«Эксперт Сибирь» №14 (203)/4 апреля 2008

Среда обетованная
Ирина Кичкайло, автор «Эксперт Сибирь», «Эксперт Урал»




Вобороте офисных сотрудников появились новые ироничные самоопределения. Канцелярские крысы — в стародавние времена, в эпоху Интернета и мобильных телефонов получили названия низших форм жизни — офисный планктон. Если связать трансформацию в народном сознании образа бумажного служаки с изменениями условий труда, картинка получается прелюбопытнейшая. Комфортность современного рабочего места — сегодня понятие многоуровневое, которое складывается из применения различных технологий и опыта специалистов разных мастей. От консалтеров, проектировщиков и строителей до телекоммуникационных гениев. А продукт коммерческого девелопмента измеряется не квадратными метрами, а средовыми характеристиками. Потребителю предлагают купить или арендовать не помещение, а пространство, отвечающее его представлению о комфортном пребывании в нем. Сайт крупного московского проектировщика описывает один из элементов концепции офисного здания так: «безопасные для здоровья и экологически чистые условия работы». А это для руководителя компании означает «снижение числа заболеваний сотрудников за счет обеспечения тех климатических условий в помещениях (температура, влажность воздуха и освещенность рабочих мест), которые наиболее комфортны для их обитателей. Снижение расходов компании на восстановление работоспособности персонала, страховые выплаты и лечение заболеваний». Недурственно. Только почему-то описание современного уровня условий труда становится богаче, процесс их создания — сложнее и дороже, а потребности среднего менеджера в комфорте удовлетворяются все равно на примитивном уровне. Проектируемой среде больше подходит название «территории обещаний».

Большинству или даже каждому офисному работнику знакомо состояние климатического шока. Температурный режим и воздухообмен в помещении будто проверяют организм на прочность. Когда за окном минус тридцать пять — снимать верхнюю одежду не хочется и в офисе. Но к морозу мы люди более привычные. Гораздо хуже, когда с потеплением на улице дышать на работе становится нечем. Эта ситуация характерна в особенности для новых зданий, где окна, как правило, не открываются. А кондиционеры не включаются до наступления летнего периода. Причем этот период, возможно, обозначен какими-то датами в эксплуатационной документации. К сожалению, к живым людям она имеет отношение опосредованное. Апрельским вечером, когда жить хочется как никогда, дышать в офисе можно только углекислым газом, выработанным трудолюбивым менеджментом за несколько часов. Система кондиционирования воздуха обычно запрограммирована таким образом, что автоматически запускается при повышении столбика термометра за окном до десяти градусов. Если, конечно, она в исправном состоянии…

Проблемы с воздухообменом и температурой зависят от возраста и качества эксплуатации систем тепло— и холодоснабжения, а также вентиляции. Во многих старых постройках последняя вообще не предусмотрена. Хотя сегодня ее наличие — норма, и даже управляющих морально устаревшей недвижимостью надзорные организации принуждают внедрять соответствующее оборудование. Почему этого не происходит? Потому что зачастую или технически невозможно, или решения инстанций обходятся нехитрыми путями. В современных объектах причин климатического дискомфорта сколько угодно. Не включить систему вентиляции в проект будущего бизнес-центра или торгового молла невозможно — его не примет Государственная вневедомственная экспертиза. Допустить ошибку в расчетах нагрузки — практически нереально. Соответствие нормативам не менее придирчиво отслеживается экспертными комиссиями. А вот изменение в процессе строительства планировки здания может повлиять на то, что часть помещений окажется без вентиляционной приточки или приведет к более серьезным проблемам, которые в дальнейшем скажутся на функционировании всей системы. Опять же на этапе сдачи объекта в эксплуатацию специалисты надзорных инстанций проверяют соответствие внедрений проектной документации. Но процедура приемки-сдачи любого дома в России — процесс, с одной стороны, тщательный и забюрократизированный. Но с другой — известно, что заказчикам удается и этот этап проходить в «свою пользу».

