Вавилон: первый мегаполис Древнего мира

Общеизвестно, что в древнейший период своей истории Рим управлялся царями. Традиция называет семь царских имён, от легендарного Ромула до Тарквиния Гордого, последнего монарха, изгнанного из города собранием граждан-воинов – после этого власть была передана двум избираемым сроком на один год консулам, а народное собрание приняло строжайший закон, гласящий, что любой, кто возжелает сделаться царём Рима, должен быть убит без суда. Более того, любая попытка занять какую-либо общественную должность без ясно выраженной воли народа также каралась смертью – носителем государственного суверенитета отныне становился исключительно римский народ. Монархия заместилась Республикой, которой будет суждено пройти долгий и славный путь длиной в половину тысячелетия – с 509 года до н.э. до 27 года до н.э., когда единоличная власть будет восстановлена в форме принципата.
 Тарквиний Гордый
Риму никогда не доводилось попасть в такое плотное кольцо врагов, как после превращения его из монархии в слабый город-государство, контролирующий едва ли девятьсот квадратных километров территории. Многие из соседних италийских общин, покорённых прежде римскими царями, вернули себе свободу и образовали Латинский Союз, чтобы противостоять притязаниям Рима. Италия представляла собой весьма многообразный конгломерат независимых племён или городов, каждый из которых управлялся собственными правителями и разговаривал на близких, но различных языках: на севере жили лигуры, галлы, умбры, этруски, сабиняне; южнее их – латины, вольски, самниты, луканы, бруттии. Вдоль западного и южного побережий греческие колонисты населяли Кумы, Неаполь, Помпеи, Пестум, Локры, Регий, Кротону, Метапонт и Тарент.

