Здравствуй, Сын.
Не знаю, как тебя зовут.
Знаю, что ты Кириллович, и что твоя фамилия точно Хан.
В те минуты, когда были напечатаны эти строчки, ты ещё даже не был запланирован. Более того, я даже ещё не познакомился с твоей мамой, представляешь! Может быть я встречу её завтра, может быть через год, а может я её уже знаю, только ещё не знаю, что она – твоя мама :)
На дворе 2004 год. Ууу, давно это было. Путина только переизбрали. Он ещё не натворил всего того, о чём ты читал в учебниках Истории. Территория США занимает ещё только Северную Америку, а Микк Джагер ещё жив. И Пол Маккартни тоже. Кстати, этим летом пойду на его концерт в Питере (посмотри фотки с концерта на одном из CD, которые лежат в коробках на чердаке. CD – это такие допотопные диски, помнишь я рассказывал, на них ещё умещалось всего 700 мегабайт).
А я ещё не сделал ничего из того, чем являюсь для тебя, когда ты читаешь эти строчки. Я даже не знаю, где ты их читаешь: в Петербурге, или в Алмате, или вообще в Рио-де-Жанейро, каком-нибудь :).
Столько ещё должно произойти. О чём я тебе уже рассказывал, но чего ещё сам не знаю.
Завораживает, правда?
Завтра мне, твоему отцу, исполнится 21 год. В общем-то, совсем мальчишка ещё. Мне «очко», и я даже не знаю, какой совет я бы мог тебе дать с высоты трети прожитой жизни. Так что при случае, можешь с полным правом распечатывать эту страницу и, потрясая листками перед моим лицом, предъявлять, что я сам «в твои годы» был не лучше :).
Сынок, я точно знаю, что когда тебе исполнится двадцать один, вместе с прочими подарками я дам тебе ссылку на этот дневник. Старый, заброшенный и давно никем не посещаемый, ты сидишь и читаешь его.
А теперь, когда ты дочитал, тащи меня в бар. Где бы я ни был, я приеду, прилечу, приплыву или приползу. Сегодня я буду с тобой, сын.
И ты спроси меня: «Ну что, пап, что ты понял в этой жизни?»

PS. Доча, всё это в полной мере относится и к тебе :)
PPS. Чёрт, у тебя всё ещё впереди, завидую тебе.
Стоп.
Так ведь и у меня тоже!