Вентиляция, кстати, может работать отменно, но арендатор никогда об этом не узнает, потому что ее не включают — собственник или эксплуатирующая компания попросту экономят на электроэнергии. Такие примеры не являются исключительными, особенно в низкоуровневом сегменте недвижимости. Экономия в современных условиях строительства — основа экономики успешных проектов. То же с подачей тепла. И здесь мы сталкиваемся с хозяйственностью современного строителя и управляющего, пожалевшего средств на установку автоматически работающих систем терморегуляции.

Сами строители говорят, что нехватка воздуха в помещениях происходит и по вине арендаторов — когда они нарушают установленные санитарные нормы по численности сотрудников. В соответствии с одним из нормативов, офисы в современных зданиях могут быть спланированы из расчета одного рабочего места на 8–10 квадратных метров. А компания желает усадить одного сотрудника на четырех квадратных метрах. Отказать в этой нужде управляющая компания клиенту просто не может, иначе он уйдет к более сговорчивым арендодателям. Таким образом, получается, что имеющийся объем ресурсного обеспечения запланирован в полтора-два раза меньше необходимого. Но откуда взят этот норматив? Может быть, российские люди мало видели хороших условий труда, но разместить одного человека на 10 «квадратах» — это не только роскошь для руководителя, но и, если хотите, противоречит русской ментальной соборности. Зачем же копировать такие чуждые нам западные стандарты?

Весь город, как и каждое отдельное здание в нем, живет как будто под колпаком. После душных будней можно отправиться в большой торговый центр. Рекламные проспекты учат нас делать покупки с удовольствием и легко. Хотелось бы — да не получается. Не раз наблюдала картину, как молодые мамы вытирают пот со лба раскрасневшегося ребенка: «Потерпи, малыш, сейчас папа купит телевизор и мы поедем домой». Духота — уже обычное состояние города. Улучшение качества жизни, как мираж в пустыне — только чудится в отражении водной глади стеклянных стен офисных башен. Настоящий запах иллюзорной свободы можно почувствовать, зайдя в разгар рабочего дня в один из современных офисов. В такой момент хочется стать планктоном…

Журнал "Эксперт"
07 апреля 2008

Андрей Коркунов променял это предпринимательское счастье на непыльную жизнь члена совета директоров Wrigley, загорает теперь вместе с другими директорами где-то на райских островах.

— Вы говорите, что у вас развязаны руки. Для чего?

— Понимаете, когда управляешь своей компанией и занимаешься всем: и деньги ищешь, и продукт создаешь конкурентоспособный, какие-то ноу-хау придумываешь, — масса времени уходит на лишнюю суету. Все это отвлекает от основной цели. Ты не имеешь возможности заниматься исключительно стратегией, импровизацией. Исчезает кураж. А сегодня, оставив за собой определенный пакет акций, я в рамках своей компании совершенно спокойно занимаюсь стратегическим планированием, как это было оговорено при совершении сделки. И не занимаюсь, например, финансовым контролем. В большой корпорации, каковой является Wrigley, для этого есть специальные люди. Кроме того, я не потомственный кондитер и не скажу, что мне неинтересны другие сферы бизнеса, которыми я могу позволить себе заняться, продав часть компании. У меня было желание диверсифицировать свою деятельность, реализовать свои связи, возможности, имя в других областях.

Читать дальше http://expert.ru/printissues/expert/2008/14/interview_korkunov/

Журнал "Деньги"
07 апреля 2008

Об основных итогах прошлого года и основных проблемах российского рынка аудиторских услуг в интервью корреспонденту "Денег" Петру Рушайло рассказал директор департамента регулирования государственного финансового контроля, аудиторской деятельности, бухгалтерского учета и отчетности Минфина РФ Леонид Шнейдман.

Как бы вы оценили итоги 2007 года для рынка аудиторских услуг?