Первая Пуническая: долгий путь в никуда

К сожалению, в наши времена представление о войнах древности донельзя вульгаризировано. Обычно представляется встреча двух армий, битва, кто победил — тот и выиграл. В действительности дело обстояло совершенно иначе: затяжные конфликты античной эпохи всегда сопровождались тщательным стратегическим планированием, а такие категории как «военная логистика», «штабное планирование», «тыловое обеспечение» или «устойчивая связь» может быть и назывались тогда иначе, но являлись неотъемлемой частью продолжительной войны.
Давайте рассмотрим, как Римская республика справлялась с этими задачами на примере одного из самых интересных эпизодов её истории — войны с Карфагеном.
* * *
Война, сколь бы угодна Марсу она ни была, дело весьма затратное, и если конфликт затягивается на годы, то конечная победа прежде всего зависит от экономической составляющей. Самая доблестная армия нуждается в снаряжении, фураже и питании, а непобедимый флот и неприступные крепости — в постоянном техническом обслуживании.
Но самое главное условие победы — это готовность народа и правительства государства стоять до последнего, защищая свои интересы. Прирождённые победители не сдаются и не идут на уступки. Такой страной-победителем был Рим. Разумеется, за все годы существования как республики, так и империи над Римом не раз нависала смертельная опасность, но страна и Populus Romanus практически всегда оставляли поля боя за собой.
Что же мы знаем о Первой Пунической войне, произошедшей в III в. до н.э?
В ходе конфликта, который продолжался целых двадцать три года, инициатива не раз переходила от одной стороны к другой. Состоялись грандиозные морские сражения и длительные осады городов, каждой сражающейся стороне пришлось полностью восстанавливать армию в самый разгар войны. Однако никакие трудности и опасности не сломили желание Рима воевать до победного конца.
Так же следует отметить, что Пуническая война 264–241 годов до н. э. стала первой «заморской» кампанией Римской республики.
Предпосылки войныСицилия была не только богатым и процветающим островом, но и важнейшей стратегической точкой, позволявшей контролировать торговые пути по Средиземному морю. Не удивительно, что в определённый момент Сицилия становится камнем преткновения между некогда союзническими государствами — Римом и Карфагеном.
К середине III в. до н.э. Рим вышел победителем в войне с эпирским царем Пирром и покорил большую часть Италии. Основу войска составляла дисциплинированная пехота, собранная из республиканских граждан. В свою очередь Карфаген являлся богатым финикийским государством, расположенным в Северной Африке. Благодаря доходам от торговли Карфаген мог позволить себе содержать наёмное войско и внушительный военный флот. Рим, как держава по тем временам «континентальная», серьёзными военно-морскими силами похвастаться не мог — предполагалось, что интересы Республики распространяются на северо-запад (Галлия) и восток (Греция), а туда легионы могли прекрасно добраться по суше.
Причиной конфликта, как это обычно и бывает, стали территориальные притязания, и Сasus belli — повод для объявления войны — нашли сами сицилийцы. После смерти Агафокла — царя сицилийских Сиракуз, греческой колонии — армия его бывших самнитских наёмников («мамертинцев», людей Марса) была изгнана из города. Наёмники захватили северо-восток острова, фактически развязав войну с Сиракузами. Мамертинцы призвали на помощь одновременно и карфагенян, и римлян. Несмотря на то что карфагеняне первыми приплыли на Сицилию и урегулировали конфликт, римляне не могли упустить такой прекрасный шанс и направили на остров войска — Сенат давно присматривался к Сицилии, отлично понимая, что безопасность Рима и контроль над торговыми путями в западном Средиземноморье зависят от владения островом.
Формально это было нарушением договоров с Карфагеном, но когда на кону стояли жизненно важные интересы Республики, Сенат предпочитал не рассуждать, а действовать — богатые плебеи, доминировавшие в центуриатном собрании, настаивали на войне, поскольку невозможно было допустить, чтобы Карфаген овладел столь важной и богатой гаванью.
Начало войныВ 264 г. до н.э. отряд консула Аппия Клавдия начал подготовку в высадке на Сицилии. К этому времени карфагеняне убедили мамертинцев отказаться от римской помощи, но это известие застало Клавдия уже в Регии. Не обратив на послание ни малейшего внимания, Клавдий пересекает пролив, приглашает карфагенского командующего Ганнона на переговоры, лишает его свободы и велит передать карфагенской армии, что убьёт Ганнона, если будет оказано сопротивление. Поскольку войско Карфагена было наёмным, оно с радостью встретило столь блестящий предлог для отказа от сражения с легионами, и Риму достаётся город Мессана — первый плацдарм на Сицилии.
В ответ на эти, прямо скажем, не самые честные действия Карфаген объявил Республике войну, заключил союз с Сиракузами, отправил на остров новую армию и осадил Мессану.
Два героя были вознесены на вершины славы Первой Пунической войны — римлянин Регул и карфагенянин Гамилькар. Но следует упомянуть и двух других — Сенат и народ Рима. Сенат добился того, чтобы царь Сиракуз Гиерон встал на сторону Республики и тем самым обеспечил римской армии на острове бесперебойное снабжение, мудро и осмотрительно подготовил граждан к войне и привёл их к победе невзирая на казавшиеся непреодолимыми препятствия. Народ же нашёл деньги, материалы и рабочую силу, чтобы построить первый римский флот из трёхсот тридцати кораблей с тремястами гребцами и ста двадцатью легионерами на борту. Корабли были экипированы железными абордажными крючьями и переносными сходнями для высадки на вражеские галеры.
Благодаря этому непривычное для римлян искусство морского боя могло быть максимально приближено к условиям рукопашной схватки, в которой легионеры могли проявить все свои умения. Слово историку Полибию:

...Этот факт показывает нам лучше, чем всё иное, сколько одушевления и дерзости способны выказать римляне после того, как решились на какое-нибудь предприятие. Они никогда не участвовали в морских битвах, но стоило им схватить замысел, как они столь ряно взялись за дело, что, не успев даже приобрести необходимых для таких вещей навыков, сразились с Карфагеном, который многие десятилетия владычествовал на море.

Ход войныНа протяжении 263 и 262 гг. римляне усилили присутствие в Сицилии до четырёх легионов, возглавляемых Манием Валерием Максимом и Манием Отацилием Крассом. Были взяты около 50 городов на востоке острова и заключён союз с Сиракузами. Карфаген собрал войско наёмников из варварских народов (галлов, кельтиберов и лигуров) и расположил его в городе Акрагант. После 6 месяцев осады Акрагант был захвачен войсками Республики, нанеся существенный удар по Карфагену. Тем не менее, за Карфагеном оставалось превосходство на море.
Строился флот. В качестве образца был взят карфагенский корабль — пентера, — выброшенный на берег. Первое морское сражение римского флота закончилось для него неудачно — 16 кораблей римлян карфагеняне захватили в гавани Боодеса.
Однако быстро разработанная и немедленно применённая на море тактика абордажа позволила командиру римского флота Гаю Дуилию разбить карфагенский флот в битве при Милах и заслужить оправданный триумф. Рим наконец-то стал морской державой.
 Битва при Милах
В 259–257 гг. война с переменным успехом ведётся в Силиции и на Корсике. 256 г. ознаменовался началом римской Африканской кампании. Войска Республики под командованием консулов Марка Атилия Регула и Луция Манлия Вульзона высадились на севере материка и взяли город Клупей. Вульзон отправился обратно в Сицилию. Регул продолжил воевать в Африке, где против него объединились армии карфагенских полководцев: Гамилькара и Гасдрубала.

