностью поглощен тем, что контролирует действия этого другого». Впрочем, тотальный контроль за половиной – это необязательная часть Мерлезонского балета. Эмоционально зависимый от партнера человек может просто не видеть без него своей жизни. Несмотря ни на что и вопреки всему. И проблема тут как раз не в партнере, на которого мы навесили груз ожиданий, а в нас самих, позволивших чужому поведению влиять на наше пищеварение, сон и способность улыбаться.

Как бывает
По оценкам разных психологов, в зависимые отношения втянуты от 70 до 98% граждан. Правда, расчеты включают в себя и семьи с властными бабушками, а не только романтические связи «он – она». Но все равно, штука настолько распространенная, что, если описать подруге в кровавых деталях подобную модель, она, похлопав глазами, спросит: «А что такого? Разве не все так делают?» А ведь это мучительно – испытывать постоянную потребность в чужом одобрении, поддерживать отношения, унижающие твое достоинство, не осознавать своих истинных желаний и сидеть на совещании в тревожных раздумьях: «пришел – не пришел?», «почему по телефону у него был такой недовольный голос?».

Внешне пара может выглядеть благополучно, да и сами товарищи убеждены, что все идет как надо. Ну подумаешь, Степа иногда замахивается на Лену, а она его день-деньской пилит. А муж Ирины сидит на сайте знакомств с далеко идущими целями. Ирина догадывается, но предпочитает не замечать, парень-то в целом хороший.

Это в таких симпатичных парах, недавно оформивших ипотеку и купивших собаку, нередко вдруг выясняется, что девушка прочно сидит на успокоительном, а тот, кто не девушка, подумывает о суициде. И никто вроде не виноват: просто оба глубоко несчастливы. Спроси каждого фигуранта – почему, ответят не сразу. И только потом, после некоторой психологической работы, выяснится, что все по классике: она его за муки полюбила, а он ее за состраданье к ним. Ну, или наоборот. А еще лучше – переплелись и страдания, и муки обеих сторон.

Проблемы из детства
Психологи, вглядываясь вдаль, ищут корни зависимого поведения в нашем детстве. Да и что это такое, если не попытка превратиться в беспомощное дитя, жаждущее блаженного симбиотического единства с партнером? Природа задумала младенцев таким образом, чтобы в коробке от телевизора они не выживали; период слияния с матерью и максимально полный отклик на нужды ребенка необходимы для его развития и последующей самостоятельности. Если же малыша часто забывали на балконе, он не пройдет важный этап и во взрослом возрасте заявит своему психотерапевту: «Я не чувствую себя полноценной личностью без мужчины Федора».

«Корни подобного поведения – в отношении с мамой. В меньшей степени с папой, другими членами рода. И начинается это даже не с рождения ребенка, а много раньше. Допустим, эмоциональная зависимость есть у беременной женщины в отношениях с собственной матерью. Что будет получать еще не рожденный ребенок? И что он будет чувствовать после появления на свет? Чему будет учиться у своих родителей? Очевидно, тому же», – с прискорбием замечает наш эксперт Алексей Петш.

Вот в группе риска и находятся не только подросшие дети бывалых алкоголиков, но люди с определенными семейными ценностями, например с запретом на обсуждение чувств, привыкшие не расстраивать родителей, потому что «мамочке нельзя волноваться, у нее давление», а «папа нервный, его лучше не трогать». На руку зависимостям играют ложные социальные установки, перлы «народной мудрости» («если б жена была хорошая, он бы не изменял/не пил/не воровал») и опять же произрастающая из детства низкая самооценка.

Только представь себе. Встречаются приятные во всех отношениях Маша и Ваня и хотят создать полноценную ячейку общества, в которой им обоим будет хорошо. Желание понятное. Но вот в чем загвоздка: оба наших героя не умеют разговаривать о своих чувствах. Она, например, привыкла любыми путями избегать в семье конфликтов, а он, скажем, страшно благодарен ей за то, что, в отличие от его властной мамы, Маша ни при каких обстоятельствах не повышает голоса. Много ли шансов у пары на счастье?

Черты эмоционально зависимой
* По мнению психолога и терапевта Робин Норвуд, автора книги «Женщины, которые любят слишком сильно»

Она росла в эмоционально неблагополучной семье. Не обязательно здесь раздавали подзатыльники, но чувствами ребенка никто особенно не интересовался. («Мама с папой будут драться на сковородках, а ты пока посиди тихонько в своей комнате».)
Получив мало тепла и ласки, она старается удовлетворить свою потребность опосредованно, становясь в паре чрезмерно заботливой и нежной.
Она остро реагирует на знакомый с детства тип эмоционально недоступного человека, стараясь изменить его своей любовью.
Она готова сохранять свои отношения любой ценой. Нет ничего слишком дорогого, неприятного или затратного, если это нужно ему; прыгнуть с третьего этажа – пожалуйста!
Она готова ждать и надеяться. Это неплохо, если человек ушел на войну, но когда он, как обычно по четвергам, отправился к любовнице, ожидание – настораживающий признак.
Она готова взять на себя большую долю ответственности за то, как складываются отношения, за чужое настроение и за не свои поступки.
Она не верит, что заслуживает счастья просто так, скорее всего, его надо заработать потом, кровью и лишениями, и она собирается этим заняться.
Во взаимоотношениях она гораздо больше занята тем, как все могло бы сложиться, чем реальной досадной ситуацией.
Она может быть склонной к депрессиям, предрасположенной к алкоголю, сладкому или другим неполезным способам переживать свои проблемы.
Искренне интересующиеся ею мужчины кажутся ей скучными, какими-то неродными. «Не на моей волне», – объясняет она себе, давая очередному парню номер телефона ближайшей химчистки.
Нормальная реакция человека, дочитавшего до этого места, – хлопнуть себя по коленке и воскликнуть: “Ничего себе! Это ж все как с моей соседки Нинки списано!” Но уверена ли ты в том, что к тебе наш текст не имеет отношения или хотя бы не может иметь? Чтобы не пропустить главного, перечитай, пожалуйста, еще раз “Черты эмоционально зависимой личности” и пройди (на всякий случай!) тест от авторов психологического бестселлера “Освобождение от созависимости” Берри и Дженей Уайнхолд. Тогда все узнаешь точно.
Что происходит в паре
На свете множество вариантов зависимых моделей.