— Окончательные данные, которые собирает Минфин, пока не готовы, но предварительные оценки показывают, что рост аудиторского рынка будет не меньше, чем в предыдущие годы. Это закономерное явление. Экономика в целом растет, растет российский финансовый рынок, и, соответственно, растет спрос на аудиторские и консультационные услуги. Поэтому можно оценить результаты 2007 года как очень хорошие и с оптимизмом смотреть в 2008 год.

Какие основные тенденции рынка в прошлом году вы могли бы отметить?

— Я бы не стал выделять какие-то особые тенденции, проявившиеся именно в 2007 году. Из данных последних лет складывается впечатление, что рынок в большой степени сформировался. Определились основные группы игроков, пропорции на рынке, установились определенные правила поведения.

Означает ли это, что уменьшилась борьба за клиентов?

— Нет, борьба за клиентов не уменьшилась. Просто определились группы аудиторских организаций, которые обслуживают определенные группы клиентов. Возникла специализация аудиторов по отраслевой принадлежности и размеру бизнеса клиентов, по видам аудита и консалтинга.

Как это соотносится с мировой практикой?

— На любом развитом рынке существуют определенные группы аудиторских организаций, обслуживающие определенные группы клиентов. Мы тоже к этому пришли.

Помимо количественного прогресса есть ли качественные изменения? Речь, разумеется, прежде всего о качестве услуг.

— Все зависит от того, как определять, что есть качество услуг. Можно определять качество услуг по количеству претензий, предъявляемых налоговыми органами к клиентам аудиторских организаций, или количеству скандалов, связанных с аудиторскими организациями, но я не сторонник такого подхода. Для меня качество услуг определяется тем, следует аудиторская организация профессиональным стандартам или нет. Как регулирующий орган, Минфин делает все, чтобы участники рынка этим стандартам следовали. В целом могу сказать, что сегодня нет оснований для того, чтобы впадать в паническое состояние по поводу соблюдения профессиональных стандартов. Я думаю, что мы движемся в сторону достаточно жесткого и четкого их соблюдения.

Какие основные проблемы, по-вашему, стоят перед российским рынком аудита как с точки зрения его развития, так и с точки зрения регулирования?

— Главная проблема — кадры. Это не есть специфическая российская проблема. Международные форумы регуляторов аудиторского рынка показывают — данный вопрос остро стоит в любой стране. Аудиторские фирмы часто являются кузницами финансовых кадров для своих клиентов. Поэтому аудиторам приходится значительные средства выделять на наем нового персонала, его обучение, поддержание профессионального уровня.

Другая проблема — невысокий уровень эффективности работы аудиторских организаций как хозяйствующих субъектов. Если не брать лидеров рынка, которые в основном ориентируются на западную модель аудита, можно сказать, что в абсолютном большинстве аудиторских организаций сам процесс аудита организован недостаточно эффективно. Сегодня на Западе очень широко распространены различного рода компьютерные технологии проведения аудита, аудит основывается на рисковых моделях. Подавляющее же большинство российских аудиторских организаций действует по старинке, из-за чего требуются излишние усилия, затраты времени и, естественно, снижается экономическая эффективность работы организации.

И это несмотря на то, что в последние годы многие российские компании стали членами международных сетей и у нас на рынке уже давно и весьма активно работают компании "большой четверки"?

— Вы сейчас все-таки говорите о лидерах. Что же касается примера для подражания, который действительно могли бы подавать компании "большой четверки", то это отдельная проблема. С моей точки зрения, в России мы сталкиваемся с далекой от конструктивности позицией "большой четверки" в отношении развития аудиторской профессии. У этих компаний пассивная, наблюдательная позиция: вы, мол, здесь работаете и сами все устраивайте, а мы в любом случае сами с усами. Думаю, что это очень опасная позиция для самих компаний "большой четверки". Если во многих странах эти компании осознают свою роль в развитии профессии и свою ответственность за это, то российские подразделения "большой четверки" вряд ли осознают свою.

В чем это выражается?