3 открытия Колумба, которые дорого обошлись Европе

6 ноября 1492 года, впервые в жизни закуривая на Кубе трубку мира, Христофор Колумб и не подозревал, что открывает для Европы не только новый материк, но и опаснейшую болезнь, насекомых-вредителей и убийственную привычку.

Открытие первое: табак

Колумб действительно был первым европейцем, попробовавшим табак, но курильщиком он не стал. Строго говоря, в импорте пагубной привычки из Нового Света в Старый виноват не Колумб. Попробовав подобие сигары — по свидетельствам современников, это были туго скрученные сушеные листья неизвестного растения, подожженные с одной стороны, — великий путешественник не нашел в курении ничего привлекательного.

Первым настоящим курильщиком Старого Света, подавшим дурной пример европейцам, стал один из членов экипажа Колумба — Родриго де Херес, он-то и привез в Европу заразу, от которой в мире, по данным ВОЗ, до сих пор умирает более 5 миллионов человек в год. По иронии судьбы де Херес стал и первой жертвой табакокурения. Причем жертвой политической. Католическая церковь инкриминировала выпускающему дым изо рта де Хересу связь с сатаной и тут же развернула первую в истории антитабачную компанию.

Но табак победил. Какой бы могущественной ни была церковь, антитабачная кампания, проводимая под ее чутким руководством, с треском провалилась. Европейцам понравилось курить. Инквизиции пришлось отступить, ограничившись запретом на курение в местах отправления молитвы. А де Херес, получивший «за связь с сатаной» реальный срок, уже через 7 лет вышел из тюрьмы.

Легенды старинных войн Рима

Так называемый «мифологический» период есть в истории каждой древней цивилизации, а события тех времён часто не имеют фактического подтверждения. Впрочем, летописцы и поэты облачают их в прекрасные наряды из героического пафоса, трагических судеб и ярких художественных образов. Например, Троянская война известна нам из величайшего эпоса Гомера, при этом сказания о войне явно были распространены задолго создания поэмы: Ахилл, Гектор и Одиссей должны были быть знакомы читателю по умолчанию. Однако найти корни этих сказаний, а тем более слово в слово подтвердить текст поэмы – задача совершенно невыполнимая и ненужная. Был Троянский конь именно деревянным конём, или автор позволил себе такую метафору – сегодня уже не имеет никакого значения, миф совершенно необязательно должен быть реалистичным.
Предметом сегодняшнего разговора станут несколько историй о войнах древнего Рима – где-то преувеличенные, где-то слишком краткие, но посему ещё более интересные: ценным становится каждое слово о тех далёких временах.
Сабинская войнаСабинская война считается первой войной с участием Древнего Рима, но представляется скорее красивой легендой, одной из тех, что окружают ту далёкую эпоху ореолом загадки и недосказанности. Ключевым моментом истории является сюжет похищения сабинянок и эпическое спасение Рима.
По рассказам римских же историков, изначально город был заселён одними только мужчинами. Неизвестно, насколько такое заявление может быть правдоподобным, но стоит помнить, что Рим заселялся выходцами из Альба-Лонги, и не исключено, что в определённой степени – даже бандитами и изгнанниками. Сомнительно, что латинские семьи, на протяжении многих лет спокойно жившие на своей земле, внезапно бросили уютные дома и направились обживать новый город с неизвестным им правителем, тем более если их к этому никто не принуждал. Потому не исключено, что летописцы не столь сильно преувеличивают, говоря о том, что в первые годы Рим столкнулся с острой нехваткой женщин для продолжения рода. Без появления же у граждан многочисленного и здорового потомства у города никакого будущего не могло быть в принципе.
Похищение сабинянок (художник Николя Пуссен, 1636 г.)
Поскольку Рим был новым и бедным городом в Италийском союзе, никто из соседей римлян также не торопился заключать семейные союзы, отдавая своих дочерей за воинов и ремесленников Ромула. Тогда правителю ради спасения своего государства пришлось пойти на хитрость, граничащую с откровенной подлостью. Римляне объявили о праздновании празднеств-консуалий в честь божества Конса, отвечавшего за сохранность зерна, – торжество было нарочно придумано Ромулом, – и пригласили на него сабинян со своими семействами. Во время праздника римляне внезапно бросились на безоружных гостей и похитили их дочерей и жён.