Например, «слияние», когда трудно разобраться, где кончился один человек и начался другой. Ну-ка, чье это было желание, чтобы ты училась в кулинарном техникуме, – твое или его?
Или «подчинение», когда один человек подстраивается под другого, чтобы избежать конфликтной ситуации.
Или парящий в ореоле идеальных отношений «перенос», приписывание близкому своих мыслей и чувств: «Разве не ты хотела в отпуск в Новую Гвинею?».
Или «капиталовложения». Когда партнер воспитывает другого под себя: то мужчина девушку «в люди выводит», то она ему рубашку гладит и ждет, что за это будет бонус с позолотой.
Но, по большому счету, такое разделение условно: все это запутанный клубок, где снаружи люди могут держаться за ручки и искренне считать себя образцом для влюбленных. Если по кусочкам разобрать отношения с серьезной эмоциональной зависимостью, их начинка нам не понравится. Там слишком много манипуляций; участники, боясь прямо выражать свои желания, изъясняются витиевато: вместо «Прекрати на меня орать!» – «Соль в этом доме есть?». Мы также обнаружим внутри спутанные личные границы: «Мне нравится на тебе желтый цвет, носи всегда его», или совсем дикое «А мы болеем. Точнее, Коля»; еще могут быть обиды, шантаж и контроль («Я всю жизнь на тебя положила, а ты?!» в ответ на вполне невинное «Хочу с друзьями на рыбалку»).

Как решить проблему
Весьма огорчает нас тот факт, что даже обнаруживший у себя признаки эмоциональной зависимости человек вряд ли сможет разорвать порочный круг самостоятельно. Во-первых, партнеров мы выбираем неосознанно. Часто бывает, что девушка вроде и выпуталась из отношений с распускавшим руки подонком, а через полгода оказывается в крепком браке с уже другим человеком, который – вот сюрприз – склонен трепать жену за волосы. Во-вторых, большинство людей, живущих по созависимым моделям, довольно смутно осознают существование иных возможностей – «Зато мой муж меня не бьет, не унижает, зарабатывает. Вокруг только хуже. Пьяницы одни. Да и мне за 30».

В-третьих, выход из отношений – это, если глядеть изнутри пары и отдельного человека, сплошной страх и ужас, что-то равноценное потере себя. Сильная эмоциональная зависимость предполагает наделение партнера чем-то жизненно важным, без чего просто невозможно обойтись. Например, силой («а иначе кто мне кран починять будет?») или, если спутник жизни видится гарантом стабильности («куда я с такой зарплатой намылилась?»). Любая ерунда при угрозе разрыва отношений может стать причиной паники, причем осязаемой даже физически.

Психологи считают, что полностью справиться с эмоциональной несвободой вряд ли получится. Да и надо ли? После этого вопроса ты, возможно, заподозришь нас в непоследовательности, но дай объясниться. В век карьерных достижений и самостоятельности чрезмерной зависимости от любимого человека противопоставляется гипериндивидуализация. Почитай популярные колонки и блоги, и у тебя вполне может сложиться впечатление, что «одиночки рулят». У этих дерзких повелителей жизни и образование бывает покруче нашего, и зарплата. И кран им всегда сантехник починит – нет проблем.

Однако правило золотой середины работает и в отношениях с собой и окружающим миром. Если гиперзависимость от партнера бывает опасной для личности, то привязанность (а это ведь о зависимости тоже) к любимому – развивает тебя и придает уверенности. Так что при лечении речь идет о том, чтобы остановить именно процесс разрушения человека.

Семейный консультант Алексей Петш так рассуждает: «Исцелять от эмоциональной зависимости не надо, да и бесполезно: справиться с этим состоянием может только сам человек и только при наличии достаточных, серьезных намерений». Поэтому главный шаг, который поможет сделать жизнь лучше, – это осознание и создание личных границ, понимание, где моя территория, над которой следует вывесить значок «Не влезай, убьет», а где чужое поле непаханое, куда не надо ступать босыми ногами.

И не забудь, кроме личностного стремления понадобится помощь мамы, психолога, подруги… А может, даже нового партнера, который сможет принять тебя со всеми твоими комплексами и опытом, показать на личном примере, что можно жить иначе и круто.
wh