— В том, как эти компании относятся, скажем, к тем же саморегулируемым организациям аудиторов, в недостаточной активности в развитии рынка, в нежелании делиться со своими коллегами профессиональным опытом. А ведь передовые технологии аудита, наиболее эффективные модели функционирования аудиторской организации во многих случаях рождаются именно в недрах "большой четверки".

Понятно. Давайте вернемся к списку основных российских проблем.

— Еще одна проблема — контроль качества аудита. В прошлом году сделано достаточно много для того, чтобы активизировать систему контроля качества, усовершенствовать ее. И на этот год запланировано много мероприятий, которые должны менять ситуацию. Однако с сожалением вынужден признать, что пока речь идет в основном о формальном контроле качества.

Эту проблему должно решать государство или саморегулируемые организации?

— Это общая проблема. Основной упор делается на СРО. Потому что по большому счету главная задача саморегулируемой организации аудиторов — контроль за деятельностью своих членов. Специфика аудиторской деятельности заключается в том, что задача разработки каждой СРО своих профессиональных стандартов уходит на второй план, если вообще имеет смысл. Пользователь финансовой отчетности, потребитель аудиторских услуг не заинтересован в том, чтобы каждая СРО устанавливала свои стандарты и правила проведения аудита. Но внешний контроль качества аудита — это и проблема регулирующего органа, потому что его задача — создавать нормальные условия функционирования финансового рынка. С этой точки зрения требования государства в отношении внешнего контроля качества, по существу, требования в интересах пользователей аудиторских услуг.

Но, с точки зрения пользователя, усиление контроля качества означает еще и удорожание услуг. Готово ли сегодня российское экономическое сообщество платить за это?

— Вы назвали еще одну проблему аудиторского рынка. Правда, это проблема не только аудиторского рынка. Общеизвестно: качественная услуга не стоит дешево. Если мы хотим повышения качества аудиторских услуг, хотим получать надежную финансовую информацию, то за это надо платить. Принятие мер по повышению качества аудиторских услуг в некоторых странах автоматически привело к увеличению цен на услуги аудиторов на 25-30%. Кто будет оплачивать проведение дополнительных аудиторских процедур, введение механизмов внутреннего контроля, осуществление внешнего контроля качества? Естественно, это дополнительные затраты аудитора, которые должны быть учтены в цене на аудит. Но это того стоит. Именно потребитель заинтересован в повышении качества аудита. Он от этого выигрывает.

Журнал "Деньги"
07 апреля 2008

Действующий и избранный президенты в последнее время часто заявляют о поддержке малого бизнеса. Прежде всего речь идет об устранении административных барьеров, упрощении процедур получения бесконечных разрешений и об избавлении от всевозможных проверяющих. Однако не мешать еще не значит поддерживать. Хотя бы потому, что у малого бизнеса существует масса проблем и помимо тех, что создает ему государство.

Для начала
Как показывает опрос, проведенный Ассоциацией менеджеров, в наибольшей степени развитию малого бизнеса в нашей стране мешают процедуры оформления различных разрешений и многочисленные проверки государственных органов. Рассказ практически любого бизнесмена о своих проблемах начинается с историй о том, какое количество бумаг пришлось получить и сколько их пришлось ждать, чтобы открыть свой ресторан, магазин или автосервис. И сколько пришлось заплатить в кассу той или иной организации и в карманы чиновников, чтобы ускорить или упростить решение того или иного вопроса. По подсчетам руководителя компании Grand & Metro Consulting Михаила Грина, чтобы сейчас открыть в столице свое дело, необходимо проститься с суммой, эквивалентной почти $50 тыс. (это без учета закупки товара или основных средств производства). Все эти деньги уйдут на регистрационные действия, получение разрешений, согласований и заключений, оплату посредников, а также на несколько месяцев аренды небольшого офиса, его косметический ремонт, минимальный набор мебели и оргтехники. Следует признать, что за последние несколько лет государством действительно сделано немало для того, чтобы процедура открытия фирмы усложнилась, а услуги, позволяющие при этом сэкономить время и нервы,— подорожали. Это и фактическая отмена доверенностей при подаче заявления, когда учредителю или директору будущей фирмы надо лично являться в налоговую инспекцию, и проверка юридических адресов, приводящая к массовым отказам в регистрации из-за ошибок и недостаточной полноты базы данных налоговиков, и антиотмывочные законы, из-за которых процедура открытия счета в банке занимает порой месяц, а не один день, как раньше.