На абсолютном большинстве исторических карт, отражающих процесс возникновения на Земном шаре древнейших цивилизаций и государств, яркими красками расцвечены районы долины Нила и Двуречья, озер Ван и Севан, бассейны Семиречья и великих рек Индии и Китая. И только безмерные пространства Американского континента «сохраняют» на этих картах девственный фон.

Carthago delenda est. Триумф Рима

Карфаген должен быть разрушен — фраза, известная на многих языках как настойчивый призыв к борьбе с непримиримым врагом. Наряду с множеством других она пришла к нам из латыни, подразумевая под собой долгую и не самую радостную историю.
Карфаген был разрушен в результате многолетнего соперничества с Римом за господство в Средиземноморье. Прошли Первая и Вторая Пунические войны, отгремело множество сражений, прежде чем римские легионы обратили древний город в прах. Но история не была забыта, и сегодня мы поставим точку в разговоре о столь значимом конфликте античного мира.
Испанская кампания. К тому времени, когда Ганнибал отступил с войском в Бруттию, римляне уже вели успешную кампанию в Испании, отвлекая на себя возглавлявшего карфагенскую армию в Иберии Гасдрубала — младшего брата Ганнибала — и не позволяя ему помочь соотечественникам в Италии. Назначенный претором Публий Корнелий Сципион, командовавший римскими войсками в Испании, был молодым и талантливым полководцем, «любимцем неба», коим сам себя считал. О справедливости этого утверждения говорят его успехи — к 205 г. вся Испания стала Римской провинцией.
Гасдрубал избежал разгрома и сушей двинулся в Италию, надеясь объединиться с братом. В 207 г. он был перехвачен у реки Метавр и разбит римской армией. Вместе с этим, неслыханная по размаху помощь от Карфагена — сто кораблей с продовольствием и пополнением — была прибита штормом к враждебным берегам и перехвачена римским флотом. Ганнибал в Италии остался без военной помощи и надежды на снабжение с родины.
Удар по КарфагенуВ 204 г., после завершения испанской кампании, Сципион высадился на Африканский берег около крупного города Утики, которую сразу взял в осаду.

Независимо от римлян к востоку от Карфагена началась война между нумидийскими царями — Сифаксом и Масиннисой. В поисках сильного союзника Сифакс присоединился к Карфагену, его враг — к Риму. С помощью нумидийского царя Карфаген смог снять осаду с Утики и начать со Сципионом переговоры о мире. Успехом они не увенчались.
В Карфаген вернулся Ганнибал. Прославленному полководцу было уже сорок пять лет, из которых больше половины он провёл в походах за пределами Африки. Теперь же ему предстояло защищать свою страну, руководя новой армией в 45 000 пехотинцев, 3 000 всадников и 80 слонов. Впрочем, армия Сципиона состояла всего из 34 000 пехоты и 9 000 всадников. Ганнибал выигрывал битвы и при гораздо худшем раскладе.

Слепая сила Москвы: чем закончилась последняя междоусобная война на Руси

Война между потомками Дмитрия Донского случилась в XV веке.  Длилась она 20 лет, имела самые серьезные последствия для российской государственности. А причиной, по которой брат пошел на брата, стала глупая ссора гостей на княжеской свадьбе

Иллюстрация: Игорь Куприн

СКАНДАЛ НА ПИРУ: КОСОЙ — ВОР И ОБМАНЩИК

Когда в 1366 году Дмитрий Донской женился на княжне Евдокии, отец невесты, нижегородский князь Дмитрий, подарил зятю золотой перехват (пояс) византийской работы — знак великокняжеской власти. Но пока гости гуляли, главный распорядитель торжеств пронырливый тысяцкий Василий Вельяминов подменил драгоценность на более скромную. Тысяцкий передал дорогой пояс сыну Микуле, который тайно отдал его в приданое боярину Ивану Всеволожскому, когда сватал за того дочь. А Всеволожский передарил перехват звенигородскому князю Василию Косому, за которого сватал внучку.

8 февраля 1433 года Косой присутствовал на свадьбе своего двоюродного брата, внука Дмитрия Донского — великого князя московского Василия II. Косой то ли не знал об истории с поясом, то ли решил, что инцидент почти 70-летней давности забыт, но на празднике он появился в украденном подарке.

Когда гости изрядно выпили, поднялся 80-летний боярин Петр Добрынский, еще помнивший свадьбу Дмитрия Донского, и, указывая пальцем на Василия Косого, воскликнул: «На нем же пояс Дмитрия! Тот самый!» Великая княгиня Софья Витовтовна, мать Василия II, женщина крутого и вспыльчивого нрава, подошла к гостю и резким движением сорвала с него перехват. Такой поступок, да еще совершенный публично, был равносилен смертельному оскорблению. Косой вместе с братом Дмитрием Шемякой тотчас покинули пир. По дороге в Звенигород, к отцу, они пограбили земли ярославских князей, которые считались вассалами Москвы.

Так разгорелась последняя междоусобная война на Руси, длившаяся 20 лет.

 

БИТВА С ПОХМЕЛЬЯ: ГАЛИЦКИЙ — ОБИЖЕННЫЙ НАСЛЕДНИК

Отцом опозоренных братьев был не кто-нибудь, а второй сын Дмитрия Донского — Юрий Галицкий, формально признававший над собой руку Москвы. Он давно имел зуб на Василия II, так как был уверен, что по древнему праву первородства после смерти старшего сына Дмитрия Донского, Василия I, великокняжеский престол должен был занять именно он, Юрий Дмитриевич, а не сын Василия I — Василий II Васильевич.

Юрий не раз пытался свергнуть племянника, посылал рати в Московское княжество, интриговал в Орде, но успеха не имел и вынужденно заключил с Василием II перемирие. Инцидент с поясом Дмитрия Донского заставил его это перемирие расторгнуть, дабы отомстить за поруганную честь и еще раз попытаться овладеть московским троном.

Генеральное сражение произошло на реке Клязьме 25 апреля 1433 года. Москвичи накануне так перепились, что оказались легкой добычей для звенигородских дружинников. Василий II был разбит и бежал в Кострому, а Юрий Дмитриевич обосновался в Москве. Однако на следующий год 59-летний князь отправился в мир иной, и по праву старшинства престол вновь должен был принадлежать изгнанному Василию II. Но Василий Косой, старший сын Юрия Дмитриевича, самовольно провозгласил себя великим князем.

Нажмите для увеличения

«БРАТСКИЙ» ГРАБЕЖ: ВАСИЛИЙ II — СЛАБЫЙ ПОБЕДИТЕЛЬ

Однако младшие братья отступились от Василия Косого. Даже самый верный его союзник Дмитрий Шемяка переметнулся на чужую сторону! «Своим волевым характером и самостоятельностью действий, — писал историк Андрей Зимин, — Василий Косой внушал младшим Юрьевичам серьезные опасения. Другое дело — Василий Васильевич. У него не было каких-либо особенных талантов, а особливо задатков крупного политического деятеля… Юрьевичи предпочли его как слабейшего из претендентов, рассчитывая, что смогут при нем играть заметную роль».

По воле Василия II русским митрополитом стал епископ Иона. В сан его впервые посвятил собор русских архиереев. Так русская церковь стала независимой

Собрав большое войско из бывших союзников Василия Косого (в число которых входил не только Дмитрий Шемяка, но и несколько поместных князей), Василий II наголову разгромил противника на реке Черехе (приток реки Великой) 14 мая 1436 года. Косой был пленен и ослеплен, после чего сошел с исторической сцены и доживал свой век в поместье под охраной, а Василий II вновь утвердился на отцовском престоле в Москве. По словам Зимина, «пользуясь правами «брата старейшего», Василий Васильевич завладел наследием Василия Косого — городами Звенигородом и Дмитровом, что вынужден был сквозь зубы признать «законным» и Дмитрий Шемяка. После смерти младшего брата Шемяки, Дмитрия Красного (1440), значительную часть его удела также прихватил великий князь. Все эти действия Василия II Дмитрий Шемяка расценил как грабеж и нарушение «братских» отношений».