Но регистрация фирмы и открытие счетов — это лишь самое начало бизнеса, собственно, это даже еще и не бизнес. Чтобы дело пошло, его надо где-то разместить.

Место для бизнеса
В рейтинге проблем малого бизнеса сложности с поиском подходящих по цене и качеству помещений стоят на третьем месте после проблем с разрешениями и проверками. Но это сегодня. Управляющий компании "Коллекция Ягуар Автоцентр" Геннадий Павлов считает, что со временем именно эта проблема станет для многих бизнесменов первостепенной: "В 99% случаев нам предлагают руины советских времен, которые ни на бумаге, ни в действительности не соответствуют даже самым элементарным требованиям. А за аренду этих руин просят порой как за офис класса А.

Собственникам помещений сейчас ни до чего нет дела, лишь бы сдать то, что у них есть: нужна крепкая бетонная стяжка на полу — пожалуйста, делайте, но за свой счет. Отопление еле-еле работает, вентиляции нет — ставьте свою систему за свои деньги. Туалета нет, воды нет — придумайте что-нибудь сами. И никто ничего вам не зачтет в счет аренды, потому что в условиях дефицита площадей и так возьмут, не под сервис, так под склад какой-нибудь или небольшое производство.

В результате собственники помещений выжимают из бизнеса все соки, а бизнес фактически попадает к ним в заложники. Ведь практически никто из владельцев столичной недвижимости сейчас не соглашается заключать с малым бизнесом долгосрочные арендные договоры с четко прописанными на весь срок ставками. Собственники и представляющие их управляющие компании хотят иметь свободу увеличивать аренду по своему усмотрению, а если вы вдруг не согласны, то и избавиться от вас в любой момент. И ситуация получается совершенно дикая: ты вкладываешь свои деньги в ремонт, в коммуникации, устанавливаешь оборудование в чужом помещении, а собственник этого помещения не дает тебе никаких гарантий и никак о тебе не заботится. Более того, он в любой момент может сообщить, что, согласно мониторингу, который провели его специалисты, арендная ставка у тебя оказалась ниже среднерыночной и неплохо было бы ее поднять на 10%. С одной стороны, это реальная кабала, с другой — все вроде в рамках закона".

Особенно несладко тем бизнесменам, которым приходится самостоятельно подключать к городским коммуникациям магазин или производство: в таком случае и $50 тыс. может не хватить даже на организацию энергоснабжения. Владислав Ремиш, совладелец производства ручного шоколада Baccarat Chocolatier, рассказывает, что даже могущественные власти Санкт-Петербурга ничем не могут помочь предпринимателям, если речь заходит об энергетиках: "Я периодически посещаю круглые столы с участием бизнесменов и городских властей. И каждый раз, когда нас чиновники спрашивают о проблемах, кто-нибудь из моих коллег обязательно жалуется на "Ленэнерго". И каждый раз одна и та же история: да, говорят нам, есть такая проблема, тарифы на подключение заоблачные. Но все равно ничего не делается. У меня создается впечатление, что власти просто ничего с "Ленэнерго" сделать не могут, даже если и хотят".

Деньги для роста
Чтобы не зависеть от собственников недвижимости, многие предприниматели стремятся сами стать собственниками — приобрести то или иное нежилое помещение. Однако не имеют возможности: виноваты высокие цены на рынке недвижимости и отсутствие возможности финансирования покупки. И дело не только в недвижимости: добиться кредитования текущей деятельности или развития бизнеса для предпринимателей во много раз сложнее, чем получить кредит простому гражданину. По данным опроса Ассоциации менеджеров, нехватка доступных и долгосрочных финансовых ресурсов — четвертая по значимости проблема малого бизнеса.