ОТРАВА ДЛЯ ДИКТАТОРА: ПОВАР — ТАЙНЫЙ АГЕНТ

В конце концов Шемяка в союзе с тверским и можайским князьями выступил против Василия Васильевича. 12 февраля 1446 года союзники захватили Москву , а Василия II ослепили (поэтому он получил прозвище Темный). Однако на этом политическая деятельность Василия II не закончилась: вокруг него продолжали группироваться выдающиеся политики и военные, рассчитывающие сделать хорошую карьеру при слабом князе, а вот от Дмитрия Шемяки, человека сурового и авторитарного, пытавшегося решать все единолично, старались держаться подальше. Повторялась та же история, что и с Василием Косым.

Военные действия продолжались: в декабре 1446 года воеводы Василия Темного вернули сюзерену столицу, а в январе 1450-го пал Галич — резиденция Дмитрия Шемяки. Сам он бежал в Новгород. Там в июле 1453 года Дмитрия отравил собственный повар, он же — тайный агент московского князя. Все земли Шемяки отошли к Василию Темному. Феодальная распря завершилась.

РАРИТЕТ Взгляд из Германии Одна из старейших дошедших до наших дней карт Московской Руси составлена после 1550 года. Работа немецкого картографа Себастьяна Мюнстера была впервые представлена широкой публике в минувшем году на выставке «Картографическая РОССИКА: коллекция карт Русского географического общества». Сейчас она хранится в Научной библиотеке РГО.

НОВЫЙ ПОРЯДОК: ЕСЛИ НЕ МОСКВА, ТО КТО?

Таким образом, при Василии II процесс объединения русских земель вокруг Москвы почти полностью завершился не только де-юре, но и де-факто (не присоединенными остались только Рязань, Тверь, Новгород и Псков). Если ранее князья-вассалы Москвы просто признавали над собой руку великого князя, то теперь вводился новый порядок наследования: после смерти удельных властителей их земли доставались не наследникам, а переходили великому князю.

Слабость Василия Васильевича обернулась силой. В этом парадокс его правления: ничем не примечательный князь достиг отличных политических успехов, закрепив за Москвой роль центра собирания русских земель.

Что было бы, если бы Василий II оказался более выдающейся личностью, чем был на самом деле? Наверняка он лишился бы многих одаренных союзников и проиграл в соперничестве с двоюродными братьями, на чьей стороне было численное превосходство. Тогда столицей Руси, скорее всего, стала бы одна из резиденций Юрьевичей — Галич или Углич. К тому же Юрьевичи не держались за принцип единонаследия, и, если бы судьба передала бразды правления страной в их руки, политическое устройство Руси, вероятно, оказалось бы федеративным, а не единодержавным.    http://www.vokrugsveta.ru/article/205316/?utm_source=vs&utm_medium=rubric&utm_campaign=history

Кимврская война: рождение армии Рима

Крайне трудно представить себе нашу цивилизацию без наследия Римской империи — без римского права, латинского языка, использующегося в медицине и юриспруденции, без книг Вергилия и Тацита. Без Юлия Цезаря, наконец. И тем не менее, Рим дважды мог погибнуть задолго до появления собственно Империи — неплохие шансы покончить с Римской республикой были у Ганнибала Барки во время Второй Пунической войны 218–201 годов до н.э., но великого карфагенянина подвело отсутствие снабжения, финансирования и пополнения новобранцами. Рим устоял и вышел из войны сильнейшей державой Средиземноморья.

Но настоящая катастрофа разразилась спустя всего тридцать три года после разрушения Карфагена Сципионом Эмилианом. И никакие Ганнибал с Гасдрубалом не могли сравниться с обрушившейся на Республику с севера угрозой — пожалуй, единственный раз за всю историю дохристианского мира (и за три последующих века Новой эры) Рим стоял перед угрозой полного уничтожения. И причиной такового могли стать не цивилизованные карфагеняне и не в значительной степени романизированные варвары, хорошо знакомые с классической культурой (как это и случилось в 476 году по Рождеству), а самые настоящие дикари — иного слова не подберёшь.

Давайте же попробуем разобраться, что за необузданный, отчаянно смелый и многочисленный народ бросил вызов Республике и едва не лишил нас античного наследия. И как Рим справился с этой — без преувеличений! — смертельной опасностью.

* * *

Говоря о несокрушимой армии Древнего Рима, мы каждый раз представляем себе выстроенные, будто по линейке, легионы неустрашимых и дисциплинированных солдат под командованием талантливых и хитроумных полководцев. Сомкнув щиты-скутумы римляне неостановимой поступью двигались по Европе, Африке и Азии, покоряя царства и приводя к повиновению народы. Не только, и даже не столько, гладии и пилумы были их оружием, сколько отличная боевая подготовка и строжайшая дисциплина. И, разумеется, вера в собственную непобедимость. То есть, всё то, чем были полностью обделены населяющие европейские леса варвары.

Образ прекрасной и опасной шпионки вызывал интерес и в эпоху романтизма. Этим ремеслом не пренебрегали знатные особы Российской империи, считая за честь оправдать доверие императора и получить щедрое вознаграждение. Милые дамы особенно проявили себя в годы войны с Наполеоном, оказав свое несомненное влияние на дальнейшее развитие спецслужбы императора. 


Шпионки императора - утонченные аристократки, в салонах которых за бокалом вина гости выбалтывали политические тайны. Эти дамы вели непринужденные беседы с первыми лицами государств. Они могли очаровать не только милой улыбкой, но и интересными речами, найти "психологический подход" - как говорят сейчас. 

Ассирийская армия в классический период

Ассирия была первой в мире империей классического типа. Во многом ее опыт был воспринят позднее персами и римлянами. В частности, опыт организации армии, которая возвела Ассирию из ранга просто державы-гегемона в ранг сильнейшего государства на Ближнем Востоке. Что же отличало ее от армий других государств и предыдущих эпох?

Ассирийская империя

Численность. Минимальные цифры составляли 50 тысяч человек, самые высокие – 120 тысяч, наиболее вероятные – 100 тысяч. Разумеется, в походах участвовали не все – в основном воинские контингенты были сосредоточены на границах, а в отдельно взятой военной операции могло участвовать от 20 до 50 тысяч солдат. Но и этого хватало для масштабных завоеваний.

Луций Корнелий Сулла Счастливый, последний воитель Республики

На фоне этого персонажа республиканской истории Рима одиозные принцепсы наподобие Нерона или Калигулы выглядят вполне безобидно — они были именно что «одиозными» самодурами и повесами, развлекавшимися кто во что горазд за государственный счёт. По крайней мере, о цезарях времён ранней Империи никак не скажешь, что их руки были обагрены кровью римских граждан по самые плечи. Этот же человек являлся едва ли не самым отталкивающим в летописях Вечного Города, именно такой его образ сохранился до наших дней — безжалостный тиран и убийца.

 Луций Корнелий Сулла

Да и внешне он не производил благоприятного впечатления — на мертвенно-бледном лице, покрытым отвратительными алыми прыщами, горели фанатичным блеском ярко-голубые глаза. Плутарх впоследствии писал, что его лицо напоминало «тутовую ягоду, посыпанную мукой». Череп был словно выкроен зубилом — грубые скулы, крупный нос, выдающийся вперёд подбородок.

Звали этого человека Луций Корнелий Сулла. И мы попробуем сейчас разобраться, кто же он такой в действительности, а не в описаниях его недругов и пристрастных историков.

* * *

Вся азиатская рать

Александр Македонский был великим полководцем, как известно из школьной программы. Но стратегия и тактика — это полдела. Если бы он не был к тому же хорошим психологом и манипулятором (иначе говоря, политиком), то быстро остался бы без армии

Александр в битве при Иссе. Фрагмент мозаики из Помпеев, 125–120 годы до н. э.

В начале осени 331 года до н. э.  25-летний царь Александр переправился с греко-македонским войском через реку Тигр, собираясь вступить в решающий бой с армией персов. Шел четвертый год его триумфального вторжения в Азию, в пределы простиравшейся от Босфора до Индии державы, которой правила династия Ахеменидов. Персы уже полтора столетия были главным «плохим парнем» для эллинского мира. В полисах помнили опустошительные греко-персидские войны, особенно разрушение Ксерксом Афин и разорение Акрополя. Теперь молодой Александр одерживал победу за победой, посылал в Элладу богатые трофеи, отвоевал у противника греческие города Малой Азии и готовился довершить возмездие разгромом вражеского государства. При этом собственная его цель все больше отличалась от целей пославших его греческих городов-государств. А воины Александра все меньше понимали, ради чего они идут на лишения и смерть.

Гней Помпей Великий: войны в поздней республике

Гнея Помпея можно со всей уверенностью называть одним из самых ярких полководцев и политических деятелей Древнего Рима. Имя Помпея, названного Великим ещё в совсем молодом возрасте, ранее уже встречалось в наших текстах. Именно он проиграл длительную и кровопролитную войну за власть с Цезарем, после чего был вероломно убит при попытке бежать в Египет.