Один из совладельцев небольшого столичного предприятия по производству замороженных продуктов, попросивший не называть его имени, продемонстрировал свой новый Mercedes представительского класса, купленный в кредит, полученный в качестве частного лица: "А вот для бизнеса мне никто не даст кредит на таких условиях: 9% годовых на три года. Сейчас выгоднее взять кредит на личные нужды, а собственными деньгами помочь бизнесу, хотя это и может показаться странным".

Президент фирмы "ТК "Мебакс"" Николай Квитко полагает, что банки сейчас практически не интересуются малым бизнесом: "Мы не являемся крупными заемщиками и не имеем огромных сумм на счетах. Все, что нам могут предложить сейчас,— это очень дорогое, краткосрочное и мизерное по объемам кредитование. Недавно мы попытались договориться с банком об овердрафте. В результате нам предложили вовсе не овердрафт, а какой-то жутко неудобный с точки зрения финансового планирования кредитный продукт — 30-дневные возобновляемые кредиты.

Удивительно, но те продукты, которые банки уже давно предлагают физическим лицам, способным подтвердить свои доходы, малому бизнесу недоступны. К примеру, любой работающий человек может, предоставив один-два документа, получить в течение двух недель кредитную карту с лимитом, составляющим порядка двух ежемесячных зарплат, или еще более значительный по отношению к доходам кредит наличными. Но, если речь идет о бизнесе, в банке попросят огромное количество документов, будут мурыжить месяцами и в результате предложат денег меньше и на худших условиях".

Кроме того, по словам бизнесменов, есть еще один момент, который сильно усложняет и делает дороже получение кредита: банки требуют открытия у них расчетного счета. Но если раньше такая процедура была по большей части технической и занимала от одного часа до одного дня, то теперь, согласно антиотмывочному закону, банки проводят проверку клиентов, что увеличивает процедурные сроки до месяца. И все это время кредитная заявка не рассматривается.

Кроме того, предприниматели отмечают существенный (порой в десятки раз) рост тарифов на банковское обслуживание. Бизнес платит за вынужденно открытые счета банкам все то время, пока рассматривается вопрос о выдаче кредита. Если учесть, что бизнесмены нередко обращаются сразу в несколько банков, то расходы существенно возрастают. При том что в итоге многие так и не получают запрошенный кредит.

Претензии малого бизнеса к банкам не ограничиваются вопросами кредитования. Текущая деятельность постоянно сталкивает предпринимателей и банкиров.

"Казалось бы, банк тоже организация коммерческая, заинтересованная в добрых отношениях с клиентами, но получается, что это не так,— сетует Геннадий Павлов.— Недавно взяли и уменьшили нам лимит кассы в десять раз — до 3000 руб. Это значит, что, если клиент заплатит за ремонт авто хотя бы 4000 руб., эти деньги мы должны в тот же день сдать в банк. А если нам завтра потребуется наличность, допустим, инструмент какой-нибудь мелкий купить, нужно будет ехать в банк и снимать там деньги по чековой книжке. Когда наш директор позвонил в банк, ему объяснили, что есть такая инструкция ЦБ — ограничивать остаток в кассе в размере среднедневной выручки. И то, что у нас не магазин и работа с одной машиной может продолжаться целый месяц и только потом за нее будет заплачено, их не интересует. И то, что для своих расчетов они взяли месяц, когда мы почти не работали из-за праздников, их тоже не волнует. Так и сказали: у нас проверка, мы из-за вас рисковать не собираемся, нас ЦБ может наказать, если мы вам разрешим больше в кассе держать".

Кроме того, бизнесмены часто жалуются на работу такого важного для бизнеса ведомства, как почта. Общение с большинством государственных органов, направление различных запросов и уведомлений — все это происходит посредством почтовых отправлений. Но нередки случаи, когда корреспонденция просто не доставляется адресатам, а отправляется назад, будто бы нет такой фирмы по указанному адресу. Особенно часто это происходит в столичных промышленных зонах, густонаселенных различными небольшими фирмами-арендаторами. Как рассказывают сотрудники таких предприятий, почтальоны порой в открытую отказываются доставлять им письма: мол, наоткрывали всяких фирм, а нам тут ходи и ищи вас...

"Все это вроде бы мелочи, но они самым скверным образом отражаются на расходах,— продолжает Геннадий Павлов.— Из-за того что нам надо вести учет, готовить и подавать разнообразную отчетность, ежедневно сдавать-забирать деньги в банке, да еще и работать вместо почтальонов, мы вынуждены на девять механиков держать трех человек административного персонала плюс водителя. Несмотря на то что эти люди собственно для бизнеса, по сути, ничего не делают, им тоже надо платить зарплату — сотни тысяч рублей ежегодно. А вот мой коллега из Филадельфии, с которым я недавно познакомился, таких расходов не имеет. У него почти такой же, как у нас, автосервис, в котором штат — только он с помощником и механики. Другие люди ему просто не нужны, потому что в банк он ездит, когда сам посчитает нужным, весь учет ведет с помощью компьютерной программы, а отчетность сдает и налоги платит раз в год, обращаясь в специальную фирму".

Налоги с нагрузкой
Как это ни странно, но проблема налогообложения малого бизнеса, согласно опросу Ассоциации менеджеров, находится лишь на пятом по значимости месте. Ниже в проблемном списке опустился лишь вопрос о поиске квалифицированных кадров, которых малому бизнесу не хватает. Не секрет, что мелкие компании крайне редко обращаются к профессиональным рекрутерам, считая их услуги слишком дорогими и предпочитая пользоваться более простыми, бесплатными способами найма на работу: по газетным объявлениям, через своих сотрудников, родственников и знакомых. С другой стороны, квалифицированные специалисты тоже не спешат идти в малый бизнес — об этом почти в один голос свидетельствуют владельцы небольших фирм. Грамотные и опытные специалисты сейчас больше стремятся попасть на работу в крупные государственные и коммерческие компании, связывая с ними надежды на финансовое благополучие и карьерный рост.

Что же касается налогов, то за несколько прошедших лет принципиальных изменений в системе налогообложения малого бизнеса не произошло. Возможно, именно поэтому предприниматели уже успели привыкнуть к существующему порядку, сумели адаптировать к нему свой бизнес и не ставят проблему налогообложения на первые места.

Хотя претензий к налоговой практике немало: в основном бизнесмены выступают за снижение ставки НДС, введение действительно эффективной регрессивной шкалы ЕСН, предусматривающей существенное сокращение ставки этого налога для малого бизнеса. Интересно, но так называемая упрощенная система налогообложения, избавляющая от НДС вовсе и уменьшающая ЕСН практически вдвое, пользуется популярностью далеко не у всех небольших предприятий.

"Существующие варианты работы по упрощенной системе налогообложения, разработанные якобы специально для малого бизнеса, к сожалению, нам вообще не подходят,— считает Николай Квитко.— Хотя, на мой взгляд, наша фирма — это как раз пример малого бизнеса. Во-первых, если бы мы перешли на "упрощенку", то потеряли бы многих клиентов. Покупателю, если он сам является плательщиком НДС, как правило, невыгодно работать с продавцом, который от уплаты НДС освобожден. Во-вторых, мы не укладываемся в предусмотренное законом ограничение в 20 млн руб. выручки в год. Наши обороты больше, хотя рентабельность бизнеса и невысокая,— такой у нас товар, очень специфический и редкий — уплотнительная щетка, используемая в производстве мебели и пластиковых окон. Так вот и получается, что вроде бизнес и малый, а правила — как для больших".


ИЛЬЯ ЗИНОВЬЕВ

Шоумены финансов Еще недавно в России никто не слышал о специалистах по связям с инвесторами, или, как их называют, IR-специалистах. Но выход российского бизнеса на IPO создал вокруг профессии ажиотаж: работники нарасхват, хотя эксперты и сомневаются в их квалификации и роли в IPO В начале 90-х гг. Геннадий Красовский, ныне начальник отдела по работе с инвесторами «Лукойла», учился в МГИМО и мечтал о дипломатической службе. Но в 1996 г. ему предложили работу в британском нефтяном издании Energy Intelligencе Group. Далее

«Депутату ничего нельзя», — Александр Лебедев, председатель совета директоров Национальной резервной корпорации Поэтому Александр Лебедев не жалеет, что не попал в Госдуму. Он находит утешение в строительстве коттеджных поселков, выращивании картофеля и критике в адрес российских властей Первые серьезные деньги Александр Лебедев заработал на долговых облигациях, благодаря чему в 1995 г. купил Национальный резервный банк. Далее Эта статья в блогах [?] alex-lebedev

Научиться госрегулированию у социалистов Много лет американские экономисты издевались над шведской моделью экономики. Теперь учатся успешному преодолению банковского кризиса В 1990-х гг. Швеции удалось успешно преодолеть последствия тяжелого финансового кризиса. Продажа акций Bear Stearns инвестбанку J.P. Далее

Чего не хватает российским работодателям для борьбы с утечкой кадров через интернет Если на вашем предприятии совсем отсутствует текучка кадров — имеет смысл лишний раз удостовериться, что вы работаете в коммерческой структуре, а не состоите в секте. Текучка в корпорациях неизбежна, сколько бы с ней ни боролись. Далее

Москва, 3 апреля 2008

В редакции Интерактивного журнала "Шторы" успешно прошёл пятичасовый семинар руководителей компании "БухМейкер" Сергея Филиппова и Валентины Алексеевой для слушателей, прибывших в Москву из разных регионов России.

Предлагаем видеоотчёт об этом событии и тезисы выступления Сергея Филиппова.








Тезисы выступления генерального директора компании "БухМейкер" для слушателей семинара в редакции интерактивного журнала "Шторы" http://www.jurnalshtori.ru

Что такое организация? Каждый человек толкует этот термин по-своему. Например, организация – группа людей, имеющих общую цель. С одной точки зрения – это верно.
Каждой организацией владеет какой либо человек – бизнесмен или предприниматель. Его цель – заработать как можно больше денег. Но никто не гарантирует, что бизнесмен их заработает. Напротив, он может потерять деньги, ведь бизнес – рискованное занятие.
Чем больше организация, тем больше проблем у предпринимателя.
Как вы думаете, какие взаимоотношения между нанимателем и нанимаемым? Ведь задача нанимателя (в нашем случае бизнесмена) сэкономить деньги, получить как можно больше прибыли. Разумеется, нанимаемый (к примеру, менеджер) захочет большую заработную плату. Следовательно, между нанимателем и нанимаемым возникает "конфликт".
В любой группе людей, будь то обычный класс или крупная организация, есть лидер. Кто такой лидер? Лидер – это "человек-вектор". Он несет свою идею в массы людей. "Идея, которая охватила массы, становится материальной силой". Примером лидера может служить Иосиф Виссарионович Сталин. Он правил нашей страной в сложнейшее время и при этом вывел СССР в лидеры.
Но вернемся к нашей теме. Исходя из вышесказанного, можно сделать вывод, что организация - целевая общность. Если организация не имеет общей цели, идеи, понятной каждому работнику, то организация слаба и непрочна.
Когда люди следуют за "вектором", то организация растет, развивается. Но как сделать так, чтобы работники выполняли свою задачу более качественно? "Три орудия есть у врача: слово, растение, нож". Сначала врач помогает только "словом", но если "слово" ни к чему не приводит, то в дело идет "растение" (лекарства). А вот если медицина не помогает, то врач использует "нож" (самая крайняя мера). Управляющий, образно говоря, в этом случае очень похож на врача.
И еще – в бизнесе не важно иметь деньги. Нужно уметь обращаться с этими деньгами, в противном случае их очень легко потерять.