Гней Помпей родился 29 сентября 106 года до н.э. Его генеалогическое древо восходит к плебейскому роду с Адриатического побережья, с годами вошедшему в привилегированное сословие всадников. Первый известный представитель династии – Квинт Помпей – был консулом ещё в 141 году. Дед Гнея Помпея – Секст в 118 г. воевал с кельтами в Македонии, отец был полководцем и консулом 89 года.

Гней Помпей

С ранних лет Помпей учился в Риме, а в год консулата своего отца, в самый разгар войны с италийскими племенами, находился в военном лагере. Во время осады Аускула (Асколи-Пичено) молодой Помпей уже присутствовал на военном совете. Когда началась междоусобица 88–87 гг., семья Помпеев поддержала Страбона. Несмотря на политические успехи отца, после его смерти Гней лишился шансов на политическое покровительство знатных родом и соответствующую помощь в построении дальнейшей карьеры. Более того, дом Помпеев в Риме был разграблен из-за непопулярности Страбона, а самого Гнея обвинили в присвоении военной добычи, взятой в Аскуле.

Гней Помпей. Самая крупная полицейская операция античности

Пиратство, как морской разбой, существовало с незапамятных времён, а точнее – появилось одновременно с морской торговлей. Конечно, своего романтизированного многими писателями «расцвета» оно достигло после открытия Вест-Индии и начала трансатлантических путешествий с массовым вывозом сокровищ Нового Света в Европу, но от грабежей судов и прибрежных селений обитатели античного мира страдали не меньше, чем их отдалённые потомки многие века спустя. Собственно, само слово «пират» – латинское, и восходит оно к древнегреческому «пытающий счастья». Особенно в античном мире прославились финикийские пираты, вполне успешно совмещавшие грабежи с торговлей: торговали они там, где не считали себя достаточно сильными для того, чтобы заниматься грабежом. За свои подвиги на поприще пиратства финикийцы даже удостоились строчек в Гомеровской «Одиссее».

…Или не знаешь, как в дом наш отец прибежал твой в испуге

Перед народом, который охвачен был яростным гневом

Из-за того, что, примкнувши к тафосским пиратам, вреда он

Много феспротам принёс, союзникам нашим давнишним

Смерти его домогались предать, из груди его вырвать

Сердце, поесть его скот и всё достоянье расхитить.

Хотя со времён Гомера до походов Гнея Помпея Великого прошло не одно столетие, ситуация с пиратами на Средиземном море в корне не поменялась. После падения морских держав – Карфагена и Коринфа, которые во многом сдерживали силы пиратов, – морской разбой на пространстве от Ближнего Востока до Испании начал приобретать угрожающие масштабы, а сами пираты со временем пересматривали и меняли свою тактику. Если изначально они использовали лёгкие, быстрые и манёвренные суда для внезапных атак, то, почувствовав силу и безнаказанность, пираты начали строить более крупные и тяжёлые корабли. Используя большие триремы и биремы они атаковали уже не единичные корабли, а крупные торговые караваны и прибрежные города.

 Реконструкция внешнего вида киликийского пирата. Исторический музей, города Тарс, Турция (бывшая столица Киликии)

Цезарь: от повесы до консульского магистрата

В истории античного мира было немало великих и достойных людей. С некоторыми из них можно связать целую эпоху событий и преобразований: Гай Марий, Сулла, Ганнибал, царь Митридат. Герой нашего сегодняшнего повествования не только вошёл в историю как политик и завоеватель, но и оставил потомкам весьма ценные исторические сведения в виде подробных книг о галлах, германцах и своих военных походах. В целом, про Гая Юлия Цезаря можно сказать следующее: без него не было бы того Рима, о котором мы все знаем.

Имя Юлия Цезаря, без сомнения, знакомо каждому читателю. Великий римский полководец, политик и писатель, пожалуй, наиболее известная личность из всей античной истории. Имя Цезаря знакомо даже тем, кто обошёл стороной историю античности. К примеру, персонаж популярных комиксов и кино — Астерикс — сталкивается с римлянами именно под предводительством Гая Юлия.

Юлий Цезарь родился в 102 г. до н.э. Он мог похвастаться поистине божественным происхождением. Род Юлиев, пусть и не самый богатый и влиятельный, вёл свою историю от Юла Аскания, «сына Энея, внука Венеры, правнука Юпитера». Многие представители рода в разное время занимали видные государственные